То самое лето

Декабрь 1901 года.

«12 декабря 1901 год. Дорогая Эмма, Надеюсь, ты успела получить это письмо до Рождества, поскольку было бы ужасно грустно понимать, что я не успела поздравить тебя вовремя. Надеюсь, в Байбери все по-прежнему спокойно. Желаю хорошо тебе провести каникулы с близкими людьми, и мне очень жаль, что я не могу быть сейчас рядом с тобой. Мы с подругами планируем пойти на каток. Лед у нас уже плотный и толстый, так что я не так сильно боюсь провалиться и утонуть. Не помню, говорила ли я о том, что совершенно не умею плавать. В любом случае, я надеюсь, что мы наверстаем упущенное и ты научишь меня этому нехитрому занятию, тогда мы сможем вместе выбираться на озеро летом. Боже, если бы ты знала, как я мечтаю поскорее вернуться домой и хотя бы немного отдохнуть от учебы. Я постоянно вспоминаю все наши чудесные дни, проведенные вместе. Я невероятно скучаю по тебе, по твоему веселью, смеху. Мои подруги здесь очень милые и общительные, но ни одна из них не сравнится с тобой. Не знаю, я правда много думаю об этом, и почему за такой короткий срок ты мне стала так близка и небезразлична, хотя мы буквально выросли в одной деревне и всегда знали друг о друге. Быть может, это судьба? Ты веришь в судьбу и в то, что все было предрешено? Не хочу жаловаться тебе на всяческие сложности в учебе и на то, что здесь происходит, так что, быть может, напишу об этом в другом письме. Расскажи, как ты поживаешь? Буду с нетерпением ждать от тебя вестей. Обнимаю, Эбигейл.» Я вздохнула полной грудью, дочитав письмо Эбби. Рядом уже вскипел чайник, заставляя меня засуетиться и снять его с плиты. За последний месяц мы переписывались особенно много, не дожидаясь ответа на предыдущее письмо и отправляя очередное. Удивительно, что в нашей рутинной жизни мы находили темы для разговоров и не теряли энтузиазма в переписках. И пока я шла в школу, наслаждаясь мягким снежным покровом, я живо представляла себе то, каково было бы провести Рождество вместе с Эбигейл. Как мы могли бы встречаться на пересечении двух улиц и вместе идти на учебу, как играли бы в снежки после. Мне нравилось представлять, какими бы красными были ее щеки от мороза, как ресницы были бы в снегу, а ее светлые волосы выбивались из-под шапки. — Эмма, где ты ходишь? — тонкий голосок Лили раздался будто бы из ниоткуда, и она, тяжело дыша, подбежала ко мне, прижимая к себе корзинку с учебниками. — Ты должна это видеть! — Видеть что? — растерянно переспросила я, все еще думая об Эбби. — У нас новый мальчик, ты должна его видеть! Столько восторга в словах Лили я не слышала, пожалуй, никогда. Именно она была такой, какой я представляла Эбигейл — взъерошенной, раскрасневшейся и счастливой. Она потянула скорее меня за руку, направляясь в школу, и как только мы перешагнули порог старого здания, я заметила, как все в классе обступили новичка. Парни живо что-то расспрашивали у него, а девочки скромно хлопали глазами, молча наблюдая со стороны. — Это Кристофер Дэйл! — заговорщически зашептала она, словно мне это должно было о чем-то сказать. — Помнишь, я говорила, что кто-то купил старый дом? Так вот, это был его отец, они вдвоем переехали в Байбери только пару дней назад. Ну разве это не рождественское чудо? — Вдвоем? А его мать? — Боже, Эмма, тебя действительно интересует только это? — поджала губы Лили, смотря на меня, как на безумную. — Я ничего не знаю об этом, если хочешь, можешь сама спросить у него… И в следующую секунду Лили подтолкнула меня со спины в сторону мальчишек, привлекая их внимание. — Привет, я Эмма, — единственное, что я смогла выжать из себя. — Привет, Эмма, я Кристофер, — кивнул он и даже вытянул руку, на которую я глазела еще какое-то время, не желая приближаться. — Мы с отцом переехали сюда пару дней назад… — Я знаю, добро пожаловать. Не желая, чтобы все молчали, слушая только нас, я коротко улыбнулась парню, следуя к своей парте. Лили что-то шептала о том, что я могла бы быть и повежливей, но, если честно, меня это не особо волновало. Я понимала, что для большинства ребят это действительно значимое событие, но мои мысли были настолько поглощены Эбби, что какой-то Кристофер меня мало интересовал.

***

«23 декабря, 1901 год. Милая Эбигейл, Я ответила тебе так быстро, как могла. Вчера я получила твое письмо, но у меня не выдалось времени, чтобы написать ответ. У нас все хорошо, даже стабильно скучно, как это бывает. Отец уже заранее купил нам индюшку, так что рано утром мне придется забрать ее у соседей и сразу начать готовить к ужину. У нас все будет скромно, скорее всего на ужин придет миссис Дороти со своим фирменным пирогом и молоком. В школе готовят выступление, но уроков по-прежнему много. И да, помнишь ли ты старый дом мистера Барнера, прямо у самого въезда в Байбери? Его купила семья Дэйл, вчера к нам в класс пришел новый мальчик — сын мистера Дэйла. Девочки, конечно же, в восторге, но я не разделяю их восторг. Он кажется милым и добрым, но я пока ничего о нем не знаю, поэтому не стану судить по первому дню. Я бы с радостью научила тебя плавать! Мы могли бы валяться на берегу и рисовать. Точнее, ты бы рисовала, а я загорала, это было бы весело! Не могу дождаться того момента, когда ты приедешь. Отец уже не в восторге от того, как часто мы переписываемся, якобы это мешает учебе. Хотя он не в восторге от всего, что не касается работы по дому или молитв. Он все чаще говорит о том, что мне нужно задуматься о женихе или он подыщет мне партию собственноручно. Не знаю, что из этого хуже. Как же тебе повезло с тем, что никто не заставляет тебя искать будущего мужа, твоя матушка не сватает тебя и ты просто занимаешься тем, что тебе нравится. Мне бы ужасно хотелось жить так свободно, как ты. Жить с тобой в Кембридже, кататься на коньках, я бы научила тебя печь пирожки с капустой, а каждый вечер мы бы пили чай с мятой. Может, когда-нибудь так и будет. А пока надеюсь, что ты хорошо отметила Рождество С любовью, Эмма.»

***

Я застала отца еще утром до того, как он ушел на службу. Положив конверт на стол, я продолжила хлопотать по кухне, собирая завтрак себе в школу. — Отправишь, пожалуйста, письмо? Жаль, что Эбигейл ничего не получит под Рождество, — задумчиво протянула я, мельком поглядывая на отца и на то, как внимательно он разглядывал мое письмо, словно пытаясь предугадать, что в нем. — Лучше бы с таким рвением ты думала о замужестве. Может, хватит заниматься ерундой и тратить время на бессмысленные переписки? Вот приедет Эбигейл обратно в Байбери, тогда и будете общаться. — Пока она приедет домой, я уже потеряю нить того, о чем мы общались ранее, — мягко возразила я. — К тому же, это никак не отвлекает меня от учебы или домашних дел, а общение с Эбби почти единственное, что доставляет мне удовольствие. — Вот только оно настолько бессмысленное, насколько и твое чтение. От этого кур у нас больше не станет, как и свободного времени для бытовых дел. Спорить с отцом было бесполезно, поэтому, чтобы не злить его больше, я по-быстрому собрала все необходимое, намереваясь как можно быстрее уйти в школу. Спиной я чувствовала, что он смотрит на меня, тяжело дышит и явно недоволен всем положением вещей. — Сын мистера Дэйла уже пошел в школу? — неожиданно спросил он, и я на секунду почувствовала облегчение от того, что он перевел тему. — Да, мы познакомились с ним два дня назад, но еще не успели пообщаться. Мальчики обычно проводят время отдельно. Отец едва слышно усмехнулся, но затем кивнул на дверь, всем видом показывая, что мне нужно идти в школу. — Что ж, у тебя еще будет время. Позови его на дневную службу, я хочу познакомиться с ним.

***

Кристофер. Кристофер… Я прокручивала его длинное имя на языке, с раздражением замечая то, как лень мне выговаривать его, но когда мы уже собирались после школы, я все-таки подозвала парня к себе, стараясь звучать непринужденно: — Мой отец служит пастырем, и сегодня утром он попросил спросить тебя о том, не хочешь ли ты присоединиться к дневной службе? Наверняка ему бы хотелось познакомиться с тобой. — О, — я никак не ожидала, что Кристофер смутится, но вид у него был такой озадаченный, словно я спросила у него нечто неприличное. — Если честно… Давай поговорим на улице? Он огляделся и вывел меня из школы, придерживая за локоть. В нос тут же ударил морозный воздух, пахло сеном и дымом. Если честно, я была растеряна, не понимая, чего это Кристофер решил поговорить со мной на улице, а не отвечать при всех в школе, но уже через секунду он виновато улыбнулся, поправляя шапку. — Мой отец религиозен и уже ходил на вечерние молитвы, но я не настолько… верю в это? Я просто не хочу выглядеть глупо в церкви, вот и все. — Вот и славно, — тут же оживилась я, даже не скрывая своей радости от того, что мне не придется тащиться с ним через всю деревню. — Ничего страшного, увидимся завтра. — Да, но, Эмма… — Не бери в голову, Кристофер, — лениво перекатывая на языке его имя, я быстрым шагом направилась одна в церковь. Ну, конечно же, мне пришлось сообщить отцу о том, что Кристофер не смог прийти, и даже намекнуть о том, что ему не особо это интересно, однако отец лишь отмахнулся. Для него не существовало тех людей, которые не верили в Бога, он считал все это ленью и дуростью, которая моментально исчезала, когда люди становились осознанней и ходили на службы. Весь следующий день я возилась с готовкой, пытаясь успеть к Рождественскому ужину. Утром я забрала индюшку, благо даже ощипанную, что мне не пришлось тратить на нее уйму времени. В духовке стоял картофельный пирог, разнося аромат по всему дому. С украшениями у нас всегда было туго, но хватало свечей и хотя бы еловых веток, которые я обвязывала лентами и развешивала по дому. Было скромно, но уютно. Я любила Рождество даже несмотря на то, что к вечеру оставалась совсем без сил. Жители Байбери всегда были особенно добродушны и милы, иногда они ходили друг к другу в гости лишь для того, чтобы поздравить и пожелать урожайного года. Из местного паба всегда разносилось радостное пение, а в центре деревушки гуляли местные жители. Но в тот год я почти не думала об этом, весь день проведя в раздумьях об Эбигейл. Интересно, чем она занималась? Готовила ли с другими девочками праздничный ужин или сразу отправилась кататься на каток? — Добавь еще приборы для двух гостей, — отец объявился в проходе, полностью заметенный снегом. — Семья Дэйлов присоединятся к нам. Тарелка с квашеной капустой едва не выпала из моих рук, когда я услышала о том, что Дэйлы собирались праздновать с нами Рождество. Конечно, я ничего не имела против Кристофера, но с чего вдруг они присоединялись к нам — я никак не могла понять. Мы с отцом привыкли праздновать одни, и только в этом году миссис Дороти праздновала с нами лишь потому, что одиночество совсем не шло ей на пользу в ее психическом состоянии. — Ты пригласил их только сегодня? — спросила я, едва сдерживая свое недовольство. — Я не уверена, хватит ли всем пирога. — Ничего, достанется всем, — спокойно, но твердо ответил отец, снимая куртку и поднося к столу бутылку ежевичной настойки. — Гарольд хороший человек, у него осталась большая ферма, которую он постепенно перевезет в Байбери, поэтому сегодня к столу он принесет еще свиной рулет. Ты помнишь, когда в последний раз мы ели его? Отрицательно качнув головой, я молча доставила еще две тарелки для мистера Дейла и Кристофера, думая, куда бы отсесть, чтобы не сидеть рядом с мальчишкой. Я уже представляла себе, как миссис Дороти поднимет эту тему замужества, как отец начнет расхваливать меня перед Гарольдом и все это было ужасно неудобно. — Не понимаю, к чему они нужны за нашим столом, тем более в Рождество? — какое-то недовольство все же щемило в груди, а может, обида за то, что отец даже не спрашивал мое мнение, что сказал об этом за несколько часов до ужина. — Раньше мы никого не приглашали. — Смени тон, Эмма, мистер Дэйл теперь уважаемый человек в Байбери, поэтому будь кроткой и вежливой с ним, нам еще явно понадобится его помощь. К тому же, судя по его состоянию и рассказах о ферме, мы можем забыть о торговле скотом. Это просто смешно. Ничего не ответив, я продолжила приготовление. Внутри меня было столько эмоций, столько невысказанной обиды. Я понимала, что отец не только хотел извлечь выгоду для себя и наладить теплое общение с мистером Дэйлом, но и явно имел какой-то план на его сына. А точнее четко осознавал, какой прекрасной партией был бы Кристофер для меня. Выдать меня замуж за него было бы проще всего, а затем — помогать на ферме и в хозяйстве, открыть мясную лавку, о которой так мечтал отец. Все складывалось слишком хорошо. Сидели за столом мы тихо, в основном говорил отец и миссис Дороти, и лишь иногда в их речь встревал мистер Дэйл. Я видела его впервые, и он казался мне таким интеллигентным и простым, что мне почему-то было трудно представить его, управляющим целой фермой. Руки у него и правда были в маленьких трещинках и ссадинах — что совсем отличалось от моего отца, который давно уже не знал физического труда. Я видела, что Кристофер наблюдал за мной, даже не скрывая своего интереса, в отличие от меня — мне проще было смотреть куда-угодно, но не на него, поскольку в голове крутилась одна лишь фраза: он здесь, чтобы нас сватали. К моему удивлению, отвлеченных разговоров было гораздо больше, чем я могла себе представить, и только когда миссис Дороти вынесла на стол десерт, а я заварила всем чай, мой отец прочистил горло: — Твой сын выглядит хорошим парнем. Думаю, им с Эммой пошло бы на пользу проводить больше времени вместе. Эмма помогла бы освоиться в школе, к тому же, я слышал, Кристофер отстает по литературе. В Байбери они особо налегают на чтение, не знаю уж, насколько это пригодится, но Эмма точно хороша в этом. Мистер Дейл кивнул и, мягко улыбнувшись, задумчиво погладил свою небольшую бороду. Он кинул взгляд на сына, а тот, в свою очередь, нетерпеливо смотрел на меня. Все это казалось мне бессмысленным, поскольку в замужестве я была заинтересована ровно так же, как и в Кристофере — то есть совсем никак. — Звучит хорошо, правда, Кристофер? — мистер Дейл обернулся к сыну. — Эмма, ты и вправду так хороша в литературе? Какая-то невысказанная обида душила меня. Конечно, никто не спрашивал моего мнения, хочу ли я этого, интересно ли мне таскаться с парнем и есть ли у меня на это хоть крупица времени. Мне казалось, что мои щеки горели от возмущения, а в груди стало так тесно, что хотелось кричать. — Лучшая в классе, — сухо отозвалась я, всем своим видом стараясь показать, насколько неприятны мне эти обсуждения, но окружающие будто бы не заметили этого. — Как здорово, тогда я был бы очень рад, — кивнул мистер Дейл, и мисс Дороти тут же довольно захлопотала вокруг него, чтобы подлить чаю.

***

«15 января, 1902 год. Дорогая Эбби, Я так давно не получала от тебя писем, что мне кажется, словно что-то пошло не так. Мне не хочется думать, что они затерялись где-то в пути или же почтальон пропал в заснеженной буре. Надеюсь, что у тебя все хорошо и в скором времени я дождусь от тебя каких-то вестей. Рождество мы отпраздновали с семьей Дейлов, и отец решил, что сын мистера Дейла потрясающая партия для меня, хоть я так и не считаю. Вот уже полмесяца мы возвращаемся с учебы и занимаемся вместе с ним, что жутко раздражает меня. Он совсем не собранный, с ветром в голове, а к тому же ужасный зануда. Как бы я хотела, чтобы скорее наступило лето и ты вновь вернулась в Байбери. Пожалуйста, напиши хоть пару строк, мне совсем тоскливо без тебя. С любовью, Эмма.»