Глава 28. Вопросы безрассудства
2 июня 2024 г., 19:02
Утром за столом не хватало только раненной Эмили, когда Рафаэль присоединился к большой компании за завтраком. Вид у него был слишком угрюмый в сравнении с тем же Микеланджело, расстроенным состоянием своей любимой.
— И тебе доброе утро, Раф, — звонким голосом без намёка на ночные слёзы поприветствовала его Ларота. — Не убивайся ты так. Эмили уже скоро бегать будет. Об этом твердит лучший доктор Манхэттена, — она улыбаясь толкнула Донателло.
Рафаэль смерил её гневным взглядом, на его скулах заиграли желваки. Он промолчал, уткнулся взглядом в тарелку. И если для всех за столом осталось тайной настроение Рафаэля, только не для Лароты, язвительно улыбающейся на протяжении всего завтрака. Сплинтер негромко переговаривался с Донателло, Нобу на руках Венеры с отменным аппетитом поедал всё предложенное девушкой и Микеланджело.
Леонардо, сохранявший молчание всё это время, отставил от себя пустую тарелку.
— Спасибо, Майки, это было слишком вкусно.
Микеланджело переглянулся с Венерой. Она протестующе медленно замотала головой.
— Благодари Венеру, Лео. В нашей большой семье нашёлся ещё один замечательный кулинар.
Венера готова была пнуть под столом Микеланджело, но он вовремя отодвинулся. И пусть не поднимала взгляда на Леонардо — без того разобрала в его сухой, ненужной ей благодарности озлобленность.
После того, как они вернулись, девушка только и делала, что избегала Леонардо. Он и не напрашивался на разговор — его осуждающие глаза говорили больше положенного. И тот факт, что Венера сторонилась любого контакта с ним, лишь подтверждал его предположение о том, что она признаёт свою неправоту. Венера обладала чувством ответственности, не чужд ей был в этой ситуации стыд, застенчивость и совесть — это смягчало лёд в душе Леонардо. Но она ни за что не была готова признаться в своих ошибках, в своей слабости...
Нобу потянулся к Леонардо, но поглощённая своими мыслями Венера не заметила этого. Тогда лидер поднялся и взял его на руки, мягко высвобождая из объятий девушки. Когда его пальцы коснулись её кожи, Венера не выдержала — посмотрела в пронзительные глаза, будто надеясь увидеть там хоть каплю снисхождения. Но вместо ожидаемых проявлений эмоций её встретил лишь равнодушный взгляд.
Леонардо с Нобу на руках и Сплинтер покинули кухню, ссылаясь на разговор, Микеланджело ушёл проведать Эмили; не обладающий ни малейшим желанием оставаться за столом, Рафаэль тоже поднялся. Ларота проводила его сияющим самодовольным взглядом.
— Уверен, твоих рук дело, — Донателло повернулся к красноволосой, не скрывая улыбки.
— Просто вправила мозги, — Ларота вздёрнула подбородок.
Венера поморщилась, представляя, что и ей в скором времени не отвертеться от "вправки мозгов" в виде прочтения нотаций. Однако Ларота вкладывала в свои слова совершенно другой смысл, неизвестный остальным.
До обеда оставалось ещё достаточно времени, чтоб провести его с пользой. И Венера, уязвлённая ранением Эмили и вчерашним поражением, спустилась в додзё, чтоб наверстать упущенную утром тренировку. На которую не пошла лишь из-за Леонардо. Холодный взгляд его глаз не давал ни единого намёка на малейший луч понимания, чего Венера не могла вынести. Проще было избегать его.
Но как только девушка переступила порог додзё в глаза бросилась спина лидера. Леонардо затачивал катаны. И полностью уверенная в своём незаметном проникновении Венера развернулась, чтоб поскорее покинуть зал.
— Венера, задержись.
Вместо голоса — холодная сталь. Она пронзила Венеру до самой глубины души, проходя сквозь лихорадочно бьющееся сердце. Девушка нашла в себе силы повернуться и взглянуть в ожесточённый взгляд синих глаз. Чёрт, она же ступала так тихо!
— Я не буду отчитываться перед тобой, как... школьница, — Венера старалась выглядеть уверенно, но дрожащий голос выдавал её волнение.
— Не как школьница — как безрассудная ane, — всё тем же уравновешенным голосом ответил Леонардо.
— Это не меняет сути.
Леонардо удивился её непоколебимости. Эта девушка никогда не способна будет принять факт своих заблуждений и выразить раскаяние. Хоть бы сделала вид!
Он подошёл ближе, говорил спокойно:
— Меняет, когда твои идеи выглядят настолько опрометчивыми, что могут стоить собственной жизни. Меняет, когда речь заходит о благополучии самого дорогого, что есть у тебя, — семьи. В конце концов, меняет, когда родную сестру проходит насквозь пуля, самым удивительным способом не задевая селезёнку.
Венера смахнула подступившие слёзы — Леонардо знал на что следует давить. Но она держалась с напускной уверенностью и гордо поднятой головой, не выдавая истинного внутреннего конфликта.
Леонардо не пришлась по душе маска непоколебимости, надетая Венерой. Поднятый ним вопрос беспечности был чрезвычайно важен для всего.
— Я в какой раз поражаюсь твоему безрассудству! Стоит мне только подумать, что ты рациональна, так тут же необдуманность поступков всю твою объективность сводит на нет... Утихомирь свой пыл, Венера. Иначе...
— Иначе что?! Что ты сделаешь? — перешла на крик Венера. Недоумевала - как этот абсолютно чужой ей человек смеет тыкать её носом.
— Мне придётся усмирить тебя, — спокойно отреагировал на повышение тона он. Заметил ухмылку, что озарила её лицо всего на секунду: — И тебе мои методы не понравятся.
— Не могу дождаться доказательств, — Венера буквально выплюнула эти слова.
На повышенные тона, доносившиеся из додзё, сошлись остальные. Тогда Венера решила, что наилучшим подтверждением своей отменной физической подготовленности будет публичная аргументация.
— Тогда прямо сейчас сразись со мной. И покончим с этим.
Леонардо выразительно поднял брови. Сам не разобрался, что позабавило его больше — чрезмерно серьёзный тон Венеры или слепое желание доказать свою правоту. Скорее всего, всё вместе. Он похлопал её по плечу и молча развернулся, чтоб вооружиться.
Ларота тут же оказалась подле сестры и отдёрнула её за руку:
— Я смотрю, тебе так и хочется быть прижатой им. Но, дорогая, для этого достаточно простого флирта.
Венера слегка покраснела и злостно посмотрела на сестру.
— Это я к тому, что он уложит тебя на раз-два на лопатки, — поспешила объясниться Ларота и присоединилась к ребятам на скамье. Они уже заняли места, ведь знали, что ни один из старших не уступит другому.
Если не лукавить, Венере требовалось некоторое время, чтоб разогреться, но у кого она собиралась просить отсрочку? Быстрым движением размяла некоторые мышцы и встала в боевую позицию. Ей не нужна его уступчивость.
Леонардо слабо улыбался — не воспринимал намерение Венеры за серьёзное дело. И даже когда начался бой Рафаэль видел, что его брат бился не в полную силу. В моменте, где можно было давно провернуть всё в свою сторону, просто отступал, будто наслаждался. Но и это не могло продолжаться долго. Две минуты, три минуты. Увидь Эмили из каких невыиграшных положений едва выкручивалась Венера — ахнула бы незамедлительно и попросила остановить сие безумие.
Катана рассекла воздух, проносясь в нескольких сантиметрах от тела Леонардо, вовремя уклонившегося от удара. Не успела Венера оторопеть, как он схватил её руку, наносившую атаку, и неожиданно потянул на себя. Девушка почти врезалась ему в грудь, но не дала и шанса лидеру приставить к её шее катану. Вовремя среагировала — первой преподнесла свободной рукой к его горлу металл. Леонардо не сдержал ухмылки, когда почувствовал холод в этой области.
— Тэссэн. — утвердительно произнёс он, катаной отодвигая в сторону от шеи оружие. — Тебе отец его дал?
Венера кивнула головой.
— И рассказал обо всех его преимуществах. Одно из которых заключается в компактности, — улыбнулась она.
Не стала говорить, что для неё этот подарок был большой честью — слишком много текста. Слова Венеры казались ей же слишком громкими — от того создавалось впечатление, что они остались вдвоём в этом зале, ведь от наблюдающих братьев и Лароты не исходило ни звука.
Она резко развернулась, когда поняла, что Леонардо пусть и не сжимает, но до сих пор сдерживает её запястье. Так осторожно... Кто знает, какое действие он выполнит следующим. А сама она стоит излишне близко, слыша как бьётся его сердце и чувствуя на своей коже его дыхание. Любой контакт с его телом сейчас был нежелателен для Венеры, хоть и способен вызвать трепет. Разворот вышел слишком грубый — боевой веер полоснул по предплечью парня. Заструилась кровь. Венера невольно ахнула и замерла.
— Лео... Я...
Леонардо с усмешкой поглядел на царапину, глаза до недавнего оставались такими же беспристрастными, но, кажется, теперь в них заплясали тени азарта. Потом взглянул на обеспокоенную Венеру.
— Продолжаем.
Рафаэль пересел поближе к Лароте. Она —был уверен — нарочно делала вид, что в упор не замечает его.
— Ты ушла утром молча, — начал шёпотом Рафаэль.
— Расстроен, что опередила тебя? — с колкостью заметила Ларота, скривив губы в язвительной улыбке. Пальцем ткнула его в грудь. — Запомни: ты - мой трофей на полке, а не я твой.
— Ты для меня больше, чем трофей, — спокойно продолжал Рафаэль, с нежностью хватая её руки. Но Ларота с резкостью убирала их прочь и закатывала глаза.
— Скольким девушкам ты заливал это, Раф? И все они наверняка уже поплыли бы от твоих слов. Отвали от меня наконец. Я искала утешения — ты дал его мне. Всё, что было между нами, было прекрасно. И в то же время это - максимум, что могло быть, — выражалась спокойно, без повышенных тонов, чтоб наверняка.
Рафаэль долго смотрел в её неприступные карие глаза, она — в его зелёные. В её плясало холодное пламя или нерастопленный лёд, в его — нечто большее, чем обычная симпатия, но Ларота и не старалась разглядеть это. Отвернулась, делая вид, что заинтересована поединком Венеры и Леонардо, хоть и знала исход. Венера пусть и была достаточно ловкой, никогда бы не смогла посоревноваться с лидером Хамато в искусстве боя. Задетая в ней женская гордость требовала оправдания.
Леонардо не мог не обратить внимания на поднявшийся со стороны шум. Он и не пытался расслышать разговор, но чётко улавливал тон Рафаэля, который не был похож на прежнее самоуверенное заигрывание. Что-то между его братом и бойкой Миллер произошло — стало ясно во время завтрака.
Выпад. Леонардо успел отбить удар, уводя в сторону. Венера не собиралась сбавлять напор — вновь подалась вперёд. Будто воодушевилась, и теперь парню то и дело оставалось отражать её атаки. Отныне додзё наполняли лишь звонкие звуки клинков.
В моменте Венера вспомнила о давней прихоти — обезоружить его тем самым способом, что и он её при первом поединке. Возможно, сейчас был тот самый случай. Она начала осознавать, что ни сегодня, ни завтра лидера она не победит. Честным путём...
Леонардо не атаковал и странно косился в сторону Рафаэля — Венера подметила и эту деталь. Предался каким-никаким размышлениям. Ларота резко встала и пересела на другое место, подальше от Рафаэля.
Вот оно! Мания всё контролировать подвела старшего Хамато. Он нашёл неудачную опору на левой ноге при следующем рассекающем воздух ударе Венеры. Она сработала быстро — ушла в сторону, оттолкнулась от стены и мягко приземлилась, перекатываясь под ноги Леонардо, и тут же повалила его. Ниндзя не успел отреагировать, как его катана оказалась в стороне, а над ним нависала ухмыляющаяся девушка.
— И кто же сверху? — надменно, но с очень лукавой улыбкой проворковала Венера наклоняясь всё ниже. Её волосы защекотали его щёки.
Но Леонардо не заставил долго ждать ответ на заданный вопрос — резко выкрутил свои руки, крепко схватил её, повалив, и прижал своим телом к полу.
— Я.
Они продолжали молча смотреть друг другу в глаза, тяжело дыша после схватки. Леонардо, кажется, и не собирался подниматься. Но тут в глазах Венеры блеснул опасный огонёк, который остался незамеченным для того, кому следовало об этом позаботиться. Рука потянулась к лицу Леонардо, нежно касаясь кончиками пальцев его щеки, а её лицо приобрело настолько влюбленный взгляд, что ей удалось ввести в замешательство не только лидера.
В свою очередь Ларота не сдержала улыбки.
Леонардо озадаченно наблюдал за чарующим взглядом Венеры, несмело задержавшимся на его губах.
— Стоит признать... моё поражение? — невинным голосом спросила она и посмотрела в его непонимающие глаза, чем осталась довольна.
Ненадолго вывести его в состояние оцепенения у неё всё-таки вышло. Этого должно быть достаточно, чтоб осуществить задуманное. Неподалёку от прижатой лидером Венеры лежала катана, к которой девушка и тянулась второй рукой всё это время. Но Леонардо, заметив краем глаза этот хорошо скрытый жест и разгадав намерения, будто решил довести затеянную Венерой игру до конца. Его лицо успело одарить девушку похотливой улыбкой, прежде чем он наклонился ниже и поцеловал её.
Как громом поражённая, Венера оставила все свои попытки дотянуться к оружию, а рука, покоящаяся на щеке лидера, дрогнула. Тем временем он добрался рукой до катаны и вложил её в ножны, но целовать не переставал. Внутри девушки всё затрепетало — его прикосновения не были нежными проявлениями каких-либо невысказанных чувств. Требовательно, жадно и... что странно, слишком прекрасно, чтоб оказаться правдой.
Кто-то присвистнул, но потом послышались выразительные покашливания со стороны, где сидели Рафаэль с Донателло, но ни Леонардо ни Венера не обратили на это внимания.
— Леонардо!
Лидер оторвался от Венеры, услыхав в прозвучавшем голосе как никогда грозные нотки, и вскинул голову.
Возвышающаяся фигура и осуждающее выражение лица мастера испугали Венеру, которая, всё ещё находясь под телом лидера, повернула голову насколько это было возможно в её положении.
— Объяснись сейчас же, Леонардо. Но сначала прекрати смущать мисс Миллер.
Леонардо поднялся, подал руку раскрасневшейся Венере и, встретив выжидающий взгляд мастера, сказал очевидное:
— Отец, это такой отвлекающий манёвр...
— Клан Фут тоже подвергается таким отвлекательным манёврам?
Микеланджело чуть-было не прыснул от смеха, но сдержался, опасаясь, что их выпроводят отсюда и никто не узнает, чем закончится это разбирательство. Даже Рафаэль не решался ответить на колкость отца, хотя язык так и чесался.
— Добиться таким способом победы над девушкой - низкий, недостойный тебя поступок, — продолжал Сплинтер спокойным голосом. — Может, ты хотел запечатлеть вкус этой победы? Урвать заветный приз или как у вас, у молодёжи, это называется?
— Это я вынудила его.
Как бы тихо Венера не произнесла эти слова, мастер услышал её и сначала уголки его губ дрогнули в намёке на ухмылку человека, который не поверил в сказанное, но потом он с небольшим огорчением посмотрел на сына.
— Леонардо, ты не в силах противостоять чарам куноити?
— Я бы так не сказал...
— Твои действия доказывают обратное.
Затем мужчина выдержал паузу и вдруг попросил оставить их наедине со старшим сыном. Венера выскочила первой, стараясь не встречаться ни с кем взглядом, Ларота не нагнала её даже в коридоре. Уже уходя, Микеланджело остановился в дверях, соединил над собой руки в подбадривающем жесте, посылая безмолвную поддержку брату.
Когда все вышли, мастер будто смягчился, что стало ясно по его подобревшим глазам. Он вновь заглянул в глаза Леонардо. Проводить повторную лекцию о искусстве обольщения и потенциальной опасности посчитал напрасной тратой времени. Учитель вздохнул:
— Неужто мой сын влюбился?
— Я? Нет, — с абсолютной уверенностью ответил потрясенный вопросом Леонардо.
— Я не нахожу другого объяснения твоему поступку. Разве ты бы стал целовать не милую тебе девушку, будь она уже под то... повержена тобой?
Леонардо выглядел как никогда ошарашенным от таких рассуждений. Стоял, как вкопанный, пытаясь подобрать нужные слова.
— Это не про тебя, Леонардо, — ответил на свой вопрос мастер, увидев, что сын погрузился в раздумья. — Но, если окажется, что я ошибаюсь, и ты действительно не испытываешь ничего к мисс Миллер, полагаюсь на твой рассудок и моё воспитание, что ты не станешь более давать ложных надежд. Последствия чреваты разбитыми мечтами и... сердцем.
— Я никогда... Больше такого не повторится, отец, — поспешил заверить его Леонардо в поклоне.
Сплинтер замысловато улыбнулся и уходя бросил напоследок:
— Другое дело, если бы эти приёмы давали начало чему-то большему.
***
Дождавшись пока ночной призрак в лице Леонардо поднимется на второй этаж, Рафаэль проскользнул в гараж. Достать экипировку, полностью скрывающую огромный панцирь, было нелегко, но не той задачей, с которой Рафаэль бы не справился. Он бережно протёр мотоцикл, нацепил на голову шлём, чтоб скрыть последние черты своего вида, ужасающего население, когда в начищенных до блеска запчастях увидел ещё одно зелёное отражение. — Чего надо? — раздражённо бросил он через плечо. В его планы не входило делиться своими ночными амбициями. — Кажется, ты ищешь попутчика, — Микеланджело сложил руки на груди. — Мне. Никто. Не. Нужен, — процедил сквозь зубы. — Сам управлюсь. Вали к Эмили и отцепись от меня! — Ты какую ночь таскаешься по следам Стокмана. Нарыл что-то? — бесконфликтно продолжал весельчак. Рафаэль повернулся, в его глазах блеснул огонь. — Кто ещё знает об этом? Микеланджело пожал плечами, завязал на затылке маску и смело направился к мотоциклу. — Сегодня будем разруливать вдвоём. Не хочу доставать твою задницу из ещё большей передряги. Погнали. Рафаэль ухмыльнулся. — Даже не приоденешься? — Я настолько красивый даже когда я черепаха, что нет причин прикрываться, — Микеланджело сверкнул улыбкой. Рафаэль, честно, хотел проехаться по Бродвею, чтоб угомонить самоуверенность брата, но не в этой ситуации, когда за ними ведут охоту несколько опасных группировок. Он бросил младшему какой-то старый просторный плащ. Не сказать, что холерик был на седьмом небе от счастья от любого общества, но если бы мог выбрать себе спутника, сейчас несомненно позвал бы Майки. Громадный плащ развевался на ветру, приоткрывая мускулистые зелёные ноги Микеланджело, но Рафаэль так быстро гнал по улицам, что даже самые заинтересованные не успевали заметить их отличающиеся черты. Хоть время и позднее, на улицах было людно, поэтому холерик выбирал наименее проходимые места. Весельчак удивлялся, как брат чётко каждый раз выслеживал пребывание приспешников Ороку Саки и небольших группировок Стокмана. Вплоть до того момента, пока Рафаэль не достал список адресов. Сомнений не было — стащил у Леонардо, пока тот не расположен ни к каким боевым действиям и точно не кинется на поиски пропажи. Они забрались на крышу одного высокого здания, чтоб получше оценить свои шансы на проникновение в соседнее. — Эти падлы крутились здесь весь вчерашний вечер, — задумчиво начал Рафаэль, поглаживая саи. — И сегодняшний... Спустя некоторый промежуток времени к воротам вдобавок подъехал чёрный фургон. Из задних дверей вывели человека в грязной порванной одежде с мешком на голове. Микеланджело переглянулся с братом: «Ещё одна бедняга для экспериментов?» «Несомненно». Младший тут же сбросил с себя затрудняющий свободные движения плащ и выжидающе уставился на Рафаэля: — Штанишки не жмут? Рафаэль молча стал спускаться вниз, демонстрируя своими проворными бесшумными прыжками и сальто полную готовность вступить в бой в одежде. Как странно — совсем недавно они и подумать не могли, что форма может так сильно сковывать движения. Черепашье тело это доказало. Микеланджело, как и остальные, время зря не терял — после нападения Бишопа не пропустил ни одной тренировки в новом теле. Потому сейчас так же ловко и тихо спустился вниз, где охранники под руки уводили очередную жертву. У самих ворот им в спину прилетели звёзды ниндзя. Их заложница, как уже поняли парни, тут же пошатнулась и упала на землю — стоять она не могла совсем. Видать, и до того над ней хорошенько поиздевались. Остальные караульные тут же начали стрельбу. Микеланджело чётко услышал, как один из них засомневался в увиденном: — Это что... лягушки? — Переростки, — он ударил его по затылку нунчаками. Развернулся, чтоб парировать удар подобравшегося к нему сзаду охранника и следом увернулся от очередной пули. Рафаэлю было скучно сражаться. Он на раз-два справлялся с этой небольшой кучкой надзирателей, по минимуму нанося урон. Когда на ногах не осталось ни одного противника, он подбежал к девушке. Она дрожала не то от боли, не то от холода. Парень схватил её на руки и как раз в этот момент перед ним открылись ворота, чтоб предоставить десяток бойцов клана Фут. Глаза Рафаэля заискрились — он готов был прямо сейчас оставить пострадавшую и разорвать каждого из клятого клана в клочья. — Раф! В приоритете сейчас спасти эту бедолагу! Мастер сай сдержался, чтоб не закатить глаза. Ещё один учитель морали! От этих слов он сжал жертву ещё сильнее — она не сдержала стон боли. И тогда Рафаэль попытался выбросить из головы все мысли и чувства, связанные с местью, и сосредоточиться на сострадании. А затем просто отступить. Когда на улице оказалась целая сотня футов, след братьев Хамато давно простыл. Они быстро оказались в безопасном месте, скрытом от любопытных глаз. Девушка не сопротивлялась, когда Рафаэль закинул её на плечо, быстро вскарабкался вверх, пробежался по крышам, иногда не совсем мягко приземляясь. Кажется, она не чувствовала уже никакой боли. Или давно отключилась? Рафаэль остановился, осторожно уложил её и наконец решился снять с головы мешок. Была не была! Окажется, что она в сознании и станет кричать при виде двух ужасающих морд — наденут тряпку назад. В противном случае, ей итак никто не поверит. Измотанная, избитая несчастная девушка — всё спишут на шок. Рафаэль осторожно стянул мешок, Микеланджело с шумом втянул в себя воздух, когда увидел изувеченное лицо... — Талена?..***
Талена не приходила в себя на пути к дому и даже когда Рафаэль укладывал её на диван, а Донателло трепетно снимал лишнюю одежду и осматривал измотанное пытками тело. Его пальцы дрожали при каждом прикосновении, опасаясь ненароком причинить ей боль. Он видел перед собой лишь самого дорогого в жизни человека и не слышал перешёптываний Лео и Рафа за своей спиной. Старший был недоволен — об этом свидетельствовал его тон. Однако, если бы не вылазка двух братьев, Талена не была бы найдена так скоро. Возможно и вовсе не была... Умник откинул мысли, что так отчаянно лезли в его голову. Он прижался своим лбом к Талене, оставляя нежный поцелуй на щеке. Она дышала, её ресницы подёргивались. Донателло быстро перевязал все раны, а когда закончил сел рядом, взяв её руку в свою трёхпалую. Тихие разговоры наполнили гостиную — парни обсуждали когда и при каких обстоятельствах произошло это несчастье. Вопрос «Кто это сделал?» даже не поднимался. Несмотря на поздний час, они тут же попытались связаться с офисом Чемберлена, но тщётно. Спустя скоротечное время, что они провели за разговором, Талена начала медленно приходить в себя. Она открыла глаза, привыкая к приглушённому свету, осмотрела комнату и остановила взгляд на Донателло. Светло-карие глаза застыли в изумлении, когда он схватил её за руку и осторожно поцеловал. — Талена! Моя дорогая, как ты се... Но не успел он справиться о её самочувствии как дом наполнил истеричный крик. — Отойди от меня! — она вырвала свою руку и, невзирая на сильные боли, сделала попытку отодвинуться подальше. — Тали, что с тобой? — встрял такой же изумленный, как и братья, Микеланджело. Девушка в немом ужасе оглядела остальных существ, похожих на огромных мутировавших черепах. Её руки тряслись от испуга, когда она выставила их в оборонительном жесте. — Не прикасайтесь ко мне! Монстры! — Тали... Донателло молча отошёл от Талены, не посмотрел ни на кого и вышел из дома, чтоб никто не увидел его потерянного взгляда. Вазоны с цветами на крыльце стали внезапно лишними, хотелось пнуть их изо всей силы, но вместо этого парень растерянно опустился на колени. Но долго Донателло не предавался горьким раздумьям — чьи-то крепкие руки сжали его плечи, помогая подняться, и так же решительно обняли. Это был Рафаэль. Они безмолвно стояли, каждый будто пытался принять суровую реальность, подкидывающую всё новые трудности. На лестнице послышались торопливые шаги. Венера первой увидела Талену и тут же бросилась к сестре, но Леонардо перехватил её, не позволяя подойти ближе. Девушка озадаченно посмотрела на него в ожидании ответа, который дала сама Талена при виде Лароты, забегающей следующей. — Ларота! Эти... существа. Кто они, Лар? — хрипела девушка, прижимаясь к сестре. И если прежде Венера пыталась вырваться из крепкой хватки, сейчас её руки застыли на груди Леонардо. Сама она рассеяным взглядом переглянулась с Ларотой, посмотрела на Талену, которая не просто не узнавала её, а боялась. Как и любой человек. Леонардо вывел её из комнаты, Микеланджело поспешил оповестить обо всём Эмили, тогда как Венера всё ещё слышала всхлипы сестры и успокаивающие обещания Лароты рассказать Талене всё, что она попросит.
Примечания:
Да, долго. Да, мало. Тут только понять и простить )
