Дорога цвета крови

Устало потерев глаза, я снова взглянула на яркий экран ноутбука. Часы показывали почти четыре утра, а огромная статья всё ещё ждала перевода. Спать мне не хотелось, но и работать особого желания не было. Я потянулась, ещё раз посмотрела на время и подумала, что самое время для пробежки. Нормальные люди бегают после сна, я — чтобы уснуть после бессонной ночи. Лениво натянула чёрные спортивные штаны, волосы собрала в низкий хвост, просторную красную футболку заправила в штаны. На улице было свежо — идеально, чтобы привести мысли в порядок. Я глубоко вдохнула и лёгким бегом направилась к мемориалу Линкольна. От моего дома до отражающего бассейна идти пешком минут семнадцать; неспешным бегом я обычно справлялась за десять. Утром там почти никого нет. Хотя, может, это потому что в четыре утра все ещё спят? Я сделала растяжку, несколько наклонов и приседаний, и уже была готова стартовать, когда на плечо опустилась тяжелая ладонь. Я сразу догадалась, кто это. Конечно, стоит только захотеть побегать в одиночестве, и всё рушится. — Алекс, — в его голосе звучала улыбка, — давно не видел тебя. — И только я решила побегать одна, как ты тут как тут, Стив, — я растянула вымученную улыбку и повернулась к парню. Эх, если бы мой друг знал, что утром можно в десять раз чаще встретить Капитана Америку, чем работая в ЩИТе, он бы точно бросил работу и бегал сутками. — Бессонница? — Нет, я просто проснулся пораньше, чтобы побегать в тишине. Кстати, если хотела одиночную пробежку, место выбрала неудачное, — Стив вышел на дорожку, разминая плечо. Он старался выглядеть расслабленным, но напряжение ощущалось в каждом его движении. Проснулся пораньше — ну конечно. — Ну, я выбрала удачное время, чтобы тут не было людей, — ответила я, делая несколько шагов и останавливаясь рядом с ним. — Кстати, если ты хотел побегать в тишине, то выбрал не тот штат. Роджерс усмехнулся, будто собирался что-то сказать, но я резко стартовала. Через мгновение он уже бежал рядом, подстраиваясь под мой темп. Мне всегда не хватало ощущения безопасности рядом с ним. Стив был хорошим человеком, но его сила… она постоянно напоминала о том, насколько хрупким и уязвимым становишься рядом с такими, как он. Человека с такой силой невозможно остановить, а мало ли что взбредет ему в голову. Он свернёт мне шею одним щелбаном. Не только он. Все эти «герои» внешне кажутся совершенными, их способности вызывают восхищение, но за этим фасадом скрывается потенциал разрушения, который никто не замечает. Неконтролируемая мощь, импульсивные решения, маленькая ошибка — и кто-то пострадает. В это прохладное утро сосредоточиться на пробежке было почему-то очень трудно. Мысли блуждают туда-сюда. Вдох-выдох. Дыхание ровное, я набрала темп. — Почему бы тебе не найти ещё друзей? Ну знаешь, более милых, чем я, — мне не нужно было смотреть на него, чтобы понять, он улыбается. — По утрам здесь бегает один парень, бывший военный. Он тоже любит поболтать. Мне кажется, вы найдёте общий язык. Дыхание слегка сбилось и мне пришлось сосредоточиться, чтобы привести его в норму. — Так быстро хочешь избавиться от меня? — Стив знал, что я недолюбливала его как Капитана Америка. Его это даже забавляло, иногда он даже считал своим долгом пошутить что-то на эту тему. — Я послушал тот альбом Pink Floyd, что ты советовала. Он и правда замечательный. Вообще-то я слушаю его до сих пор по вечерам. Я невольно улыбнулась. Отчего-то было приятно, что ему понравилось то, что я посоветовала. Может, стоит составить ему список того, что он пропустил. Заодно и сама наверстаю то, чего не помню. — Вообще-то я хотела избавиться от вас обоих, — усмехнулась я, — убить двух зайцев одним тобой, раз уж вам так нравится мешать мне бегать в спокойствие и тишине, — мы рассмеялись, и моё дыхание сбилось окончательно. Мы пробежали ещё километр, переговариваясь со Стивом о всяких мелочах. Я остановилась. Сделала пару глубоких вдохов и провела рукой по влажным волосам. По телу растекалась приятная лёгкость. В обычные дни я пробегаю около пяти кругов, а потом отдыхаю. Но сегодня силы быстро покинули меня. Стив же выглядел так, будто просто шёл шагом, легко и спокойно, с добродушной улыбкой. Бесит. — Ладно, здоровяк, не буду мешать твоему суперпупер быстрому бегу. Мне на сегодня хватит, — подмигнула я и хлопнула его по плечу, проходя мимо. — До встречи, Лекс. Жду не дождусь следующей попытки помешать тебе насладиться пробежкой в одиночестве, — прокричал он, на что я ответила средним пальцем. Вернулась домой после пробежки почти счастливая. Влажная футболка полетела на пол в прихожей, кроссовки остались там же — аккуратность никогда не была моей сильной стороной. Я вошла в ванную и остановилась перед большим зеркалом. Розоватые щёки придали лицу живости. Я стянула резинку, и пряди длинных волос рассыпались по спине и плечам. Остальную одежду закинула на стиральную машинку у стены. Я включила воду и залезла под льющуюся воду. Подобрала температуру, закрыла глаза и подняла лицо навстречу тёплым струям. Мышцы приятно тянуло, усталость медленно стекала вниз вместе с водой. Не открывая глаз, я упёрлась ладонями в плитку, перенося на них вес тела. И тогда в темноте вспыхнули образы. Туманный лес — густой, сырой, будто пропитанный холодом. Воздух тяжёлый, липкий, он давит на грудь и не даёт вздохнуть глубоко. Земля под ногами тёмная, изрытая, покрытая пятнами крови. Кровь была повсюду: на земле, на стволах деревьев, на корнях. Картинки мелькали слишком быстро, рвались, накладывались друг на друга, но я всё равно успевала рассмотреть детали — слишком чёткие, слишком реальные. Что-то липкое и холодное касается моей руки. Кожа покрылась мурашками, желудок болезненно сжался. Я распахнула глаза и резко отшатнулась. Нога поехала по скользкой поверхности, сердце ухнуло вниз. Руки судорожно вцепились в стену и штору душа, пальцы соскользнули, но равновесие всё же удалось удержать. Я застыла, тяжело дыша. Взгляд метался по ванной — от угла к углу, от потолка к полу, будто там действительно могла прятаться угроза. За шторой — никого. Яркий свет, капли воды, собственное отражение в зеркале — бледное, испуганное. Ничего. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот проломит грудную клетку. Ладони дрожали, дыхание сбивалось. И лишь через несколько бесконечно долгих секунд до напуганного мозга дошло: в реальности ничего этого не было. Это всего лишь образ из снов. Всего лишь образ. Подрагивающие пальцы с трудом нащупали кран и перекрыли воду. Шум оборвался слишком резко, оставив после себя гулкую тишину, в которой страх не спешил отступать. Наконец придя в себя и обмотав полотенцем тело, я вышла из ванной. Медленно направилась на кухню. После всего этого накатила сонливость — сказывалась ночь без нормального сна и пережитый ужас в ванной. Голова была тяжёлой, движения — ленивыми, будто я шла сквозь густой воздух. Я едва не выронила стакан с вишнёвым соком, когда раздался резкий звонок в дверь. Дёрнулась всем телом, сердце подпрыгнуло. Только бы не мама. Она уже однажды примчалась без предупреждения «просто проверить, всё ли в порядке», сейчас это было бы совсем не вовремя. Я распахнула входную дверь — и буквально уткнулась в подругу, которая уже снова тянулась к звонку. Осмотрев меня с головы до ног, она выразительно подняла светлые брови, а её губы растянулись в кривой усмешке. — Мне, конечно, нравится, как ты меня встречаешь, — протянула она, — но я вообще-то по мальчикам. — Чёрт… — промямлила я, только теперь осознав, что всё ещё стою перед ней в одном полотенце. Я отступила в сторону, пропуская её внутрь. — Чувствуй себя как дома. Я… пойду оденусь. — Гуляем! Я обернулась на её восклицание и увидела, как она вынимает из-за спины бутылку красного вина и широким шагом направляется на кухню. — Кому-то наконец дали выходные? Через пару минут я вернулась уже одетая. Сара стояла у стола — сияющая, живая, будто в ней было вдвое больше энергии, чем в обычном человеке. При виде неё тревожные мысли отступили. Она откинула с лица шелковистые светлые волосы и пододвинула ко мне бокал с вином. — У меня есть целых четыре дня. Целых четыре дня без больницы, дежурств и пациентов, — Она прищурилась. — Ты, кстати, давно в зеркало смотрелась? Выглядишь так себе. Синичищи под глазами — загляденье. — Ты второй человек, который говорит мне это, — я усмехнулась. — Вчера Алан, сегодня ты. Видимо, мне и правда пора завязывать с ночной работой. Я сделала глоток вслед за ней. Вино приятно согрело пустой желудок. — Потому что жить надо по-человеческому режиму. — И это ты мне говоришь? — я фыркнула. — Ты сутками торчишь в больнице и при этом всегда выглядишь потрясающе. Ты ведьма. — Что есть, то есть, подруга, — рассмеялась она, осушая бокал и тут же наливая ещё. Она подняла на меня взгляд. — Слышала, что ты к нам ходить больше не будешь. Отмечаем и твоё полное выздоровление? — Сара подняла бокал. Я стукнула бокалом о её. — Если бы. Память так и не вернулась. Зато головные боли и ночные кошмары навещают меня всё чаще. Ник посоветовал психотерапевта. Думаю, стоит попробовать. — Может помочь, — кивнула Сара. — Иногда мозг прячет не только сам момент травмы, но и то, что было вокруг неё. — Мне просто хочется всё вспомнить, — тихо сказала я. — Знаешь, иногда я смотрю на все эти фотографии, где мы такие счастливые. И я не понимаю, что пошло не так. Джуди со мной почти не общается. Приехала всего один раз, в больницу. Дилан пишет, но холодно, будто из вежливости. А я ничего не понимаю. — А ты пробовала… –Да, — перебила я. — Спрашивала. Он ничего не сказал. Я выдохнула и попыталась улыбнуться: — Может, я у них денег заняла, всё потратила и забыла? С Сарой мы знакомы всего полтора года. Познакомились в больнице, после того как меня сбила машина. Она тогда постоянно удивлялась, как быстро на мне всё заживает. Сначала казалась навязчивой, слишком беззаботной для серьёзного врача. Я удивилась, узнав, что она лучшая в своей ординаторской группе. А потом мы разговорились — проговорили тридцать минут, за что ей потом сильно досталось от моего лечащего врача. — Подрууууга, забудь, — протянула она. — Если ты не вернула им деньги, то они заслужили. Мы молодые и красивы. Мы должны веселиться, а у нас кончилось вино, — она потрясла пустой бутылкой у меня перед носом. — Я бы для начала поела. Я открыла холодильник, осмотрела содержимое и достала блины с мясом. Показала Саре. Она отрицательно покачала головой. Мне же больше достанется. — Кстати, — как бы между прочим сказала я, — Ник оставил мне свой номер. Не по работе. — А сам позвонить не мог? — Сара захлопала ресницами и хитро улыбнулась. — Захапала главного красавчика нашей больницы. А я по нему всю интернатуру сохла. — Он считает, что будет нечестно, если звонить будет он. Вот и дал мне свой номер, чтобы я решила сама, хочу ли пойти с ним на свидание. — Каков джентльмен, — она рассмеялась. — Ты должна позвонить ему. Сегодня. Я проконтролирую, иначе сама ты никогда этого не сделаешь. — Да что бы я без тебя делала… — Доедаешь блины, звонишь секси-доктору, и мы едем тусить. — Сара, сейчас десять утра. Она уже мыла бокалы, не собираясь выслушивать возражения. Когда она в таком настроение её не остановить. Сон как рукой сняло, но ехать куда-то совсем не хотелось, особенно так рано. Сара уселась прямо на стол, едва не угодив в тарелку. Я молча отодвинула её подальше. Может, если игнорировать её сейчас, то весь её запал уйдёт? Неееет. Это не сработает, я слишком хорошо знаю эту девушку. Следующий кусок проглотить нормально не удалось, попытка игнорировать её закончилась провалом — она прожигала меня взглядом. — Звони, — она протянула мне телефон. Ну что за человек. А как же всё хорошенько обдумать? Но лицо подруги ясно давало понять, что никаких возражений она не принимает, и я должна сделать это прямо сейчас. Принимая телефон из её рук, я уже ощущала, как начинают пылать мои щёки. Я неровно выдохнула, нашла в контактах нужный номер и, поднявшись со стула, сделала несколько шагов в сторону, словно расстояние могло хоть немного снизить напряжение. Глаза Сары заблестели от любопытства. Четыре гудка. Я уже собиралась сбросить, когда линия ожила. — Николас Холден, слушаю, — его голос прозвучал спокойно, уверенно, будто он вовсе не ждал этого звонка. — Ник, привет, — мой голос прозвучал тише, чем хотелось. Я услышала, как он глубоко вздохнул, и это почему-то заставило меня улыбнуться. — Я тут подумала… что мы могли бы сходить с тобой на свидание. Если, конечно, ты ещё не передумал. — Алексия, — он произнёс моё имя так, что внутри что-то мягко сжалось, — я рад, что ты позвонила. Если ты не против, я сам выберу дату и время. Работа, сама понимаешь. — Да, конечно, — я кивнула, хотя он этого не видел. — Я буду ждать твоего звонка. — А я — встречи с тобой. Я улыбалась как полоумная. Щёки действительно начали болеть, и я поняла, что не могу перестать. Сара спрыгнула со стола и налетела на меня, обнимая с такой силой, будто пыталась задушить от счастья. Я рассмеялась и обняла её в ответ, даже подпрыгнула на месте — слишком много эмоций для одного утра. — Ты обязана позвать меня на свадьбу. — Какая свадьба? — я шутливо стукнула её по плечу. — Нам бы для начала на свидание нормально сходить. Сара схватила меня за руку и потащила в мою комнату. Я ещё пыталась вразумить её, уверяла, что никуда не поеду, но эта леди-ураган игнорировала всё. Сара подбирала для меня наряды, прикладывала ко мне то одно платье, то другое, заставляла примерять. Я вышла к ней в синем платье до середины бедра, и Сара удовлетворённо захлопала в ладоши. Потом она взялась за мои волосы, накручивая пряди, а я всё ещё безуспешно пыталась уговорить её на спокойный вечер с просмотром фильма. Мы прогуляли весь день. Бар сменялся караоке, караоке — парком. Вечером Сара потащила меня в ночной клуб, который открылся в семь. К этому моменту я была выжата как лимон: ноги ныли, туфли беспощадно тёрли, глаза слипались.Сара же будто только вошла во вкус. Ей это было нужно, я видела это слишком хорошо. Я старалась держаться рядом, поддерживать её веселье, но выходило плохо. Если бы она предупредила заранее, я хотя бы поспала ночью. Я сидела у барной стойки и медленно потягивала гранатовый сок. Алкоголь больше не лез. Сара уехала с каким-то парнем около получаса назад, оставив меня одну. Она извинялась, но сказала, что теперь у меня есть «свой красавчик», и ей он нужен тоже. Народу в клубе становилось всё больше. Музыка давила, толпа двигалась единым телом, ловила ритм, а я чувствовала себя вырванной из этого мира. Ноги гудели. Я наклонилась, сняла туфли и пошевелила натёртыми пальцами, покрутила стопами. Блаженство. Почему я не сделала этого раньше? Я приложила холодный стакан ко лбу. Глаза закрылись, и в голове вспыхнуло воспоминание часовой давности. Мы с Сарой танцуем в толпе. Она пьяно пошатывается, и я подхватываю её под руку. Держимся за руки, смеёмся и машем головами в такт музыке. Делаю короткую паузу — просто чтобы остановить вращение мира вокруг. И тогда замечаю его. Все вокруг танцуют, кружатся в сумасшедшем мире. Он за барной стойкой пьет вино прямо из бутылки, запрокинув голову. Он опускает бутылку. И в ту же секунду его взгляд находит мой. Не скользит, не ищет, не ошибается. Просто — сразу. Как будто он знал, где я буду стоять. Как будто всё это время смотрел именно сюда. Он салютует бутылкой мне и улыбается. Медленно, уверенно, глядя прямо в глаза. В этой улыбке слишком много тепла и слишком мало сомнений. Так улыбаются не незнакомкам — так смотрят на тех, кого любят давно. И от этого становится не по себе. Потому что я не знаю его. А он смотрит так, будто знает меня всю жизнь. По спине пробегает рой мурашек. Я моргаю снова, отшатываюсь, прижимаю ладонь к лицу, пытаясь прийти в себя. Всё веселье исчезает, словно кто-то щёлкнул выключателем. Сердце колотится где-то в горле, дыхание сбивается. Когда я снова смотрю в ту сторону — его нет. И я медленно двигаюсь в сторону барной стойки и остаюсь там до конца вечера, механически наблюдая за тем, как Сара смеётся, танцует и флиртует. Воспоминание рассеялось и я одним глотком допила сок. Я точно схожу с ума. И определённо запишусь к тому психотерапевту, которого посоветовал Ник. Голова гудела, мысли расползались, а странное, липкое ощущение безумия никак не хотело отпускать. Чёрт, может это просто недосып и алкоголь играют с моим воображением? Пора домой. В кровать. Подальше от света и людей. Почему я вообще до сих пор здесь? Собравшись с силами, я вызвала такси. Взяла туфли и босиком зашагала к выходу, чувствуя, как холодный ночной воздух вцепляется в кожу. Холодный асфальт на мгновение вернул плывущее сознание в тело. Меня передёргнуло от резкого перепада температуры. К счастью, машину долго ждать не пришлось. Дома я оказалась через двадцать пять минут. И как только тело коснулось мягкой постели, сознание погасло, будто его просто выключили.