Your Color and the Secret of the Shafiq family

Бежевые открытые туфли на высокой шпильке уверенно ступали по мраморной плитке. Теплый ветер трепал волнистые и мягкие длинные каштановые волосы. Аловатые губы хитро улыбались, а хитрые глазки разглядывали прохожих, подмечая каждую деталь. Гермиона Грейнджер находилась на островке, принадлежащем их семье, на самой вершине был огромный замок из темного кирпича с множеством башен, к нему прилегал небольшой, но крайне оживленный город, но не просто город, а магический район. Прилив Мон-Сен-Мишель во Франции был одним из самых богатых и распространённых магических мест на всей планете. Вокруг было темное и бушующее море, а с землёй их связывал только узкий, но длинный пляж. Белое платье по щиколотку и по плечи, с вырезом от середины бедра, выгодно подчеркивало хрупкую фигуру и все ее прелести. Гермиона любила запах моря, любила смотреть на него, любила его синие цвета. Это единственный в мире предмет, что всегда оставался в одном и том же естественном цвете, в своем цвете. Вода успокаивала и будила в ней уверенность в своих решениях. Она была здесь лишь во второй раз в жизни, но именно здесь ее жизнь менялась полностью. Как в первый раз, когда она приехала к ее настоящим биологическим родителям, так и во второй раз, когда она едет убивать. Дойдя до ворот того замка, что будет ей служить домом в последующий месяц, Гермионе отворили их, и девушка прошла к главным дверям. И перед тем, как открыть их, она глянула на прозрачный кулон с голубым цветком. Это был подарок от Пэнси, Блейза и Драко. Она сказала им лишь то, что уезжает на месяц или чуть больше, но как только приедет, то обязательно все расскажет, а если не приедет, то… Она ничего не сказала на этот счёт и просто улыбнулась. Теперь, когда она знает, ради чего ей бороться, то обязательно выживет, она же Гермиона Грейнджер. Тяжёлые дубовые двери распахнулись, впуская последнюю гостью. В главном зале, оформленном в коричневых и бордовых цветах, на бархатном диване сидели девушка и парень, они были очень похожи друг на друга, наверняка близнецы. У обоих светло-русые волосы и светло-карие глаза, но в отличие от ее глаз, у них была радужка. А напротив них сидел высокий парень брюнет с янтарными глазами, в них словно тянулся мед. Интересно, кто из них больше всего опасен? Все. — Ну что ж, теперь, когда все собраны, давайте же пообедаем и познакомимся, — в гостиную вошла высокая и статная женщина средних лет, у нее были медовые глаза, почти как у того парня, и русые волосы, заплетенные в пучок. Рядом с ней стоял мужчина, он был красив, но его глаза, черные, бездонные, такие же, как и у Гермионы, волосы вороньего крыла, он был похож на милосердную смерть, не хватало только косы. От своих мыслей Грейнджер улыбнулась и проследовала за близнецами и родителями, тот парень с янтарными колючками шел позади нее, сильно напрягая тем, что просто прожигал в ней дыру. Когда все расселись по местам, а домовики расставили блюда, мистер Шафики начал свою речь. — Не буду скрывать, мы здесь все собрались не для того, чтобы весело проводить время и дружить. Один из вас станет наследником рода Шафики, и только один, и вы все знаете почему. Марион и Марья росли с нами и знают гораздо больше вас двоих, — отец указал на Гермиону и того черноволосого парня, — Но и у вас есть преимущества, никто не знает, чего от вас ожидать, как и мы. — Но сейчас все мы просто познакомимся, — продолжила мисс Шафики, чуть напряженно глянув на издевательскую улыбку и веселящийся вид гриффиндорки. Русоволосая девушка кивнула и посмотрела на Гермиону и того парня, что сидел рядом с Грейнджер. — Меня зовут Марья Шафики, мне 15 лет, я учусь в Шармбатоне, увлекаюсь колдомедициной, — Гермиону сразу заинтересовало, неужели решила сразу их подготовить? Весь вид этой Марьи кричал о том, что та уже считает себя победительницей, как и ее братец. — Я Марион Шафики, брат-близнец Марьи, также учусь Шармбатоне и увлекаюсь магическими созданиями, — какие увлекательные родственнички однако. Жаль, что их самолюбие их погубит. — Тенебрис? — вопросительно глянул отец на янтарноглазого. Тот слегка поежился от взгляда темных глаз и презрительно глянул на близнецов и Гермиону. Грейнджер это не понравилось, но она не будет ломать свой образ. — Мое имя Тенебрис Шафики, рос в семье Розье, учусь в Дурмстранге на шестом курсе, 17 лет, — он был одногодкой Гермионы. Как мило. То есть они по идее брат и сестра? Так, ну это логично, но вы поняли. — Я — Гермиона Грейнджер, учусь в Хогвартсе на шестом курсе Гриффиндора, 17 лет, мои родители магглы, — да, именно так. Ее родители — магглы, не эти чистокровные снобы и лицемеры, что отдали свою дочь в обычный мир потому, что колдомедик сказал, что та вырастет сквибом! Но посмотрите, кто она сейчас! Ее магия искрится и льется через край, она лучшая ученица Хогвартса за это столетие. Ее имя — Гермиона Грейнджер, не Юфемия Шафики. — Но Юфемия! Твое имя и фамилия не Гермиона Грейнджер! — зло выкрикнула миссис Шафики, скривив лицо в отвращении, — и твои родители не магглы, мы ведь не магглы! — Дорогая, успокойся, — недовольно проговорил мистер Шафики, зло зыркнув на Гермиону, которая издевательски усмехались и смотрела на мать, будто та ничтожество. У него скоро голова поедет от всего этого, ну кто блин знал, что она не вырастет сквибом, ну кто знал, что ее братец не потеряет эти крохи магии и станет сильным? — Я думаю, что вам всем стоит отдохнуть, вы наверное устали после пути домой, — устало вздохнув, посмотрел на всех детей мистер Шафики. Встав из-за стола, близнецы и родители стали расходиться, просто забывая про Тенебрис и Гермиону. Оставшись одни в обеденном зале, они переглянулись и парень задал вопрос: — Ну и зачем ты ее вывела из себя? — Я ее не выводила, я просто сказала правду, что в этом такого? — пожала плечами Грейнджер и взяла в руки кулон, опять рассматривая застывший там цветок, — как ты попал к Розье? — Тенебрис напрягся, но взвесив все за и против, все же сказал. — Я случайно зашёл в Дырявый Котел из маггловского района, когда меня выгнали из детдома, — он немного помолчал и продолжил, — Там меня подозвал к себе Том — бармен и спросил, что я тут делаю, тогда с ним рядом стоял мистер Розье, я заинтересовал его, что же делает маленький мальчик здесь, как именно он увидел в таком возрасте это магическое место. Ну, а там всё пошло, поехало, и я оказался в его семье. А тебя просто из детдома забрали? — Я считала их своими родителями, они и есть мои родители, так как меня забрали оттуда в год, я ничего не помнила про него и этот мир, и до одиннадцати лет считалась магглой, лишь потом магглокровной. — Поэтому ты поступила на Гриффиндор или у тебя не было выбора и ты по качествам туда прошла? — это была проверка. Если Гермиона скажет, что она туда прошла по качествам, то станет лёгкой добычей, но тем не менее, они не будут ожидать подлянки от нее. — По качествам, — «искренне» улыбнулась Грейнджер, — Айка! — возле нее появилась довольно-таки высокая, но худая эльфийка, которую она запомнила еще с прошлого раза, — проводи меня до моих покоев, но сначала этого мистера Тенибриса до его, — усмехнулась Грейнджер, сейчас она узнает, где проживает ее братец. Вечером того же дня к Грейнджер прилетел красивый серый филин, она сразу же скривилась от этого цвета. Боже, как же бесит этот цвет. Она впустила птицу в свою комнату, и та села ей на стол, Грейнджер отвязала письмо, и птица тут же вылетела, значит, отправитель не ждал ответа. Гермиона не знала, чья это сова. Печать на письме была ей незнакома, на ней был изображено дерево, что раскинуло свои ветви к небу, а с разных сторон на него облакатилось два человека, и оба они имели короны и посохи, только у одного наконечник был в виде сердца, а у другого в виде лезвия. Как интересно, чья же это печать? И что именно она означает? Сломав ее, Гермиона развернула пергамент и увидела рисунок. На нем была изображена девушка с такими же волнистыми волосами, как и у нее, в ее платье и с глазами без радужки, только там на рисунке в них не было и белка, сплошная чернота. Грейнджер нахмурилась, на рисунке была точно изображена она, только вот сзади ее проткнули острые когти животного, а на одном из них висит ее сердце. Как мило, Гермиона улыбнулась и невербальным заклинанием без палочки сожгла листок. Что ж, это предупреждение точно от близнецов, не зря же они им дали ту информацию о животных и медицине. Но и она лыком не шита, только она не будет делать предупреждения. Как же лучше всего от них избавиться? Тенебрис Шафики стоял около окна и вглядывался в даль, за горизонт, там где кончалось море, но на самом деле разливалось дальше. Ночной ветер трепал черные волосы. Парень думал о том, как же ему убить всех их, как ему отнять жизнь? Да, они были незнакомы, да они даже ненавидят друг друга, близнецы так точно, но эта Грейнджер вроде не особо проявляет ни ненависть, ни радость, она сказала, что гриффиндорка, а там учатся благородные и отважные. Как она сможет кого-то убить? Как можно взять и отнять жизнь у человека? Ему было страшно, ему было страшно убивать, но также ему было страшно умирать. Как же его милая Лила, что ждёт его в школе, которая всегда поддерживала его и любила. Что же будет, если он умрет? Парень представил ее побледневшее лицо, соленые капли слез, что лились из потускневших голубых глаз, как ее рыжие волосы растрепаются, слипнутся и потеряют свой блеск, как она будет лежать словно безвольная кукла у ног этой Марьи или этого Марион и молить, чтобы те вернули ей его. Как она будет сломлена. — Нет, — прохрипел черноволосый и опустился на колени, хватаясь за голову. Но в следующий момент перед глазами встаёт картина разбросанных по полу каштановых волос, как карие глаза теряют огонек жизни и надежды, как по холодным деревяшкам растекается ещё теплая кровь, как она впитывается в пол, как он держит обычный сервировочный нож, который вошёл в ее горячую плоть. Тенебрис сходил с ума. Ну почему он родился в этой семье? Почему он не оказался обычным грязнокровкой?! От сумасшествия его отвлёк дверной стук. — Войдите, — властно сказал Тенебрис и встал с пола, отряхивая невидимую пыль. В комнату вошла красивая девушка в одной белой ночнушке, что практически не прикрывала ничего. Ее русые волосы прямыми локонами спускались по маленьким плечикам и открытым лопаткам, ее светлые глаза светились детским интересом и надеждой, — Что тебе нужно, Марья? — Прости, ты, наверное, уже спал, я… Я наверное пойду, прости, — и только девушка уже хотела уйти, как Тенебрис схватил ее за руку и повернул к себе лицом. — Говори, а потом уходи, — Марья резко обняла янтарноглазого и всхлипнула. — Я не хочу, — она задыхалась, не могла нормально говорить, — не хочу вас убивать, — ей катастрофически не хватало воздуха, — не хочу… Шафики неуверенно положил руку на ее голову и погладил по волосам. — Успокойся, — он ещё не верил ей, но неужели человек может так хорошо играть эмоциями? Они простояли так минут тридцать. Марья могла его уже раз сто убить, но не сделала этого, но Тенебрис уверял себя, что верить ей не стоит. — Давай так, ты сейчас пойдешь к себе обратно, а мы подумаем, как обойти проклятье, — он взял ее за плечи и посмотрел в опухшие глаза младшей сестры, та неуверенно кивнула и, нервно сглотнув, вышла в коридор, — Спокойной ночи. За эти два дня ничего плохого не происходило. Ну, если не учитывать то, что Гермионе каждый вечер приходили рисунке с тем, как животные раздирали ее, съедали и убивали. И каждый раз это вызывало у нее истеричный смешок. Что же это за поклонник, у которого такие сексуальные фантазии? Она заметила, как Тенебрис пропадает в родовой библиотеке, видела, какие книжки он читал, и зло усмехалась, это наивное дитя пытается найти способ обойти проклятье, только это материал второго курса, ей богу. Проклятье может отозвать лишь тот, кто его наложил его, ну или его потомки. Только даже если они и узнают, кто именно его наложил, то вряд ли тот, или его потомки, будут копаться в этом дерьме и пытаться обратить заклятье. Так что Грейнджер Тенебрис был смешон. А ещё она видела, как злился ее братец, Марион, когда Марья смотрела наивными, полными доверия и любви глазами на Тенебриса, а тот загибался ещё сильнее, ведь он не хотел ни убивать, ни умирать. Какие смешные у нее родственники, какую глупую и детскую игру затеяли ее младшие брат и сестра. Сейчас она шла в обеденный зал на ужин, четвертый день ее пребывания уже подходит к концу, стоит задуматься, кого и как убить первым. Она хороша в зельях, но также и в боевой магии. Также у нее вчера появилось дикое желание слететь с этой огромной высоты в море, тогда она превратиться в лепешку, там почти сразу острые камни под водой, какое интересное совпадение, наверняка ее предки так и убивали своих жертв. Улыбнувшись красивому закату, Гермиона решила после ужина сходить погулять по городу. — Добрый вечер, мисс и мистер Шафики, — лилейным голоском пропела Грейнджер, на что ее биологическая мать нахмурилась и отвернулась к Мариону, что также обратил внимание на старшую сестру, — И тебе привет младший брат. — Привет, чем хочешь заняться вечером? — улыбнувшись, спросил Марион. Хочет совершить покушение на нее уже сегодня? Какая печаль, что она не даст ему это сделать. Нет, она не убьет его сегодня, но она убьет его к концу недели или же оставить его напоследок, как сладкий кусочек? Тяжелее всего будет убить Тенебриса, ведь он не заслужил этого, хотя и Марион с Марьей тоже не должны умирать, но даже если она не убьет их сейчас, то после того, как одного из них объявят законным наследником, то остальные будут страдать, медленно умирая, их будут словно съедать изнутри, и в конце-концов они сами себя убьют. От этих мыслей ее чуть тряхнуло, когда она представила, как Марью будут жрать изнутри, какой ужасной тогда станет она. — Хотела прогуляться, а ты? — Я не знал, но теперь знаю. Хочешь я покажу тебе самые интересные места, я же все же вырос здесь, — сделав вид, что обдумывает предложение, Грейнджер решила, что убьет сначала его к концу этой недели, тогда Марья ее возненавидет и побежит к Тенебрису, задумывая ее убить, а ее отчаявшемуся братцу придётся ей помочь. Но она отнимет у него и Марью, а после убьет и его. Идеально. Трагедия трёх друзей и братьев, что не хотели убивать, а их сестра убила их. Боже, какое притворство. — Давай, буду только рада, — и весело проглотила кусочек отменной свинины. Вокруг ходили волшебники в мантиях, вокруг все так и было пропитано магией. Закатное солнце красиво плясало на мраморных плитах, на лицах людей сияли улыбки. Гермиона была одета в летний сарафанчик, джинсовый верх с лямками, а вниз отходила фатиновая юбка до колен, ее волосы были собраны в высокий хвост, а в ушах длинные сережки с пушистыми листиками, на ногах синие туфли на высокой шпильке. Ее спутник, Марион, ушел купить им по яблоку в карамели, яблоки она не очень любила, да и карамель, если честно тоже, но она же леди, не может обидеть человека, так любезно решившего «растратиться» на нее. Ее внимание привлекла вывеска с названием «Магические питомцы». Посмотрев на братца, что стоял в огромной очереди за лакомством, Гермиона улыбнулась и зашла в лавку, а звонкий колокольчик сразу же оповестил, что в помещение вошёл покупатель. — Здравствуйте, молодая леди, хотели приобрести питомца? — спросил шатенку маленький старичок. — Возможно, — Грейнджер огляделась и задумалась, а что, если ей действительно завести себе зверушку? Только она должна быть полезна, даже защищать ее, — у вас есть такой зверь, что будет защищать? — Ну, таких животных полно, зависит от вашего характера, — старичок провел Гермиону в комнату с хищниками. — Это… Зуву?! — в дальнем углу стояла клетка с цветной тварью, подходящей на льва. Зуву — это редкое существо родом из Китая, они очень опасны, из хвост длиннее их тела и крайне мощный, а если животное в ярости, то его грива вспыхивает. — Тише! — шикнул на нее старик и уже собирался взяться и утащить клетку, как Грейнджер остановила его. — Стойте, я возьму его. Сколько ему месяцев? — Уже почти год, вы вряд ли сможете его приручить, он сейчас бунтующий подросток, — проворчал старик. — Не беспокойтесь, я приручу, — и Гермиона хищно улыбнулась, протянув старику горстку монет, — этого хватит? — Конечно, конечно! — она прекрасно знала, что там гораздо больше, чем нужно, но она покупала также и его молчание, что старик и понял. Гермиона забрала клетку с зуву и призвала Айки, чтобы та положила его в ее чемодан с незримым расширение в тайный отсек. Мало ли какие Марьи или Тенебрисы захотят посетить ее обитель. Выйдя на улицу, шатенка увидела, как Марион как раз покупает эти чёртовы яблоки. Парень с девушкой шли по узкому песчаному пляжу, что связывал их с землёй. Море заходило за края, доходя до их ног. Здесь было пустынно, но спокойно, отсюда этот город, что стремился ввысь, казался заветной мечтой детей. Но они дети, это не их мечта, этот город на самом деле не такой уж и невинный, а люди, живущие в нем, тем более. И тогда и этот пляж переставал быть спокойным, а большие волны только усиливали беспокойство. Парень заметно нервничал, с минуты на минуту должен был выйти пятиног или же волосатый МакБун. Он все дни готовил думал, какого же зверя натравить на свою старшую сестру, в результате ему помог его друг, что живёт в Шотландии. И как только он слышит топот ног, то сразу трансгрессирует обратно в замок. На Гермиону Грейнджер неслось огромное существо покрытое густой рыже-коричневой шерстью, у него было большое тело в виде шара с противными мутными глазами и широким ртом, что он растягивал в мерзкой улыбке, открывая вид на тысячи острых зубов, его пять ног с подвергнутыми внутрь ступнями с длинными когтями не останавливаясь бежали на нее. Гермиона была просто в шоке. Это существо обитает лишь на севере Шотландии, каким раком оно вообще оказалось во Франции?! Где этот говнюк нашел его?! Что за связи?! Грейнджер отскочила в сторону, тут же думая, каким раком ей стоит убить эту тварь. Достав палочку, девушка стукнула его огромным ступефаем, но тварь отскочила лишь на пару метров назад, на секунд десять потеряв равновесие. Но в следующее мгновение по пляжу разнесся девичий крик. Нога пятинога стояла на спине шатенки, впиваясь в ее нежную плоть когтями. От боли и страха в глазах потемнело, она слышала свой пронзительный крик. Вокруг всё просто заскрежетало от бледных жёлтых пятен, по вискам будто били молотками, в ушах стоял гул ветра, но даже через этот шум Грейнджер прекрасно услышала, как рядом прохрипел волосатый МакБун, а его слюна капает на разорванную спину Гермионы. И тогда Грейнджер поняла яснее всего — она не хочет умирать. Она не позволит себе сдохнуть вот так, на каком-то пустом пляже, от лап какого-то тупого огромного животного. В последние секунды до того, как пятиног откусил ее башку, Грейнджер подняла палочку и указала на животное и проорала заклинание. — Петрификус тоталус! — существо замерло на пару минут, этого вполне хватило, чтобы с ужасом вылезти прямо из-под его тупой рожи и отцепить когти от липкой спины. Голова сразу закружилась, а в глазах заплясали темные пятна, мокрые волосы были в песке и липли к грязной спине, из которой вытекала кровь, все болело и жгло. Но она обязана была завершить это всё. Он умрет, умрет хотя бы за то, что натравил на нее эту тварь, и его смерть не будет быстрой, он подохнет медленно, его будет терзать ее зуву. — Estuans Interius*, — прохрипела гриффиндорка, тело чудовища чуть вздулось, внутри него бурлила его кровь, его органы, внутри этого животного сейчас было настоящее пекло. Из его огромного рта вытекала бурлящая кровь, заливая весь песок. Его поганая кровь делала дырки в его же шкуре и брызгала оттуда. Когда вся жидкость вместе с органами просто вскипела и вышла наружу, то Грейнджер решила напугать маленького идиота, — Celeri Compositione**. Тело пятинога стало гнить на глазах, оставляя лишь вид на нетронутые высокой температурой и разложением кости. Уменьшив скелет животного до маленьких размеров и сделав его легче, Грейнджер взяла в руки своего «убийцу» и зашагал к городу, ей надо было сходить и обработать раны, но аппарировать она может лишь на территории города, либо с помощью порт-ключа с пляжа, но увы и ах, у нее не было никакого ключа, в отличие от ее долбанного братца.