У меня были причины

— Ты! Ты сволочь, Роджерс! Ты убил его! — Старк влетел в комнату на полной скорости с одним желанием — размазать Стиву физиономию. Тони в одно мгновение оказался напротив, схватил его за ворот рубашки и прижал к стене. Он наклонился и вкрадчивым шепотом словно пытался выжечь свои слова прямо на лице Роджерса, — Ты сраный убийца, Стив. — А ты кто, Тони? Ты свое послание уже послушал, а? — Стив самоуверенно и едко усмехнулся. Оттолкнул одной рукой от себя Тони, и двинулся к выходу. По пути вальяжно захватил бутылку воды, стоявшую на столе. Он обернулся прямо перед выходом и подмигнул, — А ведь твоих кассет там две. И ушёл. Оставив обескураженного Старка с одной лишь мыслью, которая громко пульсировала на периферии сознания, в ритм бешеному сердцу: «Моих кассет там две». *** «С возвращением. Приятно, что ты все ещё здесь. Может быть, эта кассета о тебе? Не боишься? Если ты всё ещё здесь, то видимо, нет. Может быть, ты и не виноват ни в чем. Не сделал ничего жестокого или предосудительного. Может, тебе нужно было только поговорить со мной в нужный момент?.. Может быть. Итак, я предполагаю, можно продолжать. Доливайте свой чай в кружки, я расскажу вам продолжение своей грустной сказки. Дружба — это работа для двоих, сложная штука и дело компромисса. Такая работа, которая делает свое дело только тогда, когда она нужна обоим. Я не знаю, в какой момент моя дружба стала другой, но я попробую отследить это, вместе с вами, конечно же. Вы должны быть со мной, хотя бы на этом пути. Шаг за шагом, кассета за кассетой. Но я напомню главное — этим вы свои ошибки не загладите. Я всё ещё мёртв.» Слушать этот голос, говорящий столь серьёзные вещи, тяжело для Старка. Голова затуманена алкоголем, но даже сквозь эту призму мысль, пульсирующая и тяжёлая, пробивается к сознанию — «Его больше нет». Старк чувствует, как непонятная тоска начинает наполнять его грудь. Он не может допустить, чтобы эта тоска овладела им, чтобы он утонул в собственной скорби и стал жалкой тенью самого себя. Он вздохнул и резко выпил остатки своего напитка, провел ладонями по лицу и нажал пальцами на глаза. Вздохнул ещё раз и зажмурился, руки пробивает мелкой дрожью. Конечно, кристально ясно, что он не может оставаться в этом состоянии навсегда. Он должен двигаться дальше, иначе не сможет справиться со всем этим дерьмом. Тони медленно открыл глаза и взглянул на свой телефон. В нем было несколько сообщений от коллег по работе, которые ждали ответа на свои вопросы. Это не было чем-то важным, по крайней мере, важнее того, что записано на этих кассетах. Он смотрел на плеер в руках и в голове было пусто. Только в глазах дрожали слёзы. Что он не сказал, не успел, не сделал? «Мой друг, Нэд, и я познакомились еще в детстве. Мы жили в одном маленьком районе, не были особенно популярны в обществе сверстников, и потому проводили каждый свободный момент вместе. С возрастом, как мне казалось, отношения крепли и дружба никогда не закончится. Но однажды все изменилось. Никогда проблем в учебе не было ни у меня, ни у Нэда. До определённого момента, как я полагаю. В школе мы всегда были вместе, и так чувствовали себя гораздо увереннее. Мы слушали одну музыку и любили одни и те же фильмы. Ты умел слушать и понимать, я старался делать для тебя то же самое. Я пытался быть хорошим другом и не отставать от тебя. Но я упустил что-то, видимо? Твои оценки ухудшались, ты начал пропускать уроки. Приближались итоговые тесты и поступление в университет. Мы готовились к пробникам и погружались в учёбу все больше. Моя личная драма в этой истории не играет никакой роли, ведь несмотря на свои дешёвые драмы я умел сосредоточиться на важном. Но что тогда было с тобой? Дружба словно на глазах разваливалась. Нэд вдруг стал более раздражительным и молчаливым. Часто нервничал, но с приближением экзаменов, казалось бы, это можно понять. Только вот он никогда глупым не был, и такие перемены в его настроении мне, мягко говоря, были непонятны. Мы ссорились, и из-за этого он стал часто пропадать на несколько дней, не говоря о том, что происходит. Нэд вел себя всё более отстранённо, отдаляясь и прячась. И наконец, однажды он пропал надолго. Я пытался звонить ему, писать, но никакого ответа не было. Он просто игнорировал меня, в школе не появлялся и длилось такое поведение около недели. Даже ЭмДжей начала переживать за него в определённый период времени. Я к тому моменту был в шаге от ручки, держась из последних сил. Такая обстановка и отношение давили на меня, я тоже начал нервничать. Переживал за друга, его состояние. Это могло быть чем-то серьёзным? Да. Для меня это точно было чем-то серьёзным. Я не хотел становиться скучным для кого-либо. Могло ли произойти такое? Конечно! И я осознавал это в полной мере, поэтому и был счастлив, когда ты дружил со мной. Наверное, откровенничать с записывающей аппаратурой легче, чем с живым человеком, но рассказывать это мне сейчас удивительно легко. В тот момент я чувствовал себя преданным, брошенным. Я без конца перебирал возможные причины — я плохой друг, сказал что-то не то или сделал? Я обидел его? Мой характер стал проблемой? Или он нашёл замену получше? Короче говоря, я накручивал себя, как мог. Перманентно нервничал. Даже кусок в горло не лез. У меня в ту неделю были ежедневные проблемы со сном, а днем постоянно тряслись руки и… хотелось плакать, если честно. Я потерял что-то ценное и важное, что терять не хотел никогда. Меня словно ударили ножом в спину и оставили умирать. Я не мог понять, как мой друг мог так поменяться. Я ведь знал его другим. Теперь он был мне чужим. Но я не мог забыть наших прошлых лет и все, через что мы прошли вместе. Это как расставание с первой любовью. Всё плохое забывается, и ты помнишь лишь хорошее. И вот уже хочется вернуться к бывшему, хаха. Я твердо решил остаться его другом, несмотря на всё произошедшее. Я тогда решил, что если он вернётся, то я сделаю вид, что ничего не было. Я не хотел, чтобы меня бросили. Я так боялся остаться один. Намного легче было бы уйти от этой ситуации, перестать думать о прошлом и не заботиться о друге, который выбрал уйти. Такова жизнь, не спорю. Это буквально вереница разных лиц, которые задерживаются чуть больше или меньше. Но я знаю, что это было бы предательством своих детских мечтаний, наших общих воспоминаний и предательством самого себя. Это не мешало мне обижаться и чувствовать себя униженным. Мы были все время вместе, какого черта ты так со мной поступаешь? Я боюсь одиночества и всё равно столкнулся с ним. Это круто, что у него есть другие друзья, я думаю, ведь у меня такой привилегии не было. Я часто думаю о том, что мог бы сделать, чтобы избежать этой ситуации. Может быть, я мог бы больше общаться с ним до и после случившегося, попытаться понять его причины. Сейчас я смотрю на эти серые облака, которые плывут прямо перед моими глазами, и мои мысли начинают возвращаться к прошлому, к тому времени, когда у меня был друг, был со мной всегда. Я думаю, что уже давно прошли те времена, когда наша дружба была на пике. Мы проводили вместе все свое время, объединенные общей целью и увлечением. Я так хотел бы, чтобы наша дружба продолжалась вечно, но что-то произошло, и мы начали все больше отдаляться друг от друга. Но я опять оговорился — я думал об этом. Сейчас уже нет. Важно, что я учел этот опыт и извлек из него уроки. Я понимаю, что люди могут совершать ошибки, но эта была слишком серьёзной. Такой встряски наша дружба не выдержала. Этот день я запомнил навсегда. Всё произошло предельно просто. В тот день я шёл по коридору, времени было чуть больше 7:30 утра, и школа была практически пустой. Уроки начинались в 8:30, я знал это, но всегда приезжал сильно раньше. Так получалось. Проходя мимо кабинета директора, я услышал звуки оттуда. Разговоры и шёпот, ещё смех, кажется. То, что оттуда точно не должно доноситься. Я знал, что так звучат проблемы. И по-хорошему, пройти бы мне мимо, да и всё тут. Не останавливаться и не брать лишних проблем на свою голову. Но я так не сделал, ведь я услышал там твой голос, Нэд. А я поклялся никогда не бросать тебя в трудных ситуациях, помнишь? Я хороший мальчик, я герой, я должен всем помогать. И я попытался помочь тебе. Я подошел к двери и осторожно приоткрыл ее, чтобы никто не заметил моего присутствия. Я старался даже не делать лишних вдохов, кровь стучала в ушах и это мешало прислушиваться к разговору, но я смог услышать, что ты и еще несколько учеников пытаетесь найти ответы на один из ближайших тестов, который будет допуском к экзаменам. Я был в шоке и не мог поверить своим ушам. Я моргал, растерянно глядя в пустоту. Мне нужно было что-то сделать, я должен был что-то сделать. Я не мог просто уйти, зная о таком. Мне нужно было сделать правильный выбор, и в ближайшее время. Решать нужно было быстро, время шло и секунды утекали. Если рассказывать, то как это сделать, не подставляя тебя? Если нет, то как сохранить такую тайну? А нашу дружбу? А если… Но я не успел решить. Вы выходили из класса и просто пришибли меня дверью. Компания открывалась интересная — Флеш, несколько его дружков и ты, Нэд. Я видел ярость во всех этих глазах, а в моих был лишь страх. Я действительно испугался тогда, из моей головы вылетели все мысли. Ускоренный сердечный ритм, дрожь в пальцах, потные ладони. Вы затащили меня в этот же кабинет и, я совершенно точно уверен, собирались меня избить хорошенько. Но кто-то ведь стоял на шухере, верно? Потому что вам подали знак, и вы мигом смылись оттуда, оставив в моих руках несколько листов, которые напоминали о содеянном. Вы оставили меня на месте преступления с уликами в руках. Конечно, меня нашли. Дальше началась сплошная нервотрепка с директором, личными встречами и разговорами с предками. Меня могли выпнуть из школы за это, ты знаешь? Но ведь это не важно. Тебе, по крайней мере. Чего ты пытался добиться этим? Лишней популярности? Новых крутых дружков? Получилось, я надеюсь. Только вот тебя ведь наебали, не так ли? Не стали они дружить с тобой, просто кинули, как только получили желаемое. Но я не хочу поддаваться возможности вылить на тебя всю обиду оскорблениями. Я лишь хотел помочь, где мог. Ты знал мои тайны, которые я доверил, знал обо мне больше, чем кто-либо другой, также как и я о тебе. Я не собирался использовать это как-то против тебя или делать больно. Я вообще не хотел делать кому-либо больно. Невыполненные ожидания… кого-либо — это часть нашей жизни, которая оставляет за собой тяжелые следы. Когда мы растем, мы повторяем ошибки, которые сделали наши родители, но все же стараемся добиться большего, чем они. Мы хотим доказать себе и миру, что мы можем быть лучше, чем наши родители. Но все же остается некая безысходность в том, что мы не можем исправить прошлое и выполнить все ожидания окружающих.» Тони сидел, опираясь локтями о колени, и держал в ослабевших руках стакан с очередной порцией виски. Вторая кассета, а это уже тяжелее. Хочется набить морду каждому лично. Хотя в голове, где-то на границе сознания, все ещё крутится мысль, что это всего лишь дети. «Следующий день был тяжелым. Это был тот день, который оставил один из самых сильных отпечатков. День, когда я чувствовал себя одиноким и беззащитным. Я боялся подойти к кому-либо, заговорить, да даже выйти на улицу. Я чувствовал себя, как на узком краю обрыва, готовый упасть в пропасть. Меня изнутри разрывало, я не спал почти целую ночь. На следующий день на тесте я получил неожиданно низкий балл, а Нэд, кто бы мог подумать, его сдал на высший. Я не удивился этому, ведь… моя голова с трудом соображала. Я даже переваривать окружающие явления почти не мог. Для меня это была настоящая трагедия. Я чувствовал, что близкий мне человек предал и подставил под удар. Ты знал о моих проблемах, ты знал о моих трудностях, и все равно пошёл на это дерьмо. Все мои усилия по подготовке к тесту были напрасны, и я облажался. Добавьте приятным плюсом проблемы с преподавателями и школьной администрацией, которые появились после твоего сюрприза, Нэд, и вот, школа в один день стала для меня тюрьмой. Я чувствовал на себе взгляды, чувствовал чужое осуждение. Словно все всё знали. Словно за мной следят. Словно от этих взглядов не сбежать. И опять возвращение к тем самым невыполненным ожиданиям. Я словно снова стою около разваливающегося парома и ни черта сделать не могу. Здесь, в моем рассказе, для меня важны лишь мои ощущения. Я хочу передать все эмоции, которые толкнули меня к смерти. К самоуничтожению. Прямо сейчас я смотрю на окно и вижу, как серые облака проплывают как будто прямо над головой. Ощущение полёта преследует меня, когда я вот так стою напротив огромных окон небоскреба. Это, кстати, очередная локация на карте. Обратите свое внимание на точку С1, это моя комната в башне Старка. Здесь записаны почти все кассеты. Я смотрю вниз, на город-муравейник с высоты птичьего полёта и понимаю, что ни один из этих муравьёв не имеет значения. Даже я. Мои мысли тяжелые и мрачные, тягучие, как смола. Даже скучные, наверное. Но это пока. До тех пор, пока на этих воспоминаниях не появится отметка «умер». «Я чувствую себя безнадежным и беспомощным в этой жизни. Все, чем я занимался раньше, кажется мне бессмысленным. Я не знаю, что делать и куда идти» — чего-то такого, кажется, ждут от людей в депрессии. Такого банально-смазливого. Конечно, такие мысли имеют место. Только вот в моем случае они как бы обретают форму. Представляются ситуациями и людьми, которые напоминают мне о моей никчёмности. Знаете, приятно осознавать, что голос осуждения в моей голове звучит как человек, которого я люблю. Упс, кажется, я забегаю вперёд. Страх будущего — это то, что мы все тщательно скрываем от себя и от окружающих нас людей. Мы боимся того, что может случиться с нами завтра, и не знаем, как готовиться к этому. Но страх этот не всегда толкает нас к действию. Мы проводим жизнь, боясь ее, и не понимая, что настоящий моральный кризис отражается в наших неотвратимых последовательностях действий. Этот страх сидит в каждом человеке, несмотря на возраст. Даже сейчас меня охватывает чувство усталости и отчаяния. Хотелось бы найти кого-то, кто меня поймет и поддержит в этой жизни. Но увы. Я знаю, что ждёт меня в будущем, я знаю, что у меня его нет. Но страх никуда не уходит. Кажется, я уже полностью утратился в этом большом мире, даже не знаю, сколько мне еще придется ждать, пока я решусь на что-либо. Я тряпка, наверное. Трус. По ночам, когда я лежу один в своей кровати, я начинаю думать о тех днях, когда все было хорошо. Я думаю о том, какие были наши планы на будущее, как мы собирались добиваться своих целей, и как мы были уверены, что всему научимся и со всем справимся. Теперь все утрачено, и я не знаю, на каком этапе нахожусь сейчас. Я чувствую себя одиноким и безнадежным. Я мечтаю о том, чтобы вернуть те времена, когда моя жизнь была наполнена смыслом. Но, кажется, мне остается только ждать, пока судьба не даст знак моему предначертаному пути. Может быть, это пройдет, думаете вы, что стоит немного подождать и я найду своего друга, свою цель и направление, но всё, что я ощущаю сейчас — беспросветное одиночество, без привязанностей и опоры. Смерть — это неизбежный и неприятный этап жизни, который ставит нас в конечную точку нашего существования. Как часть неизбежного порядка вещей, она не уступает места ничему другому в иерархии наших ценностей и страхов. Она вызывает у нас страх и даже отчаяние, ведь мы не знаем, что нас ждет дальше. В то же время, смерть может быть и освобождением от суеты жизни и от всё тех же невыполненных ожиданий. Непонимание — это то, что преследует нас всю жизнь. Мы пытаемся понять смысл нашего существования и наши цели, но все же, часто остаемся неудовлетворенными и неспособными к полному осознанию наших истинных потребностей. Единственный способ это преодолеть — это поиск внутри себя и осознание своих истинных желаний. И знаете, бессонных ночных часов мне хватило, чтобы осознать одно лишь слово, которым можно описать всё это — дерьмо. Слова иссякли, они больше не в состоянии выразить то, что я чувствую. Остается только глубокая боль, которая пронизывает меня полностью, и какой-то тонкий запах горького прошлого. Я хотел бы, чтобы каждый из вас ощутил то, что чувствую я, но это невозможно. Понять незнакомого человека до конца невозможно. Впрочем, конечно, до того момента, пока ты не окажешься у него в голове. Может, вы все ещё уверены, что не заслуживаете быть здесь. Следующая кассета может быть о тебе, друг мой. Ты не боишься? Тогда, если хочешь узнать продолжение, просто переверни кассету. Увидимся там.»