***
Рядом с Олегом, стояла Алиса. Алиса была полной противоположностью Сони. Светлые длинные волосы, яркая помада, обтягивающий красный топ, громкий смех. Она двигалась легко. Без тяжести. Без сомнений. Внутренне — тоже противоположность. Алиса жила сегодняшним днём. Соня — прошлым. Алиса не держалась за мёртвых. Соня не могла отпустить. Алиса подошла к Олегу первой. Коснулась его груди. Провела пальцем по воротнику. — Ты всё такой же, — сказала она мягко. — Только взгляд стал тяжелее. Он молчал. Она поцеловала его. Не страстно. Показательно. И именно это увидела Соня. Музыка будто стихла. Алёхин что-то говорил, но Соня уже не слышала. Олег резко отстранил Алису. Громко. — Хватит. Комната притихла. Он посмотрел на неё холодно. — Ты не будешь играть мной перед людьми. Алиса усмехнулась. — А ты не будешь играть в новую любовь. Он взял её за запястье. Не больно. Но твёрдо. — Уходи. — Ты выгоняешь меня? — с вызовом. Он посмотрел по сторонам. — Да. Уходи. И отпустил. Она ушла, хлопнув дверью. В комнате повисло напряжение. Олег искал взглядом Соню. Но её уже не было.Камбэк
13 февраля 2026 г., 21:27
После разговора на могиле Ромы, всё стало хрупким.
Олег больше не крушил.
Но и мягче не стал.
Он держал дистанцию.
Контролируемую.
Опасную.
И тогда появилась она.
Алиса.
Та самая «до Сони».
Та, о которой Олег почти никогда не говорил.
Которая когда-то уходила громко, с истериками, с публичными выяснениями.
Алиса увидела их случайно —
в сторис общего знакомого.
Соня на фоне.
Олег рядом.
И написала.
Сначала ему.
«Забавно. Ты всегда говорил, что не будешь спасать сломанных.»
Потом Соне.
«Надолго ли ты? Или он опять выбирает драму?»
Соня почувствовала укол.
Она знала, что Олег был с ней до неё.
Но никогда не хотела видеть это лицо.
Алиса начала появляться в их пространстве.
Случайно.
В клубе.
В студии.
В баре.
Всегда с лёгкой улыбкой.
— Олег всегда любил сложных, — говорила она мягко. — Но потом устаёт.
Соня металась.
Она смотрела на них и думала:
А вдруг я просто эпизод?
Олег злился.
— Не отвечай ей.
— Ты боишься? — тихо спрашивала Соня.
— Я не хочу, чтобы она лезла.
— Или не хочешь, чтобы я узнала что-то?
Он начинал заводиться.
— Ты ищешь повод, — нервно выпалил Олег.
— Ты сам повод, — холодно и отстраненно ответила девушка.
Однажды Алиса пришла в студию.
Села рядом с Олегом.
Слишком близко.
— Помнишь, как ты говорил, что я — единственная, кто выдерживает тебя? — сказала она с улыбкой.
Соня услышала.
Мир снова качнулся.
Вечером она молчала.
Олег заметил.
— Ты веришь ей?
— Я не знаю, во что верить.
Он взорвался.
— Я каждый день выбираю тебя!
— А я? — тихо спросила она. — Я выбираю тебя или просто боюсь остаться одна?
Тишина.
Алиса тем временем писала Соне:
«Он не меняется. Он просто меняет объект.»
Соня не спала.
Она представляла, как Олег раньше смотрел на Алису так же.
Как касался.
Как обещал.
Рома в голове молчал.
И это было хуже.
Однажды вечером Соня специально не пришла домой.
Она знала, что Алиса будет на вечеринке.
Олег приехал позже.
Увидел, как Алиса держит Соню за руку, что-то шепчет ей.
Он подошёл.
Слишком спокойно.
— Ты довольна? — спросил он у Алисы.
— Я? Я просто напоминаю, каким ты был.
Олег перевёл взгляд на Соню.
— Ты хочешь, чтобы я ушёл к ней? — спросил он.
Соня почувствовала, как внутри всё сжимается.
— Это твой выбор, — холодно ответила девушка.
Это было честно.
И разрушительно.
Ночью он пришёл к ней.
Не злой.
Не крушил.
Но в нём была напряжённость.
— Ты мучаешься? — спросил он.
— Да.
— Из-за неё?
— Из-за тебя.
Он подошёл ближе.
— Я не вернусь к ней.
— А если однажды устанешь от меня?
Он молчал.
И это молчание было страшнее крика.
— Я могу стать тем, кого ты ненавидишь, — тихо сказал он. — Но я не стану тем, кто уйдёт.
Соня смотрела на него и не понимала:
это сила
или зависимость.
17:40
Очередная тусовка.
Квартира Алёхина была на последнем этаже старой сталинки — потолки высокие, стены с облупившейся штукатуркой, лампочки без плафонов свисали на длинных проводах, создавая жёлтый, нервный свет.
Музыка гремела — бас вибрировал в груди.
В воздухе — смесь духов, табака, алкоголя и дешёвого одеколона.
Соня стояла у балконной двери.
На ней — чёрное платье до колен, простое, почти строгое. Каре аккуратно уложено, открытая шея. Тонкие запястья. В руках сигарета.
Она выглядела собранной.
Но в глазах — усталость.
Не мрак.
А хроническое недосыпание души.
Алёхин, слегка подвыпивший, пытался шутить.
— Ты слишком серьёзная для этого места, — он наклонился ближе. — Может, тебе просто нужен кто-то попроще?
Соня улыбнулась вежливо.
— Мне нужен покой.
Он коснулся её руки.
Слишком уверенно.
И в этот момент она увидела, как через комнату на неё смотрит Олег.
Жёстко.
Собранно.
Опасно.
Будто вот-вот сорвется и разнесет весь этот винегрет.