Поставь на повтор

Новый клуб в СПб совсем другой, чем вчерашний. Более высокий потолок, длинный балкон второго уровня, откуда видно сцену почти как из театральной ложи. Свет здесь мягче, барная стойка тянется вдоль стены, а в углу стоят круглые столики с кожаными диванами — там обычно сидят те, кто не хочет толкаться в толпе у сцены. Соня сидит как раз там, в вип-зоне, чуть в стороне от перил. Перед ней высокий бокал с коктейлем — лёд тихо звенит, когда она иногда поворачивает стакан пальцами. Она почти не пьёт, больше смотрит вниз на сцену. Телефон лежит рядом. Иногда она лениво отвечает Вере — короткие сообщения, почти шутки. Но большую часть времени она просто наблюдает. Олег на сцене сейчас совсем другой человек. Уверенный, свободный, будто сцена — его территория. Он двигается легко, ловит ритм, иногда наклоняется к микрофону так близко, что толпа начинает кричать громче. Девушки внизу поднимают руки, кто-то снимает видео, кто-то буквально тянется к сцене. И Соня вдруг ловит себя на мысли, что ревность, которая вчера казалась огромной, сейчас растворяется в другом чувстве. Гордости. Ей приятно смотреть на него таким — сильным, спокойным, уверенным. Она улыбается чуть заметно, опирается локтем на стол и думает: чёрт, какой же он красивый, когда поёт. Она даже не замечает сначала, как на лестнице вип-зоны появляется Мирон. Он замечает её сразу. Останавливается на секунду, будто проверяет, не ошибся ли. Потом уголок его губ слегка поднимается — той самой знакомой полуулыбкой, в которой всегда есть немного цинизма. Рядом с ним девушка. Он держит её за руку почти демонстративно и тянет за собой прямо к столику Сони. Только когда они подходят совсем близко, Соня поднимает голову. И сначала её взгляд падает на девушку. Темные волосы, короткая стрижка, светлая кожа, почти такой же разрез глаз. Девушка красивая — аккуратная, ухоженная, с мягким макияжем и дорогим платьем. Но в ней есть странное ощущение… недосказанности. Будто художник начал портрет и остановился на полпути. Всё на месте — глаза, губы, линии лица — но нет того выражения, которое делает человека настоящим. Она улыбается слишком открыто. Соня смотрит на неё несколько секунд и сразу понимает. Ага. Вот как. Мирон уже ставит ладонь на спинку стула рядом с её столиком. — Какая встреча. Он говорит это легко, будто они случайно столкнулись в магазине. Девушка рядом смотрит на Соню с любопытством. — Познакомьтесь, — добавляет Мирон почти лениво. — Это Жанна. Жанна улыбается, чуть наклоняет голову. — Привет. Соня кивает. Спокойно. Без улыбки. Она снова поднимает стакан, делает маленький глоток и только потом переводит взгляд на Мирона. Её лицо почти без эмоций, но внутри что-то уже щёлкнуло. Она понимает: он привёл её специально. Жанна садится рядом с Мироном. Он что-то говорит, Жанна смеётся, задаёт Соне пару вежливых вопросов, но Соня отвечает коротко и снова смотрит вниз на сцену. Её внимание возвращается к Олегу. И чем дольше длится концерт, тем яснее она чувствует: всё это — попытка. Жанна похожа на неё так, как бывают похожи дешёвые копии дорогих картин. Цвета почти те же. Но нет той глубины, которая заставляет смотреть дольше. Соня в какой-то момент встаёт. — Пойду покурю. Она говорит это спокойно, даже не глядя на Мирона. Просто берёт телефон и выходит из вип-зоны в коридор, где музыка становится глухой и далёкой. На улице холоднее. Ночной воздух пахнет дождём и табаком. У входа уже стоят несколько людей — кто-то курит, кто-то разговаривает. Соня отходит чуть дальше, к стене здания, где свет фонаря падает только наполовину. Она достаёт сигарету, поджигает её и делает первый долгий вдох. И именно в этот момент дверь клуба снова открывается. Сначала выходит Жанна. Она раздражённо поправляет волосы и что-то говорит через плечо. Потом появляется Мирон. Он уже заметно пьян. Жанна разворачивается к нему: — Ты ведёшь себя странно. Мирон смеётся. Но смех короткий и злой. — Странно? Он проводит рукой по лицу, будто пытаясь прогнать тяжесть в голове. — Ты вообще понимаешь, зачем ты здесь? Жанна моргает. — Потому что мы встречаемся? Мирон смотрит на неё несколько секунд. Потом вдруг резко качает головой. — Нет. Его голос становится грубее. — Потому что ты похожа на неё. Жанна сначала не понимает. — На кого? Мирон коротко смеётся. — На неё, — он кивает в сторону клуба. Слова падают в ночной воздух почти тяжело. Соня замирает за углом стены. Сигарета в её пальцах медленно тлеет. Жанна краснеет. — Ты серьёзно? Мирон делает шаг назад, опирается плечом о стену и смотрит на неё так, будто вдруг устал от всего. — Я пытался, — говорит он тихо. — Правда пытался. Жанна сжимает губы. — Пытался что? Он смотрит на неё долгим, мутным взглядом. — Найти кого-то похожего. Пауза. — Но ты дешёвая подделка. Жанна вздрагивает. — Ты пьян. — Конечно. Он усмехается. — Но даже пьяный я вижу разницу. Он машет рукой раздражённо. — Уходи. Жанна смотрит на него ещё секунду, потом резко разворачивается и идёт к такси. Каблуки стучат по мокрому асфальту. Мирон остаётся стоять у стены. Он проводит рукой по волосам, тяжело выдыхает. — Чёрт… И только в этот момент он замечает движение. Потому что из тени выходит Соня. А рядом с ней — Олег. Олег вышел на улицу несколько минут назад, просто чтобы найти её и позвать обратно на сцену после выступления. И последние слова Мирона он услышал так же ясно, как и она. На несколько секунд между ними троими повисает странная тишина. Мирон смотрит сначала на Соню. Потом на Олега. В его глазах мелькает понимание. Олег стоит рядом с Соней спокойно, но его плечи напряжены. Он не делает ни шага вперёд, ни шага назад. Просто смотрит на Мирона долгим, тяжёлым взглядом. Потом вдруг тихо усмехается. Не зло. Скорее устало. Ночной воздух возле клуба холодный и влажный. Свет от вывески падает на мокрый асфальт, где ещё блестят следы дождя. Вдалеке глухо гремит бас — музыка из зала не прекращается ни на секунду. Олег стоит рядом с Соней. Его ладонь всё ещё лежит на её плече, почти незаметно, но крепко. Он не сжимает её — просто держит, как будто обозначает: она со мной. Мирон смотрит на них несколько секунд. В его лице появляется то выражение, которое Соня уже видела раньше — смесь усталости, злости и какой-то странной честности, которая вылезает только тогда, когда он пьян. Но сейчас он ничего не говорит. И именно в этот момент дверь клуба снова распахивается. Изнутри вырывается музыка и свет прожекторов. Один из менеджеров Олега высовывается наружу. — Олег! Через две минуты! Олег не оборачивается сразу. Он ещё несколько секунд смотрит на Мирона. Потом тихо выдыхает, будто принимает решение, которое принял бы и без этой сцены. Он слегка сжимает плечо Сони и наклоняется к её уху. — Подожди меня. Его голос спокойный. Но в нём чувствуется напряжение, которое он сейчас просто убирает в сторону. Соня кивает. Он смотрит на неё секунду дольше, чем обычно. Как будто хочет убедиться, что она действительно останется. Потом разворачивается и заходит обратно в клуб. Дверь закрывается. Музыка снова становится глухой. Теперь на улице остаются только Соня и Мирон. Между ними несколько метров. Соня докуривает сигарету, не глядя на него. Пепел падает на мокрый асфальт. Мирон тихо усмехается. — Он хороший. — Слишком хороший для этой истории. Она молчит. Он продолжает, уже без улыбки: — И всё равно ты иногда смотришь на меня так, будто хочешь меня убить. Соня спокойно отвечает: — Иногда. Мирон смотрит на неё долго. Потом вдруг спрашивает: — Ты правда любишь его? Она отвечает сразу. — Да. Он кивает. Но по его лицу видно, что этот ответ не делает ему легче. В этот момент внутри клуба начинается следующая песня. Толпа взрывается криками. Соня автоматически поднимает голову. Через стеклянные двери видно сцену — прожекторы, дым, силуэт Олега. Он снова там. И в эту секунду она чувствует то самое чувство, которое было в випке: гордость. Мирон замечает, как она смотрит. Он тихо говорит: — Вот поэтому ты его и выбрала. Соня не отвечает. Она просто смотрит на сцену. А через стекло видно, как Олег поёт, держит микрофон и на секунду поднимает взгляд в сторону выхода. Их глаза встречаются. Даже через расстояние. И Соня вдруг понимает: он всё ещё думает о том, что услышал на улице. А Мирон стоит рядом. И понимает это тоже. Он тихо выдыхает. — Весёлый вечер. И впервые за долгое время в его голосе нет ни сарказма, ни игры. Только усталость. Музыка внутри клуба бьёт по стенам тяжёлым басом. Каждая вибрация проходит через стекло дверей, через мокрый асфальт под ногами. Люди иногда выходят покурить, кто-то смеётся, кто-то разговаривает по телефону. Но возле стены, где стоят Соня и Мирон, будто образовался небольшой остров тишины. Соня тушит сигарету о металлическую урну и бросает окурок внутрь. Пальцы всё ещё немного пахнут табаком. Она не смотрит на Мирона — взгляд уходит в сторону, туда, где через стекло можно увидеть сцену. Свет прожекторов вспыхивает и гаснет, силуэт Олега иногда появляется между вспышками света. Толпа внутри снова кричит. Мирон замечает, как она смотрит. Он тихо усмехается, но в этой усмешке нет прежней колкости. — Вот это я понимаю зависимость. Соня поворачивает голову. — От чего? — От человека. Он кивает в сторону клуба. — Ты на него смотришь так, будто он сейчас не просто поёт, а спасает мир. Соня отвечает спокойно: — Может и спасает. Мирон смотрит на неё несколько секунд, потом опускает глаза и достаёт сигарету. Прикуривает, глубоко затягивается. — Да, — говорит он тихо. — Возможно. Некоторое время они молчат. Дверь клуба снова открывается — изнутри вырывается свет и крики. Кто-то выходит на улицу, кто-то заходит обратно. И через пару минут появляется Олег. Он идёт быстро, уверенно, будто заранее решил, что будет делать. Куртка накинута на плечи, волосы чуть влажные от пота, глаза ещё темнее после сцены. Он останавливается рядом с Соней. Сначала смотрит на неё. Быстро. Проверяет — всё ли нормально. Потом переводит взгляд на Мирона. И между ними сразу становится холоднее. Никто не говорит. Несколько секунд. Потом Олег делает шаг ближе. — Ты закончил? Мирон выдыхает дым в сторону. — Я даже не начинал. Олег усмехается коротко. — Хорошо. Значит и заканчивать нечего. Он кладёт руку на спинку стула у стены, опирается на неё. Его поза расслабленная, но в голосе появляется то самое жёсткое спокойствие, которое бывает у людей, когда они совсем не собираются отступать. — Слушай внимательно, — говорит он негромко. — Я не люблю сцены. Мирон поднимает бровь. — Это ирония? Олег продолжает, будто не услышал. — Но я ещё меньше люблю, когда кто-то лезет туда, где ему не место. Соня тихо выдыхает. Она чувствует, как напряжение растёт. Мирон делает ещё одну затяжку. Потом смотрит на Олега. — Ты говоришь так, будто она твоя собственность. Олег чуть наклоняет голову. — Нет. Пауза. — Я говорю так, потому что она со мной. Слова звучат просто. Без пафоса. Но от этого ещё тяжелее. Мирон смотрит на Соню. Несколько секунд. Потом снова на Олега. — Ты думаешь, я этого не понимаю? Олег пожимает плечами. — Тогда зачем ты продолжаешь? Мирон усмехается. Но в глазах нет веселья. — Потому что иногда люди не могут остановиться. Он бросает сигарету на землю и наступает на неё ботинком. — Особенно когда речь идёт о вещах, которые им действительно нужны. Олег делает шаг ближе. Теперь между ними всего метр. — Она не вещь. Голос становится жёстче. — И уж точно не твоя. Мирон спокойно смотрит на него. — Я никогда не говорил, что она моя. Пауза. — Я сказал, что люблю её. Эти слова звучат почти тихо. Но в ночном воздухе они падают тяжело. Олег на секунду замирает. Челюсть сжимается. Он смотрит на Мирона долгим взглядом. Потом вдруг коротко усмехается. — Любовь — это когда ты делаешь человека счастливым. Он кивает в сторону Сони. — А не когда превращаешь его жизнь в бесконечную драму. Мирон отвечает спокойно: — Иногда драма — это просто честность. Олег уже явно начинает злиться. Он делает ещё шаг. — Слушай. Голос становится ниже. — Я говорю первый и последний раз. Пауза. —Исчезни из нашей жизни. Мирон смотрит на него, не моргая. И тихо говорит: — Я пытался. Соня поднимает голову. Мирон продолжает, уже глядя прямо на неё: — Правда пытался. — Нашёл девушку, похожую на тебя. Он усмехается коротко. — Видишь, как хорошо получилось. Соня чувствует, как внутри что-то сжимается. Олег смотрит на него холодно. — Тогда продолжай пытаться. Мирон пожимает плечами. — Может и буду. Он делает шаг назад. Смотрит на них обоих. Потом говорит спокойно: — Но знаешь что? Он смотрит на Олега. — Ты выиграл не потому, что сильнее. Пауза. — А потому что она выбрала тебя. И именно эта фраза неожиданно делает ситуацию тише. Олег ничего не отвечает. Соня стоит между ними. Мирон смотрит на неё последний раз. В его взгляде снова появляется та самая усталость. Потом он разворачивается. И медленно идёт к парковке. Несколько секунд никто не говорит. Музыка из клуба снова гремит за стенами. Олег проводит рукой по волосам. Потом смотрит на Соню. — Всё нормально? Она кивает. Он тяжело выдыхает. — Пойдём. Он берёт её за руку. Но перед тем как зайти в клуб, оба на секунду оглядываются. Мирон уже почти дошёл до машины. Он открывает дверь. И на секунду замирает. Как будто чувствует их взгляд. Но не оборачивается. Садится. Дверь машины закрывается.