Танец наших душ

Владивосток своей красотой и морем завораживал. Приносил то ли радость, то ли смущение. Никто понять не мог. Анисимовы счастливы в этом городе. У них есть всё о чём можно мечтать — собственный дом, любовь и сын, что скоро появится на свет. Максиму четыре, когда ему начинают рассказывать о соулмейтах. Ему уже нравилась та девушка, хотя он даже не знал, родилась ли она или ещё нет. Он даже не знал, как она выглядит. Максиму двенадцать. У него первая девушка. Они счастливы и, кажется, влюблены друг в друга. Родители счастливы за сына и не беспокоятся, ведь уверены, что они идеальная пара, но у судьбы свои планы. Максиму пятнадцать. У его девушки уже два месяца, как татуировка. А он чист. Абсолютно. Он спокойно может танцевать, не разочаровывая судьбу, а его, теперь бывшая, девушка уже нет. Спустя месяц она нашла своего человека и теперь безумно счастлива. Максим рад за неё и с нетерпением ждёт появления своей татуировки. Теперь он знает, что его солумейт младше его. Максиму семнадцать и он всё ещё верит, что встретит эту девушку. Два года же небольшая разница. Он рассматривает себя в зеркале каждый день, в поисках тату, но ничего не найдя, разочарованно вздыхает. — Максон, да не переживай ты! Всё образуется. Когда найдёшь её, не забудь познакомить. — Пап, ты же знаешь, что я переживаю. А что если она не дожила до своих пятнадцати, и я останусь навсегда один? , — Все образуется, — обнимая сына за плечи, произнёс Дмитрий, только сам в это слабо верит. Максиму девятнадцать, когда он уехал поступать в Москву. Родители в разводе, но всё ещё дружат. Это кажется странным, но теперь Анисимов понимает, почему они никогда не танцевали. Он счастлив за родителей, ведь они нашли своих людей. Теперь они живут, наслаждаясь жизнью. Максиму уже двадцать два, когда он просыпается с дикой болью посреди ночи в своей однушке, в Новокосино. За окном идёт первый снег, когда он осознает, что его девушка младше его на семь лет. Семь гребаных лет! Он уже выпустился и работал, а она ещё учится. Только вот где же она? Максиму двадцать пять. Он готов сорваться в любую точку мира, чтобы найти её, но не знал её, и, где она. И никак не узнает. В этом мире такой парадокс — ты знаешь свою музыку, знаешь часть танца, но не можешь спросить у человека, какая музыка его. Можешь лишь узнать его музыкальный вкус, но не песню танца. А очень часто случалось, что музыкальный вкус и песня были совершенно разными. Максиму двадцать семь. Он ни с кем не танцует, не хочет предавать своего человека, но он уже отчаялся. Москва город большой и людей в нём много, а он один и не знал, как искать, ведь девушка могла быть в совершенно другом городе.

When all the Kings men And all their horses Can't find a way to A way to save you When all the day's end Remember me then It's not too late to Too late to save you I've been chasin windmills for as long as I have been Found my Dolcinea but I don't remember when Still I can be your hero when that love comes to an end

В день своего рождения Максим слушал весь день. «Как иронично» — всегда хмыкал Максим. Судьба выбрала ему песню на его любимом английском, хотя у Анисимова-Свободы есть и свои хорошие песни. Он выступал с группой, зарабатывал деньги, ездил в туры, но так и не нашел свою единственную. Максиму двадцать восемь и он уже было отчаялся, как почувствовал, что что-то не так. Словно его притягивает к кому-то. Надежда снова расцвела.