Со мной такое впервые

В спальне Риддла было большое окно. На ночь он никогда не задергивал шторы и спал на правом боку так, чтобы, проснувшись в темноте, всегда видеть небо и редкие светящиеся прямоугольники окон в доме напротив. Они помогали ему сообразить, кто он и где находится, а также избежать тех воспоминаний, которые пусть на секунду, пусть не на самом деле снова могли запереть его в камере. Очнувшись, он увидел стену. Узор на старых обоях давно поблек. Откуда-то, но не сверху, в его закуток проникал неяркий свет. «Я не в темнице, но и не дома», - подумал Том, сглотнув кислую слюну. – «И не в больнице». Потом пришло ощущение чужого присутствия. Он повернулся. Поттер сидел на стуле, вплотную придвинутом к кровати, гладил полосатого кота. Животина вольготно свешивалась с его коленей. Рокерский прикид сменили обычные джинсы и футболка. Утят на руке больше не было. Волосы, теперь черные, больше не стояли дыбом, а торчали в разные стороны, совсем как на той пресловутой фотографии. - Проснулся? Вовремя, суп как раз готов, - темный маг опустил кота на пол, и оставил Риддла в одиночестве трясти память. Результат не обнадеживал. Аврор вспомнил, как его кормили с ложечки чем-то пресным и наваристым, а еще как он тащился в туалет, опираясь на чужое плечо. На спинку кровати вскочил белый кот, уставился на него, как на несвежую колбасу. Впрочем, именно так Риддл себя и ощущал. Он прислонил подушку к изголовью, сел. Левая рука сжалась и пальцы поскребли по толстым уродливым рубцам на ладони. Мысли все еще спотыкались, но слабость понемногу отступала. Он решил, что поторопился, причислив себя к тухлятине. Однако презрение в глазах пушистой зверюги настойчиво убеждало в обратном. Том послал его к черту и огляделся в поисках окна. Для начала он хотел разобраться, какое сейчас время суток. Окна не было, зато были коты: трое жались друг к другу в мягком кресле, один разлегся на письменном столе, еще один забрался на шкаф, его присутствие выдавал рыжий лохматый хвост. Мантия Риддла висела на стуле, там же лежала и форма, которую очередной усатый наглец облюбовал в качестве лежанки. Несмотря на зверинец пахло в комнате нормально. Лишь слабый душок дыма и озона указывал на то, что это дом колдуна. На прикроватной тумбочке лежали пакет с печеньем, книга Скиттер и прочие мелочи из его карманов. Один из бугров под одеялом зашевелился, Риддл потянул ткань на себя и не особо удивился, обнаружив черного котенка. Белый кот спрыгнул на пол и побежал навстречу хозяину. Следом подоспел полосатый. Вдвоем они привалились к ногам Поттера и, задрав хвосты, принялись тереться. - Проглоты, - ласково обозвал он питомцев, те удвоили приставания. Том уже решил, что до него горе-кошатник не доберется, но Гарри ловко увернулся от прилипал и плюхнулся на кровать. - Поешь. Риддл взял кружку, сжал, вбирая тепло, руки едва заметно дрожали. Поттер чувствовал себя не в своей тарелке. Подцепил с тумбочки книгу, глянул на мальчишку с обложки, как на незнакомца. - Я здесь - мечта педофила, - он хмыкнул. – Скажи, что купил эту хрень, чтобы дрочить на мое фото, а не для того чтобы читать. Не убивай остатки моей веры в человечество. Цинизм, который должен был показать, что ничего не изменилось, не сработал. Гарри положил книгу фотографией вниз. - Прости, что лазил по твоим карманам, нужно было постирать мантию. Суп был вкусным и аврор не остановился, пока не выпил все без остатка. - Спасибо. - Не за что, - Гарри забрал у него кружку. Магия унесла ее обратно в кухню. - Сколько я уже здесь? - Неделю. Том сел ровнее, покрывало соскользнуло до самого паха, но аврор не стал его поправлять. К чему теперь стесняться? За эти семь дней Поттер должно быть до тошноты насмотрелся на его голое тело. - Почему не в Мунго? - Не знал, как там тебя примут. Видишь ли, статья то уже ушла в печать. Риддл закрыл глаза. Долго ждать не пришлось. Ладонь Поттера скользнула по его груди, накрыла кривой рубец внизу живота. Том скинул покрывало, отпихнул куда-то к изножью кровати. И сам сполз вниз. Тело еще недавно слабое и вялое напряглось, нашло силы, чтобы ответить на собственнические прикосновения. Рука Гарри обхватила его член, сильные пальцы не церемонились, не осторожничали, но именно это было нужно Риддлу. Он все еще держал глаза закрытыми, отгораживался от Поттера, стыдился голода, который расчетливый манипулятор мог использовать против него. Ощущения острыми когтями пробивали его жалкую изоляцию. Пустота. Теплая ладонь исчезла. Тяжесть чужого тела. Гарри оседлал его бедра. Колебание воздуха. Любовник поставил защитные чары? Том не выдержал, распахнул глаза. - Коты, - ответил Гарри на незаданный вслух вопрос, - могут цапнуть за яйца. «Все таки читает меня, - эту мысль тут же сменила другая. – Ну и пусть читает». Поттер выгнулся, стянул футболку. На груди болтался медальон – серебряное крыло. Кожа была гладкой, ее хотелось исследовать и целовать, повторяя языком очертания сосков. Перебороть бы только эту непонятную робость. И откуда она взялась? Гарри наклонился, медальон раскачивался. Том повел себя не лучше кота, схватил крыло зубами и дернул. Любовник прижался теснее так, чтобы шепот стал еще одной лаской: - Если хочешь взять в рот, могу предложить кое-что получше. Риддл выпустил добычу, перекатился, подмяв Поттера под себя. Если бы они были в его спальне, на его койке, то уже свалились бы на пол. К счастью Гарри любил широкие кровати. Магия сдернула джинсы, отправила их куда то в угол. Руки шарили по горячему телу, которое с готовностью подставлялось под прикосновения, гладили бедра, член, бритые яйца. Гарри подался вперед, нашел губами его губы. Так Риддла никто еще не целовал, да и он сам никогда еще никого не целовал так. Скользкая головка члена задевала его живот. Оба колдуна взмокли от пота и Риддл наконец почувствовал, что холод отпускает. Урывками он прошептал заклинание, сунул смазанные пальцы внутрь любовника. Поттер отвечал со знанием дела, но Том попытался быть терпеливее, не торопиться. Гарри дернулся, куснул его шею. Добрые намерения отправились псу под хвост. О чем никто не пожалел. Они оба хотели секса со звонкими шлепками, со стонами похожими на крики боли, с синяками, оставленными жадными пальцами и искусанными губами, свидетельствами своей и чужой страсти.Все это у них было. Гарри держал глаза широко открытыми. Том тоже не прятался. Поттер поломал все его защитные барьеры. Он отодвигал момент разрядки, хотел доставить удовольствие другому, а уже потом получить свое. Темный маг выгнулся, помог себе рукой, выплеснул сперму на живот любовника. И тогда Риддл кончил, придавил своим весом, прижался лбом к его ключице. Некоторое время они лежали обнявшись. - Ты когда-нибудь, хотел быть вместе с человеком, которого раньше ненавидел всей душой? - спросил Поттер. - Нет. - Вот и со мной такое впервые. Оставайся. - Не могу, - Том отодвинулся, сел на краю кровати, сгорбился. - Почему? Ты же не надеешься, что люди простят тебе обман. Они тебя загнобят, оплюют, смешают с дерьмом. - Загнобят, значит загнобят, но от своей жизни я просто так не откажусь, - Риддл встал. Он не без причины предпочитал трахаться, не раздеваясь. В этом случае уйти можно быстро, не стукаясь об острые углы неловкости: не напяливая в спешке белье, не тратя времени на поиски носков, не путаясь в пуговицах рубашки, не балансируя то на одной ноге то на другой с завистью к шотландцам, которые носят килты, а не треклятые узкие бриджи… Не ощущая на себе чужого взгляда. Поттер не умолял, он был темным магом, и научился ко всему относиться равнодушно. Ну поманили пряником, ну дали куснуть, ну отобрали почти сразу. Все ожидаемо. Все предсказуемо. Все заебало. Риддл не стал заправлять рубашку, обулся, запихнул галстук в карман бриджей, надел сюртук. На любовника он не смотрел. Гарри встал, прижался к его спине. - Том… Аврор сглотнул, он чувствовал горечь и тепло, аромат шиповника и настойчивую потребность обернуться. Он не хотел чувствовать, но чувствовал вопреки собственной железной воле. - Уезжай, - прошептал он. – Уезжай далеко, туда, где тебя никто не знает, начни новую жизнь. Я скажу всем, что ты остался там за покровом. - Ты поедешь со мной? - Я не могу, моя жизнь здесь. - Моя - тоже, - Гарри разжал руки и отступил. – Иди прямо по коридору, дверь не заперта. Риддл схватил мантию и почти побежал к выходу. Смелости оглянуться ему не хватило.