Deаth Note: awake and alive

      Утром, после ранних посещений врача, а также после смены и установки новых вливаний, Эл услышал стук в дверь. Его сердце подпрыгнуло, когда он надеялся, что его «друг» пришел, но он был удивлен, увидев, что шеф Ягами открывает дверь. — Я-Ягами-сан? — Рюдзаки. — Что ты здесь делаешь и почему ты так одет? — Эл посмотрел на него в замешательстве. — Я тоже здесь пациент, в другом блоке больницы. Медсестра привела меня сюда на инвалидной коляске. Я тоже пришел к тебе, — медсестра посмотрела ему вслед и махнула рукой в ​​знак приветствия. — Это мило с твоей стороны приехать. Я слышал, что у тебя был сердечный приступ, но я не знал, что ты находился в той же больнице, что и я. Извини, что тебе пришлось перенести эти неприятности из-за меня... — Ах, нет, нет... Это не твоя вина. Это приходит с возрастом, не волнуйся об этом. Многое накопилось и мое сердце просто не выдержало. Это могло бы продолжаться немного дольше, если бы похищение не было не случилось бы или если бы мы смогли освободить вас с Ватари. В любом случае, детектив чувствовал себя виноватым. Он попытался улыбнуться, но не смог. Чтобы скрыть свое раздражение на себя, он сказал: — Почему ты не позволил ей подвести тебя ближе к кровати? — Эл указал на медсестру. — Посиди здесь, ты, вероятно, все еще слаб. — Это не имеет значения, я не могу так много ходить, и мне нужно немного размять ноги. Ложиться в постели весь день убивает меня, — пожилой мужчина сел и продолжил. — К счастью, мне нужно выдержать еще два дня. — Тебе повезло. Мне тоже до смерти скучно. Но здесь гораздо лучше, чем в этой темной и холодной камере. — Ты пошел намного хуже, чем я, так что не беспокойся обо мне, Рюдзаки. Лоулайт просто склонил голову. Лайт снова пришел ему в голову, и он спросил: — Есть ли какие-нибудь новости о Ягами-куне? — Пока ничего. Прямо скажу тебе, что с этого момента я прекращаю поиски. — Почему? — детектив спросил с удивлением. — Если бы с ним что-то случилось, мы бы уже знали об этом, так что это не тот случай. А поскольку Лайт не хочет быть настойчивым, я решил уважать его решение. Единственная проблема в том, что он - Кира, но насколько нам известно, обе Тетради принадлежат Синигами, так что мне тоже не о чем беспокоиться. Сейчас, меня беспокоит только исполнение приговора, когда его поймают. И после этого я оставляю его тебе. Я не смог бы участвовать в такой вещи. Это просто разбивает мое сердце, зная, что его ждет, и, хотя я злюсь на него, я хочу, чтобы это закончилось как можно скорее. — Понятно... — детектив прижал палец к губе, размышляя о том, что мужчина только что сказал. — Спасибо, Рюдзаки. — За что? — спросил озадаченно. — За все. Если бы не ты, кто знает, сможем ли мы когда-нибудь разрешить дело Киры. Я знаю, что это только вопрос времени, пока ты не найдешь моего сына и не привлечешь его к ответственности». Эл нервно пошевелился, потому что у него была другая идея, когда речь шла о привлечении Лайта к правосудию, и это не совсем соответствовало точке зрения шефа о справедливости. — Ну, у меня было преимущество в этом. Кто знает, чем бы это закончилось, если бы у меня не было этих «снов». Честно говоря, так или иначе, я бы в конечном итоге разрешил это дело. Некоторое время они сидели в молчании, каждый со своими мыслями. Затем Соитиро заявил, что он уже идет в свою комнату. — Я не должен выходить из комнаты так долго. Я приду к тебе завтра. — Хорошо. Спасибо, что пришёл.       Пожилой мужчина кивнул, встал со стула и медленно пошел к двери. Там сидела медсестра и посадила его в инвалидную коляску. Они закрыли за собой дверь, и детектив снова остался один.

***

      Поскольку ему было скучно большую часть времени, Эл проводил время в основном кушая и во сне. Медсестры не позволяли ему есть слишком много сладкого, но они даже не запрещали это. В любом случае, он получал пищу небольшими порциями, потому что его желудок был чувствителен от голода.       Время посещений медленно приближалось, и детектив с нетерпением ждал своего друга Айко. Он надеялся, что она сдержит свое обещание и придет. Он уже начал нервничать и не знал, что с собой делать. Детектив пролистал газету, чтобы руки были заняты, и его сердце бешено колотилось в груди. Уровень его адреналина подскочил, когда он услышал еще один стук в дверь. — Да?       И, как он и ожидал, в комнату вошла «женщина», на этот раз одетая в более женственный наряд, с легкой улыбкой на губах, покрытой красной помадой. — Привет, Рюдзаки. — Привет, Ханаэ-сан. «Хорошо выглядит» Эл неосознанно облизнул губы. Лайт подошел ближе и нервно остановился у кровати. — Садись, пожалуйста. — Как ты сегодня? Ты выглядишь лучше, чем вчера, — Ягами спросил, когда сел в кресло. — Я чувствую себя лучше, да. Надеюсь, что они скоро освободят меня, хотя доктор еще ничего мне не обещал. — Они, вероятно, задержат тебя еще на несколько дней. Сегодня ты выглядишь намного лучше, я заметил, когда вошел в комнату. — Надеюсь, что это так. Потому что, прямо скажу тебе, мне здесь стало скучно. Сначала я заперся там, а теперь и здесь. Хотя ситуация здесь лучше, для моего мозга это трудные времена. Буквально чувствую, что мой мозговые клетки умирают. Лайт усмехнулся. — Да, я тебе верю, поэтому я принесла тебе пару книг на этот раз, — протянул бумажный пакет с пятью книгами. — Я надеюсь, что это будет полезно. — Ох... Спасибо! Большое спасибо, Ханаэ-сан! — Пожалуйста. — Ты, кажется, знаешь меня очень хорошо, — Эл ответил, когда изучал книги. Каждая казалась ему интересной. — Ну, я пытался сделать хороший выбор. — И ты сделал правильный выбор. Все они выглядят великолепно, — тепло улыбнулся он. Лайт пострадал от того факта, что он знал, что Лоулайт улыбается фиктивной подруге, а не ему. Он чувствовал ревность к себе, это было абсурдно. В этот момент, он решил больше не навещать его, что было связано с риском того, что детектив может узнать его в любое время или что он мог вспомнить, что у него действительно не было такого друга. Он только продолжал спокойно наблюдать за тем, как он перечисляет книги, и просматривал содержимое. — Ты читала какую-нибудь из них? — Эл вернул его из своих размышлений. — Да, все. — Правда? Они так хороши, как выглядят? Лайт кивнул и продолжал смотреть на детектива сквозь солнцезащитные очки. — Отлично. Ты спасла меня от скуки. Жаль, что я тебя не помню, — детектив повернул свои темные и пронзительные глаза назад, к Ягами. В этот момент Кира снова начал нервничать. Он внезапно почувствовал себя разоблаченным. — Почему бы тебе не снять эти солнцезащитные очки? Хотел бы я видеть твои глаза. Думаю, у меня будет больше шансов запомнить тебя. Лайт инстинктивно коснулся его очков и покачал головой. — Ах, нет! Я бы не советовал. У меня была инфекция несколько дней назад, и с тех пор мои глаза выглядят очень плохо. Я перестану носить их, когда вылечусь. — Это не имеет значения. Я не против. Сними их хотя бы на мгновение. Дерьмо. Молодой человек начал вставать, когда увидел, как детектив поднимается из полулежа в сидячее положение. Он начал паниковать и планировал, что если все пойдет не так, он убежит, что бы ни вызывало это подозрение. — Пожалуйста.. — Нет... — Лайт сделал шаг назад. — Мне нужно идти. — Не уходи... — Сказал Эл умоляюще. Хотя его сердце разбилось пополам, Лайт повернулся и направился к двери. — Извини. Мне нужно идти. До свидания, Рюдзаки. Дойдя до двери, он был удивлен скоростью, с которой Эл потянулся к нему и схватил его за руку. Лайт попытался освободиться от его хватки, но безрезультатно. — Не оставляй меня! — Отпусти меня, Рюдзаки. — Нет.       Он все еще пытался оторваться, но детектив прижал его к стене. Эл был так близко, что Лайт чувствовал его теплое дыхание на лице. Он дрожал безудержно, от волнения и страха, потому что боялся, что его скоро обнаружат. Он наклонился еще ближе и вдохнул его аромат. Хотя на Ягами были женские духи, Лоулайт узнал его опьяняющий аромат. — Ммммм... Лайт-кун. Ооо... — Эл застонал. Глаза Киры расширились от шока, он попытался оттолкнуть детектива и сбежать. — И-извини меня. О-о чем ты говоришь? Изо всех сил, которыми он располагал, Эл попытался удержать его на месте, и, к удивлению Лайта, он смял их губы в поцелуе. В этот момент Ягами перестал сопротивляться и сосредоточился на поцелуе. Хотя, он не принял это, первые несколько секунд он позволил себе наслаждаться этим. Затем он оттолкнул его сильнее и воскликнул: — Отпусти меня! — Я больше никогда тебя не отпущу. Лайт вмиг замёрз. Детектив снял очки и бросил их на кровать. Они смотрели прямо друг на друга несколько секунд. — Лайт-кун... — его горячее дыхание Ягами все еще чувствовал на своем лице. Лоулайт положил руки на ягодицы Лайт, которые он крепко схватил и подвинул бедра вперед, заставив того застонать. Молодой человек почувствовал твердость детектива на своем члене и вздрогнул от волнения, но сумел спросить: — С каких пор...? — Когда ты вошёл в эту комнату, вчера. Через две минуты. — Дерьмо. Ублюдок. Эл довольно ухмыльнулся и начала водить рукой между промежности Ягами. — Ты недооценил меня, Лайт-кун, — затем, он снова захватил рот в плен и, на этот раз, Кира не боролся с этим. Они начали страстно целоваться, жаждя друг друга давно. Рациональное мышление выпрыгнуло из окна, когда они жадно поцеловались. Когда прервали поцелуй, через несколько минут Эл сказал: — Лайт-кун, ты не представляешь, как сильно я по тебе скучал.       Слезы начали появляться в углах огней глаз, от этого заявления, но он попытался сдержать их. Он не хотел признаваться детективу, что тоже очень по нему скучал. — Обещай мне, пожалуйста, что ты больше не будешь прятаться от меня. Ягами грустно отвернулся. «Только, если бы это было так легко, — подумал он. — Нет, Рюдзаки. Я монстр — ЧТО?! — Я - Кира. Убийца. Я чертов убийца и я все готовился, чтобы убить тебя! — Лайт-кун, тсссс... успокойся. Успокойся, — детектив обнял его. — Мы справимся с этой ситуацией вместе. Поверь мне, Лайт-кун и больше не убегай от меня, пожалуйста. Лайт начал тихо плакать, опустив голову на плечо детектива. Тепло другого человека было приятным, и запах детектива вернул приятные воспоминания. Сквозь слезы он сказал: — Это невозможно решить, Эл... — Тссс… все будет хорошо. Я не позволю, чтобы с тобой случилось что-то плохое, любовь моя, — Эл поцеловал его в лоб и продолжил утешать. Ягами поднял свои опухшие глаза на это последнее слово. Детектив снял прядь поддельных волос с лица Лайта, нежно поцеловал его в губы и сказал: — Я люблю тебя, Лайт-кун. Будь ты Кирой или нет, я всегда буду любить тебя. Даже если ты убил бы меня в конце, я бы полюбил тебя в загробной жизни. Жаль, я понял это только тогда, когда меня схватили, а ты был далеко от меня. Теплые слезы катились по щекам Ягами. Он снова начал рыдать, а детектив просто крепко обнял его. — Я ненавижу себя. Я не заслуживаю этого. — Пожалуйста, не надо. Все кончено. Тебе просто нужно доверять мне сейчас Ягами дрожал всем телом, пока детектив держал его на руках. — Будешь ли ты доверять мне, Лайт-кун? Молодой человек снова поднял голову и посмотрел на лицо детектива. Он доверял ему? Мог ли он доверять ему? А что насчет утопии, которую он так хотел создать? В глубине души он знал, что может, и знал, что хочет ему доверять. Наконец он решил отказаться от своего идеала, глядя в эти завораживающие глаза: — Я буду любить. В этот момент он понял, что вложил свою жизнь, свои надежды, свои мечты в руки детектива. Он посмотрел ему прямо в глаза и увидел в них решимость. — Я не подведу тебя, Лайт-кун. Отныне, мы работаем вместе, чтобы сделать мир лучше. Ты и я.

***

Год спустя

Лайт посмотрел в зеркало, расчесал волосы и поправил белую рубашку в пятый раз. Затем, он снова пошел в спальню и вернулся в гостиную. После этого он пошел в ванную еще раз. — Лайт-кун, я уже начинаю беспокоиться… — детектив сел в кресло в гостиной и смотрел, как его парень нервно бродит по квартире. — Я почти готов... — Но ты сказал это десять минут назад. — .... — Ты знаешь, что мы должны пойти туда однажды. — Я знаю, я просто... — Просто...?       Молодой человек остановился между дверями спальни и уставился на черноволосого мужчину, который сидел свернувшись калачиком и ел банан. Он знал, что ему нужно делать, но он был напуган. Поэтому он только глубоко вздохнул и разочарованно застонал. — Лайт-кун, если ты еще не готов, нам еще не нужно говорить им... — Но я должен сказать им. Я хочу сказать им... Если я подожду, пока я не буду готов, то я никогда не скажу им. — Ты напуган и чувствуешь себя испуганным. Я знаю, — детектив прекрасно понимал ситуацию. Он сам когда-то чувствовал этот страх, когда ему нужно было рассказать свой секрет Ватари. — Сейчас или никогда. Если я задержу это дальше, я никогда не скажу им. И я хочу, чтобы они знали, что я горжусь тем, кто я есть, и что я горжусь тем, что ты мой парень. Я хочу, чтобы все знали, что мы вместе, и что я могу поцеловать и обнять тебя перед моей семьей без страха.       Эл покраснел от этого. Он тоже чувствовал себя неловко и нервничал, хотя и отказывался это признать. Что касается его, он предпочел бы продолжать жить в тайне, как и раньше. Ему было легче, хотя он также гордился тем, что рядом с ним был такой человек, как Лайт. В их глазах, они были лучшими друзьями и деловыми партнерами. И не раз, с тех пор как они начали жить вместе, они посещали родителей Ягами. Все члены семьи приветствовали детектива с легкостью, а Сатико всегда баловал его пирожными и печеньем, когда они приходили в гости. Теперь все, что должно было «измениться», и страх не принимать их отношения рос. Они оба были напряжены и нервничали из-за этого дня. Но каждый из них показал это по-своему. — Все будет хорошо. Если они не примут наши отношения, по крайней мере, мы узнаем это. — Ты прав. Но это не меняет того факта, что мое сердце останавливается на одной мысли об этом. Лоулайт встал, подошел к нему и обнял. — У меня есть ты. Я никогда тебя не оставлю, — детектив прижался к нему в объятиях, а Лайт крепче сжал твердое тело своего парня. — Я люблю тебя, Эл, — прошептал шатен детективу на ухо. — Я тоже тебя люблю, Лайт-кун.

***

— Пирог как никогда прекрасен, Сатико-сан, — Эл похвалил клубничный торт, приготовленный матерью Лайт. — О, спасибо, дорогой.       Пара не навещала их слишком часто, но, по крайней мере, два раза в месяц они навещали их, и мать Лайта всегда делала торт или печенье в эту честь, кроме обеда, конечно. Им пришлось привыкнуть с тяжелыми сердцами к тому, что их сын больше не жил с ними. Когда дело Киры было окончательно закрыто, Лайт оставался на свободе при условии, что он будет сотрудничать с детективом и, таким образом, «искупит» свои грехи, которые он совершил как Кира. Другими словами, он стал его помощником, что-то вроде Эйбера и Уэйди, которые на самом деле были мошенниками и грабителями под защитой детектива, потому что они помогали ему во многих случаях.       Конечно, об этом знали только он, Эл, и Ватари. Лоулайт купил квартиру в Токио, чтобы они могли начать жить вместе. То, что они тоже были любовниками, было секретом, но Лайт решил раскрыть это своим родителям и, наконец, сообщить им, что они были вместе. Отец бывшего Киры прочистил горло и посмотрел на двух молодых людей, сидящих на диване, и спросил: — Ну, как дела с этой организацией? Хороший голос слышен повсюду в мире в эти дни... Детектив обратил свое внимание на пожилого человека: — Отлично. Первые успехи, наконец, можно заметить. Как и в любом бизнесе, начинания трудны, но стоит быть настойчивыми, если вы привержены правильно. Многие относились ко всему скептически, но я уверен, что мы на правильном пути.       Шеф Ягами кивнул и не мог скрыть тот факт, что он был впечатлен. Он также был скептически настроен с самого начала, но позже понял, что есть надежда на большие перемены. — Я рад, что он добился успеха. Многие законы претерпят множество реформ, но это обеспечит безопасность людей на улицах и в их домах. — Да. Это наша цель - минимизировать преступность, не принимая радикальных мер и не внушая страха, — он помотаешь на своего парня, который пожал плечами, но не стал комментировать, потому что знал, на что намекала Эл. — Это действительно отличная идея! Пришло время кому-то подхватить ее и внести необходимые изменения, — добавила Сатико. — Да, у преступности и коррупции глубокие корни и ее будет нелегко уменьшить, но мы сделаем все возможное. Мы с Лайтом решили посвятить этому свою жизнь. Не только как детективы, которые решают сложные дела, но и будем помогать сокращать преступность и коррупцию во всем мире, проводя реформы. И, как наша недавно зарегистрированная организация, мы можем достичь этого со временем. — А вас зовут R&L, если я не ошибаюсь? — Саю спросила и усмехнулась. Лайт покраснел и посмотрел на стакан сока, который он держал в руке. Лоулайт нервно улыбнулся и дал ей ответ: — Правильно. Мы не хотели, чтобы это было сложно, поэтому мы договорились об этом простом имени. — О, конечно, — Саю улыбнулась в ответ и продолжала есть торт и слушать разговор. — Название может быть простым, но его будет легко запомнить, — добавила Сатико. — Действительно. — Ты хочешь больше торта, Рюдзаки? — Да, еще один кусочек, пожалуйста, спасибо. — Сатико предложила остальных, но только Эл хотел есть больше. Когда Сатико вернулся с кусочком торта, Лайт решил, что настало время рассказать им, чем он занимался с тех пор, как они пришли. Из-за этого он нервничал и очень плохо участвовал в разговорах. Сатико села, а Лайт начал говорить: — Мама, папа, Саю... — у него пересохло во рту, горло сжалось, а руки начали слегка дрожать. Эл увидел его нервозность и схватил Лайт за руку. Лайт ахнул и посмотрел на него. Детектив только кивнул. Все уже подозрительно смотрели на них, ожидая. — Я хотел бы сказать вам кое-что. Я готовился к этому некоторое время, но я решил больше не откладывать это... ну... ага, — он нервно пошевелился и посмотрел на каждого из них кратко. Затем, он глубоко вздохнул и, так как у него не хватило смелости посмотреть кому-либо из них в глаза, признавшись, он посмотрел на стол и сосредоточил свое внимание на чашке чая, произнося эти слова. — Эл и я - мы... У нас романтические отношения. Сатико ахнула и прикрыла рот ладонью. Лицо Соитиро потемнело, но он попытался сдержать себя, чтобы не взорваться сразу, а Саю просто улыбалась и краснела и, после нескольких секунд полного молчания, она добавила, чтобы ослабить напряжение: — Ну, поздравляю! Похоже, что Лайт вернулся из транса, он выдохнул, задержал взгляд, поднял взгляд от чашки чая и посмотрел на свою сестру, немного смущенный. Эл молча наблюдал за каждым из них и их реакциями все время, и был не очень взволнован. Так же, как родители его парня не были в восторге от новостей. — Спасибо, — ответил детектив, потому что его парень явно растерялся. Когда он посмотрел на него, он увидел, что лицо Лайта было красным. Он продолжал держать руку и заметил, что тот перестал дрожать. Соитиро начал массировать лоб, и Сатико наконец сказала: — Я действительно не ожидал чего-то подобного. Немного - может быть, чуть больше, я удивлена и смущена этой информацией. Но теперь, когда я думаю об этом, почему-то все имеет больше смысла. Правильно сказать, мне понадобится время, чтобы привыкнуть к этому, но если вы счастливы вместе и если вы искренне влюблены, я не против, чтобы вы были вместе. Лайт почувствовал облегчение, но не полностью, потому что он все еще ждал ответа своего отца. Он больше боялся ответа Соитиро.       Сатико посмотрела на своего мужа и увидела, что мужчина совсем не был в восторге от новостей и боролся с собой. Наконец, через несколько минут шеф Ягами заговорил: — О, сынок... Как уже сказала Сатико, потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к нему и принять его. Я не совсем сторонник такого рода... отношения, но что я могу сделать, когда вы решили так. Мне нужно или смириться с этим или отказаться от вас. И я не хочу, поэтому я просто должен смириться с этим и принять это.       Лайт и Эл посмотрели на него широко раскрытыми глазами и открытым ртом. Они действительно не ожидали, что их примут без каких-либо осложнений. Но это были отличные новости, и они оба почувствовали облегчение. — Не волнуйся, они скоро привыкнут к вам двоим, вы увидите, — Саю улыбнулась и подмигнула им. — Большое спасибо, — сказал Лайт. Он все еще чувствовал себя неловко, но изо всех сил пытался немного расслабиться. — Ты мой сын и я всегда буду любить тебя, несмотря ни на что, — добавила Сатико.       Старший Ягами сжался от этих слов, а Лоулайт и Лайт поморщились, но каждый оставил свои мысли при себе. Сатико знала, что хуже всего было то, что Лайт был Кирой. Если он доказал, что простил его, то это тоже не должно быть проблемой. — Наш долг, конечно, принимать те пути, которые вы выбираете в жизни, если эти пути соответствуют некоторым моральным нормам, — добавил Соитиро. Все выглядело сюрреалистично. Слезы появились в глазах Лайта и он не мог их удержать. Эл положил руку ему на спину и медленно начал ласкать и утешать его. Сатико улыбнулась им, а напряженная атмосфера, которая управляла комнатой, наконец немного ослабла.

***

      В тот вечер они не пошли прямо домой, а прогулялись вдоль реки и наслаждались прекрасным закатом. Снег еще не выпал, но было заметно холоднее, чем в предыдущие дни.       Рука об руку, когда они шли молча, каждый погрузился в свои мысли. Они медленно достигли «своей» скамейки и сели. Эл посмотрел в лицо Лайта. Тот почувствовал его взгляд и повернулся к нему лицом. — Итак, в конце все прошло довольно хорошо. — Действительно. — Да, но теперь мне жаль, что я не доверял им с самого начала. — Может быть, так будет лучше. — Вы правы. По крайней мере, они привыкли к вам в некотором роде, и им будет легче принять тебя сейчас, когда они уже хорошо тебя знают. — Да, я надеюсь на это.       Лайт улыбнулся и снова уставился на реку. Это был момент, когда Эл Лоулат нервничал. Но Лайт не знал и не подозревал об этом. Детектив откладывал это до тех пор, пока Ягами не был готов сказать своим родителям, что они оба были в отношениях.       Он положил обе руки на свое пальто, когда они сидели на скамейке. Одной рукой он нервно сжал маленькую красную коробочку. Он уже какое-то время был готов и спрятан в их общей спальне. В этот день пришло время взять его с собой и сделать то, о чем он давно мечтал и планировал. Страх присутствовал. Примет ли это Лайт? Он тоже этого хочет? Что если нет...?       Никогда они не говорили на эту тему. Эл начал сожалеть, что все время избегал этой темы, но хотел удивить Лайта, а если бы они об этом говорили, то уже знал бы, что он планирует. Лайт почти всегда знал, о чем думает Эл, а Эл тоже знал, о чем думает Лайт. Но, теперь, он был неуверенным, сомнительным. Предложение было совершенно другим вопросом. Что-то, с чем у него не было опыта. Затем он внезапно набрал смелости и встал. Лайт удивленно посмотрел на него и спросил: — Мы уже идем? — Еще нет. Молодой человек поднял бровь и тихо наблюдал за детективом. В этот момент Эл встал на колено и вытащил маленькую красную коробочку, которую он открыл перед Лайтом и сказал: « — Ягами Лайт, ты выйдешь за меня?       Лайт посмотрел на него заметно удивленно. Его глаза были широко открыты, и он не дал ответа. Секунды тикали. Вопрос завис в воздухе. Эл уже начал беспокоиться и медленно начал раскаиваться в своем решении и всей идее.       На лице молодого человека появилось серьезное выражение, но он не сводил глаз с кольца, как будто он был глубоко поглощен своими мыслями. Детектив с трудом сглотнул, но решил немного подождать. Затем Ягами наконец сказал: — Л... — Да, Лайт-кун? Глаза Лайта смягчились, а уголки его губ повернулись вверх. — Я согласен. «Это правда?» Похоже, что так... Эл почувствовал мгновенное облегчение. Он взял кольцо между пальцами и потянулся к руке пока-что-Ягами. Лайт дал ему руку, а детектив надел кольцо на палец. Кольцо плотно прилегало к его пальцу, потому что у Эла была точная мера пальца Лайта при заказе. Он был тронут предложением Эл. Он действительно не надеялся на это и думал, что мечтает. Но кольцо было настоящим. И оно было теперь на его пальце.       Эл поцеловал его руку, на которой уже красовалось кольцо. Лайт притянул руку ближе к его лицу, чтобы лучше рассмотреть этот драгоценный камень. — Идеально! Кольцо было сделано из белого золота с черным бриллиантом посередине. Они оба встали и Лайт бросился в объятия Эла, а детектив крепко обнял его. Слезы радости потекли по его лицу. Элемент будет его, и он будет Эл, навсегда. — Я люблю тебя, Эл. — Я тоже люблю тебя, Лайт, больше жизни. А потом, они смяли уста в сладком поцелуе.