Принцесса, рыцарь и дракон, или Плата за проезд

      — Слышь, ты, — прикрикнул на спутника крупный тип с густой рыжей бородой, — я сказал, завтра — значит, завтра. Повыступай еще тут.       Огненная торчащая в разные стороны борода — первое, что бросалось в глаза при встрече с этим человеком. Потом можно было разглядеть грузное тело, румяные щеки и темные глаза, пристально глядящие из-под вечно насупленных бровей.       — Я только предложил, — пожал плечами невысокий мужчина со шрамом на щеке, поигрывая ножиком.       — Я тут решаю, кого и когда грабить, — отрезал бородач и грязно выругался.       Остальные члены шайки подтянулись поближе к главарю. С десяток кое-как одетых и чем попало вооруженных людей бодрым шагом двигались по лесной дороге, высматривая удобное место для будущей засады.       — А если за этим поворотом залечь? А чё, неплохо, — предложил верзила с длинными черными волосами — единственный, у кого был меч.       — Посмотрим, — откликнулся предводитель.       Однако, их ждал довольно неприятный сюрприз — место было уже занято. Вывернув из-за крутого поворота, разбойники обнаружили себя стоящими перед крупным черным драконом. Чудовище задумчиво разглядывало появившихся людей, словно пыталось решить, кто из них самый вкусный.       Завидев дракона, часть шайки быстро сориентировалась и с воплями разбежалась. Остались несколько человек — то ли бегать быстро не умели, то ли думать. Безошибочно ткнув в предводителя когтем, Кроули потребовал:       — Ну давай сюда свое золото или что там у тебя…       Надо же было с чего-то начинать, почему бы не ограбить глупых людишек, воплотив в жизнь изобретенный много позднее лозунг?       Верзила с мечом попытался, было, храбриться. Сделал два не очень уверенных шага вперед и замахнулся.       — Да щас я его…       Кроули пламя изрыгать не стал, просто дунул горячим воздухом в сторону наглеца. Меч выпал из рук. Верзила внезапно вспомнил о неотложных делах, которые требуют его срочного присутствия в лесной чаще, попятился и, отодвинувшись на безопасное расстояние, быстро скрылся в ближайших кустах.       Бородач оказался жадненький, хоть и испугался до полуобморочного состояния, но, по глубоко въевшейся привычке, пытался смухлевать и часть награбленного зажать. Дескать, не везет им что-то в последнее время. Что ж, сегодня уж точно не повезло.       Зажатое добро Кроули отобрал, отчаянно вопящего главного разбойника и его не успевших сбежать подручных доставил на площадь ближайшего селения, мешок с награбленным же прихватил с собой для дальнейшего детального исследования. Затем взлетел, эффектно покружился над деревней, запугивая местное население, и отправился к себе в башню, раздумывая по дороге над непростым вопросом: что вот это он такое сейчас сотворил? Но в отчете ведь можно кое-что и приукрасить, не так ли?       На следующий день Кроули в облике дракона вновь занял свою позицию на дороге в надежде, что ему, наконец, повезет. Ждать долго не пришлось — вскоре его взору предстала весьма странная картина.       Из-за поворота показалась белая лошадь с двумя седоками. Сзади восседал некий знатный господин, явно рыцарь, хоть и без части доспехов, зато с мечом. Одной рукой он держал поводья, а другой — сидящую впереди него довольно хрупкую девушку. Однако, в классической на первый взгляд картине было несколько неправильных деталей. У девушки были связаны руки и подозрительно замотан рот, что подтверждало ее гневное мычание, кроме того, она все время пыталась лягнуть сидящего сзади мужчину. По плечам рассыпались растрепанные темные волосы. Синие глаза сверкали гневом. Платье на девушке можно было бы назвать роскошным, будь оно поновее лет хотя бы на десять.       Так как всадники постоянно отвлекались друг на друга, первой дракона увидела лошадь. Она заржала и встала на дыбы, после чего шарахнулась в сторону. Рыцарь не удержался в седле и, увлекая за собой девицу, рухнул на дорогу.       Лошадь благоразумно решила спастись бегством. Девушка, похоже, ударилась при падении и отключилась. Мужчина же, заняв удобную позу, предпочел не проявлять признаков жизни, разве что периодически приоткрывал один глаз. Позабытый меч валялся рядом.       Дракон подошел поближе, для порядка дыхнул вверх пламенем и поддел рыцаря когтистой лапой, перевернув на живот.       — Вставай, хватит валяться! — изрекло чудовище.       Мужчина встал на четвереньки и попытался отползти назад, за что тут же больно получил шипастым хвостом по выпятившейся в сторону отступления части тела. Кроули откровенно забавлялся, однако знатному господину было не до смеха.       — Пожалуйста, не ешь меня, –дрожащим голосом наконец выдавил из себя так называемый рыцарь, — вот, возьми лучше её — тут он, к большому удивлению демона, ткнул пальцем в девушку, — и деньги все мои возьми. С этими словами он извлек из складок одежды весьма увесистый мешочек и бросил поближе к дракону.       Кроули в недоумении уставился на трясущегося от страха человека. Ну и рыцари нынче пошли…       –А разве ты не должен отважно защищать свою даму от злобных чудовищ? — с интересом спросил дракон. Не то, чтобы ему хотелось повоевать, но любопытство было у него в крови.       — Э-э, да и не моя дама вовсе. Так, решил подвезти вот… А вы… э-э…напугали мою лошадь, так что теперь везти-то не на чем… В общем, можете себе забрать. Не валяться же ей здесь, на дороге, в самом деле, да?       Нестандартную логику Кроули оценил.       — Хм, да. Надо будет замолвить за тебя словечко перед начальством, — саркастично заметил дракон.— Я надеюсь, они постараются компенсировать причиненные мной… гхм… неудобства.       Не став слушать благодарности, демоническим чудом он отправил жалкое подобие рыцаря в район ближайшего болота, предварительно лишив его богатой одежды и всех рыцарских атрибутов.       — Захочет жить — выберется к деревне, — рассудил демон. Больше судьба этого недоразумения его не интересовала. Однако, оставалась еще девица, до сих пор лежащая без сознания. Сейчас она напоминала изящный цветок, выпавший из разбившегося горшка, но представлялось, что посади его обратно в землю да капни пару капель воды — зацепится корнями, расправится, да расцветет так, что избалованным соседям и не снилось.       Осознав всю абсурдность ситуации, Кроули издал смешок. Дракон, спасающий принцессу от рыцаря. Забавно вышло. Забрав меч, мешочек с деньгами и предполагаемую принцессу, дракон поднялся в воздух и полетел в сторону башни.       Принцесса открыла глаза и обнаружила себя лежащей на кровати в старинном замке. Ну, стены, по крайней мере, точно были старинные, а вот с остальным как-то не задалось. Разве что новехонькие стекла в окнах. Убранство комнаты было скудным и на замок не тянуло. Кровать, правда, неожиданно оказалась очень удобной и теплой. Сверху девушка была укрыта большой черной то ли шубой, то ли шкурой. Стильной такой шкурой.       В камине весело потрескивал огонь. Рядом с камином в кресле сидел интересный господин и смотрел в окно. Высокий и худой, он был одет во все черное — богато и со вкусом. Густые рыжие волосы огненными змейками рассыпались по плечам. Тонкие красивые черты лица выражали скуку. Глаза скрывались за маленькими темными стеклами.       Девушка пошевелилась. Мужчина повернулся.       — Наконец-то, — ворчливо пробормотал он. И, видимо, хотел что-то добавить, но не успел. Его перебили.       — Господин! — восторженно сказала окончательно пришедшая в себя девушка, садясь на край кровати, — я вам так обязана! Как я могу отблагодарить вас за спасение?       Бровь Кроули поползла вверх. Не хватало еще, чтобы его тут за благородного спасителя посчитали.        — Спасение? Вы, достопочтимая принцесса, видимо, несколько заблуждаетесь, — промолвил демон с самым серьезным видом, — вы сейчас находитесь в башне злого колдуна.       И зловеще добавил:       — Так вот, колдун, а также хозяин дракона, который так напугал тебя и твоего спутника — это я.       Если Кроули хотел прекратить таким образом поток благодарностей в свой адрес, то он сильно просчитался.       — Нет, господин колдун, — не моргнув глазом, продолжила девушка, –я действительно вам очень благодарна!       К большому удивлению и огорчению Кроули, восторженности в голосе не поубавилось.       — Вы спасли меня от злого и жадного человека! Как я могу вас называть?       — Кроули, — недовольно ответил демон и ворчливо добавил: — И чем это я тебя так облагодетельствовал?       — Он меня выкрал, но ему не я, а мой титул понадобился. Богатство у него есть, захотелось теперь с моей помощью и знатным сделаться. Он и в рыцари-то пробился не за храбрость, а за деньги, –с горечью ответила принцесса. Глаза сверкнули гневом.       — Ну, а что, — хмыкнул демон, — у тебя титул, у него — деньги. Чем не пара — полное взаимодополнение, обоюдная выгода. Пользовалась бы богатством и жила бы в свое удовольствие. Что не так-то?       — Все не так, — сердито сказала девушка, — да, мой клан обеднел, но мы никогда не продавались и продаваться не будем. Я люблю другого. Разве богатство может заменить любовь?       Кроули встал и подошел к окну.       — Я этого и не говорил. Но любовь… слишком эфемерное понятие.       — У меня есть настоящий жених, и я сделаю все, чтобы вернуться к нему, –её губы сжались в тонкую полоску.       Кроули вздохнул — опять эти смертные со своей любовью.       — Как тебя зовут-то? Ты и впрямь принцесса что ли? — спросил демон, чтобы перевести разговор в другое, менее опасное русло.       — Я Эйлис. Не принцесса, конечно, но, можно сказать, дальняя родственница короля.       — Я думал требовать за тебя выкуп, — хмуро протянул демон. Разумеется, никакой выкуп ему был не нужен, но вот репутация была нужна.       — Господин Кроули, — Эйлис сложила руки в молитвенном жесте, — вы понимаете — за меня не смогут дать много. Но я очень обязана вам за свое спасение. Вы предотвратили этот ужасный брак. Чтобы отплатить, я могу служить вам столько, сколько вы пожелаете.       Кроули мысленно простонал и в полном отчаянии закатил глаза. Только этого еще не хватало. Вся его тщательно выстраиваемая демоническая репутация катилась ко всем ангелам. Он же, вроде как, должен внушать страх и ужас? Но сегодня был явно не его день.       — Я ни не нуждаюс-с-ь ни в какой прислуге, — раздраженно прошипел он. От дочери горного народа нужно было срочно избавляться.       Демон нашел подобранный им мешочек с деньгами и бросил ей на колени:       — Вот, это деньги, которыми пытался откупиться от меня твой женишок. И тобой, кстати, тоже, — ухмыльнулся Кроули, — теперь можешь идти, куда хочешь.       Девушка, казалось, смутилась.       — Ох, спасибо! Мне нужно домой, на Лох-Морар. Тут не так уж и далеко. Попробую купить лошадь, но, если что, и пешком дойду.       — Пешком? Серьезно? По этим горам? — недоверчиво переспросил Кроули.       –Я знаю горы — упрямо заявила девушка.       — Отказываться от богатства, служить колдуну, идти пешком через горы — и все это ради какой-то любви? — спросил демон, как будто всё ещё не вполне веря в ее искренность.        — Разумеется, — просто и искренне ответила девушка, — лучше сделать все, что можешь, чем потом тихо умирать от тоски и ненависти к себе. Неужели на моем месте вы не поступили бы также?       Кроули вздрогнул. Стало трудно дышать — внезапно и без всяких видимых причин.       — Такие, как я, не умеют любить, — сказал он, сняв очки и отвернувшись к окну.       Эйлис встала и подошла ближе, рассматривая необычные глаза. К огромному удивлению демона, похоже, она не испытывала никакого отвращения.       — Нет, — тихо сказала она, — вы ошибаетесь. Вы просто не верите.       Кроули фыркнул.       — Еще скажи, что этот твой похититель тоже может любить.       Девушка, встав рядом с демоном, посмотрела на озеро.       — Возможно… когда-нибудь и он это поймет, — она повернулась к Кроули и еще раз посмотрела прямо ему в глаза.       Кроули уже пожалел, что так неосмотрительно избавился от темных стекол. Похоже, её ничем не проймешь.       — Лох-Шил… — задумчиво проговорила Эйлис, снова повернувшись к окну, — в этих краях рассказывают интересную историю. Один юноша полюбил девушку, но не решался сказать ей о своих чувствах, боясь, что не найдет ответа. Девушка же тоже полюбила юношу, но ее хотели выдать замуж за другого. Не желая быть женой нелюбимого, она пришла к озеру и бросилась в его воды. Юноша не смог пережить потери и окаменел от горя, превратившись в утес. С тех пор в ясные лунные ночи к утесу всегда приплывает русалка* и сидит всю ночь, обнимая скалу. Так вот знаете, — девушка вновь посмотрела, но Кроули, — я не хочу жалеть целую вечность.       В комнате повисла тишина. Кроули стоял и смотрел, как над озером начинает собираться туман. Его мысли были слишком далеко.       Наконец он вернулся к реальности и с удивлением посмотрел на свою руку, сжимавшую спинку стоящего рядом стула. Ветхая древесина начала крошиться под его пальцами.       — Солнце скоро сядет. Если не побоишься, дракон доставит тебя на родину. Но при одном условии — обо мне ни слова никому. Сама придумывай, что наплести, иначе — иди пешком, — с этими словами он развернулся и собрался подняться на верх.       Однако, девушка, не дав Кроули улизнуть, решительно двинулась к нему, на ходу снимая висевший на груди довольно крупный серебряный медальон. В тонкой красивой вязи кельтского узора притаилась свернувшаяся кольцом змея.       — Вы слишком много делаете для меня. Я не хочу быть вашей должницей. Пожалуйста, возьмите хотя бы его. Это старинная фамильная реликвия, но, мне кажется, вам очень пойдет, — с этими словами она вложила медальон в руку растерявшегося Кроули. Украшение и впрямь было великолепным.       — Ладно, — буркнул демон, — когда будешь готова, поднимешься по лестнице наверх башни. И поспешил исчезнуть, пока не наслушался еще какой-нибудь сентиментальной ахинеи. Нашел же развлечение на свою голову…       Когда девушка появилась на самом верху башни, там ее уже поджидал дракон. Кроули решил, что от девицы нужно избавиться лично, не прибегая к магическим перемещениям, к тому же полет много времени не займет. Но главным аргументом такого выбора была надежда хоть немного отомстить за причиненный его репутации ущерб.       Дракон грозно лязгнул зубами, высунул раздвоенный язык и кивком указал на спину. Вопреки ожиданиям, во взгляде почти что принцессы опять явственно прослеживалось ничем неистребимое восхищение. Она рассмотрела дракона, потом подошла, погладила его по чешуйчатому боку и, наконец, забралась на спину.       Ладно, подумал Кроули, мы еще посмотрим, кто кого.       Он взлетел. Заходящее солнце всполохами индиго заиграло на темных крыльях. Дракон сделал небольшой круг и взял курс на север. По дороге он увеличивал скорость, закладывал крутые виражи, устремлялся вверх и падал стрелой вниз. Все вытворяемые им бесчинства успеха не имели. Ни одного вопля, ни одного стона, ни одной просьбы о пощаде от гордой девушки он так и не дождался. Наконец, в полном недоумении он повернулся и посмотрел на свою пассажирку. Та сидела с широко раскрытыми глазами, вцепившись в черные пластины на спине, и, кажется, получала от полёта большое удовольствие. Кроули фыркнул, но паясничать прекратил и, увеличив скорость, быстро добрался до нужного замка. Однако, гордый горный народ зауважал.       Увы, на этом беды демона не закончились. Как можно более незаметно приземлившись в сумерках на опушке леса, он прошипел:       — Отсюда доберешьс-ся сама, не нужно, чтобы меня видели.       Девушка слезла на землю, а потом внезапно обняла дракона за шею и поцеловала черную блестящую чешую, чем вызвала очередной приступ негодующего шипения.       — Спасибо! — искренне поблагодарила Эйлис, — Ты — красивый дракон! И передай господину Кроули, что, хоть он и хочет выглядеть злым, на самом деле у него доброе сердце. И пусть, наконец, поверит, — улыбнувшись, добавила она, — любовь, если она есть, можно прочесть в любых глазах.       Абсолютно деморализованный демон счел за благо спастись бегством, а, точнее, тут же взлетел, и, заложив крутой вираж, быстро набрал скорость. Вообще-то ему нравились такие люди. Свободолюбивые, гордые и благородные… Не его клиенты, да он и не захотел бы искушать таких, чувствуя, видимо, в них что-то родственное.       «Красивый дракон» — надо же! Ну ладно, допустим, это даже льстит. Не зря старался. Но что прикажете теперь делать с этим «добрым сердцем»? Как можно вот так взять, и уничтожить всю годами выстраиваемую репутацию? О последних словах девушки Кроули думать был не готов. Он постарался выкинуть из головы лишние мысли и стал наслаждаться полетом. Уж трусливого рыцаря-то он точно запишет на свой счет. И все, с него хватит, на ту злосчастную дорогу он больше — ни ногой. Ну, или ни лапой — драконьей.

***

      Ночь оказалась бессонной. Демон вышел на башню. На безоблачном небе сияла полная Луна, хорошо освещая озеро и одновременно делая пейзаж призрачным. Кроули вздохнул. Раз выспаться сегодня не удастся, то, может, хоть полетать? Расправив свои настоящие крылья, он полетел над самой гладью озера. Слишком далеко от людей и слишком поздно, чтобы его кто-то мог увидеть. Когда усталость перевесила смятение, царившее в душе, он поднялся повыше, высмотрел удобное место и приземлился на скале. Присев на камень и укрывшись от ночной прохлады крыльями, Кроули уставился на лунные блики, играющие на воде. В голове роились вопросы. Ответов, как всегда, не было. Могут ли демоны любить? А смертные? Какова природа их чувств? Чувствуют ли они то же самое?       Кроули не знал, сколько так просидел. Из глубокой задумчивости его вывел плеск под скалой. Блеснула чешуя в лунном свете. Рыба? Из воды на него смотрели большие печальные глаза. Вполне человеческие.       Русалка, наконец, решилась и вынырнула из воды. На влажной коже заиграли лунные блики. В длинных светлых волосах Кроули заметил аккуратно вплетенные водоросли.       — Ты — не человек… Я давно наблюдаю за тобой. Ты ведь меня видишь? — с надежной спросила водная дева. Голос был приятный, но немного глуховатый, как будто она говорила из-под воды.       — Вижу, — односложно ответил демон, почти не удивившись.       Он пока не решил, хочет он с ней разговаривать или нет, но все же спросил:       — Ты та самая, из легенды что ли?       Русалка вылезла повыше.       — Та самая. Меня так наказали. Только вот про утес — не правда, — грустно ответила девушка, — это просто скала. А его… его здесь нет. И тысячу лет никого, с кем можно поговорить.       — Так поймала бы кого-нибудь из смертных.       — Не могу — они меня не видят. Только в полнолуние один раз в год я принимаю зримый облик и даже могу ходить по суше, но… я не хочу, — влажные глаза сверкнули в свете Луны, — вообще-то я должна затягивать под воду людей, но мне их жалко. Я когда-то жила так же, как и они, мечтала о чем-то, надеялась на лучшее… Сначала я смотрела на своих подруг, как они играют, веселятся, прыгают через костер… Как я могла их сгубить? Потом смотрела на их детей, внуков… Лет через сто я уже никого не узнавала, но мне все равно их жалко. Однажды увидела купающегося юношу, захотела утащить к себе, да так и не смогла. У него вся жизнь впереди. А у меня…       Девушка отвернулась.       Кроули спрятал улыбку. Кажется, не он один тут плохо выполняет свои обязанности. Собрание неудачников можно объявлять открытым.       Он наклонился, легко похлопал девушку по мокрому плечу и добавил:       –В тебе нет злобы, и это хорошо.       — А ты демон? — с любопытством спросила русалка, повернувшись и глядя на него влажными глазами.       Кроули кивнул.       — А ты можешь сделать так, чтобы меня простили?       — Издеваешься? — невесело усмехнулся Кроули, — я сам непрощаемый.       — Ну хотя бы поговори со мной? Пожалуйста. Мне так одиноко…       — Хм-м. Ну хорошо, расскажи мне о любви. Как ее чувс-ствуют смертные?       Русалка вздохнула и устроилась на камне поудобнее. Рассказ предстоял длинный.