Принцесса, рыцарь и дракон, или Плата за проезд

      Спустя неделю…       Кроули сладко спал, завернувшись в теплые шкуры и планировал так проваляться еще как минимум часика три, но из объятий Морфея его вырвали немилосердно нарушающие тишину раннего утра вопли.       Нехорошо выругавшись, демон сполз с кровати и выглянул в одно из окон. Вход в башню осаждал сидящий на лошади рыцарь в полном боевом доспехе. В правой руке он держал обнаженный меч и очень громко вызывал на бой злобное чудовище, похищающее невинных девушек.       Забравшись на вершину башни, Кроули сел на невысокое ограждение, и, болтая ногами, поинтересовался у прибывшего:       — Ну и зачем так орать с самого утра?       Буравя взглядом входную дверь и никак не ожидая получить ответ с самой верхотуры, рыцарь вздрогнул, но быстро пришел в себя, запрокинул голову и сразу же стал осыпать проклятиями ни в чем не повинного демона, требуя немедленно отпустить всех пленниц и категорически настаивая на честном поединке.       — Пленниц? Напомни-ка мне, сколько, по твоему, я должен вернуть похищенных девиц? Принимать по списку будешь? — поинтересоваться Кроули.       Вразумительного ответа так и не последовало, но проклятия и угрозы посыпались с удвоенной силой.       Кроули поморщился. По его мнению, он никоим образом не заслуживал подобного отношения. Не дали выспаться, подняли ни свет, ни заря, да еще и обвиняют черт знает в чем… Этот балаган пора было прекращать. Щелчком пальцев демон избавил рыцаря от доспехов и переместил в соседнюю деревню. Лошадь отправилась следом. Доспех собрался сам собой и аккуратно пристроился за входной дверью на лестнице в качестве трофея. Отлично.       За последующую после этого случая неделю лестница пополнилась еще пятью доспехами. Кроули совершенно не понимал причин такой своей популярности, тем не менее, борьба с благородными рыцарями шла полным ходом, а отчет начальству пополнялся новыми деталями. Бесславную потерю дорогих доспехов и позорное поражение в даже не начинавшемся бою рыцари переносили плохо, по крайней мере, никто из них не возвращался, кроме одного, оказавшегося особенно настырным.       Однажды утром демон обнаружил у своей двери светловолосого юношу, которого он буквально на днях уже отправил куда-то в лес. Лошадь отсутствовала, поэтому Кроули сделал вывод, что молодой человек пришел пешком. Доспех его, как и положено доспеху любого рыцаря, смеющего беспокоить демона, занимал свое место на лестнице, поэтому у юноши был только меч. Однако, судя по плотно сжатым губам, настроен он был весьма решительно.       Кроули, стоя на верху башни, тяжело вздохнул и присмотрелся повнимательнее. Корысть? Зависть? Амбиции? Нет, ничего. Благородный рыцарь, значит, пожаловал? Серьезно? Ну и что прикажете с такими делать?       Демон подошёл к краю и ехидно поинтересовался:       — Ну и что мы тут снова делаем? Прошлого раза оказалось недостаточно?       Рыцарь вздрогнул, но быстро взял себя в руки и, задрав голову, прокричал:       — Отпусти невинную девушку! Я не уйду, пока не освобожу её! Или пока ты меня не убьешь в честном поединке!       — Готов сраженным быть рукою зла… нет, вы только посмотрите на него, –Кроули с тяжелым вздохом пошел спускаться вниз.       Через некоторое время дверь башни открылась изнутри и демон оказался лицом к лицу с храбрецом.       — И с чего ты взял, что она вообще тут есть? С чего вы вообще сюда ходить подвиги совершать повадились?       — Твои уловки не помогут! О похищенной девушке рассказал ее жених, у которого дракон вероломно отобрал невесту.       Кроули стало смешно. Но теперь, хотя бы, понятно — трусливый рыцарь, который сам предложил Кроули девушку в качестве выкупа, выбрался-таки из болота и, стараясь себя выгородить, наплел невесть что о похищающем невинных девиц чудовище, чем и вызвал паломничество рыцарей к башне.       — Жених, значит, рассказал… Ну, ладно — иди, ищи свою принцессу, раз ты так уверен в её существовании, — весело сказал Кроули, приглашающим жестом показывая на дверь.       Рыцарь нахмурился и подозрительно уставился на темную лестницу, ведущую наверх башни.       — Не бойся, никто тебя там не ждёт, — продолжал ухмыляться демон.       Молодой человек собрался с духом и решительным шагом прошел внутрь.       Посланец ада двинулся вслед за ним.       Завидев на лестнице свой доспех, юноша остановился.       — Нет, назад так просто ты его не получишь, — заметил Кроули, — такую привилегию надо еще заслужить.       Рыцарь решительно зашагал вперед, решив, что время для битвы еще не настало, и лучше он поборется за принцессу, чем за свой доспех.       Обнаружив наверху совершенно пустую комнату, он стал озираться.       Кроули, ловко обойдя молодого человека, прошел внутрь и развалился в кресле. У него, наконец, созрел план.       — Вон там еще лестница, иди, ищи дальше. Потом приходи сюда, побеседуем, — радушно предложил хозяин башни.       Пока юноша обследовал вторую комнату, Кроули щелчком пальцев переместился на самый верх и принял облик дракона.       Вскоре показался и рыцарь.       Неожиданно обнаружив на верхней площадке лежащее и греющееся на солнце чудовище, он взял покрепче меч и замахнулся.       — Но-но-но! — запротестовал дракон, — что за манеры у рыцарей пошли? Я тут лежу, никого не трогаю, а ты врываешься и собираешься меня убить. А что я тебе, собственно говоря, сделал? Ищешь свою принцессу — ну, так и ищи, я-то тут причём?       Рыцарь такой отповеди не ожидал, поэтому отступил в нерешительности. Быстро поняв, что поиски его бесславно окончились и принцессы похоже, нет и здесь, он с подозрением уставился на змея.       — Ты… ты –юноша никак не мог собрать свои разбегающиеся мысли в оформленную фразу.       — А что я? Съел твою принцессу? — ехидно поинтересовалось чудище, — вынужден тебя разочаровать, я не ем людей. Я вообще могу не есть, если хочешь знать, для меня это не обязательно.       — Но ты мог ее украсть и увезти куда-нибудь!       — Разумеется, мог. И что ты будешь делать? — дракон поднял голову и с интересом воззрился на рыцаря.       — Я заставлю тебя отвезти меня к ней! — гордо заявил молодой человек.       — Крайне сомнительно, но, допустим, — продолжал издеваться змей, — вот представь, что привез я тебя в какое-то совершенно дикое и мало доступное место, показал на пещеру и сказал, что принцесса там. Пока ты её будешь искать, я улечу обратно. Никакой принцессы там, разумеется, нет. И что дальше?       Ответить было нечего. Юноша начал краснеть и покрепче сжал меч.       — Мерзкое чудовище!       — Некоторые, между прочим, сказали, что я красивый, — не без самодовольства парировал Кроули.       Тут ему в голову пришла забавная мысль, и он решил подлить масла в огонь.       — А почему бы тебе не подумать о том, что я и могу быть твоей принцессой? Ты же так уверен, что она должна быть здесь, но сам видишь, что на самом деле её нигде нет. Зато есть я. А вдруг этот чародей заколдовал меня и превратил в чудовище? И только поцелуй прекрасного принца сможет развеять злобные чары, — бархатным голосом ответил змей и смущенно потупил взгляд, насколько это было возможно для Кроули вообще и для дракона в частности.       Такого поворота событий несчастный рыцарь не ожидал.       — Но, если бы ты был принцессой, ты бы сразу попросил у меня помощи, — неуверенно ответил он.       –Но это было бы слишком просто, не так ли? А как же испытания, которые должен пройти достойный рыцарь? Ну что, будешь целовать? Только учти, если я принцесса, ты снимешь с меня чары, а если нет, то можешь серьезно пострадать, ибо моя шкура ядовита, — ответил дракон. В странных глазах с вертикальными зрачками забегали веселые золотые искорки.       Разумеется, шкура у Кроули никогда не была ядовитой, но предоставить смертному сложный запутанный выбор, а потом наблюдать за выражением его лица всегда доставляло демону большое удовольствие.       А наблюдать и впрямь было что. Недоверие сменялось робкой надеждой, отвращение и гнев — готовностью выполнить свой долг.       Через некоторое время рыцарь, наконец, решился. Убрав свой меч в ножны, он сделал несколько решительных шагов к дракону. Когда до морды чудовища оставалось совсем немного, нервы не выдержали, и юноша, закрыв глаза, шагнул вперед, выставив руки перед собой.       Тут же он почувствовал, что вместо большого змеиного тела он сжимает чьи-то плечи. Юношу бросило в жар, а затем по позвоночнику пробежал предательский холодок. «Неужели я расколдовал ее только свои намерением?» — промелькнула безумная надежда. Юноша сделал еще один маленький шаг вперед, но тут же был безжалостно остановлен ладонью, упершейся ему в грудь. Он открыл глаза и увидел прямо перед собой все те же золотые искорки и вертикальные зрачки, правда, уже в меньшем масштабе.       — Нет уж, увольте, — ухмыляясь, промолвил чародей, — я со смертными не целуюсь.       Это было сущей правдой. Когда-то давно, на заре времён, Кроули решил изучить все функции человеческого тела и поэкспериментировал с парой-тройкой смертных. Оказалось приятно, однако потом имело неприятные последствия. Смертные –что девушки, что юноши — как назло попадались все белокурые да голубоглазые. А в результате с демоном оставалось лишь отчаянное одиночество и боль от желания невозможного. Мазохистом Кроули не был, начальству привирал, а себе — не любил, да и сложить дважды два тоже мог. Поэтому однажды, сидя в тоске на берегу моря и глядя на закат, он, со всем своим демоническим упрямством решил, что со смертными пора прекращать. С тех пор Кроули своего мнения не менял.       Не собирался менять и сейчас, тем более, что этот юноша до боли напоминал демону Азирафеля. И дело даже было не в белокурых волосах и голубых глазах. Он был столь же ангельски наивен, когда дело касалось определенных вещей.       Молодой человек, тем временем, сильно покраснел, одну руку сжал в кулак, а другой выхватил меч.       Демон спокойно продолжал смотреть на него, только бровь поползла вверх.       — Ты! Ты надругался над моими лучшими чувствами!       — Вовсе нет! Я же не дал тебе меня расцеловать. И, заметь, ты сам принимал все решения, что тебе делать. Просто нельзя верить всему, что тебе говорят! Ладно, — примирительно сказал демон, — пошли-ка лучше вниз, угощу вином.       Молодой человек убрал меч и с поникшей головой пошел следом. Было обидно до слез, но на то, чтобы отрубить голову рыжему наглецу, моральных сил уже не оставалось.       Однако в комнате юноша всё же решил предпринять последнюю попытку.       — Где ты её держишь?       — Да ладно, ты же сам всё видел. Мне некуда тут никого прятать. Присаживайся, — демон жестом пригласил юношу за стол, — обсудим сложившуюся ситуацию. В погребе, который ты, кстати, пропустил, есть неплохое вино. Можешь спуститься вниз и принести его. Вдруг я держу пленницу там?       Рыцарь с ненавистью посмотрел на Кроули, но все же отправился на поиски погреба. Он должен был убедиться. Найдя искомое помещение, но не обнаружив там никаких признаков живых существ, юноша оказался перед выбором. Можно было просто уйти, чародей, кажется, не собирался его ни убивать, ни преследовать. Однако, тайна принцессы манила и требовала разгадки. Юноша решился — будь что будет. После всего пережитого, вино казалось, не такой уж плохой идеей, если, конечно, оно не отравлено. Он наполнил кувшин и поднялся наверх.       — Вот и отлично, — довольный демон пододвинул свое кресло поближе к столу.       Однако, юноша, присев за стол, опять заладил:       — Так куда ты её дел?       Кроули разлил вино по бокалам.       — Да что она тебе сдалась? Ты же видишь, что, кроме меня, здесь никого нет. Вроде, на вид не глупый.       – Но она точно должна быть тут!       — И откуда такая уверенность?       — Я же говорю, ее жених рассказал. Он вез ее домой, но на них вероломно напал дракон и похитил девушку. Ее звали Эйлис. Она должна быть здесь, — упрямо продолжал гнуть свою линию рыцарь.       — Ты что, веришь всему, что тебе скажут? — с удивлением спросил Кроули, — ну хорошо, девушка, действительно здесь была. И попала она сюда потому, что тот тип, которому ты так наивно веришь, сам отдал мне ее в качестве выкупа. А потом решил чужими руками вернуть обратно.       Кроули покачал головой, словно удивляясь наивности своего собеседника.       — Я давно отпустил ее. Так что, если ты решил заработать на мне хорошую репутацию, вынужден тебя разочаровать.       Юноша вспыхнул и недоверчиво посмотрел на сидевшего перед ним чародея. Однако, что-то подсказывало рыцарю, что тот не лжет.       — Отпустил? Но почему?       — А на что она мне сдалась? — ответил Кроули, пожав плечами и наливая по второму бокалу, — просто мне стало скучно. Хотел попугать народ, а в результате получилось, что я ее спас. Ну или что-то типа того.       Он вздохнул и развалился в кресле поудобнее.       — Получается, что тот, кто ее на самом деле похитил, наплел с три короба, чтобы выгородить себя, а потом сюда зачастила ваша рыцарская братия. Утомительно, знаешь ли. Особенно, когда спать не дают.       Рыцарь с удивлением смотрел на чародея.       — Но почему ты меня не убил?       Теперь была очередь Кроули удивляться.       — Зачем? — в недоумении спросил он, — я что, Хастур что ли какой-нибудь? Ни ты, ни кто-либо еще из ваших не представляют для меня никакой реальной угрозы. Убивать вас ради чего? Ради развлечения? Мне это не нужно. Намного интереснее предоставить вам выбор и смотреть, как вы мучаетесь.       Разговор неспешно тек, вино убывало.       Молодого рыцаря звали Кэлен. И он страстно желал совершать подвиги во славу короля Артура. Однако, это желание не было продиктовано амбициями — юноша искренне обожал своего молодого правителя и готов был отдать за него жизнь.       Кроули присвистнул.       — И ради этого ты потащился в такую даль?       — Ну, это мои родные места. Я просто путешествовал, думал, смогу совершать благие деяния.       — Хмм. А благие деяния в твоем понимании — это что? — с интересом спросил Кроули.       — Деяния добра, — просто ответил рыцарь.       — Угу. А как ты отличаешь добро от зла? — не унимался демон.       — Мое сердце подскажет, — с достоинством ответил Кэлен и отпил вина.       — О, да, я это уже слышал миллион раз. А потом люди начинают делать глупости, — скривился демон, — ну вот сам посуди — когда людям на голову обрушиваются несчастья, что-то я не видел, чтобы хоть чье-то сердце шептало, что это к добру. Все начинают жаловаться и проклинать свою судьбу. Но самое интересное начинается потом — когда они смогли что-то преодолеть в себе, чего-то добиться, люди часто вспоминают эти времена с благодарностью. Так что это — добро или зло?       — Не было бы счастья, да несчастье помогло, — так говорят, — ответил юноша.       Кроули ухмыльнулся.       — Да, только говорят уже после того, как все случилось.       По наблюдениям Кроули получалось, что его деяния, направленные изначально на искушения, в некоторых случаях делали людей сильнее и более того — даже укрепляли в вере. Так что же он делал на самом деле? И что тогда есть добро и что есть зло? Кроули всегда было интересно порассуждать об этом, жаль ангела не было, чтобы поддержать беседу.       Кэлен задумался. Некоторое время они сидели молча.       — Наверное, в конечном счете, добро — то, что делает нас лучше, — проговорил, наконец, он.       — Может быть. Еще бы знать, где этот конечный счет… — ответил Кроули. Они оба уже достаточно захмелели, чтобы начать вести философские беседы.       — А зачем ты здесь сидишь? — вдруг спросил рыцарь.       — Видишь ли, я облюбовал эту башню и поселился здесь, надеясь, что смогу обрести покой, — и грустно добавил, упершись подбородком в руку, — похоже, не получилось. Интересно, зачем он это все рассказывает? Обнаружив пустой бокал, Кроули подлил ещё вина. Демону хотелось просто с кем-то поболтать. В этом отношении он прекрасно понимал ту русалку в озере.        — Покой? — переспросил рыцарь.       Кроули тяжело вздохнул. Как ему объяснить? И зачем вообще объяснять? Наверное, он уже слишком много выпил.       — Скажи, ты когда-нибудь влюблялся?       — Нет, — зардевшись ответил юноша, — я думаю, мне предначертан духовный путь. Кроули закатил глаза и тут же вставил шпильку:       — Да, но целоваться-то все-таки полез…       Молодой человек снова вспыхнул и хотел ответить что-то гневное, но Кроули перебил:       — Да ладно, твои благородные намерения тебе там зачтутся, — с этими словами он неопределенно ткнул пальцем вверх, — ничего ведь катастрофического не произошло, так? И моя шкура, кстати, не ядовита.       И тут же продолжил, не дав оппоненту вставить ни слова:       — Так вот. Хотя бы постарайся представить, что ты очень сильно влюбился в девушку, но она знатна и богата, принцесса, можно сказать, а ты — бедный и грязный нищий. Какие у тебя шансы? Никаких. Едва ли она даже захочет с тобой общаться достаточно долго. И что остается делать? Забиться в какую-нибудь глушь, постараться все забыть и успокоится.       — Ты непохож на грязного нищего, — заметил юноша, окинув взглядом богатую одежду демона и изящный серебряный кулон на шее.       — Я в переносном смысле, просто, чтобы понятнее было, — ответил Кроули, начиная жалеть, что вообще завел этот разговор. Чем ему поможет простой смертный? Разве ему вообще хоть кто-то может помочь?       — Все забыть? Я думаю, не выйдет, — после минутного раздумья ответил молодой рыцарь, — если любовь настоящая — не выйдет. Но тот, кто может так любить, очевидно, сам достоин любви. Нужно просто делать все, что в твоих силах.       «Да что они все заладили», — в отчаянии подумал Кроули. Старайся — не старайся. Кому нужен демон?       — Боюсь, что нет. Если от тебя… отреклась собственная мать, кому еще ты можешь быть нужен?       Кэлен поднял голову и посмотрел прямо в золотистые глаза.       — Посмотри на меня. Я круглый сирота. Я не знаю причин, по которым меня оставили на пороге храма. Возможно, лишний рот было не прокормить. Меня воспитал настоятель монастыря. Три года назад он умер, я остался один во всем мире. И думал, что никому не нужен. Мог ли я думать, что когда-нибудь стану рыцарем? Да еще, чтобы сам молодой король Артур проводил моё посвящение? Если бы я опустил тогда руки, где бы я сейчас был? Господь милостив.       Кроули чуть не зашипел.       — Ради… кого угодно, не рассказывай мне про милость Господа.       Рыцарь пожал плечами.       — Не хочешь верить в Господа — не верь. Поверь хотя бы в себя.       Последний бокал был допит молча.       — Ладно, тебе пора, если хочешь вернуться в деревню до темноты, — сказал демон, глядя в пространство, — и, кстати, можешь забрать свой доспех. Или любой другой с лестницы. Без разницы. Выбирай.       — Мне чужого не нужно, — сказал рыцарь, и поколебавшись, добавил, — и спасибо.       — За что? — в недоумении спросил чародей.       — За встречу. Я сегодня кое-что понял, — ответил Кэлен.       Кроули скривился.       — Ой ли? Я, надеюсь, ты понял, что нельзя быть таким легковерным? Будь на моем месте кое-кто другой — все могло закончится намного хуже. Для тебя.       — Я понял, — с достоинством ответил молодой человек, — что в первую очередь нельзя доверять своим предрассудкам.       Забрав свой доспех, он спустился вниз. Дверь была открыта. Неподалеку его ждала невесть откуда взявшаяся лошадь, которую он потерял в первый свой приход.

***

      — Привет!       — Привет! Хорошо, что ты прилетел.       Большой рыбий хвост радостно ударил по воде, вызвав небольшую волну на идеально гладком зеркале озера. День был на удивление тихим.       Кроули развалился на скале, облокотившись спиной о выступ и смотрел сверху вниз на русалку.       — Слушай, вот скажи мне, а почему ты просто не подошла к нему и не спросила?       — Боялась, — нахмурившись ответила водная дева. В теплых красках заходящего солнца она выглядела почти, как обычный человек. Если, разумеется, не обращать внимание на нижнюю часть туловища.       — Боялась, что он никогда не сможет ответить тебе? — уточнил Кроули.       Русалка со вздохом кивнула.       — Ты не представляешь, сколько столетий я жалею об этом. Каждый раз воображаю, как бы все могло сложиться, не будь во мне столько отчаяния. А что теперь? Вечность одиночества. Хорошо, хоть ты со мной разговариваешь. Но однажды тебе надоест, и ты уйдешь. А я останусь.       Мука в зеленых глазах была такой ощутимой, что, казалось, если выпустить ее на свободу, она немедленно расплавит всю скалу.       — А почему тебя так наказали? — Кроули терзало профессиональное любопытство. Раньше с русалками он никогда не сталкивался.       — Какой-то важный рыбий демон решил, что я должна быть хозяйкой этого озера, пока не развоплощусь. Получается, что нужно, чтобы кто-то меня убил? Смертные если и видят, то только пугаются.       Вдруг она с интересом посмотрела на демона.       — Слушай, а ты мог бы меня развоплотить?       Кроули поморщился. Дагон. Вместо того, чтобы найти всех своих мелких водных духов и заставить их работать как следует, проще посадить сюда чью-то душу — и пускай мучается.        — Э, нет. Если я тебя развоплощу, еще неизвестно, где ты окажешься после этого. В аду, поверь, ничуть не лучше. Тут хотя бы вид хороший. А вот для того, чтобы ты попала хотя бы в чистилище…       Внезапно он понял, кто мог бы ей помочь. Но его здесь нет и никогда не будет.