Разрушая Стены

      Ресторан, где должен был проходить банкет, постепенно заполнялся людьми. Элегантные дамы в красивых коктейльных платьях прогуливались по залам в сопровождении мужчин в черных смокингах, обсуждая последние события, происходящие в мире, и комментируя тот или иной наряд пары, встречавшейся им по пути. Атмосфера была расслабленная и непринужденная. Все настолько устали от проделанной работы за прошедшие полгода, что сейчас с радостью отдались легкой музыке на фоне и сладкому шампанскому в своих руках.       Луи подъехал на своей машине к главному входу и, передав ключи от нее лакею, направился в главный зал. Он был немного напряжен и взволнован предстоящим вечером. То, что произошло между ним и Гарри, до сих пор будоражило его сознание. Оставшись наедине с собой вчера, он попытался успокоиться и разобраться в том, что же он чувствует и как к этому всему относится.       Безусловно, Гарри ему нравился. Не только как человек, но и как мужчина. Чертовски привлекательный мужчина, который одним своим взглядом или мимолетным прикосновением заставлял кожу Луи воспламеняться, а сердце биться чаще. Он уже давно признался себе, что не в силах устоять перед Гарри и четко пообещал себе не делать ничего лишнего. Но вчера Гарри сам сделал первый шаг. Он первым подошел к Луи и поцеловал его. Первым пересек ту невидимую грань, которую Луи пытался провести между ними. Это поставило под очень большой удар всю защиту Томмо. Как он может держать оборону, когда мягкие губы Гарри так страстно впивались в его собственные, когда сильные руки босса все сильнее и сильнее прижимали его хрупкое тело к накаченной груди, когда умелый язык Стайлса так жарко сплетался с его собственным языком в безумном танце? Как он мог этому противостоять? А главное, хотел ли?       Все эти мысли роились в его голове и на все тысячи его вопросов он не мог найти ни одного ответа. Он чувствовал, что ходит по острию лезвия, с одной стороны которого была спокойная равнина его будущей жизни, в которой не было сексуального дьявола, который соблазнял его на грехопадение, а с другой стороны была бездонная пропасть, из которой к нему тянулись сильные татуированные руки и которая смотрела на него темно- зелеными глазами. И чем больше Луи ходил по краю, тем больше было его желание расставить руки в стороны и камнем упасть в манящую темноту.       Он запутался и не понимал, что делать дальше. Зная натуру Стайлса, он не мог предугадать, как он поступит в следующий момент, не знал, как будет теперь вести себя с ним, не знал, изменится ли его отношение к нему или нет.       Он решил, что не будет первым заводить разговор на эту тему и посмотрит, как Гарри будет вести себя сегодня и, исходя из его поведения, сделает выводы, как вести себя с ним самому. Другого выхода он просто не видел, так как не хотел выставлять себя наивным дураком, который ждет букет цветов и признание в любви после того, как его один раз поцеловали. Он понимал, что это взрослый мир, и здесь не всегда все работает так, как показывают в фильмах или пишут в любовных романах. Так что сейчас все зависело от Гарри и только от Гарри.       Войдя в зал, Луи оглянулся по сторонам, сразу же находя Найла, стоявшего у дальней стенки и переговаривавшегося с сотрудниками из отдела кадров, и направляясь к нему. На Хоране был синий облегающий костюм с белой рубашкой, а на носу красовалась пара стильных квадратных очков в толстой черной оправе. Весь вид мужчины излучал уверенность и роскошь и именно в такие моменты становилось понятно, что Найл — это начальник, а не простой рабочий.       Луи подошел к другу и, положив руку на плечо, сказал:       — Хей, приятель.       — Луи! Привет, друг, — он извинился перед своими собеседниками и отошел в сторону к Луи. — Я уже тебя заждался. Тут пока так скучно.       — А обычно бывает весело?       — Ну, на наших корпоративах — да, но поскольку сегодня здесь еще и люди Саймона, то все немного напряжены. Все-таки это незнакомые люди, сам понимаешь.       — А что у вас обычно происходит на таких мероприятиях?       — Ох, это сумасшедшие вечеринки, — Найл рассмеялся, вспоминая их корпоративы. — Прошлый секретарь Гарри — Джейд — организовывала невероятно крутые мероприятия. Ее парень работал в компании, которая как раз этим занималась, так что нам с очень большой скидкой устраивали просто отпадные тусовки. Я не особый любитель всяких конкурсов и подобной ерунды, но даже я развлекался по полной.       — Гарри не рассказывал мне об этом. Он вообще не просил меня ничего организовывать, — Луи опустил глаза, погрустнев. Почему Гарри не поручил ему устроить эту вечеринку? Он что, недостаточно хорош?       Найл заметил, как расстроился его друг, поэтому поспешил его успокоить.       — Не расстраивайся, Луи. Эту вечеринку организовывают люди Саймона. Он сам настоял на этом, в качестве извинений за причиненные неудобства.       — Хорошо, — пробурчал Луи. — Но следующую вечеринку организовываю я, чтобы показать, что я тоже умею веселиться.       — Никто в этом не сомневается, друг, — Найл похлопал его по плечу. — А теперь давай возьмем тебе выпить и постараемся не уснуть на этом вечере от скуки.       Луи кивнул и они отправились в сторону бара, где выбрали коктейли из предложенного меню. Вечер только начинался, поэтому пока они решили присоединиться к группе их коллег, с которыми они ближе всего общались, и скрасить время ожидания начала программы за непринужденными разговорами и хорошим алкоголем.

***

      Все изменилось, когда в ресторан прибыли Гарри и Саймон. Оба подъехали с разницей буквально в пару минут и зашли в главный зал вместе. Все взгляды тут же устремились на них и Луи горделиво усмехнулся тому, насколько более эффектно и выигрышно смотрелся Гарри на фоне Саймона. Низкий, обрюзгший, с видимой сединой в волосах и бороде Кауэлл в своей нелепой рубашке, расстегнутой чуть ли не до пупа, и джинсах клеш, невероятно смешно смотрелся на фоне высокого, подкаченного Гарри, который для сегодняшнего вечера выбрал черный облегающий строгий костюм и шелковую серебристую рубашку. Его кудри мягкими волнами спускались на плечи, а на пальцах красовались дорогие перстни, что блестели в свете люстр. Он гордо вышагивал по залу ресторана, по пути здороваясь со своими сотрудниками и кивая людям Саймона. Во всем его виде читалась уверенность и спокойствие. Это был мужчина, которому хотелось подчиняться, растворяясь в его власти и полностью отдавая себя на растерзание его внутреннему зверю.       Чем ближе подходил к ним Гарри, тем больше нервничал Луи, потому что все, что он сейчас хотел сделать, это упасть на колени перед ним и с наслаждением отсосать. Он буквально сдерживался из последних сил.       — Добрый вечер, Луи. Прекрасно выглядишь, — медленно проговорил Стайлс, чуть улыбаясь.       — Спасибо, сэр, — сказал Луи, нервно улыбнувшись. У него кружилась голова от близости Гарри. — Вы тоже. Затмили всех в этом зале.       Гарри пробежался глазами по телу Луи, останавливая взгляд на подкаченных бедрах, обтянутых в узкие черные брюки и ухмыльнулся.       — Уверен, я не единственная звезда вечера.       Щеки Луи тронул румянец и он изо всех сил постарался не улыбнуться во все 32 зуба, польщенный явным намеком Стайлса. Их глаза были прикованы друг к другу и Луи чувствовал, что тонет в этой зеленой глубине.       Спустя пару мгновений затянувшегося молчания, в течение которых Гарри и Луи неотрывно смотрели друг на друга, Найл решил прокашляться, ибо сексуальное напряжение в воздухе можно было резать ножом.       — Добрый вечер, Гарри, — он протянул руку для рукопожатия и Стайлс крепко сжал его руку в ответ, моргая несколько раз и сгоняя с себя наваждение.       — Привет, Найл. Как настроение?       — Хм, — усмехнулся Найл, широко улыбаясь. — Мне быть хорошим сотрудником или честным сотрудником?       — Вечер организовывали не мы, так что можешь быть честным, - улыбнулся Гарри.       — Здесь чертовски скучно. Люди Саймона абсолютно не умеют веселиться и единственный способ для нас всех пережить этот вечер и не умереть со скуки — это напиться до беспамятства.       Гарри на это лишь рассмеялся, чуть запрокинув голову назад. Луи почувствовал укол ревности в своей груди из-за этого и нахмурился. До этого Гарри так смеялся только с ним.       — Что ж, — сказал Стайлс, оборачиваясь на бар. — Тогда предлагаю этим и заняться. Я так понимаю, что сегодня нам предстоит много нудных разговоров и компания Саймона, так что предлагаю взять что-нибудь покрепче.       Луи и Найл согласились с его предложением и все трое направились в сторону бара, чтобы заказать себе алкогольное спасение от неизбежной скуки.

***

      Слова Гарри опять оказались пророческими. Обычно их корпоративы проходили в каком-нибудь из клубов, сопровождаясь громкой музыкой и огромным количеством конкурсов и развлечений. Энергичная команда аниматоров и ведущих развлекала их рабочий коллектив всю ночь, предлагая конкурсы на командную работу, логику, сообразительность и скорость, а также многое другое. Вишенкой на торте любого их корпоратива являлось поздравление лучших сотрудников месяца. Тех, кто больше всего отличился за прошедшее время, сажали на стулья или кресла, и толпа поднимала их в воздух, крича поздравления и радуясь за своих коллег. Эту идею придумал сам Гарри, так как считал, что это мотивирует людей прикладывать больше усилий на работе, а так же учит не завидовать успеху коллег, а радоваться вместе с ними. Идея настолько понравилась его сотрудникам, что сейчас все с нетерпением ждали очередного корпоратива, чтобы узнать, кто стал счастливчиком в этот раз. Гарри старался никого не обделять и постепенно делать сотрудниками месяца каждого, кто на него работал.       Но сегодня праздник устраивала сторона их бизнес партнера, поэтому все лишь мирно переговаривались, перемещаясь по залу, пока на фоне играла тихая классическая музыка. Особого веселья сегодня не намечалось. Из развлекательной программы этим вечером предлагался концерт классической музыки и последующее выступление джаз-группы, которая должна была обеспечивать музыкальное сопровождение оставшегося вечера. В принципе, этого и стоило ожидать от консервативного Саймона с его устаревающими взглядами на мир. Этот человек абсолютно не умел веселиться и не считал нужным устраивать что-то шумное и интересное, чтобы отпраздновать окончание проекта. Для него то, что он устроил сегодня уже было чем-то необычным и запоминающимся.       Через некоторое время всех пригласили в соседний зал, где были расставлены ряды стульев, а впереди разместилась импровизированная сцена, на которой рассаживался оркестр.       — Долго это все продлится? — спросил Найл, наклоняясь к уху Луи, но тот лишь пожал плечами, наблюдая за Саймоном, который почему-то неотрывно следил за ним со своего места. Натянуто улыбнувшись Кауэллу и получив в ответ такую же фальшивую улыбку, Луи поспешил отвернуться и сконцентрировать внимание на чем-нибудь другом.       Он уже собирался пойти за Найлом, чтобы сесть рядом с ним, когда теплая ладонь аккуратно опустилась на его поясницу, а хриплый голос рядом с его ухом тихо прошептал:       — Не присоединишься ко мне?       Луи почувствовал, как от того места, где его шеи коснулось дыхание Гарри, вниз по телу пробежались мурашки. Он кивнул головой, окликая Найла и следуя за Гарри на один из задних рядов. Когда они подошли к своим местам, которые находились в укромном уголке зала, Гарри пропустил Луи вперед и преградил дорогу Найлу, не давая тому пройти и усаживаясь рядом с Луи. Хоран лишь пожал на это плечами и сел с другого бока Гарри, доставая телефон и упираясь взглядом в экран. Луи не стал показывать, как приятно ему было то, что Гарри хотел сидеть именно рядом с ним. Он не будет вести себя, как влюбленная школьница. Не будет.       Спустя пару минут свет в зале погас и заиграла легкая мелодия. Почти весь концерт Луи увлеченно наблюдал за талантливой игрой виолончелиста, но ближе к концу его стал отвлекать взгляд Гарри, который Луи буквально чувствовал своей кожей. Он закусил губу, стараясь отвлечься и услышал громкий выдох, а затем теплое дыхание, что обдало его ухо и заставило напрячься.       — Всегда мечтал, чтобы кто-нибудь сыграл мне на виолончели голым, — хрипло проговорил Гарри ему на ухо. — Только представь эту картину. Плавные изгибы обнаженного тела, широко расставленные ноги и дорогое дерево инструмента, который скрывает все самое сокровенное и оставляет простор фантазии, — он наклонился еще ближе и произнес, задевая губами ухо Томмо. — Ты умеешь играть на виолончели, Лу?       Мысли Луи сразу улетели куда-то далеко от виолончелиста и его ловких рук. Это прозвище, произнесенное Гарри, и горячее дыхание того в совокупности с теми вещами, что были хрипло произнесены ему на ухо, заставили Луи почувствовать вспышку возбуждения, что осталась приятной тяжестью внизу живота. Он незаметно свел ноги и отклонил шею чуть в сторону, прикрывая глаза и отдаваясь ощущению горячего дыхания Гарри на своей коже. Все, что он хотел, это чтобы Гарри наклонился и оставил на ней засос.       Он представил эту картину. Они сидят друг напротив друга. Гарри, полностью одетый в свой шикарный черный смокинг, размещается на большом кожаном диване, закинув одну ногу на другую и держа в руках бокал с янтарным коньяком. Во всей его позе читается властность и расслабленность. Он неотрывно наблюдает за полностью обнаженным Луи, который сидит у панорамного окна и играет пронзительную симфонию, так же не отрывая глаз от Гарри. Луи — его прекрасная муза и самое сладкое искушение, которому Гарри с удовольствием готов отдаться. Он позволил бы Гарри взять себя прямо на этом диване, все еще слыша отголоски симфонии, что отражались бы от стен, переплетаясь с их собственной симфонией стонов и жарких вздохов.       Щеки Луи залились ярким румянцем и он прикрыл глаза на секунду, приводя дыхание в порядок. Он старался успокоить расшалившиеся нервы и фантазию, но все это оказалось напрасным, когда он повернул голову налево и увидел лицо Гарри непозволительно близко от своего. Зеленые глаза сразу взяли его в плен и он замер на месте, не смея пошевелиться и нарушить момент. Он был благодарен всему на свете, что в зале было достаточно темно, чтобы Гарри не увидел его расширенных зрачков и красных щек. Стайлс смотрел на него голодным взглядом, заглядывая прямо в душу и тяжело дыша. Луи мог лишь стараться делать вдохи и окончательно не утонуть в этой манящей зелени.        Он скорее почувствовал, нежели чем увидел, как Гарри придвинулся еще ближе к нему и выдохнул струю горячего воздуха прямо в его губы. Луи чуть приоткрыл рот, рвано выдыхая. Гарри повернул голову чуть набок и наклонился, едва задевая его губы своими. Это даже нельзя было назвать поцелуем. Гарри просто провел своей нижней губой по его верхней, но это заставило голову Луи кружиться настолько, что ему пришлось схватиться за бедро Гарри и с силой его сжать. Это лишь разожгло огонь в глазах Стайлса.       Его ноздри уже раздулись, втягивая аромат Томмо, а рука переместилась на внутреннюю сторону его бедра, когда свет в зале загорелся, оповещая о конце концерта, и все начали хлопать.       Глаза Луи распахнулись в шоке и он, тут же отстранившись от Гарри осмотревшись по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не видел, быстрым шагом вышел из зала. Он так и не заметил пристальный взгляд коварных серых глаз Саймона, что неотрывно наблюдали за ним все это время. Луи был слишком отвлечен тем, что только что произошло. Боже, он чуть не залез в штаны своему начальнику посреди зала, полного людей. Просто невообразимо. Гарри Стайлс лишал его рассудка и Луи понятия не имел, как этому противостоять.       Он забежал в уборную и выкрутил кран холодной воды на максимум, подставляя руки и ополаскивая лицо. Это немного его отрезвило и он поднял взгляд на себя в зеркале. На него смотрела пара потемневших голубых глаз, которая располагалась на пунцовом лице. Если бы Луи не знал, что только что случилось, то без сомнений подумал бы, что его недавно хорошенько вытрахали, потому что вид у него был именно такой. В принципе, в каком –то смысле так и было. Только, к сожалению, сейчас мистер Стайлс трахал его не в физическом плане.       Луи еще пару раз умыл лицо холодной водой и, немного поправив волосы, вышел из уборной.       Так как концерт подошел к концу, все вернулись в главный зал, снова группируясь в маленькие компании и возобновляя обсуждение прошлых тем. Никто не обращал внимание на растерянного юношу, который бегал взглядом по всему залу, пытаясь найти сам не зная что.       Встретившись с хмурым взглядом Гарри, который стоял в другом конце зала, Луи поспешил к бару, чтобы взять себе еще один коктейль. Он пока не готов снова оказаться под натиском Стайлса.       Подойдя к яркой стойке, он озвучил свой заказ бармену и принялся его ждать, вертя в руках круглую подставку под бокал с эмблемой ресторана. Он действительно сейчас хотел побыть один, но его мечтам не суждено было исполниться. Противный голос того, кого он вообще больше никогда в жизни не хотел слышать, ворвался в его сознание:       — Добрый вечер, Луи, — сказал Саймон, облокачиваясь на стойку рядом с Луи и ухмыляясь. — Прекрасный вечер, не так ли?       — Просто волшебный, — сказал Луи ровным голосом, натянуто улыбаясь.       — Хотел бы я предложить угостить Вас коктейлем, но этот вечер и так оплачиваю я, — еще шире улыбнулся Саймон, невероятно гордясь своей шуткой и показывая ряд своих белых вставных зубов. Луи передернуло от его улыбки, но он постарался сдержать себя в руках и не закатить глаза. — Кажется, у меня неплохо получилось все организовать. Вам весело?       — Да, несомненно, сэр, — Луи увидел, как глаза Саймона загорелись на этих словах. Он не хотел задумываться о причинах.       — Я хотел бы принести Вам свои извинения, — Саймон все не сдавался завести с Луи разговор.       — За что?       — За причиненные Вам неудобства, — Кауэлл положил Луи руку на плечо, легко сжимая. Томлинсон все же не смог сдержаться и отстранился, слегка сморщив нос. Саймон же решил проигнорировать такое поведение. — Я знаю, что Вы новый сотрудник и сразу попали на такое трудное испытание.       — Не было ничего невыполнимого, мистер Кауэлл, но благодарю за беспокойство.       — Гарри выделил Вам отпуск или премию? — Луи абсолютно не понравилось, что Саймон называет Гарри по имени. Это право имели только близкие друзья или те, кто с ним давно работал.       — Как я и сказал, сэр, не было ничего невыполнимого и невозможного, чтобы я уходил в отпуск. И я и мистер Стайлс считаем, что результат был достигнут коллективной работой и что кто-то один не заслуживает отдыха, когда весь остальной коллектив будет продолжать работать. Поэтому ни отпуска, ни премии мне не выделили. Если уйду отдыхать я, уйдут отдыхать и все остальные, и я сомневаюсь, что Вы хотели бы, чтобы вся наша компания ушла в отпуск на пару недель, приостанавливая свою работу и лишая Вас большой статьи дохода, не так ли?       Лицо Саймона потемнело, а ноздри расширились от столь дерзкого тона, но он быстро взял себя в руки, возвращая улыбку на лицо.       — А Вы смелый молодой человек, Луи. Редко встретишь такое, что человек совмещает в себе и красоту, и ум. Уверен, именно поэтому Гарри взял Вас на работу, — Саймону как-то удавалось с каждым разом улыбаться всё гаже, хотя Луи думал, что это уже невозможно.       — Вы на что-то намекаете, мистер Кауэлл? — резко произнес Луи. — Мистер Стайлс принял меня на работу за мои знания, которые я получил в университете, и навыки, которые я приобрел за время учебных практик и работы в компаниях.       — Ох, нет, Луи, Вы меня неправильно поняли, — глаза Саймона распахнулись в притворном ужасе. — Я не имел ничего такого в виду! Просто Вы действительно красивый молодой человек и я считаю, что Гарри будет полнейшим глупцом, если не оценит Вашу красоту по достоинству. Я ни в коем случае не преуменьшаю Ваши заслуги и старания. Я видел, как блестяще Вы справляетесь со своими обязанностями и как помогаете Гарри. Я не хотел Вас обидеть, Луи, лишь обратил внимание на очевидное. Это была всего лишь попытка сделать Вам комплимент.       — Что ж, мистер Кауэлл, спешу Вас заверить, что у нас с мистером Стайлсом очевидно сугубо деловые отношения и у него нет абсолютно никакой нужды оценивать мои внешние данные. Я польщен Вашими словами, но считаю, что подобные комплименты должны быть преподнесены в более дружеских отношениях, а не таких, как у нас с Вами.       — И какие же у нас отношения, Луи? — Саймон снизил голос и наклонился к нему.       — Никаких, мистер Кауэлл, — холодно ответил Луи, смотря прямо в глаза Саймону. — Прошу меня извинить, — и с этими словами он быстро отошел от Саймона, игнорируя потемневшие глаза и напряженные желваки того и направляясь на балкон. Ему был нужен свежий воздух, чтобы прочистить голову и успокоиться. От грязных намеков Саймона и его попыток смутить Луи хотелось блевать. Этот человек всего несколькими словами как будто окунал тебя в грязь, от которой невозможно отмыться.       Томмо часто подозревали в том, что он получил то или иное место не своими силами, но ни разу ему не намекали, что он получил работу через постель или за красивые глаза. Это было еще унизительнее, чем когда про него пускали слухи, что все в его жизни проплачивает папочка. Тогда его хотя бы не приравнивали к шлюхе.       Луи правда не понимал, что Саймону от него нужно и почему с самого первого дня он проявлял к нему повышенное внимание. Еще тогда в лифте при первом знакомстве, когда Саймон намекал Луи на то, что тот не должен просиживать свой зад у Стайлса, Луи понял, что с этим человеком будет не то, что тяжело, а противно работать. Но он не подозревал, что Кауэлл при каждом удобном случае будет пытаться как-то его поддеть или привлечь его внимание своими пошлыми намеками и откровенной лестью. Он не был уверен, что кто-то еще это замечал, так как Саймон выбирал такие моменты, когда они оставались наедине, чтобы начать отпускать свои двусмысленные шуточки. Порой такое поведение выматывало больше, чем долгие часы беспрестанной работы.       Томмо прошел в дальний угол зала и вышел на небольшой балкончик, который был практически скрыт от глаз посетителей ресторана большим кустом декоративного плюща, что спускался со стен. Это идеально подходило Луи, потому что за сегодняшний вечер он слишком устал от внимания к своей персоне. Спокойный тихий вечер превратился для него в эмоциональные качели, от которых его уже начало укачивать. Все его тело было напряжено, а кончики пальцев подрагивали. Луи опёрся руками о перила, закрыл глаза и наклонил голову, пытаясь успокоить бешеное биение сердца. Он всерьез задумывался над тем, чтобы уйти с вечеринки раньше времени, ни с кем не попрощавшись.       Он вздрогнул и еще больше напрягся, когда дверь позади него открылась и тихие шаги медленно направились к нему. Бога ради, мог он побыть один или нет? Он уже был готов развернуться и послать того, кто посмел нарушить его покой, когда по обе стороны от него опустились испещренные венами руки с перстнями, а сам Гарри прижался к нему сзади, зарываясь в его волосы носом и выдыхая. Ладно, он не был против такой компании.       — Что случилось? — услышал он хриплый голос у себя под ухом.       — Саймон, — выдохнул он и почувствовал, как нос Гарри уткнулся ему в чувствительное место за ушком, а правая рука обвилась вокруг его талии. Томмо судорожно выдохнул и чуть откинулся на плечо Гарри, все еще держа глаза закрытыми.       — Что он сделал? Я видел, как ты выбежал из зала после того, как с ним поговорил.       — Просто устал от него и его постоянных двусмысленных намеков.       — Что ты имеешь в виду? — Гарри стал водить носом по его шее, попутно исследуя ее губами, легко задевая ими нежную кожу. Луи лишь вздохнул, откидывая голову на плечо Гарри и наклоняя ее в сторону, открывая больше места для поцелуев. Стайлс не стал терять времени и сразу припал губами к бьющейся венке, немного засасывая ее. Его горячие губы, которые нежными поцелуями бродили по шее Луи, посылали тому табун мурашек по спине, что скапливались приятным теплом внизу живота.       — Он постоянно это делает, — тихо проговорил Луи, наслаждаясь ощущениями. — С самого первого дня он пытается как-то меня задеть или на что-то намекнуть. Я уже сбился со счета, сколько раз он отпускал какие-то шуточки по поводу моего зада или намекал, что я просиживаю его не там, где нужно. Это просто омерзительно.       Луи почувствовал, как хватка на его талии усилилась и как горячее тело сзади него напряглось.       — Почему ты мне ничего не сказал? — Гарри постарался спросить это спокойно, но Луи все же уловил нотки гнева в его голосе.       — Потому что он всегда делает это наедине и у меня не было никаких доказательств моим словам. Он никогда не говорил ничего напрямую.       Гарри еще сильнее сжал талию Томмо, а вторую руку опустил ему на горло, немного сжимая. Его губы с силой впились в нежную кожу шеи, прикусывая, а сам он почти прорычал:       — Ты думаешь, я бы тебе не поверил?       Луи уже ничего не думал. Все его силы были направлены на то, чтобы не начать стонать в голос от действий Гарри.       — Я задал вопрос, — выдохнул Гарри и его рука, которая лежала на талии, опустилась ниже, задирая рубашку Луи и забираясь под нее, начиная оглаживать низ подтянутого живота. У Луи кружилась голова от всего происходящего.       — Н-не знаю…- выдохнул Луи и сильнее прижался к Гарри, чувствуя своей пятой точкой его твердый член. — Он же Ваш бизнес-партнер, а я всего лишь ассистент.       Стайлс тихонько рыкнул на это. Хватка на шее Томмо усилилась, а вторая рука, что гладила вдоль дорожки волос на животе Луи, опустилась ниже и, расстегнув пуговицу и молнию на штанах, пробралась в нижнее белье, крепко сжимая твердый член. Из горла Томлинсона вырвался задушенный стон и он толкнулся бедрами в руку Гарри.       — Я всегда поверю тебе, Луи, — он оставил еще один засос на его шее. — Ты должен доверять мне, — он начал медленно водить своей рукой по длине члена, наслаждаясь томными вздохами Луи. — Как только тебя что-то беспокоит или не устраивает, ты тут же идешь ко мне, понял?       — Д-да… — выдохнул Луи и почувствовал пальцы Гарри у своего рта. Он тут же открыл его, впуская их внутрь и засасывая. Сзади раздался приглушенный стон и Луи почувствовал, как Гарри еще сильнее прижался к нему бедрами, немного толкаясь. Томмо понимал, в какой компрометирующей позе они стояли и что их могли застукать в любую секунду. Но это лишь сильнее опьяняло. Адреналин, бурливший в крови, еще больше подстегивал возбуждение, и как только Гарри ускорил движения на его члене, Томмо перестал сдерживаться и начал тихонько постанывать, не выпуская пальцев Гарри из своего рта. Его голова кружилась, а в глазах темнело от того, какими грязными вещами они сейчас занимались. Но он не согласился бы остановиться ни за какую сумму в мире. Он наслаждался каждой секундой.       — Мой отважный самостоятельный мальчик, — прохрипел Гарри, вылизывая его шею и играясь пальцем со щелочкой уретры на члене Томмо. — Такой гордый и неприступный, все решает сам, — он вытащил свои пальцы изо рта Луи и спустил их на чувствительное место под яичками Томмо, начиная массировать его простату с внешней стороны и сжимать яички ладонью. — Но только я знаю, каким ласковым и податливым ты можешь становиться, не так ли? Только я знаю, как сладко ты стонешь, когда тебе делают приятно.       Из горла Луи могли вылетать только отчаянные стоны, поэтому он лишь кивнул головой, начиная выписывать круги своей задницей на паху Гарри и попутно толкаясь ему в руку, которая не останавливала свои движения на его члене ни на секунду.       — Да, — наконец-то выдохнул Луи. Гарри повернул его голову к себе, впиваясь в губы жадным поцелуем и сразу же возвращая свою руку на его член, глотая стоны Томмо и вытворяя неописуемые вещи своим языком в его рту.       — Маленький котенок. Выпускает свои острые коготки, когда защищается от всего мира, — горячо проговорил Гарри в его рот, деля одно дыхание на двоих. Он крепко сжимал руку на члене Луи, поднимаясь пальцами к головке и размазывая вязкую смазку по ней, массируя, и пробираясь ногтем в маленькую дырочку на ее вершине. Затем он снова резко проводил рукой по всей длине, опуская руку на основание члена и сжимая его, не давая тем самым Луи кончить, а потом снова и снова повторял свои умелые движения, заставляя Томмо извиваться в своих руках и задыхаться от удовольствия. Он искренне наслаждался тем, как быстро Луи разрушался под его умелыми пальцами, теряя рассудок и начиная шептать какие-то несвязные вещи ему в рот. Звонкий голосок Луи, который прерывался нуждающимися стонами, был для Гарри лучше любой самой красивой симфонии, что он услышал сегодня вечером. Это музыку он готов слушать не переставая.       Он почувствовал, как член Луи начинает пульсировать, и понял, что тот на грани. Он еще больше ускорил движения своей руки на стволе Томмо и еще активнее начал массировать его яички, все так же надавливая на простату с внешней стороны. Он впился зубами в опухшую губу и низко прорычал, заставляя Луи тихонько поскулить от боли в прокушенной губе.       — Гарри… — простонал Луи и это вскружило голову Стайлсу. Это первый раз, когда Луи назвал его по имени, и слышать как этот невероятный юноша выстанывает его имя, плавясь в его руках, было для Гарри сродни пению ангелов. Он наклонился к уху Луи и жарко выдохнул в него, прикусывая нежную кожу мочки.        — Кончи для меня, малыш, — сказал он, снова врываясь в рот Томмо и сплетаясь с ним языками. — Покажи мне, каким послушным мальчиком ты можешь для меня быть. Я хочу, чтобы ты кончил прямо сейчас.       Для Луи это фраза послужила чуть ли не приказом. Особенно громко выдохнув в рот Гарри свой финальный стон, он выплеснулся в кулак Стайлса, с силой сжимая его предплечье и закатывая глаза от удовольствия. Его тело стало обмякать и он полностью облокотился на Гарри, хныча из-за гиперчувствительности своего члена, который Гарри до сих пор гладил, выдаивая последние капли спермы.       Через некоторое время Гарри заправил его член обратно в штаны, застегивая их и разворачивая Луи к себе. Он подхватил его под ягодицы, приподнимая и усаживая напротив себя на перила, размещаясь между его широко разведенных ног. У Луи не было сил держать спину прямо, поэтому он уткнулся носом в изгиб шеи Гарри, вдыхая запах мужчины и приводя дыхание в норму.       Стайлс поднял руку и приподнял лицо Томмо за подбородок, заставляя посмотреть на себя. Он чуть наклонился вперед и нежно захватил своими губами нижнюю губу Луи, оттягивая.       — Великолепный, — выдохнул Гарри, закрывая глаза и соприкасаясь лбами с Луи. — Черт, Лу, ты просто сводишь меня с ума.       У Луи все еще не было сил отвечать, поэтому он лишь выдохнул, целуя мягкие губы Гарри.        — Я старался не поддаться на твои чары, но это просто невозможно, — продолжил Гарри между невесомыми поцелуями. — Ты одним своим взглядом можешь заставить меня делать самые рисковые и необдуманные поступки в моей жизни. Вся моя выдержка и логика летит к чертям, когда я рядом с тобой. У меня нет сил тебе противостоять.       — У меня тоже, — наконец-то тихо произнес Луи, собравшись с силами. Он посмотрел в потемневшие глаза напротив и опять легонько коснулся своими губами губ напротив. — Я так старался держаться от тебя подальше и не давать волю своим чувствам, но я больше не могу и не хочу бороться против себя самого и все отрицать. Ты сводишь меня с ума и я так хочу попробовать это безумие. Плевать, что будет дальше. Я хочу тебя.       Глаза Гарри еще больше потемнели и он опустил руки на сочные половинки Томмо, сжимая их и придвигая того ближе к себе, упиваясь вкусом припухших губ юноши.       — Поехали ко мне, — выдохнул Гарри. — Хочу попробовать тебя всего.       Луи лишь тихо простонал на это и спрыгнул с перил, обходя Гарри и выходя с балкона, абсолютно не обращая внимания на голодный взгляд Стайлса, который он чувствовал своим затылком, когда они пробирались сквозь людей на выход из ресторана.