Разрушая Стены

      — Не могу больше, — устало выдохнул Гарри, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза.       Они с Луи сидели в его кабинете, рассматривая различные варианты компаний, которые могут присоединиться к ним и обсуждая варианты схем, применявшиеся раньше для захвата рынка. После их прилета из ЛА прошло чуть больше двух месяцев, в течение которых они почти не отдыхали, посвящая все свое время работе. Луи видел, как Гарри был измотан и пытался несколько раз уговорить его взять небольшой отдых, но Стайлс отвечал на все твердым отказом, объясняя свое решение тем, что сейчас не время расслабляться. Сейчас же, видимо, броня мужчины дала трещину, чем поспешил воспользоваться Луи.       Убедившись, что дверь в кабинет закрыта, а большая часть сотрудников покинула офис, он встал с дивана и тихо подошел к мужчине, перекидывая через него ногу и садясь к нему на колени. Руки Гарри как будто на автомате опустились на ягодицы юноши, чуть сжимая, а на губах появилась легкая ухмылка.       Луи запустил пальцы в волосы Стайлса, начиная их массировать, а губами спустился на шею, начиная ее нежно целовать.       — Ты так устал, — прошептал Луи на ухо Гарри, прикусывая мочку.       — Мхм, — ответ Гарри был похож больше на стон, нежели чем на какое-то слово.       — Ты проделал такую большую работу, так много сделал, — продолжал шептать Луи, начиная немного вилять бедрами и чувствуя, как под ним начинает твердеть плоть Гарри. — Большой босс.       — Детка, — выдохнул Гарри, напрягая руки и прижимая зад Луи к своему члену.       — Что ты хочешь? — сказал хрипло Луи, оставляя небольшой засос за ухом Гарри. — Скажи мне и я сделаю все, что ты хочешь.       — Тебя, — губы Гарри нашли губы Луи и мужчина сразу протолкнул в рот юноши язык, оглаживая ровный ряд зубов и играясь с языком Томмо. Подхватив Луи под бедра, он чуть приподнялся, перенося того на свой стол и укладывая на прохладную поверхность. Встав со своего кресла, он навис над Луи и снова припал к его губам. — Сюда никто не войдет?       — Нет, — сказал Луи, начиная расстегивать штаны Гарри. — Я закрыл дверь и в офисе почти никого не осталось.       — Отлично, — Гарри помог Луи спустить с себя боксеры и низко простонал от вида того, как Луи пошло облизывает свою ладонь и оборачивает ее вокруг его члена. Медленными движениями юноша начал водить по стволу, второй рукой дотягиваясь до яичек мужчины и начиная их массировать, в то время как Гарри опустил голову ему на плечо и выцеловывал шею. Низкие стоны мужчины разносились прямо у уха Луи и он наслаждался тем, как может завести Гарри до предела одной лишь дрочкой. Он ускорил движения на члене, изгибаясь под Гарри и тихо постанывая ему в ухо. Вскоре Гарри начал толкаться в руку Луи, вцепившись в край стола у головы юноши до побелевших костяшек и выстанывая имя Томлинсона во весь голос. Ему не потребовалось много времени, чтобы кончить в кулак Луи, прикусывая нежную кожу на его шее и наваливаясь на юношу всем телом. Луи обхватил мужчину ногами, притягивая ближе и начиная успокаивающе гладить руками по спине.       — У моих родителей есть домик за городом, — сказал Томлинсон после того, как дыхание Гарри восстановилось. — Давай уедем туда на пару дней?       — Луи… — начал было Гарри, но Луи его перебил.       — Гарри, тебе нужен отдых, — Луи отстранил Гарри от своей шеи и провел большими пальцами по синякам под глазами мужчины. — Ты очень долго работаешь без отдыха, ты занимаешься несколькими проектами сразу, ты работаешь сверхурочно. Ты измотан, так больше не может продолжаться.       — Но у нас же…       — У нас все в порядке. Сейчас нет никаких дел, которые не могут подождать несколько дней. Я не прошу тебя уходить надолго, всего пару дней. Тебе нужно отдохнуть, иначе все это может закончится плачевно.       — Не знаю, Лу.       — Ты сам понимаешь, что нам предстоит еще много работы. Ты не сможешь дойти до конца, если сейчас загонишь себя окончательно.       Мужчина глубоко вздохнул и, закрыв глаза, уперся лбом в лоб Луи.       — Ладно, — наконец-то сказал он. — Ты прав, пару дней можно отдохнуть.       — Отлично, — Луи чуть поднял голову и нежно поцеловал Гарри. — Я позвоню родителям, чтобы они попросили подготовить дом к нашему приезду.       —Когда мне за тобой заехать?       — Я отвезу нас. Это все-таки твой отдых.       — Спасибо, — улыбнулся Гарри, еще раз целуя Луи. — Поехали домой?       — Да, — кивнул Луи, слезая со стола и с улыбкой наблюдая за тем, как Гарри натягивает штаны. Опустив взгляд на свои, он обреченно простонал. — Боже, опять стирать.       Гарри перевел взгляд на белесое пятно на штанах Луи и пошло ухмыльнулся, подходя к юноше.       — Прости, ты так развратно стонал, что у меня не было сил сдерживаться.       — Кто бы говорил, — усмехнулся Луи, подходя к двери и отпирая ее. — Уверен, ты сможешь заставить стонать меня еще развратнее, когда сегодня ночью будешь втрахивать меня в свою шикарную кровать, — и не дождавшись ответа мужчины, вышел из кабинета. Он и так прекрасно знал, что Гарри провожает его голодным взглядом.

***

      Дорога до загородного поместья Томлинсонов проходила в уютной тишине. Рука Гарри в привычном жесте покоилась на бедре Луи, иногда поглаживая его и чуть сжимая. За окном стояла солнечная погода и теплый ветер, что пробирался в окна машины, приятным бризом обдавал лицо. Луи вел машину плавно и Гарри сам не заметил, как уснул. Луи, постоянно кидавший на мужчину взгляды, с улыбкой наблюдал за умиротворенным выражением лица и постепенно разглаживающейся складкой меж бровей. Его все еще беспокоили темные круги под глазами Гарри и несколько новых морщинок вокруг них, но он поставил себе целью дать Стайлсу максимально отдохнуть за эти несколько дней и окружить его заботой. Он знал, что это будет задачей не из легких, так как мужчина не привык, что о нем кто-то беспокоился, и любил все контролировать, но и Томмо был не из робкого десятка.       Вскоре машина остановилась у кованных железных ворот поместья и еще через несколько минут Луи припарковался у главного входа в дом. Это было не очень большое двухэтажное здание из массивных срубов с обширной мансардой, в которой можно было наблюдать ночное небо через большие окна в крыше. Недалеко было озеро, к которому у них был персональный выход, а на территории поместья был сосновый лес. Вокруг все было мирно и тихо и Луи, открыв окна, еще примерно полчаса просидел в машине, давая Гарри вздремнуть и наслаждаясь пением птиц.       Так как спать в машине было все-таки не очень удобно, вскоре Гарри нахмурился и открыл глаза, осматриваясь вокруг растерянным взглядом. Как только его взгляд упал на Луи, он заметно расслабился и улыбнулся.       — Привет, — сказал он хриплым ото сна голосом.       — Привет, — ответил Луи, опуская свою руку поверх руки Гарри.       — Мы уже приехали? Почему ты меня не разбудил?       — Ты слишком сладко спал, не хотел тебе мешать.       Гарри улыбнулся краешком губ и поднес руку Луи к губам, целуя.       — Спасибо, детка.       — Привыкай, за эти дни ты утонешь в моей заботе.       — Я из нее и не выныривал.       — Льстец, — рассмеялся Луи, выходя из машины.       Они не брали с собой много вещей, поэтому смогли перенести всё в дом за один раз. Внутри оказалось светло и уютно. В воздухе витал аромат дерева, дорогой кожи и трав. Луи сразу же направился наверх в свою спальню, но перед дверью резко остановился и нахмурился.       — Что такое? — спросил Гарри.       — Пообещай мне кое-что, — серьезно сказал Луи, закусывая губу и косясь на дверь.       — Что?       Луи наклонился чуть ближе к мужчине, подзывая того пальцем к себе и давая понять, что сейчас скажет что-то действительно важное. Гарри послушно наклонился, напрягаясь всем телом.       — Не рассказывай моей маме.       — Про что? — не понял Гарри.       — Что мы будем спать вместе. Я все еще не уверен, что мне можно водить домой мальчиков, — сказал Луи заговорщицки и посмотрел на Гарри. В его глазах уже играли озорные огоньки, а сам он изо всех сил старался не рассмеяться.       — Ах ты, маленький чертенок! — сказал Гарри, резко подаваясь вперед и подхватывая Томмо. Закинув смеющегося во весь голос юношу на плечо и звонко шлепнув того по аппетитно выставленной заднице, он вошел в комнату и бросил Луи на кровать, тут же приземляясь сверху и начиная целовать все его лицо. — Я думал, что ты серьезно! Я успел в штаны наложить.       — А я думал, ты уже большой мальчик для такого, — продолжал смеяться Луи, но сорвался на визг, когда проворные пальцы Гарри начали щекотать его ребра.       Смех Луи звонким переливом колокольчиков переплетался с хриплым смехом Гарри и отражался от стен комнаты. Шуточно борясь, они перекатывались по всей кровати, поочередно седлая друг друга и пытаясь одержать победу. В конце концов, окончательно выдохшись, они упали на подушки позади себя, широко улыбаясь и пытаясь восстановить дыхание.       Через пару минут Гарри перевернулся на бок, опираясь на одну руку и кладя другую на щеку Томмо, смотря на него глазами, полными нежности, и наклоняясь для поцелуя.       — Я рад, что ты здесь, — прошептал Луи ему в губы, опять легонько чмокая их.       — Спасибо, что вытащил меня, — ответил Гарри и спрятал лицо в изгибе шеи Луи, вдыхая аромат юноши и водя губами по коже.       — Чем хочешь заняться? — спросил Луи, пропуская сквозь пальцы волосы Гарри и накручивая на них его кудряшки.       — Поспать, если честно.       — Тогда спи, — Луи поцеловал висок мужчины и уже собирался встать, когда почувствовал крепкую хватку на своей талии.       — А ты?       — Я пойду разберу наши вещи и что-нибудь приготовлю перекусить.       — Останься со мной, — попросил Гарри и забрался рукой под свитер Томмо, поглаживая его талию. — Хотя бы ненадолго. Я всегда лучше сплю, когда ты рядом.       Разбитый вид мужчины и его уставший голос заставили сердце Луи сжаться до размеров атома. Нежно улыбнувшись, он кивнул, укладываясь обратно на подушки и позволяя мужчине себя обнять. Гарри крепче обвил руками его талию и снова уткнулся носом в его шею. Они редко спали в такой позиции. Обычно Гарри обнимал Луи со спины, выполняя роль большой ложечки и будто бы защищая его. Но сейчас все поменялось и Луи это прекрасно понимал.       Чем дальше они заходили в борьбе с Саймоном, тем страшнее становилось Гарри. Он этого не показывал, но на душе у него было неспокойно. Он понимал против кого идет войной и все большие страхи одолевали его. Если бы Луи так хорошо его не знал и не научился бы за этот год читать Стайлса как открытую книгу, он бы никогда не увидел этого. Все более хмурое лицо мужчины, его нервозность, вскользь брошенные фразы давали понять Луи, что ему намного тяжелее, чем тот показывает. Несмотря ни на что, Гарри тоже был человеком и ему тоже нужна была поддержка и рука помощи.       Поэтому сейчас становилось все менее понятно, кто кого защищает. Гарри Луи от опасностей грязного мира бизнеса или Луи Гарри от того, чтобы тот сорвался во мрак своих страхов, из которого нет пути назад.       Луи сам не заметил, как уснул вместе с Гарри. Хоть он и был менее уставшим, чем мужчина, стресс последних месяцев сказывался и на нем. Он работал почти наравне с Гарри, задерживаясь поздними вечерами с ним в офисе и помогая разрабатывать схемы и проекты, а также параллельно занимаясь делами фирмы. Порой он жалел, что не мог остановить время, чтобы дать передышку себе и своему мужчине.       Открыв глаза, он увидел, что вся комната горит оранжевым светом заката, который пробирался к ним через окна со стороны озера. Луи любил проводить вечера на их маленьком пирсе, укутавшись в плед и смотря, как диск солнца скрывается за верхушками деревьев на горизонте. В такие секунды он чувствовал умиротворение и желанное единение с природой, которое давало ему возможность погрузиться в свои мысли и разложить их по полочкам. Он хотел провести хотя бы один такой вечер с Гарри, прижимаясь к его крепкой груди и слушая мерное дыхание у своего уха. В общей суматохе дней это была бы прекрасная возможность остановиться и перевести дыхание.       Посмотрев вбок, юноша увидел, что мужчина еще спал, чуть нахмурившись во сне. Луи поднял руку, чтобы разгладить складку, которая залегла меж бровей Гарри. Он нежно провел по коже мужчины, следом опуская руку тому на щеку и продолжая гладить уже ее. Из-за этих действий Гарри завозился и через пару мгновений открыл глаза.       — Хей, — прохрипел он, сонно моргая.       — Прости, я тебя разбудил.       — Ничего страшного, — Гарри положил свою руку поверх руки Луи.       — Голодный?       — Есть немного.       — Давай что-нибудь приготовим на гриле. Он стоит в гараже, его нужно только достать.       Получив кивок от мужчины, Луи чмокнул его напоследок и встал с кровати. Дождавшись Гарри, он спустился вниз и они занялись готовкой. Мужчина несколько раз порывался помочь Луи, но тот лишь грозно смотрел на него и говорил сидеть и наслаждаться видом. Он знал, что мужчине непривычно сидеть без дела, поэтому давал ему простые задания типа помыть и порезать овощи, накрыть на стол и открыть парочку банок. Они решили разместиться в беседке около озера, так как из нее открывался отличный вид и они оба давно не были на свежем воздухе.       Наконец-то расставив все нужное для ужина, они сели за стол. Луи сел не совсем вплотную к Гарри, на что мужчина нахмурился и притянул его за талию ближе. Крепко обняв юношу, он закинул его ноги к себе на колени, а губами оставил еле заметный засос на шее.       — Ты слишком далеко сидел, — улыбнулся Гарри, приступая к еде.       — Ты такой ласковый сегодня.       — Это мой первый отпуск спустя долгое время, я хочу насладиться им сполна.       — Когда ты в последний раз нормально отдыхал? — спросил Луи, оглаживая синяки под глазами мужчины большим пальцем.       — Не знаю, года два назад, наверное.       — Хазза…       — Ничего страшного, — Гарри чуть улыбнулся и поцеловал ладошку Луи. — Сейчас с тобой я отдохну за все два года.       — Я переживаю за тебя. Ты работаешь на износ, постоянно находишься в стрессе, не досыпаешь. Насколько тебя еще хватит?       — Лу, не начинай. Все хорошо, я в порядке.       — Ты поэтому так сорвался в Лос-Анжелесе?       — Мне так жаль, я —       — Тебе не нужно извиняться, Гарри, — Луи взял лицо мужчины в ладони. — Я все понимаю, ты рассказал, из-за чего так переживал. Но ты мог рассказать мне все это раньше и не доводить все до точки кипения. Мне не нравится, что ты все держишь в себе.       — Я не хочу тебя грузить. Ты ведь тоже во всем этом со мной вместе: ты так же усердно работаешь, так же переживаешь из-за всего, так же недосыпаешь.       — Моя ответственность в разы меньше твоей. Не на мне лежит весь этот груз.       — Я не привык…       — Я знаю, — перебил Луи. — И я не прошу тебя ломать себя и кардинально все менять. Просто не бойся что-то мне рассказать или что-то мне поручить, хорошо? Я понимаю конечно, что я фантастический любовник, — Луи очаровательно улыбнулся, — но я в первую очередь — твой ассистент и в мои непосредственные обязанности входит делать твою жизнь легче.       — Ты и так это делаешь, — руки Гарри забрались под свитер Томмо и он пересадил его к себе на колени. — Только лишь своим присутствием.       — Кончай с этой романтической чушью, — засмеялся Луи, целуя Гарри в нос. — Нам предстоит огромная работа, тебе нельзя терять все силы на самом старте.       — Я понимаю, — сказал Гарри серьезно. — Я постараюсь по-другому распределить время.       — Я думаю тут не только во времени дело. Нам нужны еще люди. У нас в фирме наверняка есть еще те, которым можно доверять. Задействуй их.       — Хороший план, — согласился Гарри.       — Как будто я мог предложить плохой, — Луи закатил глаза.       — Никогда, — Гарри наклонился вперед и легко коснулся губ Луи. — Хорошо, что у меня есть кто-то, у кого есть здравый смысл.       — И сейчас этот кто-то будет тебя кормить, потому что ты так и не поел.       — Хорошо, мамочка, — усмехнулся Гарри принимая из рук Луи кусочек помидора.       — Я бы предпочел, чтобы ты называл меня папочка, — хитрая улыбка расцвела на губах Луи.       — Думаю, это моя роль, малыш, — сказал Гарри, сжимая в руках половинки Томмо и притягивая его ближе для поцелуя.       — Нет, мистер, — рассмеялся Луи, уворачиваясь от губ Гарри. — Сначала еда.       — То есть ты не против называть меня папочкой? — Гарри поиграл бровями.       — Ешь! — рассмеялся Луи, засовывая Гарри в рот остаток помидора.       Больше они к теме работы не возвращались.

***

      Весь следующий день они провели за тем, что спали, вместе готовили и гуляли по окружающему их лесу. Между ними не осталось напряженности и недоговоренности: все тревоги остались в шумном Лондоне. В течение дня они обсуждали свои планы на грядущие Рождественские праздники, те книги, которые успели прочитать за прошедшее время и то, что сейчас происходило в стране.       Вечером Луи достал свой любимый плед и, взяв с собой термос с горячим чаем, повел Гарри на их пристань. Выйдя на берег озера и пройдя по деревянному пирсу, они сели в свою любимую позу: Гарри обнимал Луи за талию со спины, в то время как юноша уютно разместился между разведенных ног Гарри и играл с его пальцами у себя на животе. Вокруг витала уютная тишина, ведь они оба достаточно наговорились за день. На горизонте догорал закат и первые звезды начинали проглядываться на небосклоне. Луи наблюдал за их таинственным мерцанием и думал о том, живы ли они еще или же он сейчас видит свет того, что умерло миллионы лет назад.       — Какой твой самый большой страх? — тихо спросил он, боясь нарушить хрупкое спокойствие. Он услышал, как мужчина сзади него глубоко вздохнул перед тем, как ответить.       — Смерть.       — Своя?       — Любая.       — Что тебя в ней пугает?       — Одиночество, пустота, неведение. Я так не привык. Я люблю все знать, а с ней так не получается.       — В каком смысле?       — Когда умираешь ты — ты не знаешь, что будет по ту сторону: пустота, рай, ад или другое измерение. Когда умирает кто-то другой, ты тоже остаешься в неведении, ведь ты не понимаешь, как жить дальше. У тебя отнимают часть твоей жизни и ты не знаешь, что будешь делать без нее. И это пугает.       — Ты терял кого-нибудь?       — Терял, — сказал Гарри, запрокидывая голову наверх и тоже устремляя взгляд на звезды. — Мой отец умер, когда мне было 13. Я тогда только начинал узнавать, как этот мир работает и мне нужен был мой лучший друг, чтобы помочь разобраться во всем. Мы говорили с ним обо всем. Я знал, что если мне нужна будет помощь, то папа всегда подставит свое плечо и не даст упасть. Знал, что если мне нужен будет совет, он усадит меня напротив себя в нашей гостиной и внимательно выслушает. Знал, что я не один. И вдруг у меня его отнимают. Плохая видимость и скользкая дорога стоили ему жизни, а мне спокойного сна. Я до сих пор помню, как проснулся от сине-красного света в окнах и шума внизу. Тогда мне казалось, что у меня в душе открылась черная дыра, как те, про которые нам рассказывают на уроках астрономии. Она тоже засасывала весь свет вокруг меня и не отдавала ничего взамен.       — Ты веришь, что у нас есть душа?       — Да, — пожал плечами Гарри. — Так легче, знаешь. Когда я думаю о папе и о всех тех вещах, что не успел ему сказать, мне проще думать, что он все еще может слышать мои мысли и чувствовать то, как я его люблю и как скучаю. Я живу с мыслью о том, что он всегда стоит рядом со мной и приглядывает. Это придает мне сил и уверенности, ведь он всегда говорил мне, что я со всем справлюсь. Когда я думаю сдаться и отступить, я чувствую его руку на своем плече и понимаю, что все же не один.       — Он бы гордился тобой. Он и сейчас гордится, — Луи повернул голову и заглянул в лицо мужчины. Он видел, что его глаза блестят больше обычного, но решил не обращать на это внимание. Меньше всего Гарри бы сейчас хотелось жалости.       — Я надеюсь.       — Я уверен в этом, — Луи опять посмотрел наверх. — Ты знаешь, все мимолетно и скоротечно и зачастую слова теряются в бесконечной звездной пыли времени. Они — не главное. Главное — тот след, который мы оставим после себя. Как звезды. Многие из них умерли миллионы лет назад, но их яркий свет до сих пор освещает тысячи галактик. Мы тоже звезды, ведь оставляем после себя такой же след. Единственное различие — сколько он просветит. Будем ли мы яркой вспышкой, которая озарит все вокруг, но которую быстро все забудут, или же мы будем гигантом, который будет сиять еще долго после того, как его не станет. И ты не вспышка, Гарри. Ты — тот, кого будут помнить многие. И я думаю именно поэтому твой папа гордится тобой, а не из-за пары громких слов и слезливых признаний. Ты заставляешь людей гордиться собой не просто красивыми речами, а теми поступками, которые ты совершаешь ради этого мира.       — Ты действительно считаешь, что мной кто-то гордится?       — Конечно, — Луи развернулся в руках мужчины и посмотрел прямо тому в глаза. — Твоя семья, твои друзья, я.       Гарри тепло улыбнулся Луи и подался вперед, целуя губы юноши.       — И за что ты мне достался?       — Не знаю, — сказал Луи играясь своим носом с носом Гарри. — Но я рад, что это случилось.       Гарри сильнее обвил руками талию Луи и притянул его ближе, соединяя их губы в еще одном нежном поцелуе, а затем тихо шепча в них:       — Мой маленький лучик…

***

      Обратно они решили отправиться еще через пару дней, давая себе возможность подольше побыть вдвоем друг с другом и немного отдохнуть перед тем, как снова взяться за дела.       С каждым моментом, проведенным с Луи в этом уютном домике посреди леса, Гарри понимал, насколько ему действительно нужен был перерыв. Он отдыхал душой и телом, слушая переливистый смех Луи днем и трахая его до потери пульса ночью. Каждый день он открывал юношу с новой стороны через его привычки, рассказанные истории и повадки. Он узнавал, что тот любит, а что не переносит на дух; чем ему нравится заниматься, когда его никто не видит; что он думает о чем-то важном и незначительном; как ведет себя в домашней расслабленной обстановке, а не в шумном офисе. Стайлс ловил себя на мысли, что ему безумно уютно с Луи. В быту они вели себя довольно одинаково, за исключением того, что у Луи всегда был везде идеальный порядок, а Гарри любил оставлять вещи не на своих местах. Его безумно веселило наблюдать за тем, как Луи ворчит, ставя кружки в определенном порядке и переставляя молоко в холодильнике на нужную полку.       Гарри чувствовал себя абсолютно счастливым и, к своему сожалению, не мог вспомнить последний раз, когда он ощущал такое. За суетой дней и кучей забот, он начал терять то призрачное чувство счастья, которое у него оставалось, а затем и себя. Луи же напоминал ему, кем он действительно является: молодым мужчиной, веселым и беззаботным. Рядом с юношей ему не нужно было притворяться большим боссом и показывать ему свой авторитет. С Луи он мог позволить себе опять быть юным мальчишкой, который смеется с глупых шуток по телевизору и устраивает шуточные бои едой со своим парнем. На эти несколько дней Стайлс сбросил свои оковы и вновь вспорхнул в небо вольной птицей.       Птица. Именно так он себя и ощущал. Расправив крылья, он наслаждался бескрайним простором вокруг себя и безграничной свободой. И смотря на Луи, он понимал, что не один в этом полете. Его ласточка была с ним рука об руку, помогая лететь все выше и все свободнее.       — Это ты, — сказал Гарри указывая на свою татуировку птиц на ключицах, после того, как они с Луи провели по крайней мере двадцать минут целуясь на мягкой кровати.       — Что? — сказал юноша, весело улыбаясь.       — Вот здесь, — сказал Гарри, указывая на одну из птиц. — Это ты, а это я, — он указал на вторую птицу.       — Почему? — рассмеялся Луи и поцеловал «птицу Гарри».       — Потому что ты помогаешь мне летать.       Луи опустил голову на грудь Гарри, внимательно смотря мужчине прямо в глаза.       — Я никогда не чувствовал себя настолько свободным, как рядом с тобой, — продолжил Гарри, проводя большим пальцем по нижней губе Луи. — Я снова я и это все благодаря тебе.       — И что же я такого сделал? — улыбнулся Луи, прикусив палец Гарри.       — Напомнил мне, кто я есть.       — Но я же ничего такого не делал.       — Это ты так думаешь, — Гарри притянул юношу за подбородок ближе к себе и поцеловал. — Ты опять не замечаешь того, что творишь со мной.       — Но я ведь просто был рядом.       — И этого достаточно. Ты ведь мой свет, помнишь? Чем дольше ты рядом, тем меньше тьмы вокруг меня.       — Я буду скучать по этому, — сказал Луи немного грустно.       — О чем ты?       — О таком тебе.       — Каком?       — Нежном, ласковом, свободном.       — Прости, что не показываю всего этого чаще, — голос Гарри тоже погрустнел. — Я хотел бы говорить, какой ты прекрасный каждый день, но порой у меня нет сил даже языком ворочать.       — Ничего, я все понимаю, — Луи подарил Гарри приободряющую улыбку. — Я чувствую все это, ты показываешь все своим отношением ко мне: то, как ты заботишься, переживаешь, защищаешь. Не думай, что я не знаю о твоих чувствах только лишь потому, что ты не говоришь о них.       — Но я ведь вижу, как ты светишься, когда слышишь такое от меня.       — Мой свет внутри, помнишь? И он светит только для тебя. Я тоже не свободен там, — Луи махнул рукой, намекая на остальной мир, — поэтому тоже не всегда могу показать, насколько счастлив и благодарен.       — Нам нужно чаще куда-то выбираться, — Гарри чуть прикусил губу Луи. — Я слишком скучаю по твоей улыбке, чтобы видеть ее так редко.       — Я только за, — Луи крепко обнял Гарри за талию и снова уложил голову на его грудь. — Что нас ждет, Хаз?       — Не знаю, — Гарри начал успокаивающе гладить спину Луи, вдыхая аромат его волос. — Нам предстоит много работы, это точно. Но что кроется за горизонтом — я не знаю…       — Я с тобой, — Луи переплел их пальцы и поднес их к губам, чтобы поцеловать.       — Я знаю, малыш, — Гарри закрыл глаза и постарался спрятать дрожь в голосе. — Я знаю…