Мечты, ставшие реальностью

— Ояката-сама, Кёджуро Ренгоку — столп огня, Гию Томиока — столп воды, и демон прибыли, — монотонно произнесла Шинобу, захлопывая за ними дверь. Томиока и Кёджуро встали так, чтобы Сабито не было видно вовсе; Гию держал демонёнка за руку, чувствуя, как тот дрожит. — Успокойся, Сабито… Всё хорошо… Просторная, даже огромная комната, в которой сейчас в кругу сидели все Хаширо, а во главе — сам Кагая Убуяшики. Все столпы резко склонились, показывая своё уважение к Господину. — Гию Томиока, Кёджуро Ренгоку — вы знаете, зачем мы тут собрались. — Верно, Ояката-сама… Томиока, всё также не поднимаясь, аккуратно прижал к себе Сабито, которого случайно отпустил. Демона продолжала пугать вся эта атмосфера, но уже теперь им стало овладевать любопытство. Все столпы, даже Муичиро, были его выше, а сейчас, стоя на коленках, вообще казалось, что ему лет 6. Мысленно, Убуяшики улыбнулся при виде настолько милого мальчика, пусть даже и демона. — Немыслимо, чтобы в поместье Хаширо находился демон! — резко крикнул Тенген. — Но он такой милый… — робко пробормотала Мицури, с умилением наблюдая за Сабито, который тем временем с лёгким испугом разглядывал всех столпов, держа Гию за руку. — То, что он милый, ничего не значит. Демоны не могут быть милыми, — раздался монотонный голос Обаная. Мицури прикрыла лицо руками, немного отодвигаясь назад. — Простите… — прошептала девушка, покрывшись румянцем. — Да что с этим возиться! Срубил голову и всё! Рука Санеми потянулась к ножнам, крепко ухватываясь за рукоять. Сабито с ужасом спрятался за Кёджуро, ибо тот был крепче и выше Гию и с лёгкостью мог защитить его. — Только попробуй, — с гневом процедил Ренгоку, поднимаясь уже в полный рост. — Ну и что ты мне сделаешь? — Санеми с силой оттолкнул столпа. Пошатнувшись, Кёджуро всё же не устоял на ногах и с грохотом упал прямо под ноги Гию. То, что Шинадзугава сделал с Ренгоку, просто не могло уйти от внимания Сабито. Демон с яростью посмотрел парню в глаза; зрачки сузились, на лице стали проступать вены, пальцы сжались в кулак. На все эти изменения в лице мальчишки Санеми лишь усмехнулся, делая шаг вперёд и одновременно хватая его за горло. Послышалось хриплое рычание. — Не на того напал, чтоб такой ерундой пугать Все эти действия произошли настолько быстро, что Томиока толком и осознать не успел, что сейчас произошло. Упавший ему в ноги Кёджуро также особо опомниться не успел, но, увидев боковым зрением руку, которая медленно вытаскивает из ножн клинок, понял — Сабито в большой опасности. Пока демон пытался вырваться, Ренгоку придумал самый, по его мнению, подходящий план — мужчина, всё ещё будучи на полу, схватил Санеми за ногу и резко дёрнул на себя. Шинадзугава весил гораздо больше Сабито, поэтому, его падение на спину столпа огня было довольно болезненным для самого Кёджуро. Демонёнок, не упуская ни секунды, бросился к Гию, со слезами забиваясь ему под хаори. Он что-то промычал — из-за бамбука этого не было слышно — но для себя юноша довольно чётко расслышал — «мама». — Тшш, я с тобой. Успокойся. Не реви, — Томиока нагнулся к самому уху мальчишки, — твоя мама с тобой, и с ней тебе ничего не страшно Этого не услышал никто, кроме Кёджуро — охотник улыбнулся, наблюдая за тем, как Сабито постепенно успокаивается. Санеми, который уже успел вернуться на своё место, с яростью переводил взгляд то на Гию, то на его маленького друга. Неожиданно для всех присутствующих Кагая поднял руку, призывая к тишине. — Гию Томиока, верно ли, что этот демон — тринадцатый умерший ученик Саконджи Урокодаки? — Верно, Ояката-сама Тем временем Сабито уже более менее успокоился и спокойно сидел рядом с Гию, осознавая всю серьёзность ситуации. — Он никогда не ел людей? — Отчасти… — Так эта чертовщина ещё и человека убила?! — Санеми вскочил, уже порываясь схватить клинок, но его остановил мягкий жест Убуяшики. — Успокойся, Санеми. — Простите. Шинадзугава сел на своё место, всё ещё злясь на Гию. Все столпы перевели взгляд на Сабито, который уже пытал к парню самую настоящую ненависть. Он рычал на него, пока его не отдёрнул Томиока. — Он ел уже мёртвого человека, впервые за 7 лет… И то, это случилось от голода — зимой в лесу почти не найти еды Кагая понимающе кивал головой — было жаль мальчишку, ведь он вёл себя как обычный человек, но… Это не меняло того, что он являлся демоном. — Пожалуй, всё же стоит выслушать других Хаширо — Что тут слушать?! Раз, — Тенген махнул рукой, тем самым чуть не сбив сидящую рядом Мицури, — и всё! — Но он такой… Милый… И он не кидается на людей — он любит Гию-сана и Кёджуро-сана… Даже в обличии демона он их не ест — это ли не настоящая любовь? — робко пролепетала девушка. — Тут невозможно не согласиться с Мицури, — Шинобу улыбнулась, наблюдая за Сабито, который сейчас уже игрался с краем хаори Гию, — он действительно любит Томиоку-сана, верно? — она обратилась к демону. Тот, с невидимой улыбкой, кивнул в знак согласия. — Бедное дитя… Столько страданий… Скитаний… И сейчас его хотят убить, после воссоединения со своим родным человеком… — со слепых глаз Гёмея тонкими струйками потекли слёзы. — Это всё бред. Этому мальчику всё равно не выжить… — протянул Обанай, растягиваясь на полу, подобно змее. — Игуро-сан, не говорите так… — Мицури немного испугалась, но ведь не за себя, а за Сабито — уж очень ей понравился этот милый юноша. Томиока нахмурился, прижимая к себе мальчишку. Укутываясь в верхнюю одежду столпа, он снова начал плакать, пытаясь вжаться в тело парня. — Успокойся, мама рядом. Кёджуро, может ты хоть как-нибудь попытаешься его успокоить?.. — Ну, попробовать стоит Ренгоку осторожно коснулся плеча демона. Тот, увидев второго своего защитника, быстро переметнулся к нему на колени. — Ма-ма? — услышал Кёджуро, когда Сабито забился ему под бок. — Мама, мама… — столп усмехнулся, укрывая его хаори. В помещение воцарилась гробовая тишина. Все присутствующие с напряжением ожидали вывода Кагая Убуяшики. Наконец, мужчина поднял руку. — Сабито остаётся в поместье Хаширо. Основная опека над ним, так как он ещё ребёнок, достаётся Гию Томиоке и Кёджуро Ренгоку. Мы, — на плечо Господина опустился ворон, — отправим письмо Саконджи Урокодаки. К завтрашнему дню он должен прибыть в поместье, поэтому завтра нам придётся встретиться здесь ещё раз. Также, Сабито запрещается снимать бамбук при ком-то из охотников, кроме Гию Томиоки и Кёджуро Ренгоку. Сейчас все можете расходиться по своим комнатам. Спасибо за внимание Все столпы поклонились, после чего потихоньку начали покидать помещение. Кёджуро откинул хаори и увидел, что Сабито уже сладко дремлет под его боком. Взяв его на руки, охотник неторопливо поплёлся к комнате Гию. — Испугался… — Да, по всей видимости, его пугают громкие звуки… — Санеми и Тенген действительно громко разговаривают… В комнате оба столпа уже со спокойной душой могли выдохнуть. Сабито, до этого мирно дремавший на ручках у Кёджуро, потихоньку стал просыпаться. Томиока развязал ленту на его затылке, чтобы демонёнок чувствовал немного комфортнее. Юноша потянулся, оглянулся и, увидев своих «родителей», улыбнулся. — Мама! — это слово он уже довольно хорошо произносил, без всяких запинок. — Аа… Кто из?.. Сабито склонил голову и неуверенно перевёл взгляд с Гию на Кёджуро. — Мама?.. Столп огня усмехнулся. — Ну, кто из нас двоих мама? — Кёджуро, замолчи, и так его смущаешь! Иди сюда, Сабито, иди к маме Демонёнок боязливо прыгнул Томиоке на колени. — Ойй, ну и пожалуйста… — Ренгоку наигранно хмыкнул и отвернулся. Но резко, кто-то обнял его за корпус. По спине пробежался какой-то заряд тока, когда он почувствовал, что его форма потихоньку намокает. — Мама!.. Кёджуро аккуратно повернулся, видя перед собой плачущего демонёнка. Он уткнулся личиком в спину охотника, когтями хватаясь за его хаори. — Мама… — он поднял на столпа заплаканные глаза — А… Мы теперь оба «мамы»?.. — Получается, что так… А ты чего ревёшь? — Ренгоку опустился перед ним на корточки и взял за руки, — ты ж хороший, милый, добрый и послушный демон. Ложись спать, тебе нужны силы — Мама! — юноша повис у него на шее. — Мама, мама, только не плачь, — Кёджуро тихо рассмеялся, аккуратно поднимая юношу за талию, — пойдёшь спать? Демон утвердительно кинвул. — Вот и умница. Гию, держи своё сокровище, а я пойду. Утром зайду проверить вас обоих Кёджуро усадил Сабито на футон. Он коснулся ладонью до его щеки, как тот резко схватил его за руку, мягко трясь о неё носиком. Столп покраснел. — Так, Сабито, — Гию аккуратно пересадил его себе на колени, — Кёджуро пора уже спать, и тебе тоже Ренгоку улыбнулся, убирая кисть от лица демонёнка. Сабито хотел было снова схватить его за руку, но охотник уже поднялся с корточек и направился в сторону двери. — Мама! — мальчишка попытался встать, но случайно поскользнулся и упал. Дверь за столпом огня мягко закрылась. — Мама… Мама! Сабито испуганно кинулся к выходу, когтями начиная скрести дверь. Он опустился на колени, ладошками прикрывая глаза. В его голове всё ещё боролись два образа мамы — Кёджуро, который мог его защитить, и Томиока, умеющий правильно с ним обращаться. Ему хотелось, чтобы рядом с ним всегда были оба охотника, поэтому сейчас — без Ренгоку — ему было грустно. — Сабито, Боже ж ты мой, — сзади, его аккуратно кто-то взял на руки, — ложись спать, тебе завтра рано вставать… Столп снова уложил его на футон, но демон был немного других взглядов; ловко выскользнул с рук Гию и юркнул к двери. — Сабито! — в последний момент юноша ухватился за край его кимоно, — бегом в кровать! Демон сделал попытку вырваться, но был грубо притянут к себе Томиокой. Случайно, он упал на Гию так, что его голова лежала у него на животе. -Мама?.. Мааамааа… — Сабито ткнулся носиком в твёрдый пресс, скрываемый под мешковатой формой. — Так, ясно всё с тобой, дитё Томиока осторожно, взяв за шкирку, переложил его голову на футон, сам быстро метнулся к выходу. — Я быстро, только никуда не выходи — пороть буду Гию аккуратно выскочил за дверь. — Аой-сан! Девушка, держащая в руках поднос с лекарствами, резко обернулась. — Аой-сан! На кухне не осталось лишнего молока? — Молока?! — она чуть не выронила все лекарства из рук, — я, конечно, знаю, что вам разрешили оставить в поместье самого настоящего демона, но я не думала, что вы с Кёджуро-саном настолько умом тронулись! — Сам удивляюсь. Но Аой-сан, пожалуйста, не можешь принести с кухни молоко? Желательно, тёплого и в бутылочке такой, — Гию показал примерные очертания ёмкости. Аой поставила поднос на пол и скрестила на груди руки. Девушка было явно недовольна, но старательно пыталась это скрыть. — Отнесите эти лекарства Шинобу-сан, пока я схожу за молоком — Конечно! — с улыбкой Гию подхватил лекарства на руки и быстро помчался в комнату к столпу насекомого. — «Вот же…» Девушка покосилась на юношу, что уже убежал к Кочо. Она выдохнула, засучила рукава и направилась на кухню — всё же, Томиока уже выполнил свою часть уговора, значит, и ей пора. — А… Шинобу, открой, пожалуйста… Дверь приотворилась, и оттуда показалась хитрая мордашка Кочо. Томиока немного смутился, видя, что девушка явно не ожидала увидеть именно его. — Томиока-сан, как неожиданно, — она улыбнулась, впуская юношу в комнату. Неуверенно, столп всё же сделал внутрь помещения пару шагов. — Аой-сан попросила отнести тебе вот эти… Баночки, колбочки… — Хах, ну, спасибо большое Шинобу взяла из рук Гию поднос и аккуратно поставила его на пол, около своей тусклой керасиновой лампы. — И что же случилось с вечно серьёзным и грозным столпом воды, что он таскает за медсестру лекарства? — девушка рассмеялась и с усмешкой взглянула на покрасневшего Гию. — Ну… На это есть свои причины… — И какие же? — с улыбкой поинтересовалась Кочо. — Ну… Тебе какое дело, а мне идти пора… Томиока сделал пару шагов назад. — Очень даже есть какое Она притянула Гию к себе, но держась от него на приличном расстоянии. — Нуу? Скажи, что это за причина, и я тебя отпущу Попытки столпа вырваться не обвенчались успехом. — Аргх, ладно. К Сабито, мне нужно идти к Сабито. Аой-сан попросила отнести меня тебе эти склянки, пока она ищет для него молоко. Я могу идти?! — Конечно, Томиока-сан Шинобу оттолкнула от себя юношу с такой силой, что тот, находясь практически в дверном проёме, и вовсе покинул пределы комнаты. — Держите, Томиока-сан… Девушка недоверчиво протянула столпу детскую бутылочку с тёплым молоком. — Детская…? — юноша покрутил её в руках, — ох, ладно, спасибо огромное, доброго вечера! Томиока, под недовольным взглядом медсестры, радостный, побежал обратно к своему маленькому демону. — Сабито! Мальчишка, всё ещё со слезами на глазах, подполз к дверному проёму, в котором стояла его «мама». — Ты плакал? Ай-ай-ай, нельзя так делать, — он взял его на руки, расцеловывая красные щёчки, — молоко пить будешь? Дрожа, захлёбываясь в собственных слезах, демон едва заметно кивнул. Гию уселся на футон, посадил к себе на колени Сабито. Парень поднёс бутылочку к его рту. Он аккуратно взял её в руки и стал быстро опустошать ёмкость. — Не торопись, сейчас же прольёшь Томиока тепло улыбнулся, когда в бутылке не осталось молока, а сидевший рядом демонёнок довольно облизывался. Когда тот зевнул, Гию понял, что сейчас он в нужной кондиции, поэтому, поспешил уложить его на футон. Вскоре, из-под одеяла послышалось тихое сопение. Со спокойной душой столп расстелил своё хаори рядом со спящим юношей и тоже поспешил поскорее заснуть.

* * *

Сквозь пелену сна до него доносились два шепчущих голоса. — …ну быть такого не может, нет! — Я говорю — может, и… Послышался скрип половых досок и тихие шаги. Растрёпанный, не отошедший ото сна, с глазами на мокром месте, на четвереньках — из-за двери выглянул Сабито. Оба столпа, которые до этого яро спорили, вмиг сникли. Кёджуро покраснел, Гию вполне себе тоже. — Красивый… — промямлил водный столп. — Мне тоже нравится…