Высотка

- Я хочу пройтись, - севшим голосом заявила Элен. Схватив Генри за руку, она потащила его куда-то в сторону. Его рука была горячей. Крепко схватившись за нее, девушка старалась вобрать в себя как можно больше тепла, исходящего от нее. Ее тонкие ледяные пальцы аккуратно обвили ли ладонь мужчины. Элен шла слегка впереди, но вскоре Генри поравнялся с ней. Они шли молча. Этим двоим не нужно было слов. Слишком идеальная тишина пропитывала их и растворяла мысли. На улице было темно и пусто. Только свет луны кротко освещал дорогу. - Куда мы идем? - Я не знаю, - слегка задумалась Элен. – Куда ведут ноги. Они шли. Время потеряло свой счет. На улице было все так же холодно и зябко. - Ты не хочешь есть? – равнодушно, но с каплей беспокойства спросил Генри. – Мы могли бы пойти ко мне, я живу недалеко. В ответ Элен лишь пожала плечами. Вел теперь Генри. Их шаг слегка ускорился. Скоро начался квартал жилых домов. Они поднялись на 9 этаж здания. - Заходи, - вежливо пропустил он девушку. В квартире было тепло. Наконец после долгого холода, Элен ощутила, как приятные и теплый воздух окутал ее. Генри зажег свет. Квартира была небольшой и уютной. Для такого мужчины как он, она была даже слишком чистой. Элен вспомнила свою квартиру и усмехнулась. Обычно та вообще никак не парилась насчет того, что ее окружает, будь то легкий бардак или абсолютный срач. Улыбнувшись своим мыслям, девушка прошла вперед. Оказавшись на кухне, она заприметила смирно спящего котенка. Киса услышала шум и подбежала к Генри. Потершись об его ноги, она нежно замяукала, как бы невзначай намекая на кормежку. - Я все помню, - подыгрывая кошке, сказал Генри. Он засыпал корм в миску котенка. Та сразу принялась за еду. Кухня была маленькой: столик с двумя стульями справа, слева – зона для готовки, холодильник, раковина и плита. Элен расположилась за одним из стульев. - Что будешь? - Мне как-то все равно. Единственное, можно чаю? - Конечно, - мягко ответил ей Генри. Мужчина зажег конфорку и поставил на нее чайник. Проверив его, залил туда воды. Генри поставил на плиту сковородку, зажег под ней огонь. - Я пожарю нам яичницу, ты не против? - Только за. – Последовало только тихое «угу». Вообще их разговоры были немногословными и спокойными. Диалог так и сквозил усталостью, это все скорее были фразы обязательства. Элен облокотилась на стул и закрыла глаза. В голове летали тысячи мыслей, а тело, ощутив приятное тепло и расслабление, погрузилось в сонное царство. Девушка не видела снов. После такого тяжелого дня, большого количества испытанных эмоций, никогда не следует снов. Она хмурилась даже во сне. Слышалось мирное сопение, ее скрещенные руки на груди равномерно то опускались, то поднимались. Генри закончил с готовкой. Он поставил тарелки на стол. Снял с плиты чайник, хотел заварить чай, но увидел Элен. Та выглядела очень беззащитной. Сначала Генри сходил за пледом, но потом посчитал, что девушке будет крайне неудобно. Временно накрыв Элен пледом, он пошел расстилать кровать. Мужчина подошел, аккуратно взял ее и понес. Он старался не разбудить брюнетку, но та спала слишком крепким сном, что такие нежные прикосновения были практически незаметными. Генри уложил девушку, укрыл ее. Выключил свет в спальне и пошел на кухню.