БН-однострочники

Госпоже Повелительнице ветров возносят молитвы рыбаки: чтобы лодки не уносило от берега, чтобы ветер надувал паруса. О том же молятся и морские путешественники. Молятся и крестьяне: пусть ветер нагонит тучи. Пусть минуют ураганы и тайфуны. Еще ей молятся, когда никто не откликается. Говорят так: госпожа Повелительница ветров мягкосердечна и добра. Ее суровый муж смягчится, если она попросит. Она слышит слова, которые не слышат грозные боги войны. Все это Цинсюань рассказывает, пока они спускаются в деревню. Он переливчато смеется — в женском облике выходит еще звонче — и стискивает веер. — Тебе весело, что ли? Для тебя это развлечение? Он старается говорить коротко. Так проще контролировать речь. Имитировать дыхание. Не разозлиться, не закричать. Такой глупый, такой бессмысленный... О цене, заплаченной за себя, он не знает. Цинсюань останавливается. — Я всегда смеюсь, когда нервничаю. Господин Мин И... ох, слишком длинно. Можно мне называть тебя Мин-сюн? — ответа он не дожидается и продолжает: — Мин-сюн, это не развлечение. Я правда куда сильнее в этом облике. И правда могу им помочь, вот и откликаюсь. Мой брат не любит, когда я хожу один и совсем не любит, когда я обращаюсь Повелительницей, он мне запретил, но я же не стану сидеть наверху, если мне молятся? Я откликаюсь, я хочу помочь — раз меня вознесли, то нечестно отлынивать, и мне все равно можно было взять тебя с собой, и я покажу, как мы работаем, а ты сможешь сказать моему брату, что приглядел за мной... Цинсюань щебечет не умолкая. Не нужно расспрашивать, не нужно уточнять — достаточно идти за ним и слушать. Из ценного быстро запоминается одно: в женском облике он сильнее, он любит брата и послушен ему, а когда придет пора вернуться и проводить Повелительницу до ее дворца — брату можно будет взглянуть в глаза. Потом запоминается кое-что еще. Путешествие вниз — вправду не развлечение. Бессмысленный подменыш помогает, потому что хочет помогать. Думать об этом не хочется.