Навсегда 18

      Чимин ехал в машине в упадке настроения. Пусть эта ночь и пройдёт спокойно, без отца, в тепле и уюте дома хёна, но что будет после? Что будет, когда на следующий день омега приедет обратно к себе? Он не может вечно ночевать у Юнги, это и так ясно, но и рассказать всю ситуацию Пак не хочет. Это его тень, что-то слишком личное и недоступное. Он всегда неохотно делился с кем-то своими проблемами, переживаниями и трудными моментами, так как люди либо не слушали, либо использовали слабости против самого Чимина, тем самым унижая его. Мир Юнги — это устойчивый, приятный и стабильный мир, наполненный запахом чая с мятой, спокойной музыкой и добротой. А мир Чимина — это безграничное страдание и клеймо на всю жизнь, это мир, насквозь пропитанный ложью, осколками прежнего благополучия и грешностью членов семьи. Отречься от этого не представляется возможным, так как это — часть его самого, его личности, так что это нужно только принять, осознать роль собственного мира в создании его самого, того, кем он является сейчас. Мальчишке интересно находиться в доме Мина, прикасаться к другому миру, исследовать то, что запряталось в далёком прошлом. Он мечтает когда-нибудь, всё-таки, обрести покой в подобном месте, жить в таких условиях, завести семью и радоваться каждому прожитому дню, может быть даже вместе с Юнги-хёном. Лелея эти мысли, Пак улыбается, надеясь на подобный исход.  — Чим-Чим, ты ел сегодня что-нибудь? — не стоит отрицать, как нравится Чимину это обращение к нему, его забота и гостеприимство.  — Я завтракал и перекусывал несколько раз, — ложь.  — Я заметил, что твой желудок урчал по дороге, так что давай поужинаем вместе, — доставая из холодильника различные продукты, проговорил Мин, — Если хочешь, можешь пойти ко мне в комнату, пока я готовлю. Там телек есть, а если хочешь в интернете посидеть, то мой вайфай «MinYoongi09», а пароль «09caramelmint».  — Спасибо, хён, — подойдя к Юнги и обняв его, поблагодарил мальчишка и удалился из кухни, чтобы не мешать старшему в готовке. Комната была просторная, заполненная всем, чем только можно: диван, фортепиано перед окном, плазменный телевизор на тумбочке, рядом приставка, чёрные шкафы, различные цветы и сушилка с одеждой. Чимин решил не включать свет, а просто лечь на диван и немного поспать. Из-за того, что произошло сегодня, парниша очень вымотался. Чувствуя себя немного неуютно, омега ищет какой-нибудь плед в темноте, чтобы можно было укрыться. Не найдя ничего похожего, мальчишка просто ложиться на кровать и пытается уснуть. Слыша стук ножа о деревянную доску, напевания различных песен Юнги и шипение кипящей воды, Чимин улыбается и постепенно погружается в сон.

***

От готовки Юнги отвлекают странные звуки. Помыв руки и вытерев их об свою кофту, парень идёт в сторону комнаты, в которой почему-то выключен свет. Приоткрыв дверь, Мин наблюдает забавную картину: Чимин спит на полу, хмурится во сне и что-то бормочет. Подойдя к истинному и присев на корточки, Юн наблюдал за миловидным лицом омеги и думал, как бы было хорошо, если бы парниша чаще оставался у него дома. Чтобы не будить его, альфа разложил кровать, постелил чистое бельё и взял на руки Чимина, кладя того на постель и укрывая одеялом. Тут вдруг раздаётся громкий стук и Юнги выходит из комнаты, тихонько закрывая за собой дверь. Подойдя к входной двери, он открывает её и видит на пороге двух своих друзей: Намджуна и Чонгука.  — Приве-е-ет, — поздоровался Ким и налетел на Юна с объятиями.  — Привет-привет, — похлопывая того по спине, произнёс Мин, глядя на Чона.  — Он просто пьяный, не обращай внимания, — проходя в коридор и раздеваясь, раздражённо сказал Гук.  — Не употреблял? — оттаскивая от себя Нама, спросил Юн.  — Не знаю, — снимая обувь и проходя на кухню, сказал Чон.  — В смысле ты не знаешь? Ты с ним же был, нет? — снимая верхнюю одежду с еле-стоящего на ногах Кима, спрашивал Юнги, — Алё, слышишь меня? — таща на кухню друга, недовольно произнёс парень.  — Слышу-слышу, — стуча пальцами по столу, сказал младший, — Он приехал бухой ко мне. Не знаю, как этот придурок не сбил кого-то или не врезался в столб.  — Опять, что ли, от неразделённой любви страдает? — кладя Джуна на кресло в углу комнаты, спросил Мин.  — Не знаю, — раздражённо вздыхая, произнёс Чон, — Может в плойку поиграем?  — Там Чимин спит, как-нибудь в следующий раз, — сказал Юн, подходя к плите и доготавливая рис.  — Чимин? Ты что, серьёзно? — удивлённо спросил Чон, — Какого хрена вообще?  — У меня в квартире не может находиться мой парень, или что? — поворачиваясь к младшему, спросил альфа.  — Обычно ты не приводишь омег домой, — чувствуя злость старшего, Чонгук сбавил тон.  — Он — мой истинный, тем более он тут не для секса, — перекладывая еду на тарелки, произнёс Мин.  — А для чего? — посмеявшись, сказал Чон.  — Ты договоришься сегодня, честное слово, — ставя пару тарелок с едой перед другом, пригрозил Юн, — Ешь давай.  — Ути-пути, заботливый хён делится со мной наивкуснейшей едой! — дразня Мина, сказал младший, за что получил рукой по затылку.  — Меньше пизди тут мне и закрой рот, — идя к окну, говорил альфа. Достав из лежащей на подоконнике пачки сигарету и подкурив её, он продолжил, — Он что, уснул?  — Ага, — с набитым ртом произнёс младший.  — Вот же ж алкаш, — вдыхая сигаретный дым, огорчённо сказал Юн, смотря на спящего лохматого друга, что был похож больше на домового, чем на человека.

***

Чимин медленно открывает глаза и чувствует у себя под боком чьё-то тепло и слабый-слабый запах мяты. Протерев кулачками глаза, он повернулся к мирно спящему парню, что так мило хмурил брови во сне. В принципе, у него было такое же выражение лица, что и в жизни. Мальчишку такое очень забавляло. Приятно было видеть за столько лет утром рядом с собой любимого человека. Пусть, правда, их отношения нельзя приравнять к настоящей любви, но что-то похожее на любовь точно присутствует. Омега аккуратно пытается пролезть через Юнги, чтобы не разбудить его. После парниша идёт в ванную, чтобы хоть немного привести себя в порядок. Открыв дверь, он замечает, что свет уже включён и в мыслях начинает ругать истинного за неэкономность. Порывшись в шкафах, он находит чистое полотенце и аптечку. Сев на кафель, он заправляет рукава до локтя, рассматривая потрепанные бинты, которые уже местами посерели от долгой носки. Томно вздыхая, Чимин развязывает эластичную ткань и смотрит на уродливые шрамы, которые никогда уже не заживут. Разве это красиво? Разве это что-то принесло в его и так несчастливую жизнь? Проводя указательным пальцем по изрезанной коже, Пак шипит, чувствуя неприятные покалывания от собственных касаний. Вставая с пола, омега раздевается догола и смотрит в зеркало, трогая пожелтевшие синяки на теле. Не хочется, чтобы такое кто-либо увидел, поэтому Чим закрывает дверь на защёлку, чтобы альфа не зашёл к нему.  — Твою мать, — донеслось из-за шторки в ванне.  — А-А-А-А!!! — от сильного испуга крикнул омега и быстро начал надевать на себя одежду, — КАКОГО ХРЕНА ТУТ КТО-ТО ЕСТЬ?!  — Прости, что сразу не сказал, я испугался, — выглядывая из-под шторки, извинился Намджун.  — И что ты видел? — чуть ли не плача, спросил Чимин.  — Всё… — виновато произнёс альфа, — А Юнги зн?.. — не успев договорить, его перебил парниша.  — Никому ни слова, понял меня? — чувствуя, как слёзы катятся по щекам, дрожащим голосом сказал Чимин и вылетел из ванной комнаты. Ким Намджун — лучший друг его истинного, конечно тот всё ему расскажет, это даже не обсуждается. Омега очень бы хотел, чтобы о такой стороне его жизни Юнги узнал из уст самого Пака, но, похоже, что-то пойдёт определённо не так. Какого чёрта вообще тут делал Намджун? Откуда он взялся? Больше такими вопросами задаваться мальчишка не хотел и мигом побежал в коридор одеваться, чтобы больше не находиться в этой квартире. Чувствуя себя униженным ситуацией, Чимин шёл по улице, опустив голову и думал о том, что случится в скором времени. Ему совершенно не хотелось, чтобы его уродливое тело кто-либо увидел, а в особенности друзья Мина. В этот миг по-настоящему желалось покончить с собой, со своим никчёмным существованием. К чему Юнги такой ужасный омега? Весь в шрамах и гематомах, коротконогий, некрасивый и глупый, да ещё и с такой жизнью? Но тут его самоуничижение прерывает чья-то рука, схватившаяся за локоть. Повернувшись, он увидел немолодую женщину, с острым проницательным взглядом, который застыл в удивлении и ужасе. Её длинные чёрные волосы развевались на ветру, словно тёмный блестящий занавес, а ладонь, держащая его за предплечье, впилась в руку так сильно, что было невозможно вырваться.  — Дьявол идёт по пятам за тобой, разум сводит с ума, если не оступишься — заберёт тебя, — вкрадчивым и грубым голосом произнесла дама, словно и правда была напугана чем-то.  — Что? — смотря на неё, шёпотом спросил Чимин, чувствуя, как та разжимает свою руку и отпускает его.  — Восемнадцать пятьдесят один, — закатывая глаза, невнятно произнесла женщина, а затем развернулась, посмотрела исподлобья на мальчишку и ушла. Пак не на шутку испугался, стоя посреди тротуара и наблюдая, как та женщина уходит вдаль. Дьявол, восемнадцать пятьдесят один? Что всё это значит? Очередная галлюцинация?

***

 — Алло, Чимин? Ты чего ушёл? — сонным голосом спросил Юнги.  — Прости, — отозвался парниша.  — Ничего страшного. Слушай, не хочешь вечерком со мной на работе побыть? У меня просто пока клиентов нет на этой неделе, решил заняться собственным альбомом, хотелось бы, чтобы ты был рядом, — проговорил Мин, немного смущаясь от собственных слов.  — О, здорово. Конечно, я очень хочу посмотреть, как ты работаешь! — радостно произнёс омега.  — У тебя сейчас танцы после обеда, да? — закуривая сигарету, спросил альфа.  — Агась, — вздохнул Чим, — Я позвоню тебе, когда закончу.  — Хорошо, Чим-Чим, до встречи.  — Пока, хён, — попрощался мальчишка и сбросил вызов. Этот короткий разговор с истинным поднял настроение Чимину, действуя на организм словно энергетик. Ему не хватает этой нежности и заботы в жизни, поэтому даже такие звонки и встречи очень бодрят изнутри и придают сил жить дальше.

***

Проверив бинты на руках, Чимин переоделся, взял сумку и побежал из здания прочь, дабы не находиться с ровесниками рядом. На улице уже наступили сумерки, солнце зашло за горизонт, освещая лишь края далёких облаков, превращая небо в красивую палитру различных огненных, фиолетовых и синих цветов. Ветра не было слышно, всё застыло в немой тишине. Позвонив Юнги, парниша стоял на автобусной остановке неподалёку от здания, где находилась студия. Пак смотрел на вечерний закат и думал, как бы не было дома сегодня ночью отца, потому что мальчишка не знал, чего ожидать от этого мужчины. И, если честно, ему было очень страшно возвращаться домой. В этот замкнутый порочный круг… Обернувшись на шум, он увидел танцоров, которые выходили толпой из здания, о чем-то громко и радостно болтали, смеясь с шуток друг друга. Словно в подростковых фильмах, большая компания молодых омег и альф, собирающихся после занятий на совместную прогулку или вечеринку. Только вот Чимин лишь наблюдатель, он никогда не был рядом с большим количеством людей, не дружил с ним. От этого становилось грустно, даже какое-то странное и злое чувство окутывало его с ног до головы. В какой-то степени омега смотрел свысока на своих одноклассников, одногруппников. Ему казалось, что он взрослее всех их, что они не пережили тот ужас, который удосужилось на себе почувствовать Паку, что они не знают, о чём говорят, что они слишком много на себя берут, и что они ещё слишком глупы… Как-то Юнги заметил, что Чимин ни с кем не дружит и начал расспрашивать по этому поводу. Парниша ответил, как есть, на что получил смешок и такую фразу: «Ты просто ещё не дружил». Может быть, хён и прав, но по собственному опыту Пак мог сказать, что большинство людей — лжецы и предатели, что особенно отталкивало мальчишку от социума.

***

Войдя в здание с множеством офисов, Чимин и Юнги поднимаются на второй этаж и заходят в небольшой кабинет-студию с двумя комнатами, которая оборудована различной техникой, музыкальными инструментами и ещё множеством вещей, в которых Пак совсем не разбирается. Все стены были облеплены красно-чёрными звукоизоляционными блоками.  — А вот тут я и работаю, Чим-Чим, — поворачиваясь к истинному, сказал Юн, — Неплохо, правда?  — Угум, — произнёс омега и сел на кожаный диван в углу студии, рассматривая мельчайшие детали в помещении. Мальчишке было по-правде интересно наблюдать за тем, как работает альфа. Было в этом что-то замечательное и неизведанное. В такие моменты можно было наблюдать саму сущность человека. То, как его захватывает собственный труд, как он старается, переделываем неудавшиеся моменты и хмурится, как его взгляд отражает мечту и желание достигнуть идеала. Чимин в такие моменты видел себя в нём, у них обоих была одна и та же черта: стремление к совершенству. Но, почему-то, в последнее время омега потерял это тонкое чувство, присущее тому с детства. И, смотря на Юнги, у него заново появляется вдохновение, мотивация и желание двигаться вверх, к светлому и такому нужному, к своему началу…