Навсегда 18

Чимин недавно почувствовал себя лучше после непродолжительной болезни. Оказывается, из-за того, что он выступил весь мокрый на сцене, парень простудился и слёг с повышенной температурой на несколько дней. Пак хотел было ходить на работу и учёбу, но Юнги его никуда не отпускал, из-за чего омеге было одному дома очень скучно и одиноко, в особенности, когда старший уходил на работу и возвращался лишь под вечер. Сейчас, отсиживая последний урок в школе, мальчишка всё ждал, когда сможет попасть домой, чтобы отпраздновать своё восемнадцатилетие вместе с возлюбленным. 18:35 Юнни~: Во сколько приедешь?

19:01 Уже в автобусе сижу, на дополнительных занятиях был.

19:02 Юнни~: Окей, Жду тебя Юнни~: ❤️❤️❤️ Чимин чуть не завизжал, когда увидел отправленные парнем сердечки на телефоне, ведь альфа очень редко писал что-то такое милое. Мальчишка уже не мог дождаться, когда они вместе со старшим встретятся, как проведут этот праздничный вечер и что будет потом. Приложив смартфон к груди, омега сделал музыку немного громче, закрыл глаза и улыбнулся, не обращая внимания на рядом сидящих людей. За окном картинки сменялись быстро: идущие с работы или учёбы люди, пьяные подростки, многоэтажные дома, кафе и бары. За этим Пак часто любил наблюдать, думать о том, как живут другие, чем занимаются и как проводят время, но сейчас он, кажется, этим насытился и больше не хочет думать о таких вещах, потому что его жизнь наконец наладилась и сравнивать себя с другими уже не кажется такой хорошей затеей. Зайдя в квартиру, Чимин разулся и осмотрелся по сторонам: в доме никто не было. Мальчишка подумал, что альфа, скорее всего, ещё на работе и от этого становилось как-то грустно. Оставив вещи в комнате, омега взял из шкафа рубашку Юнги и пошёл в душ. Поднимаясь по лестнице с восемнадцатью воздушными шариками и тортиком в руках, Мин представлял, как младший обрадуется его приходу, как они посидят вместе и хорошо проведут этот вечер. С улыбкой на лице он зашёл домой, но никак он не ожидал увидеть его малыша в длинной белой рубашке, которая почти ничего кроме торса не прикрывала, всего мокрого и такого… сексуального.  — Привет, Чим-Чим, с днём рождения! — привлекая его внимание, поздравил Юн, разулся и прошёл на кухню.  — Спасибо, привет, — вставая со стула и подходя к старшему, ответил Пак. Мальчишка поднялся на носочки, обхватив шею альфы руками и начал целовать его, чувствуя, как их феромоны действуют на них обоих. Чимин ощущал себя так легко и приятно, будто такое было между ними всегда, почти никакого стеснения перед парнем не появлялось совершенно. Шарики полетели наверх, а торт упал на пол, так как Юнги не удержался и взял инициативу на себя, крепкими руками хватая младшего за ноги, подсаживая его на своё тело. Не отрываясь от поцелуев, Мин потащил омегу в комнату, чувствуя, как всё скручивается внизу живота, как возбуждение подступает всё сильнее и сильнее, давая волю страсти и эмоциям. Чим ощущал тоже самое, ему уже не было страшно или как-то неловко, ему хотелось испытать любовь по-новому, когда их тела соединились бы во что-то цельное, единое. Даже не удосужившись включить свет, Юн кинул паренька на кровать, а сам начинал поспешно снимать верхнюю одежду, немного пыхтя при этом. Чимин смотрел на такого необычного Юнги совсем по-другому. Ему не было дела ни до кого, кроме прикусывающего сейчас губы мальчишки, который только и ждал, когда старший наконец-то прикоснулся бы к нему горячими пальцами, подарил всю свою любовь только ему одному. Когда Мин остался лишь в джинсах, он сел сверху омеги, начиная целовать того, кусая такие сладкие и пухлые губы, одновременно залезая руками под рубашку, гладя тоненькую талию танцора. Постанывая в поцелуй, Чим ощущал прилив неизведанных чувств, которые обволакивали все внутренности, из-за чего терялся всякий контроль над своим собственным телом. Юнги касаниями губ спускался всё ниже, снимая единственную вещь со своего партнёра. Страсть разгоралась как огромный полыхающий костёр, не давая ходу трезвым мыслям в головах, словно ими правили только грешные чувства. Оставляя дорожку из засосов на груди, альфа оторвался от своего дела и посмотрел исподлобья во взбудораженные глаза Чимина, который только и жаждал дальнейших действий Юна. Мин встал с младшего и спешно подошёл к тумбочке напротив кровати, доставая оттуда баночку с лубрикантом и презерватив.  — Малыш, всё хорошо? — от этих слов у омеги прошлись мурашки. «Как он может ещё думать о моих фобиях в такой-то момент?», — произнёс про себя Чим.  — Забей, всё отлично, — подтягивая старшего на себя обеими руками, ответил мальчишка и легонечко поцеловал Юнги в шею, тем самым всё больше и больше возбуждая его. Было ли страшно Чимину? Конечно, да. Страх после изнасилования никуда не исчезал и сейчас парень испытывал подсознательную тревогу, но мятный феромон альфы подавлял эту панику почти всю, так что мальчишке было намного легче с этим справится. Ведь рано или поздно им пришлось бы это сделать, правильно? Да и сам омега совершенно не против, ему уже давно хотелось зайти с Мином немного дальше поцелуев на ночь, но этого не получалось из-за страха перед насилием, либо из-за уставшего от работы старшего. Юн приспустил джинсы с трусами, выпуская оттуда возбуждённый орган, сразу натягивая презерватив. Паку хотелось закрыть глаза и не видеть такого, но взгляд так и застыл на довольно-таки большом члене парня. «А как ЭТО в меня войдёт?», — удивлённо спросил у себя в голове Чимин и всё-таки прикрыл глаза ладонью, не желая видеть всего происходящего.  — Хэй, малыш, — сказал альфа, наклоняясь над лицом истинного и аккуратно убирая его ладонь.  — Всё нормально, — произнёс Чим, уводя взгляд в сторону. Юнги на это большим пальцем провёл по алым губам младшего, немного приоткрывая им рот. Он приподнялся и подхватил омегу под коленями, тем самым приближая молодое тело ближе.  — Если будет больно, то сразу говори, ладно? — сказал Мин, прежде чем войти в Чимина наполовину. От неожиданности крикнув, Пак прогнулся в спине, зажмуривая глаза, и пытался ухватиться за держащие его ноги юнгиевы руки. Первое ощущение было слишком неприятным, но мальчишка терпел, как только мог, сдерживая крики и панику. Альфа видел, что омега корчился от боли, но ничего поделать с этим не мог, ведь и так старался сделать всё аккуратно и нежно. Вцепившись пальцами в красивые упругие бёдра, старший резко вошёл во всю длину, выманив у Чимина сильный крик и жалобные хныки. Наклонившись, Мин сцеловывал текущие слёзы на миловидном лице, переплетая их пальцы между собой на руках и начиная по-тихоньку двигаться. Младший потерял какую-либо связь с реальностью, потому что темнота вокруг и пылающий невидимый огонь не давали здраво соображать и действовать. Пока парень набирал темп, Чим привыкал к ощущениям и уже чувствовал, как ему становится приятно от того, что внутри него двигается альфа. Юнги, кажется, впервые испытывал что-то такое, ведь сексом по любви он не занимался никогда. Да, различие между такими проявления интимной близости огромное, ведь ни о ком он так не заботился, как о Чимине, чувства проявлялись необъяснимые, будто он дотрагивался не до обычного человека, а до самого красивого и редкого цветка. Ему нравилось думать, что омега только его и больше никому не принадлежит, что он единственный на всём белом свете может сделать холодного и злого альфу счастливым. Перевернув младшего на живот, Мин ощущал всеми конечностями, что скоро будет пик того самого наслаждения. Мальчишка уже давно кончил и еле-еле продолжал заниматься любовью, потому что ни руки, ни ноги его не держали, а поддерживали его только крепкие ладони Юнги, схватившиеся за талию. Альфа двигался всё быстрее, выбивая из обессиленного парня под ним громкие стоны, которые так и грели уши, из-за чего внизу живота очень приятно скручивало. Пальцы впивались в кожу, оставляя красные следы после, а в голове сильно пульсировала кровь, не давая ходу каким-либо другим мыслям, кроме как удовлетворить себя и младшего. Чимин кусал подушку и брался руками за постельное бельё, сминая его, будто бы это помогло бы справиться с сильным оргазмом. На мгновение он почувствовал себя таким развратным, услышав сквозь мутную пелену свои стоны, но сделать с этим мальчишка ничего не мог, да и не хотел. Всё шло прекрасно, шло своим чередом. Юнги входил в него всё глубже и резче, из-за чего на всю комнату раздавались пошлые шлепки тел друг об друга и хрипы вперемешку со стонами и криками. Альфа был на самом пределе, поэтому своего истинного вообще не жалел. Выйдя из него и сняв презерватив, Юн надрачивал себе и издавал какие-то странные хрипы, изредка запрокидывая голову назад. Перевернув омегу на живот, Мин кончил на живот младшего, а потом без сил лёг на него сверху, пытаясь отдышаться и придти в себя, собственно, как и Чимин. Оба парня испытали что-то новое, завязывая руки всё туже. Вскоре они уснули и обнимку, шепча друг другу что-то очень приятное на ушко. И, кажется, это был один из лучших вечеров в их жизни… Они определённо становятся всё ближе и ближе, забывая про всякое стеснение и принципы.