Гарем

***

      Первое сентября было очень суматошным. Хотя все вещи и были собраны, трое магов носились по дому, вспоминая, все ли они взяли. Пока старший из них, который по совместительству был отцом бегунов и истериков, не застыл, стукнув себя по лбу. — Я же смогу потом перенестись камином и забрать, если мы что-то забудем. — дети покраснели, поняв, что явно сглупили, и уже через пять минут они с аппетитом если вкусную пшенную кашу.       Гарри быстро сделал сэндвичи с помощью магии, поел вместе с детьми кашу, выпил кофе, наполнил термос чаем и все уложил в безразмерную сумку, которую быстро надел через плечо и взял за руки детей, аппарировав на платформу 9 и ¾. Близнецы с широкими улыбками уставились на алый паровоз, Хогвартс — Экспресс. Поттер улыбнулся, подтолкнув детей, держащий бездонные саквояжи, которые не имели веса. Все-таки Гарри любил своих детей и всегда покупал для них все самое лучшее.       Тем более его новая профессия приносила хорошую прибыль, так как Гарри часто готовил зелья на заказ. И патенты приносили много денег. А в школе ему заранее разрешили экспериментировать и варить любые зелья в свободное от уроков время. Директор Рэддл явно не просто так согласился на все его условия и ему что-то было от него нужно. Поттер лишь надеялся, что он не поступит с ним так же, как Дамблдор. Тем более что сейчас он не мог считаться полноценной омегой. Тем более меченный и с детьми. Гарри теперь был бесплодным и без течек. И ценности никакой не представлял. Только как зельевар.       Поттер отправил своих детей в вагон для первокурсников, а сам направился к машинисту, чтобы сообщить ему, что будет ехать с учениками. Конечно, Гарри не собирался смущать своих детей и мешать им погружаться в новый для себя мир и планировал отсидеться в вагоне для старост.       Так что заняв свободное купе, старосты все равно здесь никогда не проводили свое время, Поттер достал журнал по своему последнему исследованию и стал раздумывать над тем, что еще можно улучшить в рассматриваемом им зелье. Уменьшить ингредиенты? Сократить время приготовления? Нет, это вряд ли получится совершить, но вот повысить эффективность не помешало бы… Гарри так заработался, что не заметил, как дверь купе открылась и на него уставилось двое старост, судя по форме, Слизеринцев. — Профессор Поттер, как я понимаю? — спросил парень. Гарри кивнул, отложив журнал и встал, пожав ему руку и улыбнувшись девушке. — Да, вы старосты Слизерина, как я понимаю? — спросил мужчина с улыбкой. — Школы. — спокойно ответила ему девушка. — Значит, мисс Лестрейндж и мистер Долохов. — с улыбкой отметил Гарри. — Что ж, вы хотели о чем-то поговорить? — Да. — ответил парень, явно занервничав. — В нашей школе почти нет омег, и Директор сообщил, что вы и один из ваших детей омеги, так что… — Вам было интересно? — с улыбкой отметил Поттер. — Присаживайтесь. Я вижу, вы оба омеги, господа. Странный выбор для старост школы. Когда учился я, омегам было запрещено занимать подобные посты из-за опасности для них. — Мистер Рэддл создал новую защиту для школы и сейчас омегам легко существовать с другими. Но нам интересно, как вы стали сначала первым омегой — дипломатом? — А потом и одним из самых известных зельеваров, получившим мастерство беспрецедентно рано и без экзамена? — Ну с первым было много проблем. Думаю, многие узнали, когда обо мне вышла большая статья после моего получения мастерства, что меня продали Султанам, когда я стал дипломатом. — старосты кивнули, помрачнев. — Благодаря этому появились мои дети. И мое желание стать кем-то большим, чем простой омега. Я всегда желал доказать, что я больше, чем инкубатор для детей. Но проблема в том, что с самого моего рождения все считали, что большего от меня ждать не стоит. — И как же вы смогли вырваться? — спросила девушка. — Я много внимания уделял магическим искусствам и весьма в них преуспел. У меня были высшие баллы на экзаменах и Дамблдор предложил мне работу. Но я не думал, что он просто решил иметь под рукой омегу, которой можно будет воспользоваться в политических целях. Что он и сделал, когда увидел, как альфы смотрели на меня. Конечно, оказалось, что я их истинный омега, чего я не ощутил. — Вы были неполноценным? — Поттер поморщился, услышав это обидное слово. — Я считаю, что я был счастлив, ведь благодаря этому я не стал скулящим ничтожеством, которое зависит от своих альф. — резко ответил Гарри. — Извините, мне до сих пор не приятно это вспоминать. — Мы понимаем. Извините, что заставили вспомнить это. Но нам тоже хочется чего-то добиться в жизни. — Слизеринцы. — с улыбкой заметил Поттер. — У вас есть какая-нибудь страсть? — Мы очень хороши в боевой магии. — Гарри кивнул, с улыбкой.       В данное время многое в Хогвартсе изменилось. Добавились новые предметы, которые были более сложными и некогда запрещенными предыдущими министрами. Но в данный момент, Гектор Гринграсс вернул многое в мир магии. В том числе и снял запреты на изучение всех известных отраслей магии. Но вот применять их можно было лишь тем, кто имел реальную предрасположенность. И продолжали учиться в этом направлении. А вот когда ты становишься мастером в любом виде магии, то ограничения были, но только в одном: не убивать и не калечить людей, магов и волшебный существ. — Это редкость для омег. Я был лучшим в трансфигурации и чарах. Зелья были не самым любимым предметом, но вот в итоге вы знаете, что произошло. — заметил Гарри с улыбкой. — Но думаю, что вы можете делать все, что вашей душе угодно. Просто идите по своему пути, не оборачиваясь или смотря по сторонам. — А если семья против? — просил Долохов, поежившись. — Я не общаюсь со своей семьей с пятнадцати лет. Когда я отказался выходить замуж за коллегу своего отца, чтобы объединить наши семьи. Я призвал магию и она помогла мне избежать давления со стороны главы рода. И крестный мне помог в дальнейшем не остаться бездомным. — Это… Мне жаль, что ваша семья так поступила. — сказала девушка, чуть не плача. — Я уже давно это пережил. Не стоит плакать из-за прошлого. Его уже все равно никак не изменить. Ну что ж, на этой ноте, думаю, вам стоит отправиться в купе к первокурсникам и проверить моих близнецов. Скажете потом, как они там? — старосты усмехнулись, кивнув. — Вы хороший отец, мистер Поттер. — заметил Долохов. — Это видно было еще на платформе. — Спасибо. Приятно слышать. — улыбнулся ему Гарри и омеги вышли, оставив Поттера наедине со своими мыслями.       Вскоре поезд стал замедляться и они прибыли на станцию Хогсмид. Гарри схватил свою безразмерную сумку и быстро выскочил из вагона с улыбкой встречая директора Рэддла. Он не ожидал, что мужчина лично встретит его. Но тем не менее пришлось взять его за руку и аппарировать прямо в холл замка. — Я рад, что вы прибыли в школу. — заметил профессор. — Я покажу ваши комнаты. Они на втором этаже. — Гарри кивнул. — Я подумал, что в подземельях вам не захочется жить. — Конечно. — улыбнулся ему Поттер. — Идемте, скоро прибудут ученики, не хочу ничего пропустить. — Рэддл улыбнулся и они отправились в сторону лестниц. — Ваш кабинет будет соединен с классом зельеварения порталом. Достаточно будет пройти через зачарованную дверь. Это придумал наш профессор артефакторики. Он многое улучшил в Замке. — Я слышал об этом. Приятно знать, что Хогвартс становится все лучше. — Рэддл кивнул, указав ему на резную деревянную дверь с молоточком в виде головы льва. — Пароль назовите сами. — Шустрики. — с улыбкой сказал Поттер, глядя на ошарашенного Директора. — А что, вряд ли кто-то догадается. — профессор не сдержал смешок, но все же взял себя в руки, проходя вслед за Гарри в его комнаты. — Домовики принесут все, что попросите. — отметил он. — Вам нужно время, или сразу отправимся в Большой зал? — Сразу. — Гарри кинул сумку на кресло и поправил мантию. — Не стоит тянуть с этим. — мужчина кивнул и они медленно побрели в сторону главной комнаты Замка.       Вскоре они сели за стол профессоров. Место Поттера было рядом с профессором Артефакторики, с самого края. Он с удовольствием разговаривал с ним, все-таки они хорошо были знакомы, так как учились вместе. Теодор Нотт. Кто бы мог подумать? — Начнём распределение. — послышался голос Рэддла. — Мистер Смит, пригласите первокурсников. — мужчина кивнул ему и направился на выход их зала.       Дети явно были не в своей тарелке, судя по их виду. Хотя никто не остался равнодушным, увидев Большой Зал. Он был великолепен. Один его потолок чего стоил: трансляция неба снаружи. Дети восхищенно оглядывали потолок, гобелены, изящные факелы и символы факультетов. На них же внимательно глядели ученики, подмечая знакомые черты лиц в некоторых детях. Чистокровных стало заметно больше в последнее время.       В итоге дети Гарри распределились в Когтевран. Поттер был рад этому, ведь данный факультет был далек от интриг и проблем. Они любили учиться и изобретать что-то новое. И Поттер Гарри был несомненно рад, что в его детях есть эти черты. — Поздравляю. — тихо сказал Нотт. — Твои дети сделали хороший выбор. — Да, я тоже так думаю. — ответил Гарри, улыбаясь и заметив, как внимательно на него смотрит Директор. — Рэддл как-то странно смотрит. — заметил Теодор. — Между вами что-то есть? — уточнил он. Гарри закатил глаза. — Нет. Мои Альфы отметили меня и избавили от необходимости искать кого-то еще, лишив течек и возможности зачать детей. — спокойно сказал Поттер. — Так что мне все равно, кто что хочет. — Нотт кивнул, нахмурившись. — Извини за вопрос. — Ничего. Я привык говорить это. — Но вряд ли от этого легче. — Вряд ли. — прошептал Поттер, горько улыбнувшись и смотря на то, как Рэддл встает, чтобы сделать объявление. — В этом году в нашей школе пройдет соревнование между несколькими школами. Нечто более крупное, чем кубок трех волшебников. Всего будет участвовать десять стран. — и тут Поттер понял, в чем подвох. — Прошу вас встать и поприветствовать представителей этих стран и их чемпионов, которые уже выбраны и будут выступать за их школы.       Когда Поттер увидел, как в двери вошли его Альфы, он думал, что его сердце остановится и больше никогда не забьется вновь. Он видел, что его дети поняли, кто именно идет между столами. И теперь его ждал разговор не только с ними. Но и с Люциусом и Северусом, которые неотрывно смотрели на него. Но только теперь Поттер на своей территории и больше не позволит манипулировать собой и своей сущностью. — Мистер Поттер. — поприветствовали его султаны, садясь рядом. — Принц, Малфой. — ответил им Гарри. — Нам нужно поговорить. — резко сказал Северус, с какой-то жадностью смотря на Поттера, а порой и на близнецов. — Не стоит. — сказал Поттер. — Мое здоровье больше не позволит удовлетворять ваши желания. Если вы, кончено, не желаете моей смерти. — Что? — вскрикнул Нотт. — Я не говорил? Они убили омегу во мне. — Он встал, резко оттолкнув стул, отчего он упал. — Я не голоден. — Он спокойно ушел из зала, вымученно улыбнувшись детям.       Что же теперь ему делать?