Прикоснувшаяся к солнцу

      – Почему?.. – задала неоконченный вопрос я.       – Ты издеваешься? – начал Сан. – Действительно не?..       Я не дала ему и выпалила:       – Нет! Я имею ввиду не это! Почему ты так со мной поступаешь?!       В носу защипало от подступивших слёз, но я не пыталась отвернуться. Мне нужно было узнать истинную причину, а для этого требовалось внимательно наблюдать за выражением лица моего собеседника, чтобы не упустить малейшие детали.       Сан немного отстранился, но не убрал свои руки с моих бёдер, продолжая удерживать меня на столе.       – Не играйся со мной. Я уже говорил…       – Мне всё равно, что ты говорил! – выкрикнула я, и из моих глаз потекли слёзы. – Играюсь! Это я играюсь?! А что делаешь ты прямо сейчас? Почему допускаешь такие отношения? Ты не забыл, какое условие поставил передо мной в тот день? Я не просила тебя это делать! Неужели ты не понимаешь?..       Пока я делала передышку – от слёз в моём горле будто образовался ком – Сан молчал, словно не зная, что сказать. Казалось, мои слова его выбили из колеи. Тем временем я решила продолжить.       – Я действительно не понимаю, почему ты так поступаешь. Твои поступки невозможно объяснить. На выходных, я пыталась понять их, но не пришла ни к чему разумному. Ты не задумывался, что это ненормально? Вот это! – выделила я свои последние слова голосом, имея ввиду текущую ситуацию. – Это не нормально! Ты забыл, кто ты? Или кто я? А может то, какие отношения нас должны связывать?       – А какие отношения, на твой взгляд, связывают нас? Не придумывай. Между нами ничего нет и быть не может.       – Это и пугает! – стерев с лица слёзы, за которыми последовала очередная партия, я просто махнула на это рукой. – Ты… Ты понимаешь, что сейчас делаешь?! Хоть такие, как я ничего не смыслят в романтических отношениях, но даже я знаю, что то, что ты делаешь прямо сейчас считается домогательством. Я не пошла в полицию, я ничего никому не рассказала…       – Не кричи, – строго сказал Сан. – Нас могут услышать. Ты же не хочешь дополнительных проблем? Отвечаю на твои слова. Я не перехожу черту. Если ты не заметила, я делаю всё это исключительно в целях безопасности.       – Безопасности?! – возмутилась я. – Чьей, интересно?! Ради чьей безопасности ты усадил меня на стол перед собой и продолжаешь вытворять неизвестно что?       – Тише, – Сан раздражённо закрыл глаза. – Так было удобнее. Я же сказал: мне нужно видеть твои глаза во время разговора.       – Для чего?       – Для того, чтобы знать, говоришь ты мне правду или нет.       – Тебя послушать, так настоящий психолог, а у самого проблемы с… – начала я, но осеклась и поджала губы.       – Ну, скажи, – властно произнёс Сан и продолжил. – Но я за себя не ручаюсь.       Я не собиралась продолжать. Слова вырвались сами собой.       – Ты просто сумасшедший, который любит играться с чувствами других! Какой нормальный человек станет обнимать едва знакомую девушку, на которую сам же срывался несколько часов назад? Кто полезет к ней в постель, когда…       Если честно, я думала, что он меня ударит или сделает больно, но вместо этого почувствовала на своих губах сладость. Сан целовал меня!       КАКОГО ЧЁРТА ОН ТВОРИТ?!!       Вырваться не было возможности – мужчина подошёл ко мне вплотную и прижал к себе, отстраниться или сказать что-то – тоже. Сан полностью завладел моим ртом. Это был очень долгий и протяжённый поцелуй, во время которого я, не имея возможности к сопротивлению, сдалась. Но отвечать на него не стала.       Когда у Сана закончилось дыхание, он разомкнул наши губы и отпустил меня. Я ненавистно смотрела на его лицо, продолжая сидеть на столе.       – Успокоилась? – спокойно, как ни в чём не бывало, спросил мужчина. – Может, теперь продолжим разговор?       Спорить с ним было бесполезно. У этого человека не было чувства меры. Я решила поскорее покончить с этим.       – Это случилось утром, как раз в тот момент, когда ты вошёл в аудиторию. Хоа издевалась надо мной из-за тебя, а потом решила, что и в её изгнании из аудитории виновата я. Она увидела синяки как раз перед выходом, когда схватила меня за руку. Что-то ещё?       Сан обдумывал мои слова, после чего произнёс:       – Да. Когда Лигай вызовет тебя к себе, скажи ему…       – Иди к чёрту! – грубо сказала я и, спрыгнув со стола, направилась к выходу из аудитории.       – Стой! – крикнул Сан. – Ты должна знать, что говорить! Я не могу подвергать сомнению свою репутацию. Ты не скажешь ему…       У двери я развернулась и, по-кошачьи, посмотрела прямо в глаза мужчине:       – Не переживайте, профессор, ваши гнусные секреты останутся при вас. Я сама разберусь с ситуацией. И ещё кое-что. С этого момента нас связывают сугубо профессиональные отношения. Не смейте меня трогать. Это предупреждение.       Благо ключ был в замочной скважине. Я провернула его и вышла из аудитории, даже не обернувшись. То, как он поступил со мной, было непростительно.       По пути домой я решила прогуляться по скверу. Мне необходим был свежий воздух.       Чувствовала я себя хуже некуда. Голова болела и шла кругом от всех этих ужасных мыслей и переживаний. Я уже не была уверенна, правильно ли поступила. А что, если Сан начнёт гнобить меня после моих слов, даже несмотря на мою угрозу? Он был престраннейшим человеком, каких я не встречала даже в дорамах или книгах. Что с ним было не так?..       – Привет, – услышала я и вздрогнула.       Рядом со мной стоял Хонджун и улыбался. Я удивлённо уставилась на него.       – Что-то забыла? – спросил парень. – Ты так внезапно остановилась и задумалась, что я немного испугался.       – Извини, я… – я попыталась подобрать подходящие слова.       – Задумалась? – помог он мне.       Улыбка не сходила с его губ, и я заметила, что тоже улыбаюсь. Находиться рядом с Хонджуном было так спокойно… На его фоне все негативные мысли показались мне лишь жалким подобием проблем. Вдруг я поняла, что даже не ответила на его приветствие.       – Извини! Я не поздоровалась! Его брови удивлённо приподнялись, но при этом на лице оставалась наивная доброжелательность.       – Ничего страшного, – заверил меня парень. – Мы можем повторить.       На моём лице появилось замешательство. Что он имеет ввиду? Ждать объяснений не потребовалось.       – Привет, Джинхо! – Хонджун поднял руку в знак приветствия и лучезарно улыбнулся.       – Привет, Хонджун… – сказала я, немного смутившись, и стеснительно приподняла руку.       Я не могла скрыть улыбку. Он был таким прекрасно-наивным.       – Куда путь держишь?       – Домой.       – Я, случайно, не отнимаю твоё время? – вежливо спросил парень.       Я вдруг поняла, что хочу побыть с ним подольше, и выпалила:       – Что ты! Конечно нет!       Несколько секунд Хонджун смотрел на меня в замешательстве, наверняка задавая себе вопрос о моей адекватности. Мои щёки порозовели. Не хотелось бы, чтобы он считал меня ненормальной. Видимо, парня позабавило моё смущение, потому что он засмеялся. Смех этот не обидел меня, напротив, мне стало даже чуть легче.       – Если хочешь, я могу составить тебе компанию, – сказал Хонджун, улыбаясь.       Я улыбнулась в ответ и кивнула головой. Мы неспешно направились в сторону моего дома.       – Ты часто гуляешь в этом сквере? – вопрос сорвался с моего языка настолько внезапно, что я едва поняла, что сказала, и запоздало прикрыла рот ладонью.       Хонджун заметил это, но смеяться не стал. Он ответил:       – Почти каждый день. На самом деле, я хожу в больницу к маме.       – Наверное, ты спешишь к ней, – сказала я. – Извини, что отнимаю твоё время.       – Я уже навещал её сегодня. Как раз оттуда. Так что нет, не спешу.       – Как её самочувствие? – вежливо поинтересовалась я.       – Стабильно, – Хонджун посмотрел вдаль задумчивым взглядом, на мгновение сделал паузу, словно решая, должна я знать большее или нет, и всё же продолжил. – Она в коме уже 7 лет.       Я остановилась, зажав ладонями рот. Мне вдруг стало очень стыдно за свои вопросы. У него мать в коме, а я вот так бесстыдно его расспрашиваю.       Словно прочитав мои мысли, Хонджун произнёс:       – Ты не могла этого знать.       Я молча кивнула головой и произнесла:       – Извини. Я не совсем понимаю, каково тебе, но думаю, что когда-то испытывала похожие чувства.       Парень посмотрел на меня, и в его взгляде я прочитала безмолвный вопрос, но Хонджун был слишком хорошо воспитан, чтобы задать его.       На самом деле, я не любила рассказывать кому-то о своих родителях. Может, потому что не хотела слышать наигранное сочувствие, или дело заключалось в недоверии (подобного рода информация была самым верным оружием). С Хонджуном всё было иначе.       Я хотела затронуть эту тему и сказать, что находилась в похожей ситуации и понимала его. Моя мама тоже лежала в коме после автокатастрофы, правда это продлилось недолго – через пару дней она умерла.       – Моя мама… – выдавила я из себя и опустила голову, сделав небольшую паузу, чтобы справиться с подступившими слезами. – Она тоже была в коме несколько дней…       Хонджун не стал задавать лишних вопросов. Он был невероятно понимающим человеком. Вместо этого парень произнёс такие простые слова, так искренне звучащие из его уст:       – Мне очень жаль.       Я кивнула и улыбнулась сквозь слёзы:       – Зато теперь она в лучшем месте!..       Мы расстались возле моего дома. Я могла пригласить Хонджуна на чай, но не сделала этого. Не потому, что боялась, а потому, что он мог посчитать подобный жест грубостью.       Зайдя в дом и плюхнувшись на кровать, я почувствовала себя невероятно измученной и ослабленной. Мои глаза слипались. Внезапно усталость укутала меня своим одеялом, и я моментально провалилась в глубокий сон.