You'll never find calm

      С поездки в Питер прошел месяц - теплый май легко ворвался в жизнь москвичей, неся с собой ветер свободы и жажду приключений. Деревья уже отцвели, но сладкий запах цветов всё ещё кружил голову. Весь мир, вся природа радовались по-летнему теплой погоде, небеса казались особенно яркими, но вопреки всему в душе Дмитрия Беликова царил мрак. Последний месяц выпил из мужчины все соки - долгие и тяжелые разговоры с женой, переходящие в ссоры, большой объем работы, а ещё глупая, но отвратительно мучительная влюбленность в собственного друга и пациента. Первые недели Дмитрий пытался что-либо сделать, но его чувства лишь сильнее укоренялись в нем, потом он сдался.       Док ждал, надеясь, что рано или поздно он сможет вклиниться в привычную колею, в конце концов, он - взрослый мужчина, ему случалось влюбляться в женщин, даже мужчин, правда эта тема до сих пор остается для него запретной. Проблема же этой влюбленности заключалась в том, что она формировалась очень долго, совершая медленный, но необратимый переход от дружбы к любви.       Дмитрий хорошо знал Гошу, даже лучше, чем хотелось бы, при этом знал такое, что, казалось бы, должно было отворотить любую влюбленность еще задолго до её первых шагов, но почему-то именно это знание человека таковым, каков он есть, принятие его тараканов и чертей - стало причиной стремительного сближения. Док не понимал себя - разве можно было смотреть на Гошу так, как он смотрел на него? Этот парень был дерзким, эксцентричным, шумным, хоть и вполне себе неплохим человеком. Штормов относился к тому типу людей, которых Беликов не очень-то любил, а теперь вот. А теперь он ждал сеансов по субботам так, как будто от них зависела его жизнь.       Пока жизнь Дока медленно рушилась, жизнь Гоши, наоборот, приходила в норму - Егор оказался неплохим парнем, который сразу заметил в Штормове потенциал, а главное - он был нормальным человеком и не придирался к Гоше на пустом месте, как предыдущий начальник. Правда, объем работы был больше, но и зарплата у Егора тоже была выше, поэтому Штормова всё устраивало. Его стали реже бесить бытовые ситуации, в чем Гоша увидел хороший знак - ещё немного и можно забыть про приемы у Дока. Беликов был, конечно, классный мужик, но лучше иногда видеться с ним в баре как с другом, чем каждую неделю в кабинете.       Гошу немного беспокоил Док, что-то в нём было не так, но после того, как Штормов вызвал своего врача и друга на слишком откровенный разговор о прошлом, мужчина боялся задавать лишние вопросы. Беликов, конечно же, ничего не сказал ему на этот счет, но Гоша чувствовал, что он влез в то, во что не нужно. Дмитрий вообще был странным в последнее время - он часто смотрел куда-то вперёд, забывая, где находится, а ещё у него появились несвойственные ему привычки, которые не особо бросались в глаза, но всё же были - Беликов становился более тактильным, что сбивало Гошу с толка. Быть может, чёртова депрессия опять не даёт покоя Доку и он так ищет поддержку? В том, что Беликов молчалив и раним, Гоша уже разобрался.       Штормов иногда задумывался о том, чтобы позвать Дока в бар после работы, но что-то его всё время останавливало. В любом случае, молодой мужчина был уверен, что все проблемы Дмитрия исходят из его конфликтов с супругой, об этом Гоше стало известно совершенно случайно. В такой ситуации лучше не ворошить пчелиное гнездо, сходить в бар можно и потом, лучше подумать над своим одиночеством.       Гоша много думал о том, что он хочет дальше. Теперь, когда работа стала сносной, можно было попытаться найти девушку, только вот какую? Штормов не хотел заводить семью прям сейчас - ему в принципе не особо-то хотелось влезать во всё это, но порой ему было одиноко - до противного одиноко, в такие моменты парень часто писал Доку, чтобы отвлечься на дружеские разговоры. Ну и не стоило забывать про потребности своего тела - за последние несколько лет у него не было длительных связей, что также накладывало свой отпечаток.       Решив взяться за поиск девушки серьёзно, Гоша снова зарегистрировался на сайтах знакомств - он не особо доверял такому способу, но подходить в живую было гораздо сложнее. Так уж вышло, что ему никто не рассказывал о том, как правильно вести себя с противоположным полом.       В субботу Штормов пришёл на сеанс психотерапии более дерганным, чем обычно, это удивило и насторожило Дока. - Что-то случилось? - поинтересовался Беликов, вооружившись старым добрым блокнотом. - Пока нет, - теребя край рубашки, усмехнулся Гоша. - Нервничаю просто. - Вот как, в честь чего? - мягко спросил Док. - Позвал завтра девушку на свидание. Знаешь, давно не влезал в это всё и теперь... Сложно.       Дмитрий кивнул, его губы тронула лёгкая усмешка, которая вполне могла бы зайти за жест поддержки, если бы не досадная ирония, которая её вызвала. Что ж, этого стоило ожидать, разве нет? Жизнь Гоши налаживается, скоро ему совсем не понадобится сюда ходить, им двоим станет легче. Конечно, это был самообман, но Док всегда старался быть спокойным. Это была не его первая влюбленность, но было бы неплохо, если бы последняя - устал он от этого всего. - Слушай, Док, а как ты понял, что Ольга... Ну, та самая? - поинтересовался Гоша. На самом деле, его давно интересовал этот вопрос, но не было подходящего случая, чтобы спросить. - Да я особо и не искал ту самую, - задумчиво протянул Беликов. - Я был молод, жил в казарме, а она недалеко, вот и как-то так получилось, что познакомились в продуктовом ларьке. Ольга показалась мне умной и здравой женщиной, с характером и целями - мне тогда было достаточно.       Дмитрий замолчал, он не хотел говорить всего - в армии был парень, в которого Беликов был влюблен - этот парень помог ему пережить смерть отца, его звали Олег. Олег был хорошим приятелем, но он бы не смог принять Диму таким, а Ольга... Она и правда была на него чем-то похожа, пожалуй, эта их похожесть и стала решающей. - Знаешь, Гоша, - вдруг сказал Дмитрий, - в отношениях не бывает "тех самых", просто есть люди, с которыми интересно и которые могут принять тебя. Любовь - это нечто неясное, она проходит, а у некоторых даже не наступает, но вот уважение, доверие и общий интерес - это основа.       Штормов кивнул, он и так знал это или думал, что знал. В любом случае, о таких вещах говорить рано, он даже ничего толком не знает о той девушке - понравится, не понравится - завтра будет видно. В кабинете воцарилось недолгое молчание. Док задумчиво смотрел в окно, покусывая губы, чтобы успокоиться, Гоша не знал о чём спросить, слишком уж он был напряжен. - Ты-то сам чего такой в последнее время? - выпалил Штормов, заметив, что Док снова погрузился в себя. - А? - растерянно произнёс Беликов. - Опять в депрессии? - Нет, не совсем... Небольшие проблемы дома, не обращай внимания. Гоша кивнул, было видно, что Док не хотел говорить на эту тему. Штормов посмотрел на настенные часы - сеанс должен идти ещё полчаса. - Сегодня как-то не особо клеится разговор, - заметил Гоша. - Может, я тебе позвоню и потом все расскажу? Поору, если прикипит. - Да, так будет действительно лучше, - согласился Дмитрий.       Гоша ушёл, оставив Дока наедине со своими мыслями. Дмитрий устало прикрыл глаза, тяжело вздохнув, что ж, ничего страшного, ничего такого, что он бы не пережил. Мужчина попытался укорить себя за свою реакцию - разве счастье для Гоши - это не то, что он действительно хотел? Нет, пока - нет, подобные мысли приходят только тогда, когда собственная надежда приобрести счастье оказывается полностью уничтожена, а его надежда глупейшим образом была жива.       Дома Дмитрия встретила крайне раздраженная Ольга, в последнее время супруги не могли найти компромисс, они оба понимали, что происходит, и оба видели, что у ситуации нет выхода, это был пат. Беликова пыталась достучаться до мужа, уговаривая его успокоиться - он ничего не сможет поделать, но Дмитрий растерянно кивал на её слова.       Беликов и сам не знал, почему так стремительно вёл многолетний брак в сторону разрыва, ведь Ольга всё ещё оставалась его другом, они понимали друг друга, но что-то в нем будто окончательно померкло. Дмитрию хотелось одиночества и тишины. - Снова был сеанс с психом? - довольно грубо поинтересовалась женщина, она не могла хорошо относиться к Гоше, особенно после того, как узнала, что именно этот ненормальный украл покой её мужа. Это был серьезный разговор, состоявшийся через пару дней после того, как Дмитрий вернулся домой из Питера. Беликов не хотел лгать своей жене, ему было тошно осознавать себя лжецом, да и она не была слепой и глупой. - У него есть имя, я уже говорил, - устало ответил Беликов. - Мне всё равно, что у него там есть. Вам нужно прекращать этот балаган, иначе психологическая помощь потребуется уже тебе.       Дмитрий промолчал, а что он собственно мог сказать на это? Жена была права, но ему не хотелось это понимать, ему было невыносимо тоскливо, хотелось выпить или сделать что-то глупое, чтобы отвлечься от тяжести. - Дима, я всё понимаю, но это - не дело, - вздохнула Ольга, садясь на диван в гостиной за креслом, она очень устала от этого подвешенного состояния. Её муж страдал от тоски, затягивая и её в свою трясину, Ольга пыталась сопротивляться, но ничего не выходило, ей казалось, что ситуация уже никогда не придет в норму. - А что ты предлагаешь? - устало отозвался Беликов. - Думаешь, бросить его - это лучший выход из ситуации, а там - пусть, как хочет? Нет, Оля, он в первую очередь мой пациент. - Тогда, как ты вообще до этого докатился? - раздраженно вскрикнула она, на душе было зло и тоскливо. - Я всегда был таким, если ты не забыла, - перешёл в нападение муж. - Это не помешало тебе прожить со мной семнадцать лет! - Мешало, но тогда я мог что-то с этим делать, а теперь - нет. - Чудесно! - воскликнула Ольга, вставая с места, - всю жизнь хотела это услышать.       Женщина покинула комнату, оставив мужа в кресле, он покачал головой. Не стоило говорить так, всё-таки когда-то он и правда был влюблен в неё, да и всегда уважал как друга, женщину и партнера, хоть их совместное проживание и казалось довольно странным. Проблема была в том, что по-настоящему сильных чувств он к ней никогда не испытывал, это была рациональная любовь, разумное партнерство, учитывающее возможность совместной жизни без особых разногласий, по крайней мере, так было с его стороны. Ольга же... Да, она любила его именно так, как он сам никогда не мог.       Несколько небольших ссор и тяжелых разговоров привели к тому, что супруги повременили с разводом, решив пожить раздельно. Дмитрий согласился отдать в полное распоряжение дом, а сам снял себе небольшую удобную квартиру поближе к офису, чтобы таскаться без машины. Развод бы действительно для них слишком большим испытанием, лучше подождать.       Поводом к переезду послужил звонок от Гоши вечером понедельника, где парень красочно описал свидание, не забыв описать, что его девушка всё же немного опоздала, а в ресторане были слишком дорогие цены для подобного заведения, но ему в целом понравилось. Док кивал, шутил, давал советы, но всё это время ему хотелось отключить телефон, после чего упасть на кровать и надолго заснуть.       Переехать удалось в пятницу, Дмитрий не брал с собой много вещей, он пока не знал, что будет дальше. Супруги взяли паузу, решив, что им нужно подумать. Ольга и сама уже была не так уверена в своем желании жить рядом с мужем - его эмоциональная черная дыра поглощала и её тоже.       В субботу Док прибыл раньше обычного на работу, он не выспался, но теперь дорога от дома до работы занимала не очень много времени. Гоша прибыл ровно в одиннадцать часов утра, его лицо казалось немного помятым, видно, парень не так давно проснулся и спешно собирался, чтобы не опоздать. - О, неужели ты научился не опаздывать? - заметил Гоша, увидев Дока за столом. - Вроде того. Садись, пожалуйста.       Штормов присел на кушетку, её коварная мягкая обивка тут же пленила его, вызывая ещё более сильное желание спать. - На что жалуемся? - поинтересовался Док. На самом деле его больше волновал другой вопрос - он решил, что жена права и пора прекратить эти сеансы, да и Гоша, кажется, уже был готов жить без кабинета. - На расположение твоего офиса, - буркнул Гоша. - Через половину Москвы с утра перся. - Оу, ты был у девушки, верно? - Ага. Еле объяснил, что мне очень нужно встретиться с другом.       Док кивнул, было логично, что Гоша не захотел рассказывать ей о сеансах психотерапии. Дмитрий выслушал еще множество претензий своего подопечного, по большей части не понимая, о чем вообще говорит Гоша, в голову лезли совершенно другие мысли. Нужно было ставить точку на всём этом, пока не стало ещё хуже. - Знаешь, Гоша, - начал Дмитрий, когда сеанс закончился, - думаю, что на этой ноте нам стоит распрощаться. - Что? - не понял Штормов. - Наши сеансы. Ты уже вполне здоров и можешь жить нормальной, полноценной жизни.       Гоша уставился на Дока в изумлении. Как так? Они не договаривались об окончании сеансов, что это вообще всё означает? У Беликова снова начали нервы сдавать? - Я понимаю, что ты удивлен, - начал Дмитрий, заметив шокированное выражение лица пациента, - но я считаю, что ты уже здоров. У тебя новая работа, ты лучше справляешься с проблемами, да и девушку нашёл. Всё в порядке, верно? - Да, но, - Гоша хотел что-то добавить, но не нашёл нужных слов. - Может, всё же еще один? - Не стоит, ты действительно здоров, - слегка улыбнулся Дмитрий. Штормов непонимающе посмотрел на психотерапевта. В голове появилось слабое понимание происходящего. - Ты хочешь от меня избавиться, - выпалил Гоша. - Вовсе нет, что ты такое говоришь, - попытался возмутиться Док, но сил разыгрывать сценарий не было. - Нет, я попал в точку. Ты хочешь от меня избавиться, говори! - на последнем слове Гоша повысил голос. - Перестань, пожалуйста, - поморщился Дмитрий. - Я не собираюсь от тебя избавляться, но... - Но? - с нажимом спросил пациент. - Ты правда уже в порядке, просто оставь это.       Гоша не мог поверить собственным ушам, да что происходило, в конце концов! Чего это Док удумал от него убегать. Это разозлило мужчину, ну уж нет, второй раз он это не спустит. - Так, - приказным тоном воскликнул Штормов. - Я отсюда не уйду, пока ты не расскажешь мне всё.       В качестве подтверждения слова Гоша сел на кушетку, скрестив руки, Док тяжело вздохнул. Он не хотел открывать эту тайну, она рушила все его планы. Беликов хотел остаться другом Гоше, но эта правда уничтожит их дружбу. - Ты не хочешь этого знать, - предпринял последнюю попытку Док. - Я сам решу, что я знать хочу, а что - нет! - рявкнул Гоша, отчего Дмитрий вздрогнул. Нет, всё же придется сказать, иначе псих от него никогда не отстанет. - Я не хочу говорить это, Гоша. Это очень личное и касается только меня. - Дудки, если это - причина, по которой ты снова пытаешься меня кинуть, то она касается и меня, выкладывай давай. И только попробуй солгать, узнаю - рожу только так начищу. - Ты мне сейчас и так её начистишь, - мрачно произнес Дмитрий. - Не начищу, - пообещал Гоша, хотя слова Дока сильно насторожили его. - Выкладывай давай.       Беликов вздохнул. Он не знал : рассказывать ли всю историю или оставить так. Впрочем, какая разница? Он уже подписал себе приговор. - Я не могу больше с тобой работать, - честно ответил Док. - Почему? - спросил Гоша, слова Дмитрия задели его. - Потому что мы вышли из рамок пациент - врач, это не позволяет мне относиться к тебе непредвзято. - Мы давно друзья, - напомнил Штормов. - Не будь идиотом, Док! - Это не дружба, - произнёс Док, пытаясь заставить себя говорить ровно. - Ты стал мне не просто другом... Я не хочу говорить. - Говори, - процедил псих, в голове возникла страшная догадка, но Гоша отогнал её от себя. - Я... Я влюбился в тебя и поэтому больше не могу быть твоим врачом.       Док замолчал, скосив взгляд в пол, он не хотел видеть отвращения и презрения на лице Гоши - это было бы слишком тяжело. Псих молчал. Слова Дока прозвучали страшно и ему показалось, будто мир под ногами рушится. - Но ты же... - попытался было сказать Штормов и замолчал. - Женат, да? - горько усмехнулся Дмитрий. - Она знает, всегда знала. Я ... - Вот как, - пробормотал Гоша, начиная ощущать прилив раздражения. Ему хотелось сказать много плохого Доку, но он понимал, что всё это была лишь его защитная реакция.       Гоша закусил губу, чтобы не закричать на Дока, после чего резко встал с кушетки, забрал свои вещи и ушёл, ему нужно было прийти в себя. Дмитрий со страхом смотрел на стремительно уходящего парня, радуясь, что ему не досталось, но в тоже время ощущая сильную душевную боль. Это был конец. Конец их дружбе, конец знакомству, конец всему, а за окном было так ясно и солнечно.