fractured

pov kenny. уши закладывало от сильного ветра. я бежал. бежал, пока не зная куда, лишь бы подальше от дома. я так его ненавижу. свою ебанную квартиру. ебанных родителей. ненавижу. ненавижу. ненавижу. сдохните наконец! они такие тупые. мои родители. мои родственники. соседи. учителя. одноклассники. все они. наверное, дело в самой канаде. какая же это лицемерная страна со своими лицемерными людишками. ее тоже ненавижу. я так хочу отсюда уехать. за дохуища километров, чтобы никто из здешних меня больше никогда не увидел. не-на-ви-жу. в начальных классах нам говорили, что ненависть слишком сильная эмоция, и по-настоящему никто из нас ее никогда не испытает. пиздеж. в начальных классах, мне говорили, что я бездарность. давно уже перестал верить в то, что говорят в начальных классах. все там — ебанный пиздеж и вымывание мозгов маленьких детей. потому что я ненавидел. и ненавижу. я бы добавил, что всегда буду ненавидеть, но надеюсь в будущем я это забуду. и ненависть и свою страну. я очень сомневаюсь, что мои эмоции можно назвать «обидой». или «злостью». потому что это ебаная ненависть.

***

для поздней весны в тот день было очень пасмурно. и холодно. в такие дни ты смотришь в окно и думаешь «останусь-ка я дома». о'нил бы тоже остался, но у него закончился никотин. и, ах да, у него отец тиран. поэтому лучшим решением было прогуляться. просто погулять по своему родном городишке наблюдая за птичками и другой живностью. хотя родным кенни не мог назвать этот город. но гулять он вполне мог. тучи все сгущались над невысокими домами, на что подросток отвечал лишь закидыванием капюшона своей темно-зеленой толстовки на голову. можно было бы провести аллегорию с тем, как он скрывается от всех своих проблем в телефоне, словно под капюшоном. получилось бы красиво, но эта история не была красивой, а по литературе у него была тройка. парень хотел достать свой телефон и написать кому-нибудь хатсуне, но подумав пару секунд, он просто воткнул наушники в динамик смартфона и включил первый попавшийся плейлист. на этот раз его сердце отвлекало от безудержных, в основном, плохих мыслей — «moral of the story». песня была грустной, но навевала приятные воспоминания.

***

дождевая вода, смешиваясь с моими слезами, попадала в рот. скатывалась по моей любимой худи, залезала в карманы и за шиворот, заставляя чувствовать мурашки. даже футболка, находящаяся под ней была будто окунута на полчаса в речку. было правда холодно. мои сожженные и криво обрезанные волосы промокли насквозь и прилипли к моему лицу, только помогая пресной воде смывать остатки макияжа. от мысли о волосах у меня больно закололо где-то в районе груди. не так, как обычно. иногда у меня случались боли в легких. школьная медсестра говорила, что у меня с ними какие-то проблемы, но мои родители никогда не относились к моему здоровью серьезно, поэтому я никогда не был у врачей поэтому поводу… черт. я так не хочу возвращаться домой. только не в этот раз. только не опять. я не выдержу. я больше не выдержу этого ебанного места.

***

магазин, в котором несовершеннолетним незаконно продавали сигареты… был практически каждым в его городе. такой уж у них был город. как в тупых клишированных фильмах, которые ночью показывали по тв, и которые так любил их отец: с хулиганами, пьющими малолетками и ужасно гомофобным обществом. и кто еще более поганый для геев, а, дерри? чтобы дольше не появляться в своей, полной ненависти с обеих сторон, квартире, кенни решил пойти в небольшой старый ларек за две с половиной мили от его дома. две мили прошли для парня за две минуты. интересно, почему в моменты ярости его отца, время будто останавливается? будто кто-то решает посмеяться над подростком и специально, как на заевшей пластинке, повторяет минуту за минутой по кругу, заставляя кенни как можно дольше находиться в этом ужасном ощущении беспомощности и адской боли. зайдя в обшарпанное здание, которое провоняло гнилью и очевидно несвежими овощами, о'нил достал из уха один наушник. в другом играла какая-та из песен «twenty one pilots». как и каждая песня этой группы — мотив был веселый, но лучше не вслушиваться в слова. возможно, впадешь в глубокую депрессию. хотя, кенни это было не страшно. он уже тонет в этом болоте. получив пачку, которая обещала ему яркой картинкой больные легкие, кривые зубы, проблемы с репродукцией и в принципе несчастливое будущее, (которое и без них его ждало) подросток сел на полуразваленную детскую площадку, в ржавые качели, которые скрипели при каждом покачивании. достав из белой упаковки одну сигарету, он поджег ее зажигалкой, которую украл у отца еще пару месяцев назад. стащил в карман пижамных штанов с тумбы, пока тиран орал на каких-то футболистов, не справившихся со своей работой в телевизоре. вместе с дымом растворялись и плохие мысли кенни. подросток на секунду подумал, что гораздо больше хотел бы сейчас выкурить немного другую сигарету, но его немногочисленные запасы, которые он выкупил у какого-то смутного парня из школы в мужском туалете закончились, и пришлось довольствоваться простым «winston». интересно, что вреднее? наверное, само существование о'нила.