Переписать себя

Возьми меня!

      Как я узнала из слов работорговцев, мы приплыли в Турцию начала шестнадцатого века. Земля была твердой, горячей и желанной, Стамбул был сказочно красив, а у нового тела, за которое я сполна расплатилась, был ряд преимуществ и недостатков.       Начнем с хорошего. Ну во-первых, я помолодела почти на десять лет, и стала может и не безупречно красивой, но однозначно лучше, чем раньше. Во-вторых, в комплекте прилагались какой-то сверток и украшения, которые, в прочем, я так и не стала рассматривать, чтобы их, не дай боже, не заметили и не отобрали. В-третьих, я стала хорошо видеть, что не могло меня, всю сознательную жизнь проходившую в очках, не радовать. От моего взгляда не ускользала ни одна мельчайшая деталь, и мир словно наполнился новыми яркими красками. В-четвертых, я стала ощущать все более резко, особенно запахи. Но возможно это просто из-за сухой диеты на которой я просидела в корабле и из-за которой это тело помимо прочей худобы вообще стало похоже на ходячий скелет. Но главное, у меня появились новые навыки, о многих из которых я пока даже не догадывалась. Сейчас я узнала, что могла без труда понимать и свободно думать и говорить на двух новых для меня языках — турецком и персидском. Я пока не разобралась, как это работает, но видимо данные языковые навыки этим телом были настолько отработаны, что понимание шло уже на уровне рефлексов. Тем не менее я пообещала себе глубже изучить этот вопрос, как только выдастся возможность. А в недостатки пока входило только то, что я не знала ничего о теле этой девушке — ни его родителей, ни прошлого, ни даже возраста, и все для меня было в новинку, а еще порой оно меня не слушалось, от чего я чувствовала себя как слон в посудной лавке — вечно запиналась, падала на ровном месте и натыкалась на все подряд. Так мне даже влетело плеткой за то, что я опрокинула и испортила чей-то товар. Я никогда ранее не чувствовала подобной физической боли как от этих ударов, так что едва не потеряла сознание. Мне показалось, она прожгла мою кожу насквозь, а в итоге на моем теле довольно надолго остались яркие жгучие следы.       Долгие часы под палящим солнцем казались вечностью, и от солнечного удара меня ограждала только тонкая сеть ветвей, под которыми мне повезло расположиться. Я оторвала часть подола подлиннее и намотала вокруг головы и на лицо, чтобы спастись от перегрева и лишнего внимания, которым меня удостоили в море. Увидев это, за мной повторили еще несколько человек, что позволило мне хоть как-то слиться на фоне остальных, правда, я заметила, что многие девушки почти у всех работорговцев были выставлены голыми напоказ, но видимо меня все таки не замечали... или просто пока не хотели замечать. Мы просидели так несколько дней. Кого-то покупали. А я сидела и боялась, что и меня тоже купят, боялась попасть в руки к еще более неограниченным принципами, законом и моралью людям. Боялась до тех пор, пока не пришли люди в богатых и очень красивых одеждах и я краем уха не услышала, что они из дворца. Перед глазами сразу всплыли кадры из сериалов, где девушки живут, ни в чем не нуждаясь, в полной безопасности, не считая некоторых интрижек, да еще и могут стать наложницами султана или женами каких-нибудь знатных мужей. В впрочем, последнее меня сейчас не особо интересовало. Но если это действительно люди из дворца, да хоть из самого далекого, где просто нужны служанки, я не могла упустить этот шанс.       Я быстро отряхнулась, сняла платок с лица и аккуратно закрутила его как бандану вокруг головы, чтобы скрыть и уложить грязные волосы и сделать акцент на лицо, пощипала себя за щечки для румянца и покусала губы для естественной яркости. Я даже выползла из своего укромного угла на свет и села в самую невинную и одновременно откровенную позу, лишь бы только меня заметили и вытащили из этого ада, и весь мой полный тоски взгляд так и кричал: «Возьми меня! Забери меня отсюда, ведь мне здесь так плохо!..»

***

      К моему облегчению, меня, как и еще трех довольно симпатичных девиц, уже ранее шедших за покупателями покорным строем, судьба не обошла стороной. Причем мой бывший владелец показывал меня с такими гордостью и энтузиазмом, каким позавидуют многие современные рекламщики. Мне даже показалось, что это не я скрывалась, а он специально берёг меня как лучший товар для продажи таким особам. Но, собственно, и заработал он на мне хорошую такую копеечку, как я поняла по длительности торгов и тому недовольству, с которым за меня расплачивались. Шли мы довольно долго, и на моих босых ногах успели появиться мозоли и ссадины, но это время ничто по сравнению с пройденным этапом. В середине пути нас остановили и тот, кто нас купил громко объявил: — Слушайте и внимайте. Отныне вы являетесь рабами Османской Империи, и личной собственностью султана Сулеймана. Ваша жизнь есть ресурс, который пойдет на благо династии, а ваша первостепенная задача осчастливить нашего повелителя. — пока он говорил, из моих глаз лились слезы, руки сжимались на груди, а на моем языке вертелась только одна фраза — «спасибо господи».       Получается, я не ошиблась, и путь наш действительно лежал во дворец, притом какой!.. Сам Топ-Капы распахнул передо мной свои двери. И если где-то в этом городе, в этой империи и в это время было место, где я смогла бы быть в наибольшей степени уверена за свою жизнь и за свою безопасность, то этот дворец и был этим местом. Так что я с чистой совестью и спокойным сердцем ступила на порог моей новой обитель. — Ну здравствуй, Новый дом…

***

      В сказочных апартаментах дворца находиться было гораздо приятнее и спокойнее. Перенапряженные и ушибленные мышцы изрядно болели. Мне было больно, когда ко мне прикасаются, к тому же после проведенного в рабстве времени, у меня выработался ряд рефлексов, поэтому иногда я непроизвольно одергивалась, когда кто-то поднимал руку или касался меня, что порой вызывало у наблюдателей этой картины или умиление и жалость к бедной измученной девочке, или презрение к тому, кто нас сюда привел. Кстати о нем. Как оказалось, мы, новенькие, были подарком от какого-то бея, «привезенным из Персии специально для султана». Очевидно, он так пытался выразить благодарность за что-то или подлизаться на новый пост. Эх, знали бы все эти люди, что этот обманщик купил меня на ближайшем невольничьем рынке. Но мы ведь не настолько глупы, чтобы разбалтывать кому попало свои секреты. Впрочем в целом обходились со мной довольно хорошо, я бы даже сказала ласково и бережно.       Горячий пар дворцового хамама окутывал меня с головой. Я сидела в углу на мраморном полу с закрытыми глазами, и со стороны наверняка могло показаться, что я заснула, но на самом деле в моей голове крутилось столько мыслей, что я едва успевала их обдумывать. После того, как я узнала от одного из слуг, какая сейчас дата, в уме сразу сами собой начали производиться вычисления. И если сейчас май 1536 года, то султану… сорок три?! По помещению раздался горький, полный разочарования вздох, а вскоре подошли врачи и акушерки, которые начали тщательный для того времени осмотр. Они очень удивились, увидя такое количество синяков на моем теле и истощение, ведь обычно девушек, которых везли на специальном корабле и специально для султана, не обижают и едой не обделяют. После этих слов я даже сильно расстроилась, что мне так «повезло» попасть не на османский корабль, а на борт к каким-то непонятным мутным людям, которые, даже вероятно не мусульмане и ничего не знают о таких понятиях, как честь и достоинство. В итоге я просто сделала вид недопонимающей языка дурочки, чтобы избежать лишних вопросов. Да и в целом никаких болезней у меня не обнаружилось, даже вшей, цинги или какого-нибудь лишая чему я была крайне удивлена, так что мне просто как можно понятнее объяснили, что нужно побольше есть, и что через некоторое время меня еще раз осмотрят.       Конечно же в этом древнем дворце мне очень не хватало душа, но благо царская баня была достаточно велика, чтобы можно было уединиться, и спокойно, наклонившись вниз головой, тщательно постирать свою шевелюру в тазе и хорошенько отмыть все поджилки. Жаль там не было моих шампуней, а еще мне искренне не хватало зубной щетки, так что я просто тщательно потерла свои зубы тканью и прополоскала рот водой. Я провозилась в хамаме дольше всех и даже задремала, ведь здесь в этих клубах пара я впервые за долгое время могла расслабиться. Но меня разбудили, помогли вытраться и проводили в общую комнату. Нам дали чистое ночное белье и еды. Мне дико хотелось наброситься на нее как это сделали остальные девушки, но я со своими современными понятиями решила не налегать, чтобы не начать слишком быстро набирать вес и не вызвать расстройство пищеварительной системы. Я ограничилась сладким щербетом, спрятав на ночь несколько кусочков рахат лукума. После хлеба и воды щербет показался мне настолько вкусным, что на секунду мне подумалось, что я пью божественный нектар. До ночи нас еще пару раз собирала главная калфа, чтобы рассказать о здешних распорядках и правилах и дать наставления, а остальное время девушки общались, веселились, и даже завлекли в эту пустую болтовню меня. Так что к концу дня я успела познакомиться с несколькими милыми, добрыми и интересными девчонками, хотя с непривычки и была несколько скована в общении с ними. Спать на тонком матрасике на полу было хоть и не так удобно, как дома на мягкой ортопедической перине, но все равно гораздо лучше, чем в трюме на голых досках. В этом приятном обволакивающем ощущении чистоты и уюта сон накрыл меня почти сразу. И хоть я еще не представляла что буду делать дальше, но зато уже примерно знала здешние порядки и иерархию, так что в моей голове начал медленно созревать план.