Только ты

      Только тот, кто ждет, может встретиться с нежданным.       Хулио Кортасар. «Игра в классики»       Ей опять стали сниться сны. Обычные сны. Можно было бы назвать их нормальными, если бы ей снова не стал сниться Снейп. Эти сны были путанные, сюрреалистичные и почти стирались из памяти к моменту пробуждения. Гермиона лежала, не открывая глаз, и зачем-то пыталась поймать эти сновидения, запереть в своей памяти: косые солнечные лучи на его коже, рука, касающаяся ее волос, морщинки вокруг глаз, когда он смеется, его смех… В ее душе поселилось беспокойство и томление. И она бы очень хотела избавиться и от одного, и от другого.       Уже прошло больше двух недель с момента, как сняли проклятие, а жизнь никак не хотела выправляться. Гермиона не выдержала и снова отправилась к Ханне. На этот раз она рассказала все, или почти все, назвав сны со Снейпом «тревожащими», но ни слова не сказав, почему они ее так тревожили. Ханна проверила ее вдоль и поперек, но только развела руками.       — Боюсь, я тебе ничем не помогу. Надо звать главного целителя.       — О нет, не хочу, чтобы об этом знало так много народу.       — С точки зрения магической медицины ты абсолютно здорова, Гермиона.       — Но откуда тогда, Мерлин подери, эта тоска? У меня же все отлично, просто замечательно! Ну да, Рон иногда бесит, но… но это же нормально? Джинни говорит, что она иногда хочет Гарри убить, но все равно его любит.       — Ну да, как там шутят про идеальный брак? — улыбнулась Ханна. — Пока одного и того же мужчину хочется то любить, то убить — все хорошо. Главное, чтоб не хотелось развестись.       — Нет, какой развод, — Гермиона сжала виски, — у нас дети и…       — Дети? — Ханна словно ждала от нее каких-то нужных слов.       — Конечно, мы любим друг друга, просто… это же очевидно!       — Ты не думала отдохнуть? Взять отпуск?       — Я не настолько утомляюсь, это раз, а два — что изменится в отпуске? Я все также должна буду думать, где что лежит, кто в чем должен быть одет, следить, чтобы никто не забыл свои любимые игрушки, помнить о сотне разных мелочей и отвечать на миллион вопросов! Все как всегда, просто в других декорациях.       — А если оставить детей твоим родителям или родителям Рона?       — Мы ездили с Роном, он организовал нам романтические выходные. И вот прошло время и я сижу и жалуюсь тебе. Думаю, это не поможет решить проблему. И я ума не приложу, что все-таки делать!       — Ладно, попробуй вот что, — Ханна протянула ей фиал. — Это успокаивающее, очень хорошее, мы прописываем его аврорам на восстановительном лечении. Попробуй.       Гермиона приняла из ее рук бутылек, повертела, подумав о том, что можно было бы спросить Снейпа, что он думает об этом зелье, и внезапная радость о возможности встречи напугала ее так, что она чуть не выронила фиал.       — Попей, — настойчиво повторила Ханна, видя, как щеки Гермионы залил румянец и через секунду схлынул. — Ты что-то побледнела…       — Спасибо. Действительно, нервы ни к черту. Зайду к тебе через неделю, расскажу как я.       — Всегда тебе рада.       Они обнялись, и Гермиона поспешила на работу.       Теперь и работа не радовала. Гермионе стало казаться, что все ее инициативы, весь ее энтузиазм — все это повторение истории с освобождением эльфов просто на ином уровне. И все ее успехи ничтожно малы. Она приказывала себе не опускать руки, говорила, что даже маленькие достижения — это лучше, чем ничего, что она делает то, что никто не делал до нее. А идти неторенными путями всегда тяжело.       И еще этот галеон! Она каждый вечер, готовя одежду на следующий день, перекладывала его. Она твердила себе, что пора его выкинуть и не выкидывала. А вдруг? Но что могло случиться вдруг теперь? Двенадцать лет она о Снейпе не думала и сейчас не собиралась. Она верила, что скоро жизнь вернётся в свою колею: он исчез из ее жизни, не собирался возвращаться в магический мир, и ей он был совершенно не нужен. И все-таки она снова и снова брала в руки галеон и не могла его выбросить.       В тот вечер Рон опять уснул без нее, потому что ей требовалось проверить новый законопроект, который был написан таким языком, словно составители задались целью специально запутать любого, кто попробует в нем разобраться. И какая разница, что законопроект нужен был к четвергу, а завтра только суббота? Быстрее начнешь, быстрее сделаешь…       Гермиона посмотрела на часы — было четверть двенадцатого. Она взяла платье, встряхнула его, привычно вытащила из карманчика галеон, чтобы переложить в карман свежего платья, которое она собиралась надеть завтра и вздрогнула: галеон был не просто горячий, он чуть ли не раскалился добела! Гермиона стояла и смотрела на галеон, а сердце ускоряло бег.       Она сделал глубокий вдох — спокойствие никогда лишним не бывает — тихонько вошла в спальню, Рон безмятежно спал, заглянула в детскую — все было тихо. Она быстро натянула на себя платье и переместилась.       Портал перенес ее в какой-то бар, явно магический и явно где-то недалеко от Лютного, судя по виду тех, кто в нем сидел. Сам Снейп стоял у стойки.       — Что слу… — она подошла к нему и только потом поняла, что он сильно пьян. Для человека, у которого была разодрана одежда, на скуле расцветал знатный синяк, а костяшки рук разбиты до крови, Снейп был слишком расслаблен. И до ужаса похож на того Снейпа, которого она помнила по снам.       — Гермио-о-она, — он распахнул объятия и пошатнулся. — Какими судьбами? Что тебя сюда за-занесло? Выпьем? Ты же любишь бордо? Эй, парень, — он повернулся к бармену, — бордо у тебя есть?       — Навалом, — ответил молодой гоблин, зыркнув на Гермиону и красноречиво приставив ладонь к горлу, — только тебе, Снейп, хватит.       — Налей ей, — Снейп посмотрел ей прямо в глаза, но ощущение было, что он ничего вокруг не видит.       — Где мы находимся? — обратилась Гермиона к бармену.       — Паб «Усы гоблина» (1), — ответил он, не торопясь выполнять заказ Снейпа.       Гермиона не раздумывая выпустила патронус.       — Гарри, нужна твоя помощь, паб «Усы гоблина».       Гарри появился через пару минут. Снейп к этому моменту стоял, тяжело опираясь на стойку. Видимо, запас его сил почти иссяк.       — Дракл всех задери… — Гарри подошел к Снейпу, — это…       — Да, это Снейп и, судя по всему, он уже давно тут… веселится, а я не знаю, что делать.       — А как ты… — начал Гарри, но Гермиона его перебила:       — Давай завтра обо всем поговорим. Мне нужно домой. Ты можешь его куда-нибудь перенести?       — Да, на Гриммо. Вот Джинни удивится!       — Да уж! А как обрадуется! Может, лучше в гостиницу?       — Ну нет, — Гарри взъерошил прическу. — Ха, Снейп!       — Как знаешь. Я приду утром, все равно мы собирались к вам.       — Хорошо, давай! — Гарри кивнул и подошел к Снейпу, тот поднял на него мутный взгляд и явно не узнал. — Надеюсь, сэр, у вас крепкий желудок, потому что сейчас мы аппарируем, — Гарри крепко взял Снейпа за локоть, и они исчезли.       — Джентльмен вам не должен? — спросила Гермиона бармена.       — Нет-нет, — гоблин продолжал протирать бокалы, словно ничего и не случилось. — Это я ему остался должен огневиски, но думаю, он не в обиде.       Гермиона кивнула и вышла на улицу.       Почему Снейп воспользовался галеоном? Почему он вообще тут появился и в таком виде? Что происходит? Ночь была благословенно прохладной, и хотелось стоять под звездным небом, вдыхать терпкий воздух и верить, что впереди только лучшее. Когда так случилось, что за ежедневными заботами и делами она перестала замечать все то хорошее, что ее окружало?       Гермиона аппарировала. Дома никто не заметил, что она отлучалась, все так же мирно спали в своих кроватях. Она разделась и тихо легла в постель, но уснуть не могла. Она была зла на всех мужчин разом: на Снейпа, потому что он обещал, но не выбросил галеон, а вместо этого воспользовался им, мало этого — устроил внезапное и шумное появление в волшебном мире, и теперь все знают, что он жив! Она была зла на Рона, потому что не могла рассказать ему всю правду: Рон был умным, кто бы что ни говорил, но вспыльчивым и резким, а значит, пока она будет ему все объяснять, он сто раз обидится и уйдет, а у нее нет сил его успокаивать и нет желания бегать и доказывать, что она ни в чем не виновата. И на Гарри она тоже была зла! Почему аврорат пропустил возвращение Снейпа? Сразу видно, он не сидел тихо в одном баре, даже подрался. И где были доблестные авроры в этот момент? Или в драке воскресшего Снейпа нет ничего интересного для аврората?       Она поднялась в библиотеку, встала у окна.       — Чего ты хочешь, Гермиона, — спросила она свое отражение. — Чего ты хочешь?       И не смогла ответить.       На следующее утро она встала сосредоточенная и спокойная. Она хотела, чтобы в ее семье все было спокойно — она не позволит никому, никакому Снейпу, рушить свою жизнь. Какие бы причины ни привели его обратно в магический мир, максимум, что они могут — стать добрыми друзьями. Да и то вряд ли. В любом случае, они взрослые люди и, значит, могут вести себя спокойно, в рамках приличий. Все, что было — осталось в прошлом, в прошлом, которого и не было по большому счету.       Гермиона собрала детей и собралась сама, может, только чуть-чуть тщательнее, чем делала это обычно. Рон пообещал прибыть к Поттерам так быстро, как сможет.       — Послушай, — она задержала его, когда он был готов шагнуть в камин. — Вчера мне пришлось уйти…Так вышло, что Снейп жив и он связался со мной... в общем, он сейчас на Гриммо... и я…       — Жив? Снейп? Связался с тобой? Ничего не понимаю, ладно, родная, я дико опаздываю. Там уже пришла новая партия китайских дракончиков-огнеметов. — Он чмокнул ее в щеку и чуть ли не прыгнул в камин.       По крайней мере, она ему все сказала. Если его это не взволновало — тем лучше.       Гермиона проверила все ли взяла: Хьюго расстроится, если они забудут «настоящий» меч короля Артура, а Рози вообще отказывалась куда-либо идти без зайки Ми. Все было на месте, Гермиона взяла детей за руки, и они шагнули в камин.       Джинни уже ждала их. Дети убежали в детскую к Джеймсу, а мамы прошли на кухню.       — Итак, ты ничего не хочешь мне рассказать? — Джинни налила им чаю и сложила руки на груди точь-в-точь, как это делала Молли.       — Не хочу, — честно сказал Гермиона, — но понимаю, что придется. А где Гарри?       — Скоро будет. Сама понимаешь — возрождение Снейпа! Министерство стоит на ушах, хоть сегодня и суббота. Все эти восстания из мертвых немного напрягают, а за двенадцать лет спокойной жизни все как-то расслабились… Но не переводи разговор. Я знаю, что это ты его нашла. Я слушаю.       — Мне снились сны, со Снейпом, — со вздохом начала Гермиона. — Не кошмары, конечно, но я себя чувствовала после них ужасно. Я стала думать о том месте, где в моем сне был дом Снейпа и… в общем, оказалось, что он есть в реальности. Я туда аппарировала и чуть на голову Снейпу не упала. Снейп помог мне разобраться с проклятьем, а я пообещала никому о нем не говорить. Все.       — Ясмина Роули? Так значит, там был замешан Снейп?       — Ты знала про Ясмину?       — Конечно, Гарри рассказал сразу, но без подробностей, типа — она что-то там наколдовала, но все пошло наперекосяк и теперь у нее проблемы.       — Если бы Снейп был мертв, я бы тоже умерла, просто не проснулась бы.       — Ничего себе!       — Я не хотела никого волновать!       — Что бы ты сказала мне, если бы я оказалась на твоем месте?       — Ничего хорошего, — Гермиона улыбнулась. — И уж точно не разговаривала бы сейчас с тобой так спокойно.       — Цени! — Джинни наконец-то села рядом. — Почему ты не хочешь дать возможность тебе помочь?       — Не знаю, — Гермиона вздохнула. — Есть вещи, с которыми надо разбираться самому. Это все пройдет. Ерунда. Снейп не буянил, кстати?       — Нет, мне сперва показалось, что Гарри приложил его обездвиживающим, но нет, это он сам так вырубился. Это ж сколько надо было выпить? Если честно, до спальни мы его левитировали. — Джини прыснула от смеха. — Дурдом какой-то — пьяный в стельку воскресший Снейп на Гриммо двенадцать! Смешнее не придумаешь.       Гермиона тоже засмеялась.       — Может, надо его проверить?       — Сходи, я не рискну. Я еще как-то не готова к таким встречам, а у тебя опыт общения с ним как-никак.       Гермиона поднялась на второй этаж, прошла в гостевую спальню. Снейп спал, растянувшись на боку по диагонали кровати, как был — в джинсах и футболке. Его лицо было спокойно, прядь волос упала на лоб…       Гермиона тихонько присела рядом, уговаривая себя, что сердце так бьется из-за слишком быстрого подъема по лестнице.       Что она хотела увидеть? Нет, она не была в него влюблена, но… но она знала, что могла бы, она знала, что в другой реальности оказалось, что они почти идеально подходят друг другу. Если бы не те сны! Ей бы в голову никогда ничего подобного не пришло! Но как теперь было забыть? Как было не думать о том, что его руки — вот эти руки, с длинными, нервно подрагивающими во сне пальцами, гладили ее тело.       Гермиона тяжело вздохнула и встала — в дверь заглянули.       — Привет, — Гарри вошел и уставился на Снейпа. — Это Снейп! До сих пор поверить не могу! Ты бы знала, что он натворил вчера. Две драки, куча каких-то совершенно нереальных обещаний. Хорошо, что вроде как до непреложных обетов не дошло! Но разборки ему все равно светят, он одному министерскому дал в глаз. Помнишь, такой склизкий — Вайнштейн? — он всю войну где-то отсиживался. А потом громче всех призывал покарать зло! Свидетели говорят, он знатно получил от Снейпа. — Гарри снова взъерошил волосы. — Снейп! Ну надо же!       Снейп застонал.       — Сходи, пожалуйста, за водой и антипохмельным, — попросила Гермиона. Она могла бы сходить сама, но оставлять Снейпа с Гарри ей казалось не самой удачной идеей. Это вчера Снейп не соображал, кто и куда его уводит, как он прореагирует сегодня — кто знает.       Снейп повернулся на спину и снова застонал, уже громче, приходя в себя.       Гарри принес зелье и воду и ушел, дав возможность ей попросить Снейпа не распространяться на тему их общения.       Очнувшийся Снейп смерил Гермиону хмурым взглядом, ушел в ванную и пришел ничуть не в лучшем расположении духа. Она набралась смелости и спросила, что произошло, но он, как она и ожидала, только огрызнулся. И все-таки он согласился остаться, спуститься вниз, и даже известие, что он в доме Гарри и скоро должен прийти Рон, его не сильно смутило. Возможно, он изменился? — подумала она и сама себя одернула. — Разве она знала, каким он был?       Гермиона ушла, дав ему возможность собраться с силами.       Он спустился минут через десять с таким видом, словно это они были у него в гостях, при чем он их не приглашал.       — Добрый день, — сказала Джинни любезно, — чаю?       Он кивнул и сел за стол.       — Гм, — Гарри поправил очки, глядя на Снейпа, — мистер, э-э-э, Снейп. Я рад, что вы в добром здравии, но… Министр хотел бы поговорить с вами и… и я бы не советовал вам уклоняться от этого разговора. — Он вздохнул и выпалил: — Как-то вы неожиданно вернулись, и это вызвало кучу вопросов! Министр немного офи... удивился, надо бы его навестить.       Снейп угрюмо кивнул еще раз.       Джинни поставила перед ним чашку чая, молочник со сливками, тарелку горячих бутербродов, от которых шел восхитительный аромат.       — Вас так долго не было. Путешествовали? — Джинни села напротив Снейпа. — Как здорово! Я бы тоже хотела, но пока у нас не получается: то работа, то дети… — Джинни замолчала в расчете, что Снейп подхватит такую приятную и нейтральную тему, но он только пожал плечами.       Звякнул дверной колокольчик, и в дом ввалился Рон.       — Гарри, я тут. Гермиона здесь? Она мне утром что-то сказала, будто Сн… — Рон застыл на пороге, глядя на живого Снейпа с раскрытым ртом. — Я думал, она шутит, — добавил он потрясенно. — Профессор?       На лице у Снейпа не дернулся ни один мускул, он продолжал молчать, видимо, рассчитывая, что все должны объяснить другие.       — Простите, — Гермиона вышла, уводя за собой Рона.       Через пять минут они ругались так, что наверняка было слышно не только в доме, но и на улице.       — Почему ты мне не сказала раньше? Нет, не сегодня, когда деваться некуда! Почему? Что тебе такое снилось, что ты рванула искать Снейпа?       — Рон! Я не рвалась его искать! Это вышло случайно! — она изо всех сил старалась сохранить спокойный тон. — Я сама очень удивилась, столкнувшись с ним нос к носу. А потом он помог мне разобраться с этим проклятием!       — Так ты с ним еще и общалась не один раз!!!       — Ты ведешь себя, как ребенок!       — Конечно! А ты ведешь себя всегда правильно! Общаешься за моей спиной с этим… с этим…       — И что? Я не хотела тебя тревожить, я могла умереть, если бы он оказался мертв!       — Ты не хочешь, чтобы я тебе помогал! Ты хочешь, чтобы я приносил домой деньги и не отсвечивал! Тебе от меня ничего не надо, совсем ничего! — Рон уже орал. — Я ухожу! Не буду мешать! — и он вылетел на улицу, так хлопнув дверью, что сотрясся дом. В детской заревели дети, и Гермиона, проклиная все на свете, бросилась туда.       1) Поводом для названия паба послужило неуёмное желание англичан давать пабам чудаковатые названия, а прообразом послужил паб «Усы моего папаши». Паб под названием My Father’s Moustache находится в городке Лаут на востоке Англии. Видимо, усы у папаши были настолько хороши, что в честь них был назван целый паб!       В нашем же случае у всех известных нам гоблинов вовсе не было усов, но это не значит, что их не было ни у кого из этих волшебных существ, а раз так, то почему бы не увековечить это необычное для гоблинов украшение внешности в названии паба!