Нити судьбы

Я уже неделю живу от лица наблюдателя в этом теле и мне чертовски скучно. Я даже не могу моргать самостоятельно, не то что влиять на что-то или хотя бы говорить с девочкой. Единственное моё развлечение – это лазать по её воспоминаниям и наблюдать за повседневной жизнью. Но мне это надоело уже на второй-третий день. Первые два дня я раскладывала по полочкам мою прошлую жизнь. Думала над тем, что я сделала не так и как пришла к тому, что в свои семнадцать уже мертва. На самом деле довольно спокойно отнеслась к своей смерти, что очень странно. Ну да, мои «друзья» – долбаёбы. Да, «по приколу» толкнули под поезд в метро. И да, так я умерла и оказалась здесь. Гораздо больше меня волновало, что делать дальше и зачем я вообще здесь нахожусь? Но пока я искала ответ на этот вопрос, ничего интересного или хотя бы чуть-чуть объясняющего ситуацию не случалось. Мне оставалось только ждать, и, чтобы не умереть от скуки, едко комментировать всё, что происходит вокруг. Этот день ничем не отличался от всех остальных, если можно так сказать. К моей милой Рей все время подбегали девчонки и мальчишки, чтобы узнать про своего «суженного». И кстати об этом, я ещё в первый день заметила, что Рей видит какие-то странные нити, и без лишних раздумий я выудила из её памяти разговор с матерью на эту тему.

|Flashback|

Молодая женщина, чьи черные волосы ниспадали с плеч тёмным водопадом, сидела на веранде небольшого дома посреди леса и плела золотой тонкий шнурок. Внезапно из-за сёдзи высунулась маленькая черноволосая девичья головка. Малышка какое-то время мялась за спиной матери, а потом, на что-то решившись, шлёпнулась рядом. — Мамуль… Я… Я вижу какие-то странные нити на мизинцах людей, когда касаюсь их! — девочка зажмурилась и опустила голову, ожидая сама не зная чего. Мать отвлеклась от своего занятия и погладила девочку по голове. — Все в порядке, солнце, это просто способность девушек нашей семьи. Мы видим красные нити, что связывают мизинцы людей, предназначенных друг другу судьбой. Обычно эта пара основывается на романтических связях, но иногда связаны могут быть лучшие друзья или брат с сестрой. В основном нити красные. Это значит, что с обоими людьми в паре все в порядке. Если нить чёрная, значит один из пары мёртв. Синяя говорит о том, что один из пары собственноручно убил другого, либо был виновен или причастен к его смерти. Я точно знаю, что наш дар можно развивать. Со временем ты начнешь их видеть, когда захочешь. Тебе не придется даже касаться человека, но это все лишь придаток к основной нашей силе. Если ты найдешь человека, что предназначен тебе, то начнешь видеть золотые нити. Они связывают два запястья одного человека. Это нити жизни и чем тоньше нить, тем ближе смерть человека. А если ты перережешь нить особым клинком — ничирин, то человек умрет. Самое главное, Рей-тян, если увидишь человека без нитей, беги со всех ног. Это не человек, а демон. Раньше… Раньше девушки нашей семьи обязательно становились охотницами на демонов, но я не пожелала себе такой жизни, поэтому просто сбежала из дома, встретила своего суженного и осела здесь. И тебе такой жизни не желаю, поэтому мы здесь, живы, смерть не дышит нам в спины, мы не живем на острие ножа и счастливы… Мой дар очень слаб, не то, что у моей матери или сестры. Ты можешь его развивать, если хочешь, раз ты начала видеть их в таком малом возрасте, значит, твои способности сильны… — девочка внимательно слушала слова матери, а когда та закончила, то кивнула и серьезно произнесла: — Не переживай, мамочка, я всегда буду рядом с тобой, а потом найду своего суженого и у меня будет больша-а-а-а-я семья! — девочка показала объем своей семьи руками и засмеялась, а затем убежала играть с друзьями, не осознавая в полной мере серьёзности материнских слов.

|End flashback|

Такие вот дела. Мать сказала, что в этом мире есть какие-то демоны. Причин ей не верить нет, ну кроме здравого смысла, конечно. Но какой может быть здравый смысл, если я после смерти попала в тело тринадцатилетней девочки из явно древней Японии и своими чужими глазами видела те самые нити? Поэтому, на всякий случай, в демонов я поверю, мало ли… Кстати говоря, дар девочка действительно с тех пор развивала. Теперь она может видеть нити, не касаясь людей и даже научилась отличать чужие нити от нитей своих знакомых и видеть их избирательно. Сама толком не знаю как это происходит. Просто приходит понимание, кому эта нить принадлежит, причем и ей, и мне. Как я уже сказала, день прошел как обычно, разве что под вечер подошёл один мудак, который сдавал в аренду лавку на рынке. Ух, если бы вместо Рей была я, то давно бы хорошенько ему врезала. В прошлой жизни у меня с такими придурками разговор был коротким. От своих одноклассниц я отличалась крепким телосложением и обостренным чувством справедливости. Такой себе терминатор в юбке. Частенько дралась, в основном защищая кого-то, но моей репутации лучше от этого не становилось. Поэтому остальные девочки меня не особо жаловали. Но мне хватало и общения с парнями. Впрочем, когда мы немного подросли, многие наконец поняли, что я не такая уж плохая. Мы преспокойненько пошли домой, по дороге захватив еды. Но на подходе к дому моя чуйка заорала благим матом. Рей, кажется, тоже что-то почувствовала, и мы понеслись на всех парах домой. Девочка пулей забежала в дом и от того, что мы там увидели, мы обе знатно охренели. Наш милейший братишка Тсуки весь перепачканный в крови доедал мать, громко чавкая. В этой суматохе я и не заметила, что теперь телом почему-то управляю я! — Матьф тва-оую налево! — рот с непривычки не слушался, как и остальное тело. С секундой промедления я вылетела во двор дома и благодарила всех богов за то, что семейство Тоцука не стала строить забор вокруг дома. Со всех сил я драпанула куда-то в лес, даже не понимая, куда бегу. Тело все еще плохо поддавалось мне, так что я собрала лицом все ветки и запнулась о каждый корень. На секунду обернувшись, я увидела брата, который с феноменальной, не свойственной ему скоростью, несся за мной. Запинка о неучтенный в этом лесу камень стала для меня фатальной. Брат оттолкнулся от земли и напрыгнул на меня сверху пытаясь вгрызться в мои внутренности. Выглядел он жутко: три пары глаз с красной склерой и жёлтой радужкой, ужасный оскал на лице, гигантские клыки, с которых капала слюна вперемешку с кровью, всё кимоно было в той же крови и с клочками органов. Только сейчас я поняла, что у меня в руке есть ручка, оторвавшаяся от корзины с едой. Недолго, вернее, совсем не думая, я воткнула её в пасть существа, что недавно было братом Рей. Так как Тсуки был намного меньше моего нынешнего тела, хоть и банально сильней, я перевернула его, нависая сверху. Твою мать! Чертовы длинные волосы застряли под демоном! Именно поэтому в прошлой жизни я носила короткую стрижку! Я скривилась от боли, а Тсуки воспользовался ситуацией и снова оказался сверху. Волосы освободились, но брат внезапно увеличился в размерах, а ручка в его зубах переломилось, давая мальчику возможность вцепиться в моё тело клыками. Мой же дикий крик раздался на всю округу, едва я зажмурила глаза. Снова умирать было страшновато. Не хотелось чувствовать ту же боль, тем более я живу в этом теле всего лишь неделю. Брызнула кровь, что полностью забрызгала мое лицо. Боли почему-то не было, хотя во время моей прошлой смерти, если я правильно помню, она была просто невыносимой. Так бы я и лежала дальше, если бы не раздался грубый женский голос: — Ну и чего разлеглась? Я осторожно открыла глаза. На мне лежало обезглавленное тело брата Рей, а рядом стояла женщина в фиолетовом хаори странной, видимо, военной форме под ним. Я скинула с себя по ощущениям уже мертвое тело и с горем пополам поднялась. Находясь в полной прострации, осмотрела себя. Старое нежно-голубое хаори было перепачкано в земле и крови, как впрочем, и персиковое кимоно под ним. Я заметила на краю кимоно ошметок, кажется, кишок и к горлу подкатил ком, сдержать который мне всё-таки не удалось. Меня тут же вырвало в ближайшие кусты. Лицо женщины в это время не излучало совершенно никаких эмоций. Я даже поразилась, это ведь надо ещё так уметь. Я подняла голову из кустов и хотела протереть рот краем хаори, но как-то побрезговала, в итоге обтерев рот рукой. — Ум… И что мне теперь делать? — немного отойдя от шока, я наконец обратила внимание на женщину. Моя натура точно бы не пережила обычной спокойной жизни в чёртовой Японии, как я успела выяснить, эпохи Тайсё. Сомневаюсь, что одиноких маленьких девочек без катаны на поясе тут во что-нибудь ставят. Всё дороги ведут в квартал красных фонарей и то, если лицом вышла, и меня такое категорически не устраивает. Тем более, эту жизнь я не то что бы настолько сильно ценю, что не могу рискнуть ей ради спокойной жизни других людей. Умерла один раз, умру во второй. Да, умирать не особо хочется. Больно это, но страшного в этом, на самом деле, ничего нет. Почему бы не стать охотником? Тем более мать говорила, что раньше все женщины нашей семьи шли именно в эту профессию, а значит я могу быть полезной! Демоны на самом деле существуют, как я успела убедиться на себе. Не из-за плохого же климата брат себе лишние две пары глаз отрастил и на людей стал кидаться с желанием сожрать. Я могу защищать людей. Этой фразы достаточно, чтобы я пошла в эту, если можно так сказать, профессию. Я думала об этом ещё когда впервые услышала о демонах, но возможности управлять телом не было. Да и Рей с семьей были живы. Сомневаюсь, что смогу нормально жить, точно зная о существовании демонов, что в любой момент могут напасть на меня или моих уже скончавшихся близких. Тем более, я смогу защищать людей от этих тварей и никто больше не столкнётся тем же что и Рей… то есть я. — Хм… Я так понимаю, ты хочешь стать охотником? У тебя на лице всё написано. — женщина хмыкнула и усмехнулась. Ох… Чувствую, что меня ждет что-то похуже, чем стать юдзё или ойран. Боже, нет, что я несу?! Никакие ужасы не сравнятся с продажей собственного тела за деньги. Ни в коем случае. Я уверенно кивнула женщине в ответ. — Ну что ж… Тебе повезло встретить взращивателя, так что следуй за мной. Я живу на горе Танугава. Путь отсюда не близкий, но если сможешь добраться до неё вместе со мной, то я возьму тебя в ученики. Я еще раз кивнула и произнесла: — Давайте отправимся утром. Хочу похоронить семью и убрать дом. Та утвердительно моргнула и куда-то пропала. Я же вздохнула, подняла кимоно Тсуки и понесла его в дом. Когда зашла туда, меня вновь стошнило от вида распотрошенной госпожи Тоцука. Нд-ам… Я пошла в сарай на заднем дворе и отрыла там лопату. Поспать этой ночью мне вряд ли удастся, хотя очень хотелось бы. На том же заднем дворе росло сливовое дерево, которое уже отцвело и было покрыто несозревшими плодами. Хоронить семью Тоцука я решила под ним. Три ямы я копала очень долго. Рей плохо питалась, отчего тело её было очень слабым. В итоге моя спина чертовски болела, как и руки. Впрочем, как и всё остальное. Я вернулась в дом и нашла там огромный кусок белой плотной ткани. В него я завернула тело госпожи Тоцука и аккуратно, насколько это возможно с моими физическими данными, уложила тело в яму посередине. Дальше было проще, в ямку поменьше уложила кимоно и хаори Тсуки. После этого я сбегала в дом, чтобы найти другую одежду, ибо эта была перепачкана в земле, крови, траве и многом другом. Надевать кимоно Рей не хотелось. Во-первых это было неудобно, а мне завтра резвым бегом нужно было отправляться в горы. Во-вторых мне просто не очень нравится ходить в длинной юбке. Первым делом я помыла голову простым мылом в тазике с водой. Скажу вам честно, делать это чертовски неудобно! Но лучше, чем ходить с красно-буро-серыми сосульками вместо волос. Затем я пошарилась по вещам в доме и нашла чёрные штаны странного покроя. Кажется, их называют бохо и они точно лучше, чем юбка в пол, поэтому я примерила их и, что удивительно, они мне подошли. Сверху пошла в ход белая, мужская, но маленького размера рубашка. В шкафу у госпожи Тоцука я нашла старое хаори сине-сиреневого цвета с геометричным узором треугольников и такие же гетры. Всё это впоследствии было надето на меня и смотрелось не так уж убого. Завершающим элементом были деревянные дзори и носки с двойным пальцем под ними. Не очень-то привычно, но это Япония эпохи Тайсё, так что нужно соответствовать. Да и против нового стиля я ничего не имею. В доме я так же нашла зеркало и осмотрела новую себя. Первое, что зацепило мой взгляд, были волосы, они хоть и были чистыми, но кровь почему-то въелась в них, поэтому они стали красно-бурыми на кончиках. Новая одежда сидела более-менее неплохо, разве что была немного большевата, но выбирать не приходится. Заключение: что ж, мне нравится. Старое кимоно Рей отправилось в третью могилу. Всё это я забросала землей, бросила на них последний печальный взгляд, за что-то тихо извинилась и ушла спать. Спала я недолго, около часа или двух, ибо уснула я только примерно в пять часов утра и проснулась в семь того же дня. Убрав мешающие длинные волосы в хвост сзади, я завязала их шнуром, но спереди все равно вывалились две пряди. Без тугих резинок, честно говоря, очень тяжело живётся. На кухне я нашла парочку старых онигири, которые тут же отправились в желудок. Не прошло и получаса как я проснулась, когда сёдзи отворилась, и в комнате появилась женщина, что спасла меня вчера. — Выдвигаемся. – сухо бросила она и захлопнула дверь. Я аж онигири подавилась! Брать мне с собой было нечего, но перед выходом мой взгляд упал на тонкий красный шнурок, что лежал на столе в комнате Рей. Неопределённо хмыкнув себе под нос, я подошла к столу и взяла с него шнурок, осматривая. Самый обычный и ничем не примечательный. Взять, что-ли, на счастье? Да, всё же возьму, вдруг пригодится. Я обмотала шнурок вокруг запястья и в последний раз вышла за пределы родного дома.