Нити судьбы

Ночь прошла в бреду. Кажется, меня трясло, или же кто-то тряс меня, впрочем, может быть и всё вместе. Тело всю ночь неестественно выгибало, сначала было невероятно жарко, потом морозило и ещё вроде тошнило. Ощущалось всё очень и очень смутно, будто через пелену, но вот что я точно запомнила, так это ужасную боль. Лёгкие жгло адским пламенем, словно внутри поселился гигантский дракон и раздувал огонь во все стороны. Зеницу подскочил сразу же, как начались мои страдания. Вечером, находясь в состоянии аффекта, я толком и не заметила ничего. Тело само заблокировало все нервные окончания, ночью же я смогла прочувствовать всё сполна. В сознании всё перемешалось: взволнованный Зеницу, разбуженный посреди ночи сенсей, медсёстры из поместья Грома и вся эта боль. Иногда я урывками приходила в сознание, пила какие-то лекарства и вроде бы блевала. Но всё это сложно назвать полноценной жизнедеятельностью. Окончательно пришла в себя я только чёрт знает когда. В моём состоянии следить за временем было и сложно, и бесполезно. Оно ощущалось тягучим, словно патока, из-за этого минута в моём восприятии могла растянуться в часы. Когда я открыла глаза, на табуретке рядом с моей кроватью сидел блондинчик и дремал. У него, кажется, начинает входить в привычку присутствовать во время моих побуждений. Главное, чтобы не убежал, как в прошлый раз. За окном только-только выглядывало солнце, значит, сейчас примерно шесть утра. Моё тело было покрыто бинтами, смазанными в какой-то отвратительно пахучей мази. Мазь Зеницу мне определённо нравилась больше. Я начала потихоньку разматывать бинты на руке, где сделать это было проще всего. Под бинтами оказалась всё та же мазь и почти зажившие трещины на коже. Я тихонечко сползла с койки, чтобы не разбудить Зеницу. Не хотелось тревожить парня, он и так меня тут целыми днями и ночами караулил. Я аккуратно сняла с себя одеяло, Агацума шевельнулся, будто услышал, но не проснулся. Неужто у него такой острый слух? Я перевела тело в вертикальное положение на кровати и слегка поёжилась перед тем как ступить голыми ногами на холодный деревянный пол. Всё же не май месяц на дворе, да и утренняя прохлада неплохо бодрила. Встала я на пол так, что ни одна досточка не скрипнула, всё-таки это тело, ставшее за год своим, было невероятно лёгким. Так же дошла до двери и, решив не рисковать, резко открыла её. Та не подвела и отворилась без скрипа, позволяя мне покинуть здание госпиталя максимально тихо. Думаю, Зеницу не разбудила. Когда покинула больничное крыло, на меня нахлынуло чувство разочарования. Я села на крыльцо и начала тупо пялиться вдаль. В голове хаотично роились мысли, будто беспокойные пчёлы, то и дело ударяясь о стенки моей черепушки. И что я за охотник такой, если не могу победить в тренировочном поединке какого-то зазнавшегося мальчишку?! Итак провалялась в бреду хрен знает сколько времени, а ведь это были деревянные мечи! Страшно представить, что было бы, будь у него в руках настоящий меч. Этот придурок Кайгаку совсем без тормозов! Несмотря на то, что мне хотелось его проучить, будь я сильнее, то не стала бы доводить до такого. Хренов нарцисс, лишь бы самоутвердиться за счёт слабой невинной девушки. Нет, ну всё, хватит прибедняться, я сама нарывалась… Хоть и его вина в этом есть! Большая часть вины. Я шлёпнулась на порог и обречённо выдохнула. В поместье Грома было чрезвычайно неуютно, даже на горе я чувствовала себя лучше. Здесь пустота внутри ощущалась ещё более остро. До этого жизнь в бешеном вихре тренировок не давала мне хорошенько задуматься о том, зачем я вообще здесь нужна, но вот в поместье Грома эти мысли посещали меня всё чаще и чаще. В общем-то с момента моего появления ничего особо странного не происходило. Ни критических ситуаций, когда всё зависит лишь от меня, ни сложных выборов, которые могут изменить всю жизнь. Мне, понимаете ли, просто не верится, что я заменила сознание Рей просто так. Всегда должна быть причина. Но сейчас мне кажется, что будь вместо меня любая другая девушка, ничего бы не изменилось. Слишком сложно судить, да и не думаю, что нужно. На самом-то деле есть ещё более насущная проблема, чем моё предназначение, а именно: моя слабость. Совершенно очевидно, что дыхание Луны мне не подходит. Я пыталась говорить об этом с сенсеем, но тот лишь отмахивался или игнорировал меня. Он вообще довольно пассивный человек и предпочитает говорить лишь по делу. За целый год совместного проживания я узнала о нём минимум информации, и то большинство в первые дни общения. Но однажды он серьёзно и страшно на меня зыркнул – его чёртова привычка, бросающая меня в дрожь, – и сказал, что то, что я освоила хотя бы одну ката является невероятнейшим достижением. Дыхание Луны по сложности сравнимо с Дыханием Солнца, а им за всю историю владел лишь один человек. Стоит ли показывать на человека с завышенными ожиданиями к себе? Думаю, и так всё ясно. Я выдохнула, отгоняя от себя глупые мысли, всмотрелась в восходящее солнце и шёпотом произнесла: — Хочу ромашковое поле и моти со вкусом чая, а не вот это вот всё… — Хочешь моти, Рей-чан?! Подожди секундочку, сейчас сбегаю на кухню! Их, кажется, вчера готовили, да! Я-я могу отвести тебя, если ты так хочешь! Нужно будет пересечь реку вброд, но вода ещё холодная, и я могу перенести тебя на руках, если ты не против! – я аж подскочила от этой неожиданной тирады за спиной. Обернувшись, я увидела Зеницу, который, кажется, уже был в своём розовом мирке. Потому что няшной аурой от него несло за километр. Я снисходительно хмыкнула и взяла в руки меч, собираясь отправиться на тренировку. Всё-таки пиздостраданиями многого не добьёшься. Руку неприятно саднило от соприкосновения дерева с повреждёнными участками кожи. Я взглянула на свои ладони. Разве такими должны быть руки юной девушки? Верный ли я сделала выбор, когда пошла за женоподобным мужиком в фиолетовом хаори? Подумай я об этом раньше, то, возможно, сейчас бы плела шнуры где-нибудь далеко отсюда и бегала на свиданки с парнями. Нужно ли мне на самом деле всё это? Постоянные тренировки без продыху, стёртые ладони, покалеченное тело, смерть, дышащая в спину? — Так ты идёшь, Рей-чан? Я уже принёс моти! – Агацума мило улыбнулся, представляя моему взору целую тарелку моти. Я кинула взгляд на меч в руке, затем на тарелку моти и Зеницу, снова на меч, на Зеницу. Меч полетел в сторону. — Подожди пару минут, Зеницу-кун, сменю больничную рубашку на что-нибудь более презентабельное! — тот кивнул в ответ, аж засияв от счастья, будто до этого был уверен, что я откажу ему. А я убежала в комнату с широкой улыбкой на лице. Тренировки безусловно важны, и путь охотника хоть и сложен, но стал частью моей жизни. Отказаться от всего этого сейчас, значит предать себя, Тацуя-сенея и всех тех людей, которых я могла спасти, но не спасла. Путь охотника невероятно сложен, полон рисков и опасностей, но разве не об этом я мечтала? Хотя, даже несмотря на это, всем ведь нужно иногда остановиться и передохнуть, чтобы начать бежать вперёд с новой силой.