И вот я здесь

Собираться он начал в тот же день. Осторожно и неприметно для чужих глаз. Вещей у Соласа было не много, однако он решил выждать хороший момент, чтобы быстро скрыться от храмовников, что наверняка не желали выпускать отступника дальше вытянутой руки. Тем более живым. — А ты уверен что стоит…? — так и не договорив последнее слово Варрик немного заёрзал, но Солас и без того его понял. Гном сидел за столом в таверне Убежища, эльф же дожидался здесь наступления темноты. Краем глаза Солас оглядывался в сторону окон, было видно, что солнце уже почти зашло. Скоро ему придётся выдвигаться, однако до этого он хотел проверить кое-что ещё. — Наши подходы к решению проблемы разошлись, — он говорил тихо, пусть таверна и была полупустой, а люди, что сидели неподалёку, громко судачили о своём, маг решил предостеречься. — Сам понимаешь. Гном, нахмурившись, кивнул. К удивлению Соласа, Варрик так же не одобрил выбор Искательницы, отправившей Лавеллан на казнь. Оба понимали, что решение это было необдуманным, оба понимали что ничем хорошим это не сулит, и оба не могли ничего с этим поделать. По крайней мере, тогда. — Что делать собираешься? Маг слегка удивлённо округлил глаза. Над этим вопросом он думал долго. Дорога отсюда до Вал Руайо не близкая. Её можно было пройти дней за пять, если лошадь была. Долийку отправили утром, вместе с несколькими храмовниками и священником, сам Люциус отправился в цитадель Теринфаль, забрав с собой большую часть подчинённых. Что хорошо. Догнать и разобраться с маленьким отрядом рекрутов проблемой не было, путь он так и не приловчился к новому устройству магии в этом покорёженном мире. В сравнении с тем, что делать дальше проблемой это уж точно не было. Правда, Варрику об этом знать было совсем не обязательно. — Постараюсь исправить всё сам. Это всё что я могу сказать, — ответил он уклончиво, в последний раз глянув в окно. — Позволишь совет? Тебе тоже стоит уходить, — проговорил он. Отстранившись от стены он двинул к выходу и, не разворачиваясь, добавил. — Прощай. Ступая украдкой, он быстро прошёл в лачугу, где оставил свои пожитки. Взяв рюкзак, он закинул его на плечо и, выйдя, прислушался. Ни голосов, ни позвякиваний чужой брони, ни неестественного хруста снега поблизости не было, а потому он начал пробираться в сторону хижины на другой стороне Убежища, периодически останавливаясь и прислушиваясь снова. Войдя, осмотрелся. С утра, похоже, ничего не тронули. Хорошо. Кровать, на которой несколько дней лежала долийка теперь пустовала. Стол и стулья, где до этого были нагромождены кучи книг и зелий здешнего травника, тоже. Он обошёл комнату, всматриваясь. У ножек стола лежала небольшая сумка, подняв её, он нахмурился. По краям виднелись едва заметные выжженные росписи, не похожие на человеческие. Да, похоже это её. Пожитки долийки забрали ещё до того, как кинули её в темницу. Она пару раз упомянула об этом когда они поднимались к храму священного праха. Их следовало вернуть. Он приоткрыл сумку, внутри была аккуратно сложенная карта, записная книжка, бинты и куча всякой всячины, рассматривать которую времени не было. Он закрыл её и, переложив себе в рюкзак, двинулся в сторону ворот с той же спешкой. Было тихо. Все жители давно попрятались по своим палаткам или в таверне. Однако он, даже не выйдя за пределы ворот, заметил нескольких храмовников, явно поджидающих его снаружи уже некоторое время. — Ни с места, эльф, — один из них вышел и встал напротив него. По обоим сторонам храмовника стояла пара подчинённых и ещё один поодаль. Все, кроме одного, держали мечи, дальний — лук. — Магам запрещено покидать убежище без разрешения леди Пентагаст. Он хмыкнул. Ну конечно. Кассандра наверняка подсуетилась после их распри утром и решила удержать его силой. Если не убить. Солас выпрямился, подняв подбородок и не отрывая от храмовника глаз. — Вы меня больше не увидите. Я не хочу драться, просто дайте мне уйти, — прозвучало это не как просьба, а скорее приказ. Храмовники не сдвинулись, он тоже. Стоявший напротив кивнул на эльфа: — Взять его. К нему кинулось двое с кинжалами. Среагировав, эльф метнул в одного каменный снаряд, тот отлетел, выронив оружие. Лучник прицеливался. Второй подобрался ближе. Едва не успел выжечь ману, как насадился на ледяные копья, что маг создал из снега, заодно заслонившись от стрелы. Маг наугад бросил горсть ледяной энергии в лучника. Но она разбилась о щит подоспевшего сообщника, так и не попав в цель. Вторая стрела вдарилась в лёд. Третья. Приближался их капитан, держа наготове щит. Маг копил ледяной заряд в ладонях. Четвертая. Ледяные копья рассыпались и в одночасье маг приморозил лучника к земле. Воин замахнулся мечом. Солас, увернувшись, прибил его к земле завесной силой. В глазах на миг помутнело. Он мотнул головой. Мана заканчивается. — Добейте его! Солас рванул к воротам. Отбитый кулаком храмовник уже поднялся. На шатающихся ногах он двинул за эльфом. Маг концентрировал стрелу энергии в ладони. Подоспев, храмовник занёс меч над головой. Солас пригнулся и, разворачиваясь, вспышкой продырявил ему голову. — Ублюдок! Из двора послышались шаги. Проклятье! Едва отколовшийся от льда лучник натянул тетиву. Солас, рыкнув, вдарил его по голове каменным кулаком. Он обернулся в сторону последнего, который остался во дворе. Оттуда же показались солдаты Инквизиции, Каллен и тот храмовник. Увидев до сих пор живого мага командор инквизиции нахмурился. Похоже, не только Кассандра приложила руку к этой западне. Солас невольно поморщился. — Убейте отступника! — закричал Каллен. К эльфу двинулось несколько солдат. Этот бой он не протянет. Выход был один. Начав копить энергию маг уворачивался от нескольких замахов солдат. Последний удар чуть не прошёл по его шее, и его сдержанность снесло. — Хватит! — он создал волну энергии, оглушая находящихся вокруг. Люди, даже те, что были в шлемах, хватались за голову от звона в ушах, выронив оружие. Наконец-то! Маг парой шагов разбежался и превратился в ворона, улетая всё дальше от Убежища.

* * *

Повозка трясётся, ударяясь о камни на припорошённой снегом тропинке. Лавеллан слегка подскочила от второго такого же удара. Цепи громко звенят между собой, оседая на деревянном полу, неприятно зажимаясь на запястьях. Затхло, темно, одновременно и душно и промозгло. Гилайн устало потёрла глаза. «Грёбаные цепи.» Её губы пересохли, а веки слипались. Казалось бы после трёхдневного сна усталости должно быть не в одном глазу, однако она и забыла как задремала. Тело, то ли от холода, то ли от беспокойства начало слегка подрагивать. Игнорируя это, долийка села на пол и, потянувшись, осмотрелась по сторонам. В небольшие щели между досками просачивались едва слышный свист морозного воздуха, от которого у неё мурашки по спине шли. А вместе с ним и тусклые лучи восходящего солнца, немного освещающие всё внутри. Её везут уже второй день не останавливаясь. Ещё вчера она скрупулёзно, настолько, насколько это можно было сделать в полутёмной кабинке, рассматривала узлы связывавшие её ноги. Просто смешно, из этого любой ребёнок за пару часов выпутается, у неё это заняло бы от силы несколько минут. Однако решила с этим повременить. Стоило выждать подходящий момент чтобы дать дёру. Сбежит слишком рано — придётся грести сквозь горы снега неизвестно куда с пустыми руками, слишком поздно — попадётся на глаза людям, а они её и за так тесаками зарубят. Однако колёса повозки зачастили натыкаться на камни на тропе, которые обычно скрывал под собой снег, при том что холодом всё ещё веяло. Голосов же, кроме своих конвойнёров, она ещё не слышала. Вероятно, скоро они приблизятся к Долам. Глубоко вздохнув долийка сжала зубы. Дрожь откатывала, а по груди прошлось едва заметное тепло. «Пора». Она начала быстро выпутываться из петель, перевязывающих её лодыжки. Пришлось работать осторожнее, чтобы не растормошить храмовников раньше времени. Ещё немного и верёвка оказалась на полу. Теперь сложнее. Кандалы. Она развернула к себе правую руку. Из центра ладони всё так же лился противный зелёный свет, а сама метка выглядела, словно ей порезали кожу. Она застыла, смотря в глубь "раны". Как это случилось? Это ведь магия? Так почему она ещё жива? Её неоднократно спрашивали, помнит ли она Конклав, она и сама пыталась вспомнить. Однако за исключением пары размытых образов, в голову ничего не приходило. Она бы и рада была наврать в слепую, про взрыв, про избранность, о чём угодно, и пусть из этого можно было бы извлечь выгоду… как-то противно было от такой лжи. Пусть ей и не было дела до людей, их верования и без того принесли её народу слишком много проблем, но ей было бы просто гадостно врать самой себе. Она сконцентрировалась, ловя мельчайшие перебои света. И только она начала всматриваться, как свечение стало накаляться. Оно нарастало всё сильнее, заливая зелёным светом стены, а вместе с тем нарастала и боль в ладони. — Fenedhis! — она зашипела, перехватив запястье, словно накаляющаяся магия вместе с кровью пойдёт дальше по руке. Метка, словно в такт сердцебиению, пульсировала болью. Сжав челюсти, она рявкнула, сдавив руку сильнее и боль начала понемногу откатывать. — Что там происходит? — послышалось извне. — Пойди глянь, — после этих слов повозка остановилась и послышались неспешные шаги. Сердце пропустило удар. Это шанс. Может такого больше не будет. Плевать на боль. Она схватила большой палец всеми остальными и резко потянула. Другой рукой с силой стащила наручник с левой руки и, сев на одно колено, выжидающе уставилась на дверь. Резко скрипнув петлями, дверца открылась. Впереди стоял храмовник, не торопясь заходить внутрь, он всмотрелся в небольшую фигуру сидящей у противоположной стены эльфийки, что, поджав голову, буквально сжалась в комок. Она держала левую ближе к телу, обвивая её правой, словно убаюкивая, и смотрела на него уставшим взглядом. Позади храмовника никого, отлично. Он сделал шаг внутрь. Другой. «Чуть ближе». — Вста... Она подорвалась вперёд. Схватила его за шиворот и рывком потянула внутрь. Храмовник попятился, чуть не упав. Забежав за спину, не закованной рукой она схватилась за другую сторону кандалов и резко потянула, обвивая чужую шею цепью. Он выдавил хрип и схватился руками за оковы. Снаружи послышались топот и крик храмовников, перемешанный с лошадиным ржанием. Нет-нет-нет! Храмовник попытался скинуть её с себя, но она лишь сильнее затянула кандалы на чужой шее. Что-то с силой ударилось о деревянную стену. Что происходит? Издалека слышались крики и лязг металла. Человек пригнулся, не отпуская рук от кандалов на шее, и выпрямился, делая шаг назад, ударив долийку спиной о стену. Она зашипела и крепче схватилась за железку. Да давай уже! Из горла того вышел свист и он начал обмякать. Рокот грома с каждым мгновением всё нарастал. Снаружи донеслось металлическое дребезжание и взрыв. Храмовник свалился лицом вперёд, утаскивая за собой долийку. Выдернув из-под него цепи, она напряглась. Минуты не прошло, как она слышала бойню, но всё словно замерло. Глаза бегают по всей комнате, тело оцепенело. Она прислушалась. Тихо.

* * *

Солас в очередной раз осмотрелся и осторожно прошёл к двери. Земля вокруг была всклокочена от града метеоритов, призванных им. Снег забрызган чужой кровью. Ни один из вмятых в землю вокруг храмовников не двигался, но получить удар в спину он всё же не хотел. Этот бой отнял у него добрую часть сил. Он осторожно потянул за ручку. Дверь, заскрипев, открылась. — Ты в порядке? — напротив, замерев, стоит «Вестница», придерживая немного сползшие кандалы. Рядом, в стороне, бездыханно лежит храмовник. Она перевела взгляд на мага и, подняв обе руки и растопырила пальцы. Кандалы слетели на пол. Кому-то, похоже, нравится показуха. — Можешь выходить, — он отошёл от повозки на несколько шагов. Только выйдя наружу она сделала глубокий вдох и размяла шею. Оглянувшись, Лавеллан заметила разбросанные по снегу трупы. Хмыкнув, она, как ни в чём не бывало, отвела взгляд на метку на руке. Солас тоже. Метка светилась сильнее обычного, что не удивительно. Его магия наверняка причинила ей дискомфорт, но это был единственный шанс её найти. Ещё раньше он, осматривая ещё в Убежище, пытался изъять хоть часть силы, что дала ей сфера. Однако похоже метка навечно въелась долийке в руку, и он не сможет… хм. Большой палец был как-то неестественно сдвинут. Он присмотрелся и заметил расползающееся рядом синеватое пятно. Так вот, значит, как она руки выпутывала. — А тебя… — она посмотрела на него искоса, но, так и не договорив, отвела взгляд. Прислала ли его Лелиана? Или ещё кто из Инквизиции? Похоже она и сама поняла ответ. — Нет, не важно. Она взяла жмень снега и растёрла уставшее лицо. — Я ушёл из Инквизиции. Мне их методы не по нраву. — Так… как ты нас догнал? — она смотрела на него исподлобья, потирая шею сзади. Похоже он настораживал её куда сильнее чем судьба Инквизиция. Лавеллан зашла под тень, что отбрасывала повозка, и присела на её ступеньки. — Порой, будучи бродячим отступником, учишься некоторым хитростям, — он фальшиво усмехнулся, стараясь отшутиться. — Да таким, что и следов человеческих за нами не видно? — она насмешливо изогнула бровь. Поняла, значит? Странно, он не помнил, чтобы у долийцев сохранились знания о трансформации в форму животного. Следует быть внимательнее. — В любом случае, — она отряхнулась, — не стоит мне тут распинаться, ты же мне помог, — и слегка наклонила голову в полупоклоне. — Спасибо. Эльф слегка вскинул брови от удивления. Долийка, «последняя из Элвен» благодарит какого-то плоскоухого мага? Что ж, это что-то новое. Особенно учитывая с какой резкостью она отвечала той же Кассандре. — И всё же я здесь не за этим, — он кивнул на её руку. — Я уверен, что только с помощью метки возможно закрыть тот разрыв. Однако не я этой меткой обладаю. Что ты собираешься делать? — Понятия не имею. Сам знаешь, Инквизиция отдала меня на казнь, а теперь ещё и Орлей будет меня выискивать. Что бы я не сделала, это не останется незамеченным. — Вероятно, — он решил надавить на неё. — Ты получила невероятную силу, какой никто не обладал столетиями. Более того, если ты не сделаешь ничего, орда демонов рано или поздно до тебя доберётся и убьёт. Если метка не сделает этого раньше. — Как это вообще возможно? — спросила она резче и грубее, как когда она только оклемалась после Конклава. К ней постепенно возвращалась живость. — Я не маг! — Чтож, ты сейчас сидишь здесь живая и почти невредимая, кто бы что ни предполагал, не так важно «как», главное что это возможно. По крайней мере до того, как Брешь находится в неустойчивом состоянии. — Сука… — она опустила голову и нахмурилась сильнее, из-за чего от шрама на переносице протянулась неестественная морщина. — У меня ведь не получилось закрыть Брешь, так? — Не до конца, да. — Откуда уверенность что я могу это сделать? — она говорила устало и в какой-то мере резко. — Думаю, если несколько магов направят в тебя заряд энергии, можно будет усилить твою способность, — она задумчиво хмыкнула и потупила взгляд. — Сколько? Примерно. — Парой-тройкой не обойдётся. Две дюжины минимум, — Лавеллан прошипела что-то себе под нос. Она потёрла виски и, положив лоб на ладонь, нахмурилась. Дела и правда плохи, это и дурак поймёт. — К слову, — он отвлёк её от размышлений, открыв рюкзак. — Это ведь твоя? — Солас вытащил сумку. — Да! — чётко сказала она. Встрепенувшись она достала карту. И задумчиво вздохнула. — Почти на половине пути к Орлею. С лошадью можно добраться за пару-тройку дней. Солас всмотрелся в карту. Кое где совсем мелко и тускло были расписаны разные заметки. Количество дней от Морозных гор до окрестностей Вал Руайо и от Старкхэвена к берегу у Виммаркских гор. Тамошние и Ферелденские порты. Пара мелких деревень неподалёку. Видно, она и сама собиралась отправиться в Орлей после Конклава. — Как бы там ни было. Я хочу помочь. — Как-то не заметила в тебе альтруизма, — прищурившись, она подняла бровь. — Тогда стоит присмотреться повнимательней, — серьёзно проговорил он, скрестив руки. — Брешь угрожает всем, и, если у меня есть возможность предотвратить наступающее безумие, я хочу ей воспользоваться. Она продолжила всматриваться в карту, словно и не слышала его. Однако же встрепенувшись подняла глаза. — Почему нет? — она мирно пожала плечами. — Я не в том положении чтобы носом вертеть, — Она поднялась и отряхнула одежду. — Пошли. Они обошли повозку. Лучи утреннего солнца палили почти прямо в глаза и Солас слегка прищурился. Он перевёл взгляд на долийку, что старалась прикрыть глаза рукой. Странно, её зрачки, похоже, от света солнца, отливали бардовым. Он не мог понять, мутация ли это или результат кровосмешения Элвен с людьми. Странно. Лавеллан вытянула из упряжи лошадей и оглянулась на повозку, окружённую несколькими мёртвыми телами. — Можешь это сжечь? — Их всё равно найдут. — Но угли-то снег прикроет лучше, чем вот это всё. Кивнув, он начал концентрировать огненную вспышку на ладонях. Спустя пару минут и тела и деревянная повозка уже вовсю догорали магическим огнём. Его легко хлопнули по плечу, что он вздрогнул. Долийка держала повод от одной лошади, отдав её, сама залезла на вторую. — Не будем тратить время. Нам туда, — она кивнула дальше по дороге. Дожидаясь мага, она спросила. — Они случаем ничего нового о взрыве не узнали? Пока я три дня полудохлая валялась? Подозреваемых там или источник взрыва? — Сомневаюсь, что они доверили бы такую важную информацию неизвестному отступнику. — Ты не ответил. — Я ничего не знаю, — ложь, наглая и гнусная. И всё же стоило лучше узнать взгляды «Вестницы Андрасте». Её мышление и повадки. В будущем это может оказаться весьма полезным. — У тебя есть предположения? — услышав вопрос он отвела взгляд и сдвинула брови. — Я думала об этом ещё когда проснулась в тюрьме, — к его удивлению, размышляя она говорила не так грубо как обычно. — Взрыв явно непростой. Пусть я и не видела гномий порох в работе, но сомневаюсь что он сгодится. Даже кунари так не смогли бы, — она ухмыльнулась и качнула головой. — Особенно кунари, — от этих слов он прыснул, даже не притворяясь. — Зато. Слыхала я об одном маге в Киркволле. Он целое здание на воздух поднял, — Лавеллан слегка повернулась к нему. — Руины той церкви я, кстати, сама видела. Но разрывов там не случалось. — Орлесианский круг распался, — заинтересовавшись он поддержал разговор. — По крайней мере, я так слышал. Подозреваешь их? — Нет же. Круговые маги до жути забитые. Они и от чуть большей вспышки уже портки мочат. Да и смысла особого не вижу. Маги-то на конклаве тоже были. — Соответственно? — он даже заинтересовался. Куда её уведут такие размышления? Что ещё важнее, нападёт ли она на нужный след. — Поэтому подступает другой вопрос. Зачем? — долийка нахмурилась и уже тише заговорила. — Этот взрыв явно рассчитывался на то, чтобы посеять хаос на юге. Хмм… — Солас ухмыльнулся. — Может и совпадение, — сощурившись, Лавеллан качнула головой. — Но пока что я знаю только одно: место, где маги хорошо обучены, и кому будет выгоден здешний переполох. И кто довольно давно мог бы точить зуб на Орлей. — Подозреваешь Тевинтер? — Да, — в точку. Почти. — А им это зачем? — она уж точно не сможет предугадать мотивы древнего тевинтерского магистра, о существовании которого и знать не могла, и всё же интересно… — Пару веков назад Тевинтер крупно воевал с кунари и после ослаб. Орлей решил этим воспользоваться, но те отбились, — она вгляделась в даль, раздумывая. — Круг расформирован и Верховная жрица мертва. А неплохо карты сошлись. Хорошее время для реванша. — Ты уверена? — А что? Ты по сторонам посмотри. Церковь рушится. Шевалье беспредел устраивают! — она скривилась гнусаво добавив. — Хотя словно когда-то было иначе, — и продолжила. — Эльфы, вон, бунтуют. Гражданская война. Маги восстали! Орлей сейчас беззащитен. Очень и очень подходящее время для быстрого захвата. Особенно с их возможностями. — Весьма уверенно ты говоришь об Тевинтере для живущей в лесу, — от промелькнувшей в голове мысли он насторожился и сделал паузу. Какая жизнь может быть у эльфа в Империи? Тем более не обладающей магией? — Ты там была? — Посчастливилось обойти такую участь, — она ответила спокойно, по виду и не врёт. — Но знаю не понаслышке. Кивнув, он посмотрел на пролегающую впереди тропу. Ещё несколько дней до столицы, он надеялся, что этого времени ему хватит чтобы придумать план и, что не менее важно, подвести к нему долийку, не выказав своих мотивов. Дурой она не была, а от того управлять ей вряд ли получиться. Изъять метку он тоже не мог, по крайней мере, пока что. А оттого единственной его возможностью исправить обладала смертная. К тому же долийка. Иронично. — Позволь узнать, как ты собираешься заручиться помощью не альтруистично настроенных магов? Она устало выдохнула тёплый пар. — Понятия не имею.