Небо уронит ночь на ладони

Сара слышала, как Аву забрали из камеры. Она стучала в дверь, кричала, требуя объяснить, что происходит. Девушка успокоилась лишь тогда, когда в ее камеру вошел офицер и ударил ее по лицу телескопической дубинкой. Не очень-то приятно получать любимым оружием. Через некоторое время Лэнс услышала звук падения и возмущенный голос любимой. ― Можно было и поаккуратней, ― она потирает ушибленное место. ― С такими как ты, ― охранник пренебрежительно глянул на нее. ― Нельзя. ― Иди ты к черту. После ее слов дверь с силой захлопывается. Шарп двигается к стене, чтобы слышать девушку. ― Авс, зачем они тебя забирали? С тобой сделали что-то? ― Все хорошо, просто допрос. ― Но почему меня не забирают? ― Это больше не нужно. ― Почему? Что ты сделала? ― Не переживай, ― она улыбается, стирает с щеки слезу. ― Ава… Авс, я так сильно хочу тебя обнять… ― прижимает руку к стене. — Малыш... — Я не хочу, чтобы все закончилось, — кладет ладонь на стену. — Прости, что подвела. В этот раз я не спасла тебя... — Ты делала это всю жизнь и... Ты заслуживаешь отдыха. — Что это значит? — Все хорошо, Сара. — Нет, погоди. Что это значит? Что ты сделала? — Ничего, все в по... — Не в порядке! Ава. Малышка, расскажи мне... Прошу. — Я не могу. — Тебе угрожают..? — От этого бы толку не было, — грустно усмехается. — Ава... — Давай просто спокойно посидим до заката... — Ава, пожалуйста... — по лицу стремительно стекают слезы, всхлипы заполняют камеру. — Сара, сладкая, все будет хорошо... Девушки больше не разговаривали. Обе слышали тажелые вздохи друг друга, обеим хотелась сказать что-то, но ни одна не могла придумать, как начать разговор. Да о чем они могли говорить? О предстоящей смерти? О будущем, которого не будет? О мечтах, что никогда не исполнятся? Вспоминать детство тоже не хотелось: больная это тема. Тишина давила, как и мысли. Им даже не дали шанса бороться за свои жизни. Слишком жестоко? Возможно. Многие проходили через такое. Прекратить все это было невозможно, хотя многие в стране были против такого закона. Был лишь один способ, которым воспользоваться просто нереально. Сара знала об этом. Ава сидит в углу, смотрит в одну точку и крутит в пальцах колечко. Это единственное, что осталось от ее настоящей матери. Последние лет десять она носила его на мизинце, это всегда привлекало внимание Лэнс и почему-то заставляло улыбнуться. Вдалеке послышался бой главных часов в центре города. Время пришло. Девушек одновременно вывели из камер, даже позволили идти рядом. Они грустно глянули друг на друга, слезы появились в их глазах. Их привели в какое-то непонятное жуткое место, что было похоже на арену с трибунами. Бетонный пол был холодным, на нем можно было заметить следы крови. Огромные следы. Кажется, никто даже не пытался убрать все это. У девушек было несколько минут. Сара быстро шептала любимой: — У меня есть план. Мы можем прекратить все это. Мы сбежим и... — Сара, нет. Если этот план хорош, ты воспользуешься им, но мы никуда не сбежим. — Что за чушь ты несешь? Слишится громкий выстрел без предупреждения, и Шарп падает на отвратительный грязный пол. Второй выстрел не следует за ним, у Лэнс складывается вся картинка в голове. Ава грустно улыбается, слезы льются по щекам, она клает в руку любимой свое кольцо. — У тебя вся жизнь впереди, детка... Но, прошу, не забывай меня... — Ава, что ты натворила?! — плача и вздрагивая, пытается закрыть рану на ее груди, все руки окрашиваются кровью. — Ты всю свою жизнь спаласа меня... Пришла моя очередь спасать тебя... С противоположной стороны выходят несколько человек в форме, чтобы забрать тело. Из последних сил Ава шепчет: — Небо уронит... Ночь на ладони, — ее глаза закрываются. — Сара... — Нет! Авс, Ава, нет! Малышка... — она изо всех сил пытается сделать что-то, даже потрясывает девушку, но та больше не открывает глаза, больше не двигается, больше ничего не говорит. Мужчины в масках и перчатках поднимают Шарп и уносят прочь. Лэнс кричит, плачет, бежит на ними, но офицер подхватывает ее, просто утаскивает с арены. Через несколько минут ее буквально вышвыривают из отделения. Она рухает на колени, громко всхлипывает. Ее руки дрожат, с них капает кровь. Кольцо Сара еле еле надевает на мизинец, попадая лишь раза с пятого. Со стороны слышится голос Лорел, которая подбегает к ней и поднимает. — Ло... Ло, нет! — вырывается, слезы с новой силой льются по щекам. — Что случилось, Сара? — Они убили ее! Не меня! Она спасла меня, понимаешь?! Я ничего не сделала! Мы должны вернуть... Вернуться и... — обессиленно падает на землю, — Поехали домой, мы разберемся... — внлвь помогает ей встань, ведет к машине и усаживает на заднее сиденье. Лорел садится рядом, опускает голову сестры на свои колени, поглаживает по голове. Квентин заводит машину, грустно смотрит на дочерей через зеркало. — Сара, это был не я. У них есть устройство, которое... — Пап, не сейчас, ты же видишь, что с ней. — Что она сказала..? — окровавленные руки все еще сильно дрожат. — Что Ава им сказала?! — Тише, тише, не кричи так, — укладывает ее обратно на свои колени, вздыхает. — Когда ее забрали на допрос, она сказала, что ты ошиблась. Сказала, что у тебя есть парень, а она просто использовала тебя. Она доказала, что ты не виновата, Сара. — Доказательств не было! — сильно бьет по пустому переднему сидению. — В инстаграмме у Оливера есть фотографии, на которых вы целуетесь. — Серьёзно? Серьёзно, черт возьми?! Им этого было достаточно?! — Видимо... — Так нельзя! — Прекрати орать! — мужчина резко тормозит. — Ава спасла тебя, она буквально дала тебе новую жизнь, ты должна быть благодарна! — Мне не нужна такая жизнь! — она прижимает колени к груди, отчего кажется совсем маленькой. — Мне не нужна жизнь без нее... Когда они срываются с места и снова едут, Лэнс старшая шепчет ей на ушко: — Ты можешь все изменить. — Но как? — Это ты поймёшь сама, — грустно улыбается, гладит по спине.