Harry Potter and the Order of Chaos

      На верхних этажах Министерства Магии частенько было трудно найти место, которое по-честному можно было бы назвать тихим. Люди вокруг постоянно слонялись туда-сюда, доставляя послания слишком уж важные, чтобы быть доверенными стайке самолетиков, метавшимся над головой и врезавшихся в неосторожных или необычайно высоких в гонке лучших членов в правительстве Волшебной Британии. В забитых людьми коридорах было большой редкостью пройти десяток метров, не нуждаясь в огибании каких-то жизненно важных разговоров, вызванных случайной встречей. Вокруг стояла аура общения, низкий бормочущий шепот, который мог показаться сторонним посетителям как обычной офисной болтовней, так и обсуждением государственных тайн - особенно, как однажды кто-то заметил, если эти посетители были примерными читателями Ежедневного Пророка.       Единственным спасением от вездесущей болтовни было место, становившееся частой темой многих этих разговоров; бастион спокойствия, огражденный со всех сторон чрезвычайно толстыми (а по слухам - непробиваемыми заклятиями) стенами, и абсолютно недоступное для всех, кроме самых привилегированных, без особого приглашения: кабинет министра.       Именно там, в этом прелестном пузыре тишины, сейчас заседал Фадж, с некоторым любопытством приветствуя женщину напротив.       Несмотря на то, что они были знакомы уже много лет, он все еще ощущал, что почти ничего о ней не знает. Такое положение дел не было редкостью в настолько оживленном месте, но почему-то то, что он о ней знал, лишь разжигало к ее персоне интерес и любопытство. Она была верна и Министерству, и лично самому Фаджу, и, в отличие от слишком уж многих его сотрудников, выглядела.. неподкупной. Если верить всему, что он о ней слышал, то она была редчайшей личностью – политиком, искренне преданным благу нации и защите ее законного правительства, готовым почти на все ради этого дела.       - Долорес, - начал он.       - Поделитесь со мной - размышляли ли вы когда-то о другой карьере?       Она мило улыбнулась - зрелище, которое вселило бы ужас в сердце любого младшего Заместителя Министра, и когда-то, по слухам, бывшее последним зрелищем, увиденным одним особенно грубым мальчиком, занимавшимся копированием.       - Я так не думаю, министр Фадж, - сказала она.       - Я начала свою работу в Министерстве сразу после Хогвартса. У меня никогда не было причин размышлять об этом.       - А что насчет преподавания?       Замешательство во взгляде Амбридж исчезло, сразу как она осознала, о чем идет речь. Несмотря на то, что она не всегда выглядела так, Долорес не раз доказывала свой чрезвычайно развитый интеллект, как это почти всегда делали сотрудники высшего уровня, если кто-то был готов пристально наблюдать. Именно этот интеллект, ее преданность и, прежде всего, репутация абсолютной безжалостности делали ее идеальной кандидатурой для выполнения поставленной задачи.       - Хогвартс - великое наследие этой страны, - начала она, обходительно улыбнувшись и почти вызвав этим у Фаджа мурашки.       - Если бы мне было предложено, я бы не упустила возможность передать свой опыт новому поколению волшебников.       - Но, к сожалению, - продолжил министр.       - В последнее время Хогвартсу не очень везет.       Долорес быстро кивнула.       - Да, прискорбная смерть мистера Диггори вызвала определенное негативное внимание.       - Конечно же, было бы ужасной потерей, если бы Хогвартс проиграл. - Фадж нервно улыбнулся.       - Министерство не должно довольствоваться малым, если говорить о таком национальном сокровище.       - Мы должны защитить наше наследие.       - Снабдить их бдительной слежкой.       - Показать нашу заботу.       - Обеспечить подотчетность.       - Убедиться, что все под контролем.       До сих пор они идеально понимали друг друга. Но оставался один вопрос, который нельзя было оставить без обсуждения.       - Бесспорно, - многозначительно кивнул Фадж. - Потому что без контроля существует лишь хаос.       Лицо Амбридж незамедлительно побледнело. Значит, она уже слышала ходящие слухи - хотя кто их еще не слышал вообще? Но была ли она в это вовлечена? Он подозревал, что если бы она знала больше - подготовила бы лучшую реакцию, нежели та, что она демонстрировала.       Все-таки, она была в политике.       - Порядок бесконечно предпочтительнее, - чуть слышно отозвалась женщина.       - Полностью с вами согласен, - Министр Фадж встал на ноги и проводил ее до двери.       - Спасибо за уделенное время, Долорес.       - Спасибо вам, Министр.       Он приоткрыл дверь в шумную приемную, которая очень быстро притихла при виде одного из самых пугающих надзирателей.       Да, - сказал Фадж про себя, наблюдая, как удаляется Долорес. - Амбридж была самым подходящим претендентом на эту работу.       Если кто-то и мог сделать это - то это однозначно она.

***

      Платформа Девять и Три Четверти была большим местом - больше, чем многие ученики Хогвартса могли бы себе представить. Конечно, Эвана удивило, что в поисках уборной он каким-то таинственным образом смог пробраться подальше от толпы, слезливых родителей и воодушевленных приветствий не видевших друг друга целое лето друзей, и что сейчас он обнаружил себя перепуганным насмерть и одиноким среди клубов дыма.       Факт, что он, вообще-то, не один, должен был быть более пугающим, хотя менее удивительным.       - Так-так, что тут такое у нас? - послышался по жути знакомый голос.       - Гриффиндурень не может найти дорогу обратно к поезду.       Высокий мерзкий смех. Значит, он прихватил с собой свою девушку. Все становилось гораздо хуже, когда было кому его поддерживать. Сначала Эван хотел сдерживаться перед ней, но она не была брезгливой. Казалось, она наслаждалась процессом больше, чем он.       Рука Эвана потянулась в карман, но его палочка была убрана в рюкзак вместе с другими его пожитками. Он подумал, что на платформе будет безопасно. Видимо, он заработал нехорошие привычки за лето, и теперь ему придется заплатить за это.       Он развернулся, чтобы увидеть своих обидчиков.       Они не смотрели на него, а, в свою очередь, развернулись навстречу приближающейся фигуре, окутанной сентябрьским туманом.       Их преследовали. Возможно, не он один подрастерял хватку за летние каникулы.       - Знаете, - произнес голос, который мгновенно узнали все трое сразу.       - Это в правду не то поведение, которое подобает ученикам Хогвартса.       Два хулигана почти что непроизвольно отошли назад.       - А что первокурсники подумают, если увидят что-то подобное? Они могут взять совершенно дурной пример.       Новопришедший сделал шаг вперед, пар расступился, являя перед ними высокую девушку со слегка непослушными коричневыми волосами и дружелюбной улыбкой.       - Видите ли, я теперь староста, - продолжила она, указывая на блестящий голубой значок, который уже успела прицепить на свой кардиган.       Вся троица, как один, переместила взгляд чуть левее, на небольшой круглый значок, изображающий стилизованную эмблему солнца.       - Я действительно не могу позволить, чтобы подобные вещи просто брали и происходили, - продолжила она.       Парочка сплотилась сильнее, крепко держась друг за друга.       Девушка склонила голову вбок, будто решала трудную задачку.       - В таком случае, я предполагаю, что это просто первый день школы. Вы все перевозбудились, не так ли?       Все трое закивали.       - Так что я думаю, что будет прекрасно, если вы просто вернетесь к поезду прямо сейчас, так?       Троица развернулась, чтобы уйти, понурив головы.       - О, и Эван? - позвала мальчика его спасительница.       - Если у тебя будут еще какие-то проблемы в будущем, ты всегда можешь ко мне обратиться. Я уверена, что смогу тебе помочь.       Эван притормозил.       - Спасибо, генерал Грейнджер, - сейчас лучше всего быть вежливым.       Она тепло улыбнулась.       - Ты можешь звать меня просто Гермиона.       Он кивнул, поспевая за своими мучителями.       Он никогда к ней не подойдет.       Он слышал слухи. Даже после всего, что с ним сделали его обидчики, они не заслуживают такого.

***

      Гермиона наблюдала за тремя третьекурсниками, спешно удаляющимися прочь.       - Тебе лучше приглядеть за этими двумя, Малфой, - сказала она, заламывая руки.       - Я справлюсь с ними своими средствами, Грейнджер, - парень закатил глаза, оттолкнулся от стены и медленно подошел к ней.       - Значит, ты стала старостой?       - Безусловно. Так же, как и ты.       Он тоже уже нацепил свой значок. Слизеринский изумруд сильно контрастировал с пламенем, гордо висевшим рядом.       - Прекрати уже уклоняться и переходи к делу, - спокойно сказал Драко.       - Ты подождала, пока Гарри попрощается с родителями, и убедилась, что я вижу, как ты уходишь. Что бы ты там не собиралась мне сказать, у нас не так уж много времени, прежде чем он начнет нас искать.       - Как будто ты еще не знаешь, - Гермиона приподняла бровь.       - Он тебе что-то уже рассказал?       - Конечно же нет. Иначе я бы уже нашел способ тебя оповестить. - Драко пробыл все лето с семьей Гарри, но его многочисленные попытки узнать больше все до одной с треском провалились.       - И никаких подсказок? - Гермиона не выглядела очень уж обнадеженной.       Драко помолчал.       - Он не главный Староста.       Это вызвало реакцию, но вряд ли много кто смог бы ее заметить. Слегка приподнятые брови, сжатые челюсти - Гермиона несколько лет тренировалась оттачивать непоколебимое выражение лица, но всегда можно было найти на личике подсказки, если знать человека достаточно хорошо.       Но, вообще-то, Драко не очень-то нужно было видеть ее выражение лица, чтобы почувствовать удивление, которое она, должно быть, испытала.       - Я предполагаю, ты слышала официальные слухи? - спросил Драко.       - Конечно, - подтвердила она таким голосом, будто Слизеринец спросил ее, умеет ли она левитировать табуретку.       - Но мы оба знаем, почему этого не может быть.       - Ты права.. - согласился последний из Малфоев, однако позволил тени сомнения пробраться в свой голос.       Девушка подняла бровь.       - Мы были там, мистер Малфой. Мы видели это. Какое еще подтверждение вам требуется?       Он потряс головой.       - Но чем еще это могло быть? Что он бы не сказал нам? Он... - голос Драко понизился, когда его обладатель осознал, что их местоположение хоть и труднообнаружимо, но все же технически общественное. "Я замечаю, что я озадачен".       - Он изменился, Гермиона.       - Никто из нас уже не тот человек, кем он был раньше, - отрезала она с холодом в голосе. Она уже давно не улыбалась.       Драко просто снова потряс головой. Она поймет, совсем скоро поймет, и тогда начнет задумываться об этом тоже. Как умер Седрик Диггори? Вернулся ли Волдеморт на самом деле?

Что именно произошло в том лабиринте с Гарри?