Фальшь стали

      Шайле не хочется просыпаться. Тяжесть чужой руки, перекинутой через ее талию, дает ощущение безопасности. Но при всей своей любви ко сну Зоро не собирался спать весь день. И потому девушка искоса наблюдает за ним, неслышно поднявшимся и идущем к двери.       - Не крадись, я не сплю, - неожиданно для самой себя все же произносит аловолосая, садясь и потягиваясь. Ей хочется говорить с Ророноа, но тот не на строен на беседы. Что, конечно же, не удивляет. – Спасибо.       - Я ничего не сделал, - мечник чуть хмурится от непонимания.       - Мне нужно было подумать, но никак не получалось собраться с мыслями, - тяжело придумать что-то на замену собственным чувствам. – В твоем присутствии получилось просто уснуть.       Зеленоволосый с полминуты смотрит на Шайлу, подходит к ней и кладет ладонь ей на лоб.       - Вроде не горячий, а несешь какую-то чушь.       - Что смогла, то и сказала, - девушке хочется прижаться к молодому мужчине и не отпускать его от себя. – Чего еще ты хочешь от меня?       - Правда, - он смотрит на нее как на ребенка. Так кажется ей. Но все же в его голосе звучит предложение все рассказать.       - Правды? – переспрашивает аловолосая. – Какой правды ты хочешь? Что именно тебе рассказать?       Что бы он не сказал ей, девушка чувствует, что вот сейчас в ней набралось достаточно решимости, чтобы сказать все, как есть.       - Меня влечет к тебе, - срывается с ее губ, пока в груди словно что-то мечется. – Об этом я думаю уже очень давно. Я не скрываю это, но природу этих чувств… Мне сложно ее понять.       - Ты сейчас… - мечник выдерживает паузу, чуть наклоняясь, чтобы заглянуть девушке в глаза, - мне в любви признаться пытаешься?       - Любви? Не думаю, что это все же любовь, - Шайла вздыхает и, опустив руку Зоро, сжимает его ладонь в своих. – Любовь – это другое. А ты… с тобой мне просто спокойнее, чем без тебя. И в то же время ты одна из причин моего беспокойства. Мне хочется, чтобы ты был моим. А я не знаю, как это вообще возможно.       Ророноа не знает, что сказать. Кажется, каждый раз эта девица придумывает что-то новое. Но сейчас ее слова и впрямь выглядят обдуманными.       - А еще я покину остров, - фраза дается с трудом. – Как только оправлюсь после болезни, попрошу Михоука отвезти меня к отцу.       - Хочешь поговорить с ним об этом? – известие об отъезде девушки вызывает странное чувство.       - Нет, - Шайла довольно резко мотает головой и потому жмурится от головокружения, - просто хочу наконец увидеть его. Увижу – тогда пойму, что для меня значимо.       - Значит, скоро здесь станет тише, - мечник опускает взгляд на удерживающие его руку ладони. – А я уже привык к тому, что ты создаешь много шума.       - Милый способ сказать, что будешь скучать, - губы аловолосой трогает улыбка. – Я тоже буду скучать. Очень.       По ее щеке стекает слеза. Мучающее ее чудовище словно набравшись сил за время своего сна, поднимает в душе ураган. Интересно, что с чудовищем будет, когда она окажется так далеко от него.       - Опять плачешь, - свободная рука зеленоволосого касается алых прядей, скользит по всей длине девичьих волос, несколько отросших за время ее пребывания здесь. – Хватит. Тебе разве нравится реветь?       - Я не реву, - Шайла склоняется, касается ладони Зоро лбом, а затем губами. – Мое влечение к тебе так сильно, что одна только мысль о том, насколько ты будешь далеко, заставляет мой рассудок мутнеть.       - Ты, кажется, и правда сходишь с ума, - мужчина замирает, не решаеясь высвободить руку. Если девушка и правда не в своем уме, он не знает, что с ней делать.       - Поэтому я и хочу уйти отсюда как можно скорее, - чудовище внутри стихает. Аловолосой приходит в голову мысль, что оно словно ластится к Ророноа, заставляя ее поступать местами очень странно. – Если я умру без тебя от тоски, то я хочу умереть как можно скорее, не причиняя другим долгих страданий. Но я не желаю себе скорой смерти и потому буду жить. Обязательно буду жить.       Слезы Шайлы крупные, будто собственные слова причиняют ей боль. А мечнику начинает казаться, что он сходит с ума вслед за ней. Девушка то говорит, что он просто ее увлечение, то ведет себя так, словно ее сердце не вынесет разлуки. И чему из этого верить, ему никак не удавалось понять. Ему бы лучше вообще не знать обо всем этом. Да в целом от Шайле ему бы не знать, избежать этой их встречи на Курогайне. Может, когда-нибудь позже, где-то в Новом Мире узнать ее подле ее отца как названую сестру Луффи. И иметь возможность не общаться с ней так тесно, как здесь. Или наоборот, почувствовать опьяняющий жар, разливающийся по телу, не ощущая давящей на мозг вины. Как было бы проще!       И как было бы неинтереснее просто завоевать дочь Йонко или же вообще его не заинтересоваться, а лишь смотреть как на сестру капитана. Встретить ее уже разобравшуюся с ложью, возможно, даже смеяться с ней над этим и никогда не узнать, как тяжело ей далось принятие правды. Не иметь причины видеть ее охотящейся, по-хищному грациозной и глупо падающей в грязь. Не услышать в первый день знакомства нелепо звучащего оправдания робкому поцелую. Не желать сейчас ее поцелуев, теряясь в собственных мыслях.       Заставив девушку выпрямиться, Зоро припадает к ее губам, сжимая ее в объятиях.       - Как у тебя это вообще выходит? – прервав поцелуй, мечник утыкается носом в шею аловолосой. – Ревешь, несешь какую-то чушь на грани помешательства и при этом так распаляешь меня…       - Не надо обвинять меня в своих странных фетишах, - Шайла пытается успокоить дыхание, пока чужие руки нагло забираются под кофту. – И что ты вообще творишь?       - Если ты не хочешь, прогони меня сейчас, - дыхание Ророноа тоже неровное, обжигающе горячее. – Если ты неожиданно передумаешь позже, я не гарантирую, что остановлюсь.       - Как жутко звучит, - усмехается аловолосая. – Как хорошо, что мне слишком тяжело соображать, чтобы передумать.       Молодой мужчина замирает, отстраняется немного, чтобы заглянуть девушке в глаза. Взгляд его с легкой поволокой, но в то же время серьезный.       - Посмотри на меня и скажи: да или нет.       - Я хочу тебя, - ракрасневшиеся губы растягиваются в улыбке. – Все это время. И прямо сейчас.       Она тянется за очередным поцелуем, зарывается пальцами в зеленые волосы. Запах стали дурманит. Мысли отходят на задний план, теряются на задворках сознания, оставляя лишь то, что происходит сейчас. Лишь пламя в груди и сладко ноющее чувство внизу живота. Мир, словно сжавшийся до нее и сжимающего ее в объятия мужчины.       Шайла солжет, если возьмется утверждать, что ее совсем не пугала близость, но желание было сильнее. Сильнее страха, сильнее волнения, сильнее стыда. Это было ее «сейчас или никогда». И было не важно, к чему это приведет ее. Потому что желание превосходит все, что она чувствовала раньше.       Прикосновение чужой разгоряченной кожи к ее, жаркие поцелуи, стирающая границу между телами близость – мир словно переворачивало от новых ощущений. Заветное имя снова и снова срывается с губ, утопая в стонах. Бархатный шепот обдает жаром не хуже поцелуев, но слова теряются где-то, так и не донеся смысла. Они не имеют сейчас никакого значения, они ей просто не нужны, пока он рядом.

***

      - Подумай, - прежде чем уйти, Зоро присаживает на корточки около кровати, чтобы посмотреть девушке в глаза, и рука невольно тянется к ее лицу. – Обещай, что подумаешь. Хорошо?       - О чем? – аловолосая улыбается. Ей хочется спать, а не думать.       - О том, что я сказал, - лицо мужчины выражает недоумение. – Или ты меня даже не слушала?       - Знаешь, мне было несколько не до этого, - Шайла притягивает руку, чтобы коснуться губ собеседника. Возможность коснуться их пальцами слишком соблазнительна, чтобы удержаться. – Совсем не до этого.       - А ведь я совершенно серьезно! – зеленоволосый словно разочарован. – Дай мне слово, что подумаешь над тем, что я сказал.       - Хорошо, хорошо. Какой требовательный, - девушка смеется, садясь на кровати. – Ты только скажи мне еще раз, чего хочешь от меня. Для самых глупеньких.       Ророноа поднимается, накидывает одеяло на плечи Шайлы и как-то слишком обыденно целует ее.       Стоя уже у двери, он снова повторяет свой вопрос. Девушка удивленно распахивает глаза, но затем ее губы трогает улыбка.