Без звука

Заехав за Коулом, они уже все втроём направлялись на улицу святой Анны, где и был теперь уже декартовский магазинчик цветов. Заприметив всё ещё легкую напряженность Коннора, маленький Андерсон предложил тому с помощью записочек поиграть в "Крокодила", на что тот охотно согласился. Бывший детектив преуспевал - отгадал и зайчика, и рок-звезду за те десять минут, пока они ехали. Хэнк был воистину счастлив наблюдать краем глаза эту картину, подсматривая в зеркало заднего вида. На улице, куда они направлялись, было необычайно большое количество больших деревьев, полностью в зеленой листве. Вообще это спальный район, здесь кучи дачных домов, в очень похожем жили Андерсоны. Каждый участок ухоженный, где-то можно было заметить огороды, у кого-то были беседки, у некоторых на задних дворах виднелись самодельные детские площадки. Наверное, здесь проживает много семей с детьми. А вот и приехали. Андерсоны и Декарт вышли из машины и их взглядам представился милый домик, но видно, что в нем никто давно не живет. На подоле бежевых стен из соснового дерева уютно устроился дикий виноград; черная краска с тонкого забора послезала, сделав его бардовым и неопрятным, похожая ситуация произошла и с почтовым металическим ящиком; холодного коричневого оттенка черепица на крыше требовала замены в некоторых местах, на краях она даже обломалась острыми кусками; кучи сорняков вытесняли мелко пробивающиеся полевые цветочки; посеревшие жалюзи не давали всяким любопытным заглянуть внутрь, возможно, оно и к лучшему. Коннор смотрел на эту лачугу с грустью в душе. Он же тут был, еще совсем ребенком, нюхал каждую розочку, каждую орхидейку, любовался пышным садом, который сейчас точно был весь в бурьяне. Видеть всё это, когда-то, в бувальном смысле, живое, заброшенным и забытым, было крайне тяжело. Однако он тут не для того, чтобы сопли пускать, всё таки! Одним ключом из связки, которую ему выдали при подписывании важных бумаг в нотариусе, открыл калитку, а затем и входную дверь. Внутри было темно и сыро, как в подвале, косметический ремонт предвещает быть долгим. Обои уже поотклеивались от повышенной влаги в воздухе, всё было в пыли, от многочисленных книжек на полках в шкафу до стола с кассой и терминалом. Одна стена тут была полностью из стекла - служила витриной, а в ней был выход на задний двор. Всё, как он и думал - действительно, той красоты, которая тусклым кадром, но осталась у него в памяти, уже много лет, как не было. - Мда.. Работенки тут будет много, - задумчиво потер подбородок Хэнк, - Сынок, принеси, пожалуйста, папе тряпочки, швабру и моющее средство, которые мы покупали. - Хорошо! - отозвался Коул, быстренько принеся всё то, о чём его попросили. Хэнк легко одернул Коннора за плечо, давая прочитать сообщение, которое написал, пока тот смотрел на всё, как показалось Андерсону, с ностальгией, правда, с ноткой печали. "Сначала, думаю, стоит всё отдраить, а потом заняться покупкой новых обоев. Там уже и вещи можно будет сюда перевозить, вскоре и садом займёшься. Как тебе такая идея?" - Да, да, так и сделаем! - Декарт, словно очнувшись, откликнулся с повышенным энтузиазмом и, поблагодарив Коула за, скажем так, санитарное оборудование, принялся натирать до блеска всё, на что натыкался его взор: подоконники, панорамную прозрачную стену, как с внешней, так и с внутренней стороны, окна, их рамы, стол, кучи ваз. Третьеклассник тоже не отставал: намочив швабру, стал мыть паркет, от чего тот возвращал себе свойственный ему блеск. Тем временем Хэнк занялся книжным шкафом и его содержимым. Работа кипела. За пару часов дряхлый домишко превратился уже в более опрятное, но всё ещё пустое помещение. Вечерело, поэтому ребята, полностью довольные результатом, отправились домой. Даже, когда Коннор снова сел в машину, страх его уже почти не беспокоил по трём простым причинам: как говорил Элайджа, он не умрёт, его любимый человек рядом, и в голове стоял только один вопрос - какого цвета купить обои? Или лучше вообще без них... Коннор приготовил ужин, все дружно поели, а потом каждый отправился в свою комнату по своим делам. Разблокировав телефон, Декарт увидел одно уведомление, текст которого предзнаменовал суету и головную боль, от которых Коннор всеми силами пытался абстрагироваться после того решающего случая. От кого: Тодд Уильямс "Здравствуй, Коннор Декарт. Я второй пострадавший в том ДТП, в которое мы оба попали, и просто так всё это не оставлю. Слышал, ты получил глухоту, а тебе нет и тридцати. Если подадим двойную жалобу в суд, это чмо точно посадят. Ты со мной?"