Октябрьские драбблы, части 1-6
28 октября 2013 г., 02:07
160 слов
Breaking Benjamin – Anthem Of The Angels
Их не связывает ровным счетом ничего. Всего-то снимают одну квартирку на двоих.
Можно сказать, что они не существуют друг для друга. Это вошло в привычку – не замечать соседку, никак не комментировать чужие действия. Они просто посторонние.
Когда она приводит своего парня – девушка весьма плохо помнит эту личность, потому что у них там «все серьезно», - кажется, рыжего, кажется, голубоглазого, загорелого и даже самую чуточку красивого, вторая лишь незаметно кривится в беззвучном презрительном комментарии.
Лидер всегда должен быть один. А не так, как она.
А первая до щемящей боли в груди будет смотреть и смотреть сквозь полоску неплотно прикрытой двери, как пепельноволосая, уверенная, что она совсем одна, тоскливо и обреченно бьет по своей боксерской груше и тихо глушит виски из бутылки с немного потертой наклейкой.
Лидер не должен быть один, как она. Это слишком тяжело.
Поэтому неписанные правила жизни двух одиночек позволяют время от времени вечерами быть рядом, позволив почти лечь на чужие колени, смотреть что-нибудь и гладить по спине. Молча.
155 слов, "подвезти"
- Подвезти?
В третий раз уже слышу эту фразу от одного и того же человека. Достал, честное слово.
- Эй, я к тебе обращаюсь, красавчик!
Нет, когда-нибудь я все-таки развернусь и врежу ему. И по болту, что он в шлеме и защите. Третий раз. Не смешно.
Сзади тихо рыкнуло мотором, ноги обволокло теплым воздухом, тут же заклубившимся прозрачно-белым паром, истаявшим у ремня. Он что, прямо так…?
- Шлак, отдавишь же! – рефлекторно отшатываюсь подальше от колесного. И наконец-то вижу его в лицо, а не в темно-синий шлем с зеркальным стеклом.
- Боги, ты и тут синий, - вырывается совсем неосознанно.
- Не совсем, - ты ухмыляешься, качаешь головой, чтобы я увидел ярко-розовую прядь с металлически блестящими бусинами.
- Лучше б и тут, - ехидничаю на автомате и вдруг осознаю – стою на месте ведь. И говорю с этим гадом. А не бью, как хотелось раньше.
И глаза у тебя странные. Будто в море сморишь, медленно замерзающее…
- Еще раз спрашиваю - подвезти?
Ты неисправим.
115 слов
Ему интересно все: от первой тучки и до последней травинки. Он маленький взрослый ребенок, солнечный мальчик – но только для меня. Обычно он молчит и даже не улыбается, смотря на мир быстро охладевшим небесным взглядом.
Иногда я вообще не понимаю – какого черта циничный я делаю рядом?
В молчании мы бываем похожи. Мое молчание только чуточку ожесточеннее.
И общаться записками – вполне нормально.
Если говорить, никто ничего не услышит. Он еще не понимает этого, но согласно кивает и быстро пишет очередную невысказанную фразу на первом попавшееся листе.
Он любит сладости, Брэдбери и мои губы. На это он всегда готов отвлечься.
Ему незачем ждать от меня каких-то там волнительных слов и прочей мишуры. Он просто понимает, этот неглупый мальчишка.
150 слов
Linkin Park – The Little Things Give You Away
Теперь на него нельзя смотреть без тихого, молчаливого ужаса, который он сам с трудом сдерживает.
- Всего лишь авария, - неуверенно улыбается он. Пытается улыбнуться.
Даже из своего последнего выхода в школу сделал представление.
- Дурак, - шаги на потертом линолеуме совсем неслышны, поэтому обжигающие руки, крепко прижавшие парня к чужому телу, заставляют его вздрогнуть в первое мгновение.
А потом – не до этого мелкого страха.
Вечная, неизменная темнота. Constant darkness.
Хрупкая рука неуверенно надавливает на плечо – кольцо объятий за спиной не размыкается, парень лишь отстраняется в ответ, все так же прижимая чужие бедра к своим, - и тонкие пальцы с вечно острыми ногтями медленно порхают по такому знакомому лицу. Шрам на линии челюсти, еще один – на виске, почти прикрытый волосами, щекотные прикосновения ресниц и горячие, потрескавшиеся губы, ощутимо дрогнувшие. Все такое знакомое – и незнакомое одновременно.
- Ты улыбаешься? – он не может не откликнуться на это и не усмехнуться.
Только бы не сдвинул пальцы правее…
155 слов, "выбери"
Breaking Benjamin – Dance With The Devil
Иногда приходится выбирать.
Твое мнение или чужое. Твоя сторона или чужая.
Твоя жизнь…
Или она.
Главное – не думать. Как бы смешно это не звучало, но в определенные моменты это – лучшая тактика. И ты стремишься вперед, разнося к шаркам препятствия, не чувствуя ран, не замечая потерь отряда, не слыша приказов.
Последнее было ошибкой.
Но не ошибка ли весь этот воинственный фарс? Нас осталось так мало…
Не думать. Рефлексов хватает, чтобы сделать последний рывок, оттолкнуть ее – и глупейше-благородно подставиться под предназначавшуюся не тебе пулю.
Сознание покидает с отчетливым хрустом стекла и бетонного крошева.
Мир возвращается урывками. Посеревшие обломки вокруг, затмевающая все пульсация крови по телу, ее лицо, мелькающее перед стекленеющими глазами. Кажется, она что-то кричит. Что-то пытается сделать. Пальцы касаются центра пульса, от этого будто прошибает безболезненной волной тока. Шок, наверно.
Мир меркнет во второй раз, но ты успеешь в последние секунды…
Улыбнуться. С трудом поднять руку и потрепать ее по щеке, оставляя пыльные разводы на теплоте.
150 слов, "будь"
Imagine Dragons – Radioactive
Тебе говорили: «будь готов ко всему».
Ты и старался. Но к этому жизнь тебя явно не готовила.
Чуть теплый порыв ветра распахивает куртку, пробирается до самых ребер, но от этого простого ощущения душе становится только легче. И лазурно-серое море, шумно лижущее мелкую пеструю гальку под ногами, и невыразительное небо с пушистыми крапинками облаков, и весенний ветер – все это странным образом вызывает эйфорию.
- Догоняй! - смеются они, дружно приседают, чтобы замочить пальцы горькой студеной водой и обрызгать тебя мелкими прозрачными капельками. Уголку губ становится холодно, ты не задумываясь, слизываешь водный шарик и наслаждаешься даже этим острым бирюзовым вкусом.
Не в этом ли счастье?
Камни набережной цвета мирта и старого серого, потемневшая от времени ограда, прямая стрела пирса слева. Тебя, невзирая на возмущенный вопль, забросят на плечи, разрешив в отместку вцепиться в тонкие темные волосы. Ветер снова ударит в лицо запахом соли и выглянувшего золотистого солнца, и ваш смех унесет далеко вверх.