Insatiable

Джеймс нервно одёргивал парадный мундир, кусал нижнюю губу, но не забывал вертеть головой и рассматривать окрестности храма на Новом Вулкане. - Джим, мне кажется, что ты не до конца отдаёшь себе отчёт в том, через что хочешь пройти. - А мне кажется, что мы с тобой уже всё обсудили. И вообще, - Кирк отлично прятал напряженность и нервозность за напускным гневом и самоуверенностью. - У тебя есть варианты? Просветишь, может быть? Вулканец никак не отреагировал на провокацию, по-прежнему глядя на колонны храма. - Вот и перестань читать мне нотации, - Джеймс даже увереннее себя почувствовал, - мы предупредили старейшин, твоего отца, пусть он и не остался в восторге от идеи, но и против не был. Мы пёрлись чёртово количество времени на Новый Вулкан…. - Говоря точнее, путь сюда занял сутки, пять часов и тридцать две минуты. - Как тебе будет угодно! Но факт есть факт, мы тут, у тебя начался Пон-Фарр и, насколько я помню, мы уже давно связаны, считай, что помолвлены. Спок, мы с тобой уже три года делим один мостик на двоих, одни миссии, уже почти два года – одни увлечения, одну постель и, порой, одно сознание. Что меня может ожидать такого нового и пугающего? - Ты не понимаешь, Пон-Фарр – это не просто физическая близость, это сложный и многоуровневый процесс. Ты экспериментатор по натуре, Джим, ты обладаешь пытливым разумом, и в тебе всегда пробуждает интерес всё новое: новые миссии, новые планеты, новые назначения. Могу предположить, что тебе просто интересно узнать, что происходит во время данного цикла и…. - Да что ты меня отговариваешь, как первокурсницу Академии перед её первой дозой синтетической дури с Ориона и первым сексом с представителем инопланетной расы? Что там такого страшного? Вы что, после секса сжираете своего партнера живьём, что ли? - Твоё утверждение лишено логики. Это было бы не рационально, Джим, – лицо Спока, как обычно, не выражало практически никаких эмоций. - Партнёру после окончания Пон-Фарр ещё предстоит выносить и родить ребёнка. Джеймса нехорошо передёрнуло. - Я имею в виду, партнёра женского пола, конечно! – поспешил успокоить его вулканец. - Вот видишь, значит, мне бояться нечего! – Капитан попытался скрыть вздох облегчения. - Ещё вопросы будут? Спок нахмурился и отрицательно покачал головой. - То-то же, – Кирк довольно хмыкнул и первым шагнул к лестнице храма. Он довольно долго готовился морально к этому событию, хотя, как сказал бы сам Спок: «Время, затраченное на принятие решения, составляет пять целых и три десятых минуты». Сомнений в том, что он готов пройти через Пон-Фарр вместе с тем, с кем он провёл последние два года, у него не возникало, он просто слегка нервничал из-за самой церемонии. Как оказалось - зря. Всё в храме произошло на удивление быстро и почти безболезненно. Правда, из-за противно пульсирующей головной боли, Джеймс не очень хорошо помнил всю процедуру. Он отчётливо вспоминал, что они зашли в храм, где их ждал незнакомый пожилой вулканец, похоже, один из тех пресловутых целителей-жрецов, о которых частенько упоминал Спок, который жестом приказал следовать за ним. - Вы считаете своё решение логичным? – нарушил царившее до этого молчание жрец, когда они достигли церемониального зала. - Да, целитель, – покорно ответил Спок. - Ваш партнёр не вулканец, он человек, Вы осознаете тяжесть бремени полноценной ментальной связи между вами? - Мы… – начал было Спок. - Осознаём-осознаём, давайте, проводите уже Ваш ритуал и не задавайте глупых вопросов, – фыркнул Кирк, стараясь ничем не показать своего волнения, лишь крепче сжимая пальцы своего старшего помощника. - Однако, разрушить подобную связь будет практически невозможно, и, если Ваш партнёр попытается отказаться от неё, когда она уже сформируется, это приведёт к тем последствиям, о которых Вы знаете, это скажется и на Вашем партнёре, несомненно. Спок предательски молчал, поэтому Джиму пришлось взять всё в свои руки, иначе он рисковал слушать разглагольствования целителя ещё пару дней. - Ну, всё! Спасибо, что ввели в курс дела и всё такое, но мы вместе уже почти два года, навидались всякого, знаете ли, всё обдумали, родители согласны, долгов и материальных претензий не имеем, предыдущих браков тоже, справки и свидетельства пришлём позже. Мы пройдём вместе через этот Пон-Фарр и через все последующие, а также через всё, что потребуется. Что там вам ещё нужно, говорите, не стесняйтесь! Но давайте решать всё быстрее, хотелось бы ещё успеть на торт со стриптизёршами и шампанским. Целитель ещё раз взглянул на хранящего молчание Спока и согласно кивнул. Дальнейшее и вовсе было как в тумане: сесть друг напротив друга, установить тактильный контакт, Джим с готовностью взял своего вулканца за руки, инициировать связь, потом целитель стал совершать неясные действия, тут-то и пришла эта отвратительная мигрень, а вместе с ней – чувства и эмоции, от которых раньше Кирк ощущал лишь отголоски. Создавалось впечатление, что теперь его разум поделился на две отдельные смежные каюты, и он может свободно перемещаться между ними. Вот тут его собственные чувства и мысли, а стоит сделать шаг в сторону, и он начинал испытывать эмоции, которые ему не принадлежали, но во многом были похожи. Так вот какие они, ментальные брачные узы Вулкана. Ощущения были захватывающими и необычными, но определённо вызывали восторг у Капитана. Весь сложный ритуал занял до смешного мало времени, что было спасением для отчаянно гудящей головы Джеймса. Целитель просто поднялся с колен и вышел, коротко кивнув на прощание. Никаких «в этот торжественный день…», «согласны ли Вы…», «обменяйтесь кольцами» и «объявляю вас мужем и…». Кирк ещё не успел понять, что произошло, как Спок внутренне напрягся, теперь-то Джим ощущал это, даже если он по-прежнему стоял с непроницаемым лицом. - Мой отец, – только и сказал вулканец. Джеймс глубже вздохнул и на мгновение прижался лбом к его виску, одновременно переплетая их пальцы. - И хорошо. Я знаю, что вы с ним не общались какое-то время, но, если он пришёл, это что-то значит, правда? Теперь мы вместе, так что ни о чём не волнуйся, я рядом. Спок выдохнул и благодарно сжал ладонь Кирка, в этом жесте было так много всего, что ему даже не стоило ничего говорить или, хотя бы, поворачивать голову к своему Капитану, всё было понятно без слов. Джеймс легко коснулся губами скулы вулканца и встал рядом с ним плечом к плечу, не отпуская его руки. В зал вошёл Сарек, не один, с небольшой свитой. Посол после непродолжительного телепатического общения с сыном протянул руку Кирку, Капитан поспешил ответить на рукопожатия того, кто, вообще-то, прикосновений откровенно избегает, но, видимо, сегодняшний день для него особенный. - Живите и процветайте. - Мира и долгой жизни, отец! – ответил Спок, слегка склонив голову. Если Джим и хотел что-то добавить, то просто не успел, Сарек удалился так же поспешно, как и целитель. - А торта со стриптизёршей не будет, да? – обиженно вздохнул Джеймс. - Ты бы подумал, мы могли и остаться на денёк-другой, тут твой дом, всё же, – Кирк до последнего тянул с установлением связи с «Энтерпрайз». - Отец предложил мне не дом, который остался на Вулкане, вместе с… - Спок на секунду запнулся, - вместе с моей матерью, а всего лишь место для проведения ритуала, а мой нынешний дом…. - Ой, не начинай, я уже понял, что ты не хочешь вести семейные беседы со своим родителем. Хотя, знаешь, мне было бы интересно пообщаться, мы же, вроде как, теперь с ним родственники. Как забавно, надо же, правда? - Твоё утверждение не логично, эта ситуация не подразумевает комедийного подтекста, соответственно, не может вызывать чувство веселья. Джим со стоном закатил глаза: - Спок, это просто выражение, что ты за человек такой? - Снова неточность в выводах. Ты осведомлён, что человеком я являюсь лишь наполовину, причём гены отца… - Перестань, пожалуйста. Ну, нам пора. Пошли! – Кирк крепче сжал ладонь Спока и достал из кармана коммуникатор: - Кирк «Энтерпрайз», поднимайте нас! На мостике их встретила команда офицеров в полном составе, которые с нетерпением и долей волнения ждали возвращения новоявленных супругов. Возле уха Джеймса моментально что-то пискнуло, как только они переступили порог турболифта. Сканер МакКоя, конечно же. - Боунс! - Кирк, заткнись! Как твой врач, я должен быть уверенным, что с тобой там не делали чего-нибудь противоестественного. Ничего не болит? - Голова. Немного. От тебя. - Ты подумай хорошенько, говорят, что эти, - доктор кивнул на вулканца, - просто монстры во время брачного периода. - Пон-Фарр - это не время «Х» для спаривания, доктор, - размеренно ответил Спок. - Это сложный биологический цикл, вступить в который можно в любой его точке, и не обязательно делать это в финальной, когда инстинкты берут верх над логикой. С Капитаном всё будет в порядке! - Смотри мне, гоблин! Я тебя запомнил, ясно?! МакКой скорчил недовольную гримасу, но сканер не отложил. - Вот что, команда, – собрался с мыслями Капитан. - Спасибо за сопереживание и поддержку, конечно, но, поскольку мне предстоит заняться изучением….хммм….древних обычаев иной расы, а мы находимся на стоянке на Новом Вулкане, на котором, конечно, никто из нас побывать не успел, то я объявляю увольнительную для всех без исключения членов экипажа до послезавтра. На планете потрясающая новая архитектура в сочетании с традициями наследия прошлого, думаю, что вам понравится. Но подчёркиваю, увольнительная для всех без исключения! Вольно! На протяжении всей речи он так и не выпустил ладонь вулканца из своей. Ухура лишь отрывисто кивнула Кирку, не взглянув на Спока, и первой покинула мостик, Сулу поклонился в привычной своим традициям манере, Чехов, уходя, пытался что-то сбивчиво и восторженно донести до Капитана и Старшего Помощника, но почему-то на русском, пока его не утащил за шкирку Скотти, а МакКой долго возился с сенсорными панелями, но потом, осознав, что остался на мостике единственным представителем офицерского состава, на котором и сосредоточились тяжелые взгляды двух старших офицеров, тяжело вздохнул и направился к выходу, ободряюще хлопнув Кирка по плечу и незаметно сунув ему в карман переносной коммуникатор. Итак, их оставили наедине. Какое-то время они просто молча стояли посреди враз опустевшего мостика, вслушиваясь в тишину. Затем Джеймс довольно хмыкнул, запустил руку в карман и бросил коммуникатор, заботливо подсунутый МакКоем, на капитанское кресло. - Отдыхай, Боунс! У тебя впереди два дня веселья. - Не думаю, что доктор имел злой умысел…. - Так, вот ты не начинай! Тебе что, заняться больше нечем? – Джим резко повернулся к вулканцу, долго разглядывал его профиль, как будто увидел что-то новое, а потом притянул его к себе за воротник парадной форменной куртки, глубоко целуя. - Джим….- сдавлено выдохнул Спок, прерывая поцелуй, - я не считаю это приемлемым. - Целоваться на мостике? Правда? А я нахожу это логичным! У нас Пон-Фарр, нам всё можно, и потом, может быть, я всегда об этом мечтал, все эти бесконечно долгие совместные вахты, а? – Кирк сиял, как шаттл после мойки. - Мне кажется, что ты слишком легкомысленно относишься к тому шагу, который хочешь совершить, Джим. - Брось! Мы пристыковали «Энтерпрайз», отпустили экипаж, и мы на Новом Вулкане, где, в случае чего, нам есть к кому обратиться. Что может случиться? – Джеймс притянул Спока к себе за пояс, утыкаясь ему в шею. - Я не уверен, но… - Так! Мы уже супруги? - Мы невероятно близки к завершению цикла. - И чего мы ждём? Никто больше не слушал нравоучений вулканца, его просто схватили за руку и потащили в турболифт. - Я что-то не понимаю, у тебя Пон-Фарр и ты же и отлыниваешь? - Кирк наиграно возмутился, блокируя дверь своей каюты, на которую кто-то из юмористов команды успел нацепить табличку «Молодожёнов не беспокоить», хотя и сам чувствовал определённого рода беспокойство перед неотвратимым приближением чего-то неизбежного и незнакомого. - Я не пытаюсь обратить процесс, но…. - Вот и хорошо, а то я начал переживать, – Джеймс подошёл вплотную к своему Старшему Помощнику и вопросительно посмотрел на него. – Итак? С чего начнём? Вулканец стоял, внимательно изучая покрытие на полу каюты, по-прежнему не пытаясь предпринять каких-либо действий. Кирк тяжело вздохнул и придвинулся так близко, насколько это возможно, медленно касаясь щеки своего Первого Офицера тыльной стороной ладони. - Кажется, я знаю, как вдохновить тебя на активные действия. Спок машинально положил ладони на пояс Капитана, уменьшая между ними расстояние, которого и так практически не существовало. - Ты же вулканец? - Подтверждаю, – если Спок что-то и не понял, то виду не подал. - И я твой партнёр на Пон-Фарр? - Так точно, – нотки сомнения послышались в голосе старпома. - Из этого следует, что я имею право на ещё один ритуал, да? - Джим….- Спок испуганно посмотрел на своего Капитана, кажется, он начал что-то понимать. - Значит, я угадал! Итак… - Джеймс выдержал эффектную паузу. - Брак или вызов, Спок? - Но… Капитан с улыбкой отодвинулся от своего Старшего Помощника, конечно, настолько, насколько это позволяли крепкие объятия последнего и терпеливо ждал, склонив голову к плечу. - Джим… - Брак или вызов?! - Я не знаю, что произойдёт… Никто не знает… Капитан! – Спок отчаянно старался просчитать возможные варианты развития событий, это была привычка выработанная годами, но ему для этого требовалось время, которое его беспокойный партнёр по жизни ни в какую не хотел ему предоставить. - Это третий и последний раз, подумай! Итак… - Кирк старался выглядеть как можно торжественнее. - Вызов или… Спок одним движением рванул Джеймса на себя, умудрившись использовать силу инерции, поменяться местами и ощутимо припечатать его спиной к двери каюты, которую они очень удачно успели заблокировать, и прижать своим телом так, что шансы на побег моментально приравнивались нулю. - Брак, Джим! Если Кирк и надеялся выдать победную тираду, то возможности ему не дали. Спок кончиками пальцев коснулся его щеки, спустился чуть ниже и задержал ладонь на шее своего Капитана, яростно целуя его, пальцы второй руки крепко удерживали запястье непоседливого Почти-Супруга. - Джеймс Тиберий Кирк, я отклоняю вызов и выбираю брак с тобой! – вулканец был невероятно серьёзен, даже серьёзнее, чем обычно. - Вот так-то лучше! У тебя есть моё согласие, Спок, – ухмыльнулся Джеймс и в следующую секунду обнаружил себя уже лежащим на кровати и страстно, жадно, как в последний раз, целующимся со своим Старшим Помощником, которому, видимо, всё ещё удавалось контролировать ситуацию, так как, нависнув на Кирком, он позволял себе только поцелуи, но не тактильный контакт, ибо обе его руки упирались по двум сторонам от головы Капитана. А вот сам Капитан, кажется, только сейчас осознал то, о чём его несколько дней предупреждал до невозможности логичный вулканец. Джим чувствовал, как накатывает душное, жгучее, туманящее сознание желание, как начинала гореть кровь, и это уж точно не являлось простым фигуральным выражением. Казалось, если он хоть секунду не будет чувствовать жар тела вулканца, его плавящие кожу прикосновения, его обжигающие поцелуи, то этот неизведанный незнакомый огонь попросту сожжет его изнутри и превратит в кучку пепла. - Слушай, этот твой Пон-Фарр воздушно-капельным, что ли, передаётся? – сдавлено прохрипел Кирк, отбрасывая на пол подушки и притягивая Спока так близко, насколько это было возможно. - Нет, Джим, через нашу связь. Мой разум – к твоему разуму, мои эмоции – к твоим. - Потрясающе! Мне начинает нравиться, – и он инициировал следующий, ещё более безумный поцелуй. Джеймса трясло, как в лихорадке, разумные мысли, казалось, улетучивались с варп-скоростью. Кажется, что даже рецепторы восприятия стали работать в ином, нечеловеческом режиме, всё воспринималось острее и ярче: прикосновения, звуки, запахи. Перестать чувствовать эту сводящую с ума связь было подобным смерти. Ощущения поражали, так желать своего партнёра мог только вулканец в момент Пон-Фарр, определённо. Нет, Джим и так хотел Спока до помутнения рассудка, всегда, в моменты их близости, но сейчас он был в этом уверен, он испытывал нечеловеческие эмоции. То, что он чувствовал, не было ни человеческой страстью, ни человеческим желанием. Это было чем-то материальным, захлестывающим с головой и сметающим всё на пути, будто волна лавы в момент извержения вулкана, одним на двоих, чем-то, что горячее и ярче пламени и в то же время чернее, глубже и неизведаннее самого космоса, а уж космоса-то Капитан Джеймс Тиберий Кирк, навидался за свои годы. Его собственные поцелуи и прикосновения перестали быть нежными и неторопливыми, всё в нём требовало подчиниться и не сопротивляться разрушительному обжигающему цунами внутри. Казалось, что от этих прикосновений, этих поцелуев, этих действий зависит, как минимум, будущее родной расы и родной планеты. Всё, что происходило, не имело отношения к человеческим эмоциям, это определённо был Пон-Фарр, их первый совместный Пон-Фарр, и его они встретят как полноправные супруги. Повинуясь этому дикому необузданному чувству, сопротивляться которому было не в его силах, Джеймс попытался было перехватить инициативу, но его попытки были мгновенно пресечены почти незаметным движением руки вулканца, из-за которого Джим оказался безвыходно прижатым к постели. При всём желании, ему было не изменить положения вещей, хотя, казалось, что Спок даже не напрягся, а так, между прочим, практически лишил своего Капитана возможности каких-либо ответных действий, слегка уперев ладонь в его грудь. Вот так просто, лёгким движением руки, не прикладывая особых усилий, поразительно! Что там говорил МакКой о неуравновешенности и безбашенности вулканцев в это время? В другую ночь, Джеймс, может быть, для вида, и поспорил бы, кто здесь Капитан, но не сегодня, не в Пон-Фарр, когда во внезапно почерневших глазах Спока он видел истинные размеры той пугающей нечеловеческой страсти, от которой сам ощущал лишь слабые, несформировавшиеся отголоски, но даже эти отголоски воспринимались как огненный смерч. Оказывается, все масштабы этих чувств ему было ещё не постичь. Больше он не пытался сопротивляться, тем более, когда его тело и разум отчаянно и безумно хотели именно того, что делал Спок, именно сейчас и именно так. Было что-то порочно-неправильное, но захватывающее и одуряющее-возбуждающее в том, чтобы беспрекословно подчиняться воле своего супруга, кажется, уже можно было официально принять их новый статус, безропотно признавать его силу и доминирование, позволяя ему всё и даже больше. С каждым движением, с каждым грубым яростным поцелуем, каждым вздохом и стоном, учиться и привыкать чувствовать вместе с ним, чувствовать так, как он. Джеймс и представить себе не мог, насколько всё изменится с появлением их связи. Больше не существовало ничего вокруг, не нужно было ничего объяснять или говорить, слова стали не нужны, только вдохи и выдохи, поцелуи, в которых растворялись они оба и полностью открытые мысли и чувства. Это было лучше любых витиеватых фраз, потому что сейчас не могло быть ни капли лжи, преувеличения или нескладных выражений, только оглушающий, не позволяющий дышать поток эмоций. Они ещё никогда не занимались любовью так искренне и так откровенно, зная друг о друге всё, бесконечно доверяя партнёру. Джиму казалось, что вокруг них есть только обжигающий слепящий свет, он не видел вокруг себя каюты, не чувствовал ни постели, ни прохлады простыней под спиной, ни горячего тела Спока под ладонями - только свет. Не было ни признаний, ни заверений, только соединённые тела и разумы, и бесконечное, одно на двоих, движение то вверх, то вниз в ярком свечении. Вряд ли бы Кирк выдержал подобное полноценное слияние, если бы не Спок, который идеально улавливал момент, когда сознание его супруга начинало сдаваться под напором их связи, и вовремя возвращал его к себе, в реальный мир поцелуями, укусами, прикосновениями, не давая перейти грань. Но ментальная связь связью, а Джим был всего лишь человеком, и, когда огонь внутри и снаружи стал жечь особенно невыносимо, он не смог ограничиваться только телепатией. - Я люблю тебя! И свечение стало не таким ослепляющим, и Джеймс наконец-то вспомнил, где они и что происходит. Спок замер на мгновение, растеряно вглядываясь в его лицо, прикоснулся кончиками дрожащих пальцев к виску своего Капитана, провёл по щеке до подбородка и выдохнул, склоняясь к нему так близко, как только было можно: - T`hy`la. Джим уже кое-что успел узнать о вулканском языке, поэтому такой ответ вызвал у него бурю чувств, он слегка приподнялся, целуя Спока, теряя рассудок от всего того, что ощущал сейчас. В глазах мужа он сейчас видел больше удивительного и невероятного, чем во всех галактиках вместе взятых. Джим откинулся на подушки и радостно рассмеялся, но тут же сорвался на крик, когда Спок подался ему навстречу, одновременно припадая губами к его шее. Кажется, Джеймс кричал что-то по-вулкански, благо кое-какие фразы он теперь знал, но не был уверен, что в его исполнении они прозвучали в соответствии с цензурой. Оставалось надеяться только на то, что он случайно не выдал чего-то уж совсем из ряда вон выходящего, потому что, судя по загоревшимся глазам вулканца, по его слегка саркастической ухмылке и последующему грубому и болезненному укусу в плечо, с последней фразой всё же было что-то неладно. Полноценная ментальная связь была даже круче самого секса, который, конечно же, был потрясающим, как всегда. Джим уже не понимал, где его сознание, а где сознание Спока, чьи эмоции он сейчас ощущает, чьё сумасшедшее сердцебиение он чувствует. Постойте-ка, это он сейчас так податливо изгибается в руках вулканца, это его глаза так блестят, это действительно он так неприлично громко стонет имя своего Старшего Помощника? Стоп, а это сейчас было на русском? Откуда, чёрт возьми, он понахватался таких фраз на этом языке? Точно не от Чехова! Вот, значит, как он выглядит, когда они занимаются любовью? Всё, нужно срочно разыскивать своё сознание, а то такого про себя насмотришься – до конца дней стыдно будет! Лампы аварийного освещения в каюте придавали коже Спока нереальный оттенок, а его глазам непривычный блеск, хотя, может быть, дело было не только в лампах. Сладкий аромат кожи вулканца, которым, казалось, пропитался и сам Кирк, его невероятно горячее тело, нежные прикосновения, и то, что он, тоже перестав полагаться на слияние разумов и наплевав на вулканский, по старинке шептал Джиму невероятные вещи, заставляло сердце Капитана отчаянно искать возможности покинуть грудную клетку, наплевав на такие пустяки, как рёбра, например. Всё, что сейчас было нужно Джеймсу, это чувствовать Спока ещё ближе, ещё полнее. Он едва касался его щеки, как уже растворялся в невероятно чувственном поцелуе, только дотрагивался до его плеча, как уже плавился под ласками его неимоверно горячих ладоней. Сейчас они понимали и знали друг друга лучше, чем себя самих, это были непередаваемые ощущения. И жаркая, яркая, грозящая заполнить собой всё доступное пространство любовь у них тоже была одной на двоих. Джим целовал Спока, сходя с ума от ощущения безграничного счастья и нежности, которые чувствовал от вулканца в ответ. На краешке сознания шевельнулась мысль, что ему даже чуточку жаль пропадающий из-за их брака генофонд Вулкана, а генофонд был бесподобным! Его Старший Помощник всегда был сильнее и выносливее его, а сейчас, когда Кирк находился полностью в его власти, это ощущалось ещё острее. Кирк провёл ладонью по предплечью вулканца, но от последующего резкого движения вынужден был с силой сжать плечо своего супруга, чувствуя рукой напряжение казавшихся стальными мышц, жар его кожи, и эти ощущения сводили с ума. На каждое его инстинктивное, хаотичное прикосновение, Спок реагировал именно теми действиями, которые сам Кирк желал где-то на уровне не оформившегося подсознания. Вот что значит ментальная связь партнёров, которая во время первого совместного Пон-Фарр будет с каждой минутой изменяться и крепнуть, до тех пор, пока полностью трансформируется в полноценную связь супругов. И Джеймс чувствовал эту ранее не ощутимую связь с каждым поцелуем, прикосновением, вздохом, с каждым движением навстречу, стоном, с каждым сдавленным шёпотом и криком «я люблю тебя!», связь крепла, и ощущения этой связи становились почти материальными и почти болезненными. Кажется, их ночи обещают стать ещё разнообразнее. Всё закончилось так же внезапно, как и началось, что позволило Кирку наконец-то обнаружить, что он может дышать и почувствовать близость Спока, именно Спока, а не прикосновения обжигающего пламени. Кажется, встать на пути сверхновой и то более безопасно, чем испытать весь этот набор чувств и ощущений. Сам же вулканец обессилено лежал рядом, сбивчиво дыша и слабо сжимая пальцы Джима. - Это было… - Кирк подбирал слова. - Что это вообще было, блин?! - Установление полноценной ментальной связи между супругами во время Пон-Фарр, – отрапортовал Спок. – Я же предупреждал тебя, – добавил он тихо и нежно прижался лбом к виску Кирка. - Неееет, о таком ты не предупреждал! Вот от этого ты меня отговаривал? - Прости, я же пытался… Разве ты меня слушал? – вулканец пытался оправдаться. - А надо было донести информацию! - Джим… Я понял тебя, – Спок попытался отстраниться, но Кирк моментально сжал его запястье, заставляя вернуться обратно. Не дав возможности среагировать, он довольно улыбнулся и, придавив враз переставшего сопротивляться вулканца к постели своим весом, удобно устроился у него на плече. Спок сейчас же, привычным жестом, обнял супруга за плечи. - Джим, как ты себя чувствуешь? - Эй, моя реплика! – наиграно возмутился Кирк. - Это же твой Пон-Фарр. - Наш Пон-Фарр, – менторским тоном поправил его вулканец. - Повторю вопрос. Как твоё состояние, Джим? - Не прикидывайся, что не чувствуешь. Всё хорошо, - уже мягче отозвался Джеймс. - Правда, голова немного болит. Он нагло преуменьшил, голова раскалывалась так, будто на ней выполняла боевые манёвры их «Энтерпрайз». - Это от непривычки чувствовать полноценно функционирующую связь, скоро ты привыкнешь, и дискомфорт ощущаться перестанет, - едва заметно усмехнулся Спок и, притянув голову Джима ближе, поцеловал его в макушку. - Хорошо, что пройдёт, – Джеймс над чем-то задумался. – Что, получается, теперь ритуал закончен? Он легко коснулся раскрытой ладони вулканца и почувствовал, как в ответ на его касание по телу Спока прошла волна приятной дрожи, ох уж эта сверхчувствительность рук у их расы. – И получается, что ты теперь мой старший помощник, Первый офицер по науке и… - многозначительная пауза, - ….и муж? – Джим прижался лбом к непривычно влажному лбу Спока, лежащего под ним, после каждого слова легко касаясь губами его переносицы. Вулканец в ответ на этот вопрос лишь шумно вздохнул, закрыл глаза и за плечи притянул своего супруга и Капитана по совместительству, ещё ближе. - Подтверждаю, Джим! - Никогда не думал, что женюсь так рано, - Джеймс счастливо рассмеялся и уткнулся в шею Спока. - Да, и первую брачную ночь я представлял себе несколько иначе. Они уже какое-то время просто лежали рядом. Кирк в очередной раз усовершенствовал причёску супруга, то есть, создавал на голове вулканца художественный хаос, совмещая это занятие с подробнейшим исследованием левого уха Спока, при помощи самого подходящего, для данной ситуации, органа восприятия - губ. Вулканец и раньше предполагал, что его уши, скорее всего, станут своеобразным фетишем для его Капитана, уж слишком много внимания им уделял последний, даже до начала их отношений. Сейчас Джим чередовал касания губ с легкими укусами, которые, почему-то, чаще всего приходились на заострённый кончик уха Спока. Не сказать, чтобы именно это последнему особо нравилось, но он уже привык к такому странному вниманию со стороны Джеймса к своим ушам и предпочитал супругу не перечить, тем более, стоило признать, что это было довольно приятно. Так они частенько коротали остатки ночей: Джим что-то тихо рассказывал, шептал милые бессмыслицы и признания, попутно, пытаясь найти идеальное состояние причёски вулканца, а Спок находился в легком подобии медитации, не пытаясь скрыть, что млеет под этими прикосновениями и еле ощутимыми поцелуями, от всей той нежности, того тепла и такой, по-человечески нескрываемой, любви. Джим строил планы на будущее, о том, что теперь, после тяжелой миссии на поверхности какой-нибудь планеты, можно будет, не скрываясь, подойти к капитанскому креслу и обнять Спока сзади за плечи, уткнуться ему в затылок, ибо его муж просто невероятно сексуально смотрится в роли Капитана корабля. Конечно, навсегда он ему своё кресло не отдаст, но ненадолго, ради разнообразия в семейной жизни - можно. - Джим, неприемлемо выказывать эмоциональную заинтересованность во время выполнения служебных обязанностей, – укоризненно покачал головой вулканец, в ответ на радужные планы своего Капитана. - Ой, кто бы говорил! Помнишь кабинет Пайка? Никогда не забуду его громогласное «Ребята, всё, что угодно, но только не в моём кабинете! Спок – в дальнее кресло, у Вас, коммандер, что, досрочный Пон-Фарр начинается, когда Вы Капитана видите? Джим, ради всего святого, немедленно перестал обнимать старпома, застегнул пуговицы кителя, сфокусировал взгляд и брысь с моего стола! Живо! Сейчас сюда придёт адмирал, обсудить с вами подробности будущей миссии, и я вас умоляю, сделайте вид, что ничего не случилось, и что я не прервал ваши брачные игры на моём конференц-столе! И чтоб ни слова! Я ещё в шоке, ясно вам?!» Ему показалось или после напоминания о том инциденте, уши Спока слегка позеленели? - Есть, что сказать в своё оправдание? – нахально осведомился Кирк. - Тогда мы не были на службе и… - Продолжай! – Джим с интересом разглядывал супруга. - И мне показалось, что ты слишком долго обсуждал несущественные вопросы с этим пилотом, – нехотя ответил вулканец. - Смитом? Да, мы же учились вместе! – удивлённо вскинул брови Джеймс. - И что, настолько долго, что ты посчитал приемлемым прервать нашу беседу, напомнить мне о том, что мы опаздываем на встречу к Пайку и донести до меня своё недовольство весьма определённым способом, как только мы вошли в его кабинет? Хорошо, что он тогда был на совещании, но всё равно успел к самому интересному. А ты ревнуешь, Спок? Джим провёл кончиками пальцев по груди вулканца, довольно улыбаясь. - Пошёл на поводу эмоций, Капитан. - В следующий раз иди на поводу не так яростно, пожалуйста, чтобы мне потом не пришлось шею шарфами неделю обматывать и краснеть при виде улыбающегося Пайка. Хотя, я не то чтобы совсем против, - Кирк легко поцеловал Спока в переносицу. - Пусть все знают и завидуют. Но, поверь, никто и никогда не оспорит твоё право на меня, я этого не допущу! - Вас понял, Капитан, – согласно кивнул Спок. Неужели сердцебиение вулканцев может настолько учащаться? Наверняка, это нелогично, но невероятно трогательно. Джеймс снова улегся на родное плечо и продолжил мечтать о том, что они обязательно должны взять отпуск в конце миссии, о том, какой дом им стоит снять после возвращения на Землю, и почему-то вслух размышлял о том, как выглядели бы дети Спока, представляя его в детстве. Странно, что передача такого набора генов по наследству не заинтересовала Новый Вулкан. Видимо это из-за того, что Спок был чересчур человеком, он бы никогда не согласился на ритуал Колинар, слишком рано он встретил Джима. - Слушай, а ты наверняка был очень милым ребёнком, а, ушастик? - Кирк снова легонько прикусил кончик уха вулканца. - «Ушастик»? – праведно возмутился Спок. - Они ничуть не больше твоих, Джим! - Тшшшш! Я любя, ты же знаешь! Молодожён слегка взволнован, – Кирк вновь коснулся уха Спока, но теперь уже нежным поцелуем, одновременно поглаживая кончиками пальцев висок своего старпома. Они могли лежать так часами, держась за руки, целоваться, строить планы, рассказывать истории из своего прошлого, до тех пор, пока комм противным писком не сообщал о том, что Капитану, вообще-то, пора бы и на мостике появиться. - Муж, – подвёл итоги сегодняшнего дня Кирк с абсолютно счастливой улыбкой на лице. Его утверждение не относилось к какой-то конкретной теме разговора. По всей видимости, Капитан просто привыкал к новому статусу. В ответ на это, Спок улыбнулся уголками губ, поймал руку Джеймса, которая в данный момент упорно убирала чёлку с его лба, и прижался губами к ладони Капитана. От неожиданного сочетания эмоций, у Джима по спине пробежали мурашки. Так чуднО было ощущать, что вулканец, который, вроде как, не должен ничего такого чувствовать, чувствует. А он чувствовал, ещё как чувствовал, теперь Джим мог с уверенностью это сказать. Сейчас он физически ощущал, что такое вулканская любовь и знал, как она выглядит, какова на ощупь. Он мало о ней слышал до этого, ибо Спок не был склонен рассказывать о своих чувствах и эмоциях, но теперь Кирк понимал, что ради того, чтобы ощутить всю полноту этого чувства, стоило подождать несколько лет. - Позволь вопросить о личном? – голос Спока был слишком серьёзным для этого конкретного момента. - О чём-то более личном, чем предложить мне брак? – Джеймс улыбнулся ещё шире, не переставая приводить в беспорядок идеальную причёску мужа. – Разрешаю. Спрашивайте, мистер Спок. - Скажи, Джим, ты… - вулканец явно подбирал слова из лексики людей, чтобы его Капитану было понятнее, но Кирк уже знал, о чём тот думает. Какая очаровательная штука эта их сформировавшаяся связь! Теперь можно было не переживать, что он сам как-то нечётко выскажет свои мысли, Спок его всё равно поймёт, а сам он прекрасно ощущает, что чувствует вулканец. Это сколько же прикольных вещей можно придумать! Джеймс мысленно одёрнул себя, он Капитан звездолёта, взрослый серьёзный человек, женатый, между прочим, а всё думает о розыгрышах и шалостях, как в Академии, в самом деле! Так, кажется, он собирался что-то ответить Споку, нужно сделать это, а про шутки он подумает завтра утром. Наверное, нужно посоветоваться с Боунсом , но он обязательно что-то придумает, потому что сил нет терпеть эту излишнюю серьёзность вулканца в обычной жизни. - Нет, Спок, я не жалею о своём решении! Ты же это хотел спросить, да? Я, как и раньше, считаю, что согласиться на союз с тобой было самым верным из моих решений за последние годы, за исключением, может быть, решения вступить во Флот, потому что иначе мы бы и вовсе не встретились! Спок улыбнулся, по-настоящему, почти счастливо, совсем как человек. Определённо, ради этого стоило терпеть нудную процедуру на Новом Вулкане и противную мигрень сейчас! Джим склонился к нему, мягко целуя, к чему лишняя болтовня? Ладонь вулканца легла на плечо Кирка и стала спускаться ниже по спине. - Хммм… - многозначительно выдал Джеймс, отрываясь от губ супруга и пристально глядя ему в глаза. – Напомни-ка, как часто у вас этот Пон-Фарр? Губы Кирка, которые вернулись было к изучению мочки уха вулканца, скользнули ниже, на шею, откуда взяла начало дорожка поцелуев, целенаправленно прокладываемая к груди Спока. - Раз в семь лет, Джим, ты же знаешь, – бесстрастным тоном напомнил вулканец, хотя при этом и прикусил нижнюю губу, а уж какие желания сейчас бушевали у него внутри, Джеймс прекрасно чувствовал и это его ни капли не удивляло. Он, вообще, перестал удивляться многому за эти два совместных года. Джеймсу больше не казалось необычным, что Спок был до маниакальности ревнив и до жути собственником, что он был способен нарушать Устав, чаще всего ради него же, что ему невозможно было соврать, даже о мелочи, что завести его было легче, чем большинство из бывших подружек Кирка, которые и без его участия вешались на шею, правда, последствия от этих невинных попыток соблазнить своего Старшего Помощника в неположенное время и неположенном месте были намного серьёзнее, чем при флирте с девчонками. И Капитан не жалел, что на познание этих фактов он потратил целых два года. - Мда-а… - Джим над чем-то размышлял, склонившись над животом супруга. - Как-то это всё долго, семь лет эти твои. Скажи, а ускорить процесс нельзя? Ну, предположим, раз в год? Может, стоит поговорить с МакКоем? Спок удивлённо смотрел на довольно улыбающегося Капитана и машинально пожал плечами. - Я не думаю, что действительно будет приемлемо просить о таком нашего доброго доктора. - Всегда поражался, чем вы там занимаетесь на своём Вулкане, неужели так заняты, что нет другого способа напомнить вам о сексе раз в 7 лет, кроме этого безумства? - Не нам устанавливать правила и менять природу расы. - Ну, конечно, - с сарказмом протянул Кирк и вернулся к первоначальному положению, удобно устраивая голову на плече вулканца. Усталость и правда была такая, что не хотелось даже шевелиться. Они лежали молча, слушая дыхание друг друга, ещё какое-то время. - Я люблю тебя, - Джеймс, первым нарушил молчание и, словно довольный кот, потёрся щекой о плечо своего старпома. - Ты знаешь, что твои чувства взаимны, Джим. - Спок взлохматил волосы на макушке супруга. - Прежде всего, теперь я знаю, что они у тебя есть, но всё равно, так нечестно, скоро мы совсем общаться перестанем, что ли? Спок молчал несколько секунд, а затем приподнялся на локте и подался ближе, не разрывая зрительного контакта с Кирком. -T`hy`la. Мой, – Жаркий шёпот возле самых губ Капитана. «T`hy`la» и долгий поцелуй. Вот так, вместо тысячи слов!