Тихий город

Громкая раздражающая вибрация раздалась как раз в тот момент, когда я уже почти провалился в сон. Еле разлепив глаза, я взглянул на часы на прикроватной тумбочке и начал заранее проклинать Лео, который так любил сообщать мне плохие новости на ночь глядя. Однако, стоило мне взять телефон в руки и перебороть желание швырнуть его куда подальше из-за яркого света, все проклятия, предназначенные колумбийцу, улетели в никуда. Почему ребенок звонит мне в такое время? Поругались с другом? Опять? — Да? — устало ответил я, успокаивающе массируя переносицу свободной рукой. — Привет. Голос у него был тихий и печальный. Я подождал пару секунд, ожидая, что он объяснит, зачем ему понадобилось мне звонить, но он только сбивчиво задышал в трубку, будто только что плакал. — Привет? — переспросил я. — Что случилось? — Можешь меня забрать? Вопрос прозвучал слишком неуверенно, что насторожило ещё больше, но задавать лишние вопросы я не стал. Обсуждать их ссору по телефону — не лучшая идея. — Ладно, сейчас оденусь и выйду, подожди в доме. Уже готовясь сбросить, я сел в кровати и задумался о том, что же мне надеть, но Джеймс прервал меня: — Нет… — он запнулся, и я, не до конца отбросив желание уснуть, нахмурился. — Тебе понадобится машина. Я застыл, пытаясь понять, послышалось мне, или Джеймс действительно сказал, что он сейчас не в доме друга, как мы, вроде как, договаривались. — И как далеко мне придется заехать? — спросил я, стараясь не спугнуть его. Всё-таки он молодец, что решился позвонить мне. Приятно знать, что он доверяет мне и просит о помощи. Джеймс неловко замычал, будто пытаясь вспомнить ответ на вопрос, и несколько раз шмыгнул носом. — Помнишь наш поход с палатками? — наконец спросил он, и я окончательно потерял дар речи. Это намного дальше, чем я успел представить. — Просто едь по дороге. Я не знаю, где я, тут… эм… темно и холодно? Ох, как же он у меня получит. И недели не прошло, а он опять шляется где-то в лесу. Что он там забыл? Опять решил кого-нибудь выследить? Может, действительно начать его на замок закрывать, чтобы не влез в очередную историю? — Никуда не уходи, скоро буду. Джеймс пробормотал короткое «угу» и сам завершил звонок, будто боялся, что я начну его ругать прямо сейчас. Я очень хотел его отругать. Я, значит, спокойно сплю, веря в то, что он развлекается с другом, пересматривая своих любимых «Людей икс», а он каким-то образом очутился в тридцати километрах от города? Что он там забыл?! Надеюсь, что все те россказни мисс Маргарет про волков и агрессивных лосей были неправдой. Он вообще по дороге шел или до этого ещё и в чащу забрел? Если по дороге, то не так страшно — не придется опять клещей вытаскивать… Хотя вдруг кто-нибудь будет проезжать мимо и его достанет? Нужно завязывать с привычкой под названием «что, если…?». Просто собираюсь и еду забирать своего несносного ребенка. Ничего не случится. Но как, чёрт возьми, он там оказался? Почему я не спросил? Вдруг действительно что-то случилось. Пытаясь натянуть на себя домашние спортивные штаны и не упасть, я всё же набрал номер сына, плечом прижав телефон к уху. Пару гудков спустя он, ожидаемо, сбросил. И что это такое?! Стоило мне представить себе целый набор угроз для его жизни, из-за которых он мог бы не отвечать, когда телефон коротко пикнул, уведомляя о новой смске. «Со мной всё в порядке. Просто приезжай». Не хочет разговаривать. Ясно. Значит, он действительно что-то натворил.

***

Столкнулись мы намного раньше, чем я думал. Я проехал километров десять от силы и чуть было не проскочил мимо, не заметив маленькую фигуру в темноте. Джеймс сидел на обочине, будто щенок, которого хозяева оставили одного в лесу. Он выглядел таким потерянным, что вся моя злость мгновенно улетучилась. — Надень, — сказал я, передав ему свою куртку. Он молча принял её. укутался вместе с головой. Уши у него краснющие — сегодня же такой сильный ветер, а у него даже капюшона не было. — Где Дэн? Джеймс ничего не ответил, но я никуда не спешил и выжидающе смотрел на то, как он пытается расслабиться, оказавшись в тепле. — Остался. — Где? Он не ответил. Я начал терять терпение, поэтому полностью повернулся к нему, давая понять, что мы никуда не поедем, пока он не объяснит, что происходит. — Можно мы просто поедем домой? — тихо спросил он, чуть сползая на сидении. — Что случилось? Ты ранен? Тебя кто-то похитил? Что? — Я в порядке. — Как-то незаметно. — Правда, всё хорошо. Я не смог сдержать обречённый вздох. В порядке он. Ладно. Возможно, ближе к дому заговорит. Развернув машину, я, не спеша, направился обратно. Не обращать внимание на шмыгающего носом Джеймса никак не получалось. Если такие ночные прогулки будут продолжаться и дальше, то он точно заболеет. Надо будет напоить его имбирным чаем сразу же, когда приедем — и плевать, что он его терпеть не может. Будет лечиться. — Я знаю, кто убийца, — неожиданно прошептал Джеймс. Я чуть было не нажал на тормоз от такого заявления. — Что? Он опять кому-то в машину влез? Как он умудряется влипать в такие истории? — Это Гарри. — Какой ещё Гарри? — Не знаю, он в колледже учится. Парень Ребекки. Кажется, он угрожал Фрэнку на какой-то вечеринке. Там полно свидетелей, кто-нибудь точно подтвердит... даже Дэн. Я повернул голову в его сторону, желая понять, шутит он сейчас или нет. — И как ты это узнал? Джеймс вновь замолчал, но ненадолго. Стоило мне снова открыть рот для вопроса, он опередил меня: — Только не ругайся, — жалобно попросил он, и я мысленно усмехнулся его наивности. — Ты знаешь, что всё равно буду. Он вздохнул, но решился продолжить: — Мы с Дэном были на вечеринке. Ну… скорее, просто встрече у озера. У брата Киры — ты её тоже не знаешь — был день рождения, и мы собрались… эм… это Дэн меня позвал, а я не хотел ехать. Правда. Просто он сказал, что там будет много друзей Ребекки и... вообще-то, он меня обманул. У Ребекки нет друзей, только знакомые. А у Киры есть парень, Джексон, и он очень подозрительный и грубый. Мы заговорили про Фрэнка, и какой-то парень сказал, что друг Джексона, то есть ещё и парень Ребекки, вышвырнул Фрэнка с вечеринки у какого-то Кевина, и это все видели. Ребекка притащила Фрэнка Гарри на зло, а тот приревновал и напал на него у всех на глазах. Я не спросил, когда именно это было, но уверен, что не так давно. Всё сходится. Я промолчал, пытаясь переварить полученную информацию. Во-первых, сам факт того, что Джеймс был на вечеринке, меня шокировал, а, во-вторых, меня в очередной раз поразила его способность добывать информацию. Шериф уже опрашивал всех детей, родители которых дали на это согласие, но, кажется, он упустил тот факт, что дети не будут рассказывать кому-то вроде него о вечеринке, на которой напились без разрешения родителей. — А еще я думаю, что Ребекка прямо сейчас с Гарри, — продолжил Джеймс, не дожидаясь моей реакции. — Я подслушал разговор Киры и Джексона, — они говорили про нее, и Джексон постоянно твердил, что Гарри хороший парень, а Кире нужно перестать лезть не в свое дело. Они ещё сказали, что кто-то должен вернуться. Возможно, они знают намного больше. Кира плакала, потому что Джексон запрещал ей рассказывать правду, но если её разговорить, то она точно признается.  — Ты уверен? — спросил я, на несколько секунд отвлекаясь от дороги. — Это очень серьёзное заявление. — Уверен, — твёрдо сказал он. — Так, ты позвонишь шерифу или… — Сейчас уже поздно, но с утра мы с тобой поедем в участок. — А что, если Ребекка всё ещё жива, но мы не успеем?! Он произнес это так испуганно, что у меня у самого сжалось сердце. — Всё будет хорошо, — успокоил я, стараясь не показывать собственную неуверенность. — Ты же знаешь фамилию этой Киры? Где она живет? Он отрицательно помотал головой. — Тереза точно знает — это не будет проблемой. Ну, и они всё ещё у озера, так что их просто найти. — Вот с этого момента поподробнее. Почему ты оказался посреди дороги в одиночестве, а не подождал меня там? Он нервно сглотнул. Понял, что мы перешли к той части, когда его косяки всплывают наружу. Может, он ушёл оттуда, потому что боялся, что я узнаю о вечеринке? Хотя нет, я же и так узнал, тут должно быть что-то другое. — Мы с Дэном поругались, — неуверенно признался он. — Я думал, что смогу сам до дома дойти, но натёр мозоли уже через два часа. — И только поэтому решился позвонить мне? Потому что устал идти? А обо всем остальном ты не подумал? Он промолчал. Конечно, этого и стоило ожидать. — Подумал, — он немного поёрзал, ещё больше притягивая к себе чересчур большую для его маленьких плеч куртку. — Мне хотелось тебе рассказать про Гарри. — А уши тебе отморозить тоже хотелось? — с сарказмом спросил я. — Или наткнуться на взбесившегося лося? — Ну, пап, — я не увидел, но был уверен, что он закатил глаза. — Мисс Маргарет не видела никаких безумных лосей. Ты преувеличиваешь. — Это ничего не меняет. С тобой могло случиться всё, что угодно. Надо же, додумался идти домой тридцать километров пешком, да ещё и посреди ночи! — Сейчас только одиннадцать… — Лучше помолчи. Он и правда замолчал. Мы подъехали к дому, и я нажал на кнопку в пульте, открывая гараж. Джеймс выпрямился, радуясь, что наконец оказался дома. — Сразу в душ, а потом на кухню, — сказал я ему, когда он хотел сбежать от меня побыстрее. — И градусник захвати. Выглядишь так, будто простыл. Он ничего не ответил, уносясь вверх по лестнице. Я медленно прошел на кухню, открыл верхние шкафчики в поисках имбиря и лимона. Про сон я думать не мог. Все эти новости про убийцу выбили меня из колеи. Что в таких ситуациях нужно делать? Немедленно звонить шерифу? Рабочий день давно закончился, да и посоветоваться с адвокатом бы не помешало. Я-то знаю, как они на ребёнка накинутся, если он им так много информации предоставит. Придётся потом по судам бегать — в худшем случае. Да, лучше позвонить Линде с утра. Она объяснит, что делать и как правильно дать показания. Возможно, даже согласится помочь этой девушке, Кире. Чёрт возьми, Джеймс действительно раскрыл преступление? И что делать с его внезапным побегом? Он ведь обманул меня, сбежав на вечеринку. Интересно, он пил? Если поехал с Дэном, то точно пил. Я уже и сам понял, что тот милый мальчик, скачущий по крышам с моим искателем приключений, превратился в самого настоящего гуляку. Нужно будет поговорить с его матерью. Когда чайник наконец закипел, и я засыпал в огромную кружку три ложки сахара, Джеймс нехотя спустился. Я молча пододвинул к нему напиток и смерил строгим взглядом, стоило ему скривиться и в протесте выставить руку. — Градусник принес? — спросил я, когда он всё же сделал маленький глоток. — Угу. Я кивком намекнул ему на то, что неплохо было бы этим самым градусником воспользоваться. Он послушался, всё ещё обиженно косясь на меня из-за чая. — Утром позвоню Линде, — предупредил я, чтобы он не думал, что я решил бездействовать. — Она приедет, и ты дашь показания. Скорее всего, тебя просто попросят назвать имена свидетелей и несколько раз потребуют пересказать услышанное. Я буду рядом, ничего не бойся. — Думаешь, они найдут её? — еле выговорил он, чуть не уронив градусник. — Надеюсь. Сколько там? Джеймс достал градусник и повернул ко мне. Девяносто восемь и восемь — всё нормально, но с утра может стать хуже. Только бы пронесло. — Повеселился? — спросил я, когда он выпил половину кружки. Он замер, неуверенно пожимая плечами. — Расскажешь? Он промолчал и снова уткнулся носом в кружку. Наверное, думал, что разговор переносится на завтра. Ну уж нет, раз с утра у нас наметились грандиозные планы, то сейчас необходимо разобраться с остальным. — Было совсем не весело, — пробормотал он, глядя куда угодно, но не на меня. — Я даже не понял ничего толком и быстро ушел. Пошел искать Киру — она до этого сбежала после того, как мы обсуждали Фрэнка. Я нашел её и вот… подслушал, а потом Дэн пришел, и мы поругались. Он сказал, что я странный и всегда таким был. Наверное, он прав. — Ты не странный, — уверенно сказал я. — У каждого есть свои особенности и свои собственные мысли. Если кто-то не подходит под твои стандарты, это не значит, что он не такой. — Знаю. Дэн просто изменился, хотя и говорит, что дело во мне. Это ведь он вечно о своей Терезе думает... ещё и татуировку новую набил на самом видном месте, хотя его мама всегда была против. Нам же было так весело вместе... я не понимаю, что со мной не так. — Эй, — я тихонько постучал по столу, вытянув руку вперед. Джеймс наконец поднял на меня взгляд. — С тобой всё хорошо. У вас просто разошлись интересы. Он выбрал немного другой путь для того, чтобы казаться взрослым. Ты не должен повторять за ним, если тебе это не нравится, и не должен винить себя. Ты у меня умный мальчик, должен понимать. Он насмешливо фыркнул и сделал ещё один глоток чая. Судя по тому, что он больше не кривлялся, я всё же угадал с количеством сахара. — Я не хочу татуировку, — внезапно заявил он, отрываясь от кружки. — Вообще. — И это нормально, — подтвердил я. — Но если твое мнение вдруг изменится, то лучше предупреди меня, ладно? Он кивнул, и мы оба замолчали. Я понимал, что нужно переходить к следующей части, но тишина была настолько уютная, что я решил не спешить. Моё негодование из-за его маленького подросткового бунта практически испарилось. Хоть обстоятельства и были совершенно другими, но я вспомнил свою первую вечеринку, которая была, определенно, в десять раз хуже. Джеймс по сравнению с молодой версией меня — просто ангел. — Ты злишься? — нарушил тишину он, с опаской поглядывая на меня. Видимо, моё задумчивое лицо выглядело слишком напряжённым. — Нет. Просто немного обижен. Он слегка поджал губы, не понимая, чего ожидать. Ладно, мы всё равно должны с этим разобраться. — Пошли в гостиную, там поговорим, — сказал я, поднимаясь со стула, но тут же замер, стоило увидеть застывшего в ужасе ребёнка. — Что такое? — У меня та-ак болят ноги, — пожаловался он, будто в подтверждение поджав их под стул. — И в горле немного першит... наверное, все-таки простудился. Его неправдоподобный кашель чуть было не вызвал у меня приступ смеха. — Пошли, страдалец, — игнорируя слабый протест, сказал я, помогая ему встать. — Пока я ещё добрый. Он заметно ускорился, на что я бесшумно усмехнулся. Думает, что сможет отвертеться, но не тут-то было. Он, конечно, молодец, что меня о помощи попросил, а не остался сидеть на обочине, но сам побег и предшествующий ему обман оставить безнаказанным никак нельзя. — Ты бы меня не отпустил, — начал оправдываться он, когда я жестом велел ему присесть в кресло. Сам я опустился на диван, слегка повернувшись в сторону, чтобы мы могли смотреть друг другу в глаза. — Это было очень важно. Я бы ничего не узнал, если бы не пошел. Признай, что я все же полезен. Он хитро улыбнулся, на что я лишь невпечатленно приподнял бровь. Пытается из себя героя строить? — Когда тебе кажется, что я чего-то бы тебе не разрешил, скорее всего, я бы действительно не разрешил, и тебе не стоило этого делать, — сказал я гораздо строже, и Джеймс тут же растерял всю свою надежду на хороший исход. — Я не отрицаю, что ты молодец, но… — Если бы не я, про Гарри вообще бы никто не узнал! — Давай без «если». Ты прекрасно понимаешь, что я разочарован из-за того, что ты обманул меня, хотя до этого я пожалел тебя, решив, что тебе будет полезно провести день с другом. Даже временно отменил домашний арест, а ты всё равно решил подорвать моё доверие? Он слегка потупился, уставившись на журнальный столик. Стыдно всё-таки — хороший знак. — Ты пил? — спросил я, хотя и не собирался этого делать. Джеймс отрицательно замотал головой. — Уверен? — Угу. Я тяжело вздохнул. Ладно, лучше не трогать эту тему. Он же у меня не такой — он хороший, просто с тягой к приключениям. Даже если и попробовал, ничего страшного не случилось. — Домашний арест продлевается до следующего месяца, — сообщил я и вовремя поднял руку, предотвращая протест. — Я всё ещё буду брать тебя с собой в патруль, так что лучше скажи спасибо. Он что-то невнятно пробурчал себе под нос. — И, конечно же, никаких ночёвок у Дэна, даже если они настоящие, не будет, — продолжил я и не получил в ответ никакой реакции. — Скажи хоть что-нибудь. — Я понял, — обиженно пробормотал Джеймс. Он поднял на меня обеспокоенный взгляд, понимая, что разговоры наконец закончились. Я хотел было кивнуть ему, приглашая на излюбленное им место, но вдруг понял, что ремня не надел. Отправить его за ним? Или самому сходить? Хотя ладно, нужно учитывать его вклад в расследование в качестве смягчающего обстоятельства. — Иди сюда, — сказал я, садясь ровно. Джеймс непонимающе покосился на меня и встал, не двигаясь с места. — Давай-давай. — Ты серьёзно? — спросил он неуверенно. — Нет, если хочешь, можешь сбегать в мою комнату… — Ладно, нет, подожди, — он сделал несколько шагов вперёд, но опять застыл, не решаясь подойти ближе. Я устал его ждать, осторожно ухватил за руку и потянул на себя. Он немного поупирался, но позволил уложить себя на мои колени. Я спустил его штаны вместе с трусами, на что он страдальчески замычал. — Это унизительно, — пробормотал он чересчур печально. — Я предлагал сходить за ремнём — ты сам отказался. — Я сейчас упаду. Шутит — значит, успел смириться. Я положил левую руку ему на поясницу, удерживая на месте, а правой нанёс первый удар. Джеймс болезненно зашипел, но не попытался вырваться, так что я продолжил опускать руку, стараясь не ударять по одному и тому же месту. Он начал ерзать и брыкаться уже после пятнадцатого шлепка, а мычать, пытаясь при этом закрыться руками, ещё через семь. Я ненадолго остановился, возвращая его в прежнее положение, и ударил ниже, намекая, что не стоит пытаться боднуть меня ногой в ответ. — Ауч! — он резко схватился за мою ногу, сжав штанину пальцами, но я не сбился с ритма, продолжая концентрироваться на том месте, на котором ему придется сидеть. — П-прости! — Перестань уползать. — Б-больно же, ай! Он снова попытался прикрыться рукой, но я оттолкнул её. Он послушно убрал её на место, продолжая вскрикивать, всхлипывать и бормотать что-то о том, что он всё осознал и принял к сведению. Да, конечно, осознал. Нужно только закрепить хорошенько. — Ау, всё! Хватит… — Почти всё, — ответил я, вытерпев его рыдания. Когда его зад приобрел ярко-красный оттенок, я остановился и принялся гладить его по спине, чтобы хоть немного успокоить. Он проплакал недолго. Я осторожно вернул его одежду на место, на что он опять зашипел, а после помог пересесть на диван рядом со мной. Он спрятал лицо у меня на плече, пытаясь сесть на бок, и долго сопел, пока я успокаивающе гладил его по руке. — Было больнее, — пожаловался он спустя какое-то время. — Тебе кажется. — Нет, точно больнее. Я лишь покачал головой, попытавшись взглянуть на него. Он закрыл глаза, так и не расслабившись. — Успокоился? — спросил я, ещё чуть подождав. — Нет. — Это я должен обижаться. Он не ответил. — Иди спать, завтра тяжелый день. Он снова не ответил, даже не пошевелился. — Ты чего? — спросил я. Неужели действительно обиделся? — Прости, я не хотел тебя обманывать. Я не знаю, как это получается. Я не мог не пойти, просто… Он замолчал. Я ласково погладил его по волосам. — Я тебя простил. Я всегда тебя прощаю, запомни. — Мы точно не можем позвонить шерифу прямо сейчас? Вдруг за ночь случится что-то плохое. — Хорошо, я позвоню, но ты иди спать. Я не собираюсь тратить полчаса на то, чтобы поднять тебя в шесть утра. — В шесть?! — Поедем к началу первой смены, так что высыпайся. Он обречённо застонал, но поднялся, сонно потирая красные от слёз глаза. — Ты же зайдешь после того, как поговоришь с ним? — спросил он, медленно направляясь к лестнице. — Я не усну, если не узнаю, что он сказал. — Зайду, иди уже. Он кивнул и зашёл на лестницу, чересчур драматично приподнимая при этом ноги. Я усмехнулся и достал из кармана телефон.