Like fire. Hellfire. This fire in my soul.

      Гарри не вылазил из библиотеки целыми днями, активно грызя гранит науки, что даже с помощью Гермионы поддавался очень неохотно. Зато у мальчика уже успела собраться целая фанбаза из-за его «избранности». Подобное настораживало и немного пугало, не привыкшего к вниманию ребенка. Довольно сложно жить спокойно, когда начинают отслеживать каждый твой шаг. Необъяснимый фанатизм, как чума пронесся по школе, заражая не только однокурсников, но и старших. От восхищенных вздохов в его сторону иногда хотелось затыкать уши. Благо хоть друзья немного спасали от преследования. Пусть они и сводили все на шутки, но ситуация напрягала. Даже директор вызывал его вновь к себе, поздравляя с такой популярностью. Так и хотелось узнать, смеются над ним или правда считают это достижением. Если бы он только мог раскусить этот довольный взгляд, прячущийся за очками-половинками.       Гарри не видел в подарке своей магии ничего хорошего. Из-за всех происшествий он сильно отстал по учебе, пропустив основы, и теперь просто не понимал, что проходит его класс на занятиях, а регулярные ахи в его сторону убивали настрой на учебу.       — Вы только посмотрите! Наш избранный идет. Что такое? Неужели недоволен славой?       Каким бы большим раздражителем не был Малфой, но именно его слова отражали всю суть ситуации. Ребенок оказался просто не готов к подобному.

***

      Очередной раз перечитывая главу учебника, мальчик обреченно выдохнул. Юный мозг был явно против нагрузки, что накинулась на него настоящим штурмом.       — Гарри! Ты почему сегодня не был на обеде?       — Привет, Рон. Ты же знаешь, что Снейп запретил мне приходить к нему в кабинет после взорванного котла и наших ожогов. Я подумал, что заместо его урока могу сделать домашнюю, но что-то затянулось. Решил сразу взяться за сочинение, и это было ошибкой. Я ведь без практики точно завалю ему итоговый экзамен. Как же быть…       — Ясно. Не расстраивайся, Гарри. Мы же все видим, что этот слизень к тебе просто придирается.       — Рон, не начинай. Я и вправду тогда не рассчитал силы. И как бы было не приятно, но вся его тирада была по делу. Я ведь и тебя подверг опасности. Руки не слабо пострадали. Это хорошо, что мы ничего особо важного в котел не успели кинуть, а то все. Благодаря мне перестали бы быть магами.       — Да брось. Зато получили бы пожизненно освобождение от зельевара и этого Снейпа. Конечно, я сначала очень испугался, было больно… Одним взорванным котлом, одним меньше, Гарри. Мадам Помфри быстро свела ожоги. На то мы и маги, чтобы не придавать значения последствиям, что для маглов крест на жизни.       — Зельями, что приготовил Снейп.       Тихо усмехнувшись, Гарри отложил книгу, сладко зевая.       — Эй, Невилл, как у тебя с полетами?       — Честно говоря, все так же плохо. До тебя мне еще далеко.       — Нашел тоже мастера. Я единственный, кто умудрился свалиться с метлы так… Удачно. Надо напомнить, фанатам. Может поймут, что я неудачник и не надо за мной бегать.       — Гарри, ты такой смешной. Тут каждый мечтает оказаться на твоем месте. Мне кажется, еще никто в Хогвартсе не завоевывал внимание всей школы на первом курсе. Ты особенный!       — Дин, вы все прекрасно знаете, что мне это не нравится. Не привык я к таком, это все как-то глупо. И, Невилл… Уверен, у тебя все получится. Еще всех сейчас заставишь пооткрывать рты от удивления на занятии!

***

      Зелье сна без сновидений поступало в медпункт каждый день, не задерживаясь там надолго. Студенты все чаще срывались друг на друга, измотанные подготовкой к предстоящим экзаменам. Настроение не поднимали и прошедшие экзамены у драконов. Новые представители министерства не увидели ни одного достойного сохранить свой дар, чем вызвали негодование целого стадиона в момент оглашения своего решения. Возмущенные фанаты дуэлей еще долго негодовали, утверждая, что министерство решило так лишь отыграться за раненного работника. Однако директор молчал, не пожелав возражать. Так что семикурсникам оставалось только терпеть и прощаться с ощущение свободы и власти в драконьем обличье, пока над их головами плели сложное заклинание, изымающее возможность когда-либо вновь еще получить шанс оскалить пасть в борьбе за свое величие. Лишь профессор Снейп был явно взбешен подобным, сверкая ненавистью из своих темных очей, что грозило всем курсам заваленными экзаменами и радовало учеников еще меньше.

***

      — Гарри! Ну как ты, готов?       — Да, Гермиона. Спасибо за ту книгу, что ты мне посоветовала взять в библиотеке. Мне кажется, я теперь полностью готов к трансфигурации.       — Всегда пожалуйста.       Путь на первый экзамен был самым волнительным. Казалось, что все зазубриваемые до этого знания просто вылетели из головы, отправляя гулять с шальным ветром, а коленки лишь жаждали усомнить хозяина в их прочности.       Пальцы берут в руки пергамент, немного подрагивая. Зарождаясь где-то в животе, паника все сильней захватывает тело, пока рука с усердием пишет ответ. Ответить неправильно или просто не успеть. Тревога изнывающим волком била по вискам, пока злосчастный ответ не был сдан преподавателю, а ноги не увели его с первого испытания.

***

      Мальчик смотрел на результаты своих экзаменов и хотел разрыдаться от счастья как настоящая девчонка. Казалось, что глаза его просто обманывают. Он смог закрыть все экзамены, к большому удивлению, даже на хорошие оценки, не считая злосчастного удовлетворительно по зельеварению, на которое он после экзамена был готов молиться, так как экзамен у ужаса подземелий был самым тяжелым. Напрягли не столько задания, несмотря на то, что большинство из которых Гарри так и не смог сделать, а постоянно прожигающий его тело взгляд. Будто преподаватель ожидал, что он в любой момент вновь станет драконом. После экзамена даже хотелось поинтересоваться у друзей смотрел ли Снейп на кого-то кроме него.        Правда это мог спросить и сам мальчик, направляясь сейчас в подземелья. Поттер старался не задумываться о его странном первом разговоре с директором, идя на первый в его жизни экзамен, как и на все последующие. Вот только все равно упорно не верилось, что он мог причинить вред человеку. Тем более, зная, к чему это приведет. Но какой смысл старику был врать?       Постучавшись, Гарри дождался, пока ему откроет дверь вновь почему-то недовольный мужчина.       — Поттер? Что вам нужно?       — Профессор, простите за столь поздний визит. Я… В общем, я хотел узнать у вас по поводу моих драконьих сил.       Закатив глаза, Снейп все же пропустил его в кабинет, видимо помня, чем в прошлый раз закончилось его халатное отношение к Поттеровским переживаниям. Вот только к удивлению Гарри, кабинет был не пуст. Изумрудный взгляд наткнулся на светлую макушку, после чего начиная негласное соревнование, кто отвернется первым.       — Мистер Малфой, я вас услышал. Можете передать своему отцу, что в ближайшее время он получит мой ответ.       — Благодарю, профессор.       Подняв голову, мальчик вышел, напоследок окидывая гриффиндорца презренным взглядом.       — Поттер, итак я жду. О чем вы хотели узнать?       — Профессор, когда я был в медпункте, ко мне заходил директор. Он рассказал, что именно я послужил сменой проверяющих из министерства и я…       — Поттер, не начинайте! Мне некогда выслушивать ваши страдания. Вы действительно ранили одного человека, потому что пошли в атаку. Однако в этом нет вашей вины. Вы даже не помните, как именно были драконом. В тот момент вы полагались лишь на инстинкты и ответили агрессией на агрессию. Подобное состояние нормально для первых превращений. Поверьте, если бы вы были лишь неуправляемым зверем, то министерство уже послало бы в школу людей, чтобы лишить вас сил. Как вы видите, это не так. Обучение здесь направлена на то, чтобы научить вас использовать свои силы. Директор уже согласовал с профессором Макгонагалл, что со следующего года вы будете посещать ее второй курс для управления силой. Надеюсь, теперь вы успокоились?       — Ну…       Гарри неожиданно для себя начал всматриваться в чужой стол, будто выискивая на нем какую-то важную деталь. Взгляд остановился на небольшой плотно-закрытой баночке, которая наполовину была наполнена золотыми чешуйками. Проследив за замершим ребенком, мужчина был явно недоволен результатом своей слежки.       — Поттер! Я не собираюсь подрабатывать вашим психологом. Если вы так переживаете, что можете навредить другим, то советую лучше учиться, а не истерить. Вашей работе на моей экзамене еле удалось перешагнуть порог. С таким отношением к предмету в следующий раз подобная удача вам может не подвернуться.       — Да, профессор. Вы правда меня успокоили, спасибо. Только слова директора немного отличались… Значит я ранил только одного?       — Поттер! Как видите, я стою перед вами вполне живой, а на минутку я тоже был рядом с вами! А теперь покиньте мой кабинет, ибо я более не желаю тратить свое драгоценное время попусту.       Облегченно выдохнув, мальчик решил больше не рисковать выводить преподавателя из себя и покинул его кабинет, оставляя раздраженного мужчину в одиночестве. Тот еще несколько долгих минут прожигал своим обсидиановым взглядом дверь, пока небольшая баночка не была подхвачена магией со стола и не была перенесена прямиком в лабораторию.

***

      Гарри приходилось прощаться с Хогвартсом. Он искренне не понимал, почему ему вновь нужно возвращаться к ненавистным Дурслям, но директор очень рьяно убеждал его, что лишь там мальчик будет укрыт от всех опасностей. Правда на все вопросы о конкретизации этих опасностей он не отвечал, переводя разговор в совершенно другое русло. Последний раз пройдя по опустевшим коридорам, мальчик забрал свои вещи из комнаты, направляясь к поезду. Ему еще предстояло самая сложная часть — попрощаться с друзьями, без которых, кажется, он бы точно не протянул этот год в школе магии и чародейства.

***

      — Гарри, мы обязательно будем писать тебе лето! Улыбнись, друг! Каких-то несколько месяцев и мы снова вместе.       — Все в порядке, ребят. Я буду с нетерпением ждать следующего года.       — Если твоя семья посмеет над тобой издеваться, сразу пиши нам. Я обязательно что-нибудь придумаю с братьями и мы тебя заберем. И неважно, что там директор сказал, про твою безопасность. Все еще не понимаю, почему ты не мог пожить у нас в Норе. Мама была бы счастлива. Как раз было бы кого откармливать.       — Рон, передай миссис Молли, что я с радостью вновь побуду у вас в гостях.       — Гарри, я тут долго думала. В общем, я решила, что мой подарок сможет тебя развеселить.       — Герми, это что книга?       — Тише, Рон. Гарри, эта энциклопедии — самый большой сборник о драконах. У тебя будет много времени, и я решила, что тебе будет это полезно, раз со следующего года ты уже будешь заниматься с профессором Макгонагалл. Вот…       — Гермиона, ты просто ангел!        Накинувшись на подругу с объятиями, мальчик все еще не верил такому счастью.       — Это безумно мне поможет, спасибо. Гарри еще долго пришлось уговаривать друзей отправиться с родителями домой. Он знал, что дядя Вернон заявится за ним не скоро. С тоской смотря счастливым семьям в след, мальчик шел к выходу с вокзала. Как и ожидалось, приехали за ним с большим опозданием.

***

      Поставив чемодан, Гарри замер на пороге столь ненавистного ему дома.       — Скройся в чулане, чтобы глаза тебя мои не видели.       — Я…       — А что это за курица?       Вышедший Дадли с интересом глазел на сову в клетке, побыть в руках хозяина долго не дали. Мужчина выхватил клетку, недолго роясь в комоде, пока на дверце не появился довольно крупный замок, после чего она была отдана в руки пухлого мальчика.       — Развлекайся милый.       — Нет! Зачем вы заперли Хедвиг? Ее ведь нужно выпускать. Ей надо охотиться.       — Молчать!       Левая щека горела, опаленная свежим ударом.       — Меня не интересуют все твои волшебные сказки! Ты ненормальный! Лучше бы сгинул со своими родителями. Никакой еды сегодня.       Схватив ребенка за ухо, глава семейства дотащил того до чулана, небрежно швырнув его внутрь. Закрыв дверь, Вернон подпер ее чемоданом Гарри и спокойно ушел на кухню. Ребенок даже не пытался колотить руками в дверь. Это было бесполезно. На глаза навернулись слезы. Он знал, что так будет, что стоит ему вернуться в это место, и ад снова продолжится. На щеках быстро образовались мокрые дорожки.        Гарри лег на свою подстилку, которую нельзя было назвать по-другому после роскошной кровати в школе. Страшней стало, когда за дверью послышался шорох. Дадли начал копаться в его вещах, саркастично комментируя вещи для сумасшедших. Стало больно. Его собственность была превращена в мусор, недостойный внимания. По позвоночнику прошла стая мурашек, когда Гарри осознал, что самого ценного было в его чемодане. Два подарка. Две важных для него вещи в виде теплого свитера и книги. Сжатые в кулаки кисти с силой заколотили в дверь, сопровождаемые мольбами о прекращении. Вот только данная молитва никем не была услышана.

***

      Щелчок замка оглушил Гарри поздним вечером. Ложась спать, Петуния все же решила позволить ребенку, оставленному на весь день без воды и питья, выбраться из чулана.       Трусливо приоткрыв дверцу, мальчик внимательно прислушивался, чтобы убедиться, что хозяева спят. Распотрошенный чемодан нашелся у входной двери. Из глаз вновь текли слезы, пока волшебник перебирал свои испорченные вещи. Тетради превратились в склад мятой макулатуры, а большинство одежды было либо порвано, либо залито краской. С губ слетел всхлип, когда мальчик расправил вязанный свитер, где поверх его фамилии краской было написано «УРОД». Нетронутым оказался лишь подарок подруги. Как оказалось, та озаботилась поставить на книгу какие-то чары, что не позволили Дадли даже открыть ее.

***

      Первое утро «дома» встретило Гарри возмущением совы и криками Дадли, что колотил по клетке. Его попытка накормить птицу, засунув ей в клетку чего попало закончилось укусом. Разозленная птица легко прокусила кожу, по крикам ребенка чуть вовсе не откусив палец. В итоге он мстил ей, ударяя по клетке книгой, что одновременно и пугало и злило Хедвиг.       — Не хочу… Я не хочу здесь быть. Мама, почему ты не забрала меня к себе и разрешила вернуться.