Мой Витамин C

      Одно мгновение — встреча взглядов двух, казалось, родных, но таких чужих людей. Или последнее слово слишком громко и неверно? Наверное, Рин А бы с ним согласилась, а вот Чон — вряд ли.       И как давно ты потерял ее? Может, это все же случилось не после крупной ссоры, а ещё раньше? Ты думаешь, все настолько просто? Она ведь далеко не легкомысленная девушка.       Ты сам убил эту многолетнюю дружбу, бесконечное доверие и ее искреннюю улыбку. Глупый Гук, ты разве не мог быть более мягким и заботливым хотя бы по отношению к ней? Да, провожал до дома и носил её рюкзак. Да, обучал трюкам баскетбола и показывал новые фишки. Да, бил морды всех обидчиков. И при этом ты думал, что физическая помощь вполне достаточна, что это единственное, в чем она нуждается?       А что ты делал, когда ей нужна была твоя моральная поддержка? Когда она спрашивала твоих советов? А когда просила просто прогуляться после очередного тяжелого для неё дня, чтобы поговорить на беззаботные темы и установить ментальное равновесие? А когда звонила в слезах и говорила, что боится грозы? Ты ведь знал, что это её сильнейший страх. Но всегда лишь говорил столь нудное и глупое «Не беспокойся, все образуется», а после забывал и продолжал заниматься своими делами. Глупый Гук…       А Рин А в дикой ярости. И в голове не укладывается, как можно быть таким упёртым бараном? Она и сама не заметила, как отношение к другу значительно изменилось. Ещё незадолго до инцидента Чон стала замечать все недостатки Гука. Его нелепые выходки и глупые изречения. Она стала чаще погружаться в свои мысли и твёрдо заключать, что друг детства не такой уж и идеальный, каковым она его всегда считала. Да этого парня лелеял чуть ли не каждый, кто был едва с ним знаком.       Но самое странное — это то, что Рин А вдруг начала замечать, что невольно сравнивает Чонгука с его полной, как ей казалось, противоположностью. Да. Весь такой заботливый, вежливый и добрый парень. Феликс Ли. Да какого черта она вообще о нем думает? То же мне.       Появившись в жизни Чон как обычный одноклассник, он крупно изменил русло ее мыслей, даже не догадываясь об этом. Стоило лишь проявить себя настоящего, как Рин А на подсознательном уровне закрепила этот идеальный образ. И речь не только о внешности… Далеко не о ней.       И все же огонёк детской любви и привязанности вовсе не погас, а лишь потускнел, напряженный резким нападком неприятных эмоций, теперь довольно часто навещающих девушку…       Глупый Гук.       И сейчас ты глядишь в бесконечный омут ее карих глаз и удивляешься их схожести с темными океанами печали. Как ты мог такое допустить? А ведь помнишь, насколько жизнерадостной и яркой она была? А тот момент, когда ваши взгляды пересеклись впервые? Это важное событие, которое казалось обоим каким-то магическим, очень близким, практически интимным, ты его помнишь?       Сейчас по твоему телу проходится дрожь, передаётся просто огромнейший заряд, почти взрыв. Что, не выдерживаешь такого накала? Почему же отвёл глаза? Куда делось былое довольство и уверенность? И всё это за какие-то секунды…       Ты последний глупец и трус, Чон Чонгук

***

— Пошли, — сдержанно повторяет Рин А, с сатанинской злостью в глазах глядя на остолбенело стоящего парня.       Она берет его за руку и тащит по просторному коридору, глубоко наплевав на вопрошающие взгляды учеников.        Вроде такая маленькая, но на самом деле ее очень много. Внутри него, настолько дурного Чон Чонгука. О чем же ты думал раньше, бестолковый мальчишка?       Она умудряется почти бежать, ведя парня за собой. А он что? Глядит на неё неотрывно, с теплотой в глазах, словно на единственный луч света в густой тьме.       Что же ты чувствуешь? — Скажу лишь один раз и повторять не буду: Чон Чонгук, просто свали отсюда, — заведя парня за лестницу, процедила Рин А, глядя на наручные часы.       Ощущение, словно кто-то нарочно приостановил время, растягивая его до максимума. Такие моменты Чоны оба ненавидят. Это дурацкое чувство, когда есть, что сказать, но что-то не даёт этого сделать; буквально поток рвущихся наружу слов вертится на языке, но никак не произносится. Желаешь сказать одно — получается совсем другое, абсолютно противоположное мыслям. — Даже не спросишь, почему я здесь? — слабо и безэмоционально. И ежу ведь понятно, с какой целью ты пришёл, глупый. Но этот вопрос, скорее всего, был риторическим. Так, чтобы привлечь внимание, потянуть время, дабы суметь настроиться на нужный лад и вновь не облажаться. — Ты думаешь, это имеет какой-то смысл? Просто оставь меня в покое! — ножом по сердцу. Не в силах сдерживать свои шипы, Рин А беспощадно впивается ими в душу Гука. Пусть ему будет так же больно, как и было ей. — Зачем ты так? Рин А, я не собираюсь прощаться таким образом. Я все понял, все осознал! Я готов, черт побери, извиниться! Только давай оставим все в прошлом, а? — огонек надежды мелькнул в его поникших глазах, руки вдруг перестали слушаться и, неестественно трясясь, опустились на плечи напротив, словно пытаясь удержать. Надолго ли? — Прекрати весь этот цирк и сейчас же проваливай! — Только если ты прекратишь игнорировать мои попытки восстановить наше общение, Рин А! Черт возьми, ты действительно хочешь все закончить именно так?! — он все же не смог сдержать свои эмоции. Идиот. Лучше бы сказал, насколько она дорога… Отвечая агрессией на агрессию, Чонгук лишь все испортил. Он ведь не мог не знать, что при таких обстоятельствах, особенно связанных с Чон, лучше придержать свой язык за зубами, а лучше — признать уже наконец свои ошибки и извиниться.       Или между ними царит недопонимание? Может, все прошедшие совместные годы и якобы вечная дружба — это лишь сплошные иллюзии? Нет, они оба уверены, что знают друг друга, как облупленных. Тогда что? Очередной всплеск эмоций? Тяжко. Будь же смиренней, Чон Чонгук. —Когда же ты прекратишь видеть только себя?! Когда ты прислушаешься к моим словам и сделаешь так, как хочу я?! Ты хоть знаешь, что все это время переживала я? Знаешь, насколько паршиво себя чувствовала из-за тебя, придурка? Но ты ведь даже не остановился, а лишь продолжил все портить! Ненавижу! — предательская струйка вырвалась из покрасневших глаз и потекла вниз, падая на чонгуковские руки. Эти слёзы. Эти дурацкие слёзы, которые он безумно ненавидит. Глаза наливаются злостью на самого себя, руки сжимают хрупкие плечи с большей силой, губы дрожат, словно их обладатель хочет что-то сказать, но не решается.       А она стоит и смотрит в упор, ожидая его действий. Она дала ему шанс исправить ошибку, наладить отношения, извиниться. Точно не иллюзия. Так какого же черта он стоит и смотрит на неё по-детски нерешительно? — А ты и вправду глупый, Чон Чонгук, — смахнув последнюю слезу, Рин А вырывается из цепкой хватки и разворачивается, желая оказаться где угодно, но только не рядом с этим парнем.       Он не может отпустить ее. Только не ее. И почему осознание самых важных вещей приходит слишком поздно? Вся жизнь протекает по сплошным законам подлости, и стоит винить лишь себя. Нужно было раньше копаться в себе и своих раздумьях, снять корону и ярлык идеального мальчика, посмотреть на мир трезвым взглядом. Ты был эгоистом. — Не уходи, — Чонгук поднимает голову и отчаянно хватает ее маленькую ручку, после чего прижимает к себе худое тело.       И снова это напряжение, щекочущее чувство по всему телу, тяжесть взгляда напротив и просто она. Вся такая красивая и аккуратная. Чон невольно усмехается своим мыслям, считая, что совсем спятил. Нет-нет, все это время ты был спятившим эгоистом, а сейчас наконец все осознал.       Долой все сожаления.       Секунда — и окрылённый эмоциями, он впивается в алые губы подруги, чуть придерживая рукой ее затылок.       Мгновенное помутнение разума. Он ведь обязательно пожалеет об этом легкомысленном поступке, но чуть позже. Ему ведь можно хотя бы сейчас ни о чем не думать, а вместо этого отлучиться в мир самых заветных желаний? Хотя бы на пару секунд…       Эти губы — явно то, чего Чонгуку безумно не хватало. Они показались ему слаще мёда. Не обращая внимания на попытки подруги вырваться из его сильных рук и увернуться от настойчивого рта, Гук пил этот живительный мёд и не мог испить его до конца.       Чон поддался чувствам и теперь буквально тонет в них. Его просто смывает штормовая волна и уносит в океан под названием «Она».       Рин А кусает губу обезумевшего парня и отпихивает его от себя, прожигая рассеянное лицо озверевшим взглядом.       Звук пощечины эхом разнесся по лестничной площадке. — Как ты смеешь?! — воскликнула она.       Чонгук поднял затуманенный взгляд, потирая горящую щеку, но тут же опустил его, не в силах найти себе оправдание и исправить ошибку. А ведь казалось, куда хуже… Он просто не смог отказать своему ниоткуда возникшему желанию. Эгоист.       Толкнув парня, Рин А побежала вверх по лестнице, сдерживая новый порыв негативных эмоций. Она сейчас ощущает невероятно смешанные чувства. Шок. Разочарование. Ярость.       Это конец?

***

      Вот уже знакомый комок начинает зудеть в горле, а окружающий мир безумно раздражает. И новая пачка сейчас столь необходимых сигарет туда же! Дурацкий рюкзак кажется бездонным, а терпение — нет.       Какого черта сейчас произошло? Тот самый друг детства, ненормальный кролик по имени Чон Чонгук поцеловал ее? Это, вероятно, какая-то ошибка… Она и сама не понимает, что является необходимым заполнителем пустоты его никчемной души. А, может, просто не хочет? Но ведь это уму непостижимо! Они же лучшие друзья. По крайней мере, были ими…       Заключив, что это не столь важно, сколько его эгоизм, Рин А разозлилась ещё сильнее. Чонгук в очередной раз поступил так, как захотел сам, а как же ее желания? Что этот парень вообще себе позволяет?       Именно он тот первый человек, которого она подпустила к себе столь близко, именно с ним Рин А в первый раз попробовала на вкус дружбу, именно ему она впервые рассказала свои тайны, и именно он украл ее первый поцелуй… Наглый вор! И как Чон теперь с этим жить? Что-то невероятно тяжелое и неприятное висит за ее спиной, заставляя чувствовать себя отнюдь не хорошо.       Наконец отыскав слегка помятую коробку, Рин А нервно вытащила тонкую сигарету и обхватила ее губами, желая скорее выпустить пар и немного успокоиться. Нахмурив брови, она уже собиралась толкнуть железную дверь, как вдруг заметила, что та чуть приоткрыта. Раздраженно выдохнув, девушка сжала и разжала кулаки, смиренно прикрыла глаза и убрала столь необходимую дозу никотина в карман. Да кого же сюда принесло?       Чуть наклонившись вперёд, Рин А заглянула в прощелину и тут же наткнулась взглядом на изящную фигуру парня.       Спокойно глядя в небо, он медленно перебирал струны блестящей на солнце гитары и совсем тихо напевал что-то под нос. И почему она услышала это только сейчас? Наверное, все дело в пережитом стрессе и мыслях, сосредоточенных лишь на одном событии, произошедшем буквально в пяти минутах ранее.       Встряхнув головой и тем самым предотвратив новый нападок совсем ненужных раздумий о некогда родном человеке, Рин А вновь глянула на рыжеволосого парня.       Легкий ветер чуть трепал беспорядочно лежащие волосы, придавая Феликсу уютный, повседневный вид. Он продолжал медленно передвигать пальцы по грифу и еле слышно напевать нежную мелодию. До ушей доносится бархатный голос, обволакивающий, как масляная пленка…       Он явно о чем-то думал, изредка хмурясь. Интересно, что может беспокоить такого, как он? Рину этот парень действительно раздражает. Весь такой важный и спокойный, да ещё и строит из себя добряка! Казалось, у Феликса просто не может быть проблем. Да у него есть все, чего пожелает любой смертный. Так казалось на первый взгляд.       Рин А никак не может понять, почему он такой смиренный? Ли давно уже должен был послать ее куда подальше и настоятельно попросить не доставлять очередных проблем. Чон безумно бесит эта вежливость и спокойствие. Он что, совсем не имеет гордости? С другой планеты прилетел?       И все же глядя на Феликса Ли, даже Рин А не может не признать, что он чертовски обаятелен. Даже ничего не делая, он вызывает потоки мечтательных вздохов со всех сторон. Он словно болезнь, с неимоверной скоростью распространившаяся среди девушек Чондам. Все сравнивают его с принцем, но ведь никто не знает его внутреннего. Разве можно влюбиться в человека, не имея никакого понятия о его истинной сущности? Или это Рин А безумно странная? Именно так бы и посчитала любая воздыхательница Ли Феликса.       И даже сейчас он абсолютно неотразим. Словно с обложки журнала сошёл. Казалось, каждая часть его тела безупречна, особенно тонкие длинные пальцы, которые выглядят изящнее женских. Лицо расслаблено, словно его обладатель наконец обрёл покой и спокойствие, однако периодически подрагивающие брови говорят об обратном. Слегка приоткрытые алые губы заставляют невольно засмотреться, а длинные опущенные ресницы — вновь позавидовать. И как здесь не признать его красоты?       Неотрывно наблюдая за рыжим, Рин А вдруг всем нутром ощущает накатившее напряжение. Какого черта она сейчас делает? Эй, Чон Рин А, до чего ты докатилась? Неужели следишь за парнем? — Именно ты во всем виноват, Ли Феликс… — буквально шипит девушка и быстро убегает. Довольно многозначно…

***

      Подошел к концу очередной скучный, унылый денёк в школе Чондам, что, кстати, нельзя сказать о жизни Ли Хва Ён. Обременённая заданием любезного учителя, она вряд ли соскучится в ближайшие три месяца. Да что уж там, работа в кругу столь замечательных людей обещает быть веселой и незабываемой!       Обреченно закатив глаза и смахнув выпадающую на лицо прядь, девушка вынула наушники и раздраженно запихала их в карман. Даже они сейчас неимоверно докучают.       Гоняя думки и кусая губы уже на протяжении двух дней, Хва Ён так и не сумела найти гибкий и дипломатичный выход из непростой ситуации. Кажется, за все свои семнадцать лет жизни она не заморачивалась настолько же сильно, как сейчас. Чего Ли только не придумывала… Наверное, осталось лишь душу дьяволу продать, дабы все скорее нормализовалось.       Другое дело, если бы одна поистине важная особа удосужилась пошевелить золотым мизинчиком и помочь решить их, на минуточку, общую проблему. Все же Хван Хёнджин слишком горделив и гадок, чтобы заниматься подобным. Ах, он ведь вечно чем-то занят!       Хва Ён невольно представила, чем же столь важным занимается Хёнджин каждый вечер, и тут же отвращенно поморщилась. Такие, как он, должно быть, разъезжают на своих железных громилах по шоссе, да прессуют местных люмпенов, а также не забывают про утоление интимного вида голода. Вот так незадача. Его что, шантажом брать?       А кто говорил, что будет легко? Хва Ён никак не радует даже то, что первый шаг сделан. Ей удалось отыскать каждого причастного к сему торжеству и сообщить о массовом сборе в актовом зале завтра после уроков. И то не факт, что кто-то, кроме Юны и Джису, вовсе не задействованной во всей этой неразберихе, удосужится прийти.       Горько усмехнувшись своим мыслям и устало выдохнув, Хва Ён натянула вялую полуулыбку и направилась на выход из очень надоевшего заведения, особенно за последнюю неделю. Слишком уж здесь неприятно стало находиться. А причин тому хоть отбавляй!       Взять того же Хвана, от одного только высокомерного взгляда которого Хва Ён выворачивает наизнанку, или же любимого классного руководителя, что не забывает каждый раз при виде девушки противно улыбнуться и вновь напомнить о наказании, словно нарочно потешаясь. Да и с учебой у Ли стало намного туже, нежели пару недель назад… А предстоящие экзамены так вообще не стоит упоминать.       Одно хорошо — сегодняшний вечер в полном распоряжении Хва Ён, ибо на работу идти нет никакой необходимости. Слова благодарности нужно выразить в сторону нового знакомого девушки и по совместительству коллеги, Ви, что так любезно предложил выйти вместо неё. Что ж, почему бы и нет, если в запасе уйма свободного времени?       И все же он действительно странный парень. Хва Ён официант представился как Ви, а настоящего имени сказать так и не удосужился. Но, заключив, что это вовсе не ее дело, Ли просто выбросила ненужные думки из головы. Не будет же она давить на бедного парня и расспрашивать о личном, ибо кто знает, что творится в его голове и душе. Хочешь — не хочешь, но у каждого имеются свои тараканы.       Легко улыбнувшись и крепче схватившись за лямки рюкзака, Ли было продолжила свой путь, как почувствовала вибрацию телефона в кармане куртки. Не сложно догадаться, кто в очередной раз радует девушку своим звонком. Очень желанным на самом деле. — Да, аджумма? — Хва Ён~а, девочка моя! — родной голос, наполненный теплотой и любовью, раздался по ту сторону звонка, согревая душу девушки, расслабляя напряженное тело. — Да~а? Как ваши дела, миссис Нам? Дома все в порядке? От мистера Пака давно не было вестей. У него все хорошо? — Ничего не изменилось, не переживай, у нас все отлично! Расскажи лучше о себе, как живешь? Может, я могу чем-то помочь? — беспокойство промелькнуло в голосе женщины, что, казалось, переживала за своё чадо. Хва Ён вдруг грустно усмехнулась, на миг представив, что ведёт диалог со своей матерью, но тут же замотала головой, словно разгоняя глупейшие на свете мысли. — Я в полном порядке, правда. У меня все за-ме-ча-тель-но! — все так же грустно улыбаясь, как можно убедительнее ответила Ли. — Но… Хва Ён~а, меня ввело в заблуждение довольно странное поведение господина Ли. Ещё неделю назад он прекратил поиски и словно смирился с твоим побегом, — несколько тревожно почти шепотом проговорила миссис Нам. Хва Ён на секунду задумалась и мысленно сделала вывод о том, что все эти опасения ни к чему. И вообще, та гипотеза, которую она выдвинула Ким Сынмину, оказалось верной. Да, точно. Господин Ли действительно смирился с пропажей и теперь вовсе отменит помолвку, оставив дочь в покое.       Уголки губ невольно поднялись вверх, и Ли было собралась ответить женщине, что все в порядке, однако, подняв взгляд, тут же застыла в немом удивлении. — Хва Ён~а, будь осторожна, ладно? Я думаю, что господин Ли устроил слежку за тобой. Косвенно. Вчера я застала его за разговором с двумя крупными мужчинами в чёрной затонированной машине. Это все не просто так. Берегись, ладно? — но Хва Ён почти ничего не слышала, думая о внезапно возникшей проблеме. — Эмм… М-миссис Нам, я вынуждена срочно положить трубку. Созвонимся позже, ладно? М-мистеру Паку привет, — заторможенно промямлив в телефон, Ли тут же сбросила вызов и натянула на голову капюшон. — Черт, он что, преследует меня? — взволнованно прошептала Хва Ён, натягивая капюшон все сильнее, дабы скрыться от зорких глаз парня.       Этого Ким Сынмина вдруг стало слишком много в ее жизни. Он словно нарочно всегда рядом. При его виде Ли испытывает смешанные чувства. Она, конечно, не маленькая, глупая девочка и прекрасно понимает, что нет смысла отрицать очевидное. Хва Ён определенно небезразличен Ким Сынмин. Нечто странное и приятное разливается по всему телу при его виде.       Наверное, просто симпатия. Может, Хва Ён ошибается, и это всего лишь временное помутнение разума, что происходит довольно часто с такими наивными девушками, как она. Все это слишком сложно для восприятия и осознания. Слишком ново и непривычно.       Может, этот парень симпатизирует ей как друг? Все может быть. Ведь для Ли эти чувства в новинку. Но тем не менее, как бы то ни было, но черту дозволенного, а именно порог дружбы и простого общения пересекать им точно нельзя.       Ну зачем ей все эти проблемы? К тому же именно Ким Сынмин — вроде как будущий жених Хва Ён. И не важно, что они понятия не имеют, что будет дальше. Судьба непредсказуема. Жизнь непредсказуема. — Хва Ён! — Черт… — тихо ругнулась Ли, обреченно прикрыв глаза. Оне резко стянула капюшон и развернулась на 180 градусов, тут же встречаясь взглядами с Сынмином, что, ярко улыбаясь, сейчас машет рукой и приближается к ней. Натянув улыбку, Хва Ён помахала в ответ. — А я… Задержался после уроков, и ты тоже, видимо, — неловко почесав затылок, выдал парень. — Оу… Д-да, я тоже, видимо… — глупо хохоча, ответила Ли, еле слышно произнося последнее слово.       Между ними повисло неловкое молчание. И, кажется, никто даже не возражал. Сынмин смотрел на Ли, словно пытаясь разглядеть каждую деталь ее лика и запечатлеть в своей памяти. А Хва Ён кусала губу, что-то невнятно бормоча.       Опустив взгляд в землю, она попыталась сделать вид, что вовсе не ощущает никакого напряжения и не замечает пристального взгляда парня. — Ты не против составить мне компанию для вечерней прогулки по парку? — опомнившись, Ким пару раз моргнул, усмехнулся и вновь взглянул на девушку, ожидая ее ответа.       И что-то все же в ней есть необычное, притягивающее, как вспышка молнии в ночи. Или ему лишь кажется? По какой-то причине хочется быть с ней подольше, слушать смущенный голос и наблюдать за неповторимой мимикой. Он стеснялся, но все же смело заглядывал в ее темные глубокие глаза, и сердце сладостно вздрагивало.       Да что же это такое? Он сейчас ощущает себя глупым мальчишкой, засмотревшимся на симпатичную девочку. Но безумно сильно хочется подарить ей цветочек и предложить дружбу. Так ведь в детстве выражали свою симпатию?       Сынмин довольно серьёзен. Эти чувства и эмоции им хорошо изучены. Однако не всегда они приводили Кима к трепетной любви и отношениям. Подобное нередко заканчивается лишь дружбой. Но почему именно с ней ему до мурашек приятно? — Думаю, я была бы не против… Разумеется… Однако… — прикусив внутреннюю сторону щеки, Хва Ён вновь отвела взгляд, пытаясь придумать что-нибудь правдоподобное, — Я бы с радостью, но… Юна… Шин Юне необходимо мое присутствие и срочная помощь, — ляпнув первое, что пришло на ум, Хва Ён неловко хохотнула и с силой сжала подол юбки.       Действительно, что же ещё можно придумать? Ну не идти же ей на прогулку с Ким, на секундочку, Сынмином! Хва Ён просто обязана сократить их общее времяпровождение. Предчувствие, что ни к чему хорошему это не приведёт, каждый раз при встрече с ним закрадывается в душу и заставляет идти наперекор даже своим желаниям. — Правда? — замялся Ким, — Ничего страшного. Наверное, Юне ты сейчас нужна намного больше. Увидимся завтра, — он тут же по-доброму улыбнулся. — Тогда… До завтра, — мысленно выдохнув с огромным облегчением, Хва Ён помахала парню рукой, легко улыбнулась и скорее удалилась.       Отойдя на приличное расстояние от учебного заведения, Хва Ён смогла облегченно выдохнуть.       И чем же заняться вечером? Может, правда позвать Юну на прогулку? Ли невольно нахмурилась, вспомнив не самое приятное времяпровождение с парнем Шин и его недалекими приятелями.       Да и перед Сынмином немного неудобно вышло. Теперь он подумает, что неприятен ей? Мешок за спиной Хва Ён постепенно наполняется тяжестью некой вины, пренеприятного чувства. Оно поглощает её, как пиявка высасывает былой добродушный настрой и более-менее хорошее настроение, делает своим рабом. Самое подлое — это то, что гадкое чувство гнездится в досягаемом пространстве, под рукой, постепенно доводя до исступления в случае провальной попытки избавиться.       А, может, она слишком сильно загоняется по этому поводу? Ничего ведь страшного не случилось, правда? В любом случае, Ким Сынмин даже и не узнаёт, помогала ли Хва Ён подруге. Ему просто неоткуда.       Вновь прокрутив в голове диалог, девушка буквально прикладывает руку ко лбу, понимая, что и на этот раз не обошлось без заикания и нелепого мямлянья.       Теперь Сынмин вновь убедился, что она глупая и абсолютно безграмотная. Ли опустила плечи, шмыгнула носом и с силой прикусила губу. А ведь он ей вроде как даже нравится… И что теперь делать? Все же нужно было согласиться.       Занимаясь поркой самой себя, прокручивая ленту событий назад, Хва Ён так и не почувствовала облегчения, чувство вины не стало меньше. Более того, оно ничего не меняет в прошедших событиях. Абсолютно ничего! Сколько их ни пережевывай. Можно мысленно менять картинки прошедших событий, проговаривать десятки тысяч раз, что в той самой ситуации можно было бы поступить иначе, но самого события изменить невозможно.       Тогда есть ли смысл истязать себя за то, чего уже нет?       Выпрямившись и заправив прядь за ухо, Хва Ён натянуто улыбнулась и полезла в карман на поиски телефона.       Набрав один из немногих имеющихся контактов, Хва Ён все еще мешкалась, с сомнением поглядывая на экран, пропуская гудок за гудком. Она наконец приложила телефон к уху и стала ожидать ответа звонкого голоса подруги. — Да-а? — спустя пару монотонных гудков Юна все же ответила явно с улыбкой на лице. — Шин Юна, ты мне нужна, как никогда! — с наигранной интонацией заявила Хва Ён, пытаясь подстроиться под привычный тон подруги, тем самым задавая нотку веселья. — Да неужели? И чем, интересно, я могу помочь вселенской зануде Ли Хва Ён? — с переигранным удивлением поинтересовалась Шин, хихикая в ладошку. Хва Ён невольно улыбнулась, мысленно соглашаясь с тем, что Юна — та ещё витаминка, вечно задающая особую атмосферу. Словно яркий лучик солнышка. — Йа! Прекрати! — шуточно возмутилась Ли, еле сдерживая смех, — Госпожа Шин, Вы просто обязаны провести со мной сегодняшний вечер за милой прогулкой, например, ммм… По торговому центру! — вспомнив, что эта девушка безумно любит шариться по магазинам одежды, Хва Ён улыбнулась ещё шире, зная наперёд, что та не сможет отказать. В голове прокручивая образ счастливой одноклассницы, Ли еле слышно довольно хохотнула, отмечая ее отличительную забавность. — Э-эй, Ли Хва Ён, отныне ты лишаешься ярлыка зануды! Мне невероятно нравится твоё предложение, — почти пищала от радости светловолосая, уже предвкушая столь желанный поход по магазинам, который ей пришлось отложить ещё пару дней назад из-за упадка настроения вследствие возникших проблем в отношениях. Наверное, шоппинг — для Юны самый качественный препарат от плохого настроения и стресса. — Прекрасно. Где встречаемся? — Йа! Вот же ж… Из головы ведь совсем вылетело, что я должна увидеться с Джису, глупая! — Шин прикусила губу и ударила себя по лбу, тут же болезненно ойкая. А ведь и вправду, с Чхве они ещё вчерашним вечером договорились прогуляться в повседневной обстановке, поговорить на непринуждённые темы и просто отдохнуть. Она прекрасно знала, что эти две девушки не особо близки между собой, поэтому в данной ситуации чувствовала себя несколько сконфуженно. Но Шин Юна не Шин Юна, если не сможет разрешить такую глупую ситуацию. — Оу… Вот как… Что ж, думаю, тебе лучше встретиться с Джису, — сперва немного замявшись, Хва Ён уверенно кивнула головой. С Лией их едва знакомыми назовёшь. Они общаются исключительно из-за общей подруги, Шин Юны. Не желая приносить девушке неудобства, Ли решила для себя, что стоит оставить одноклассниц наедине. — Действительно, глупышка, ты думаешь, теперь я тебя просто так отпущу? — нотка усмешки промелькнула в высоком голосе Юны, — Да после столь заманчивого предложения ты от меня не отделаешься! Сейчас же собирай манатки и езжай к центральному тц, — отчеканила младшая. — Манатки? А это ещё зачем? — В мою смышлёную голову закралась одна поистине замечательная идея. Эй, Ли Хва Ён, как насчёт ночевки втроём? М? — довольная, словно яичко золотое снесла, Юна хитро ухмыльнулась, в голове уже представляя будущую ночь и сближение подруг. — Я даже не знаю… Как-то это неловко получается… — Никаких неловкостей! Ну, не будь же занудой, дорогуша! У тебя есть ровно полчаса, действуй.

***

      Переминаясь с ноги на ногу, Хва Ён стояла прямо у входа в назначенное место, ожидая одноклассниц. Все же былые тёплые деньки осени постепенно сменяются более холодными, что не может оставить без внимания людей. И почему ей вздумалось надеть платье именно сейчас? — Хва Ён! — справа от себя девушка наконец услышала знакомый голос, чья обладательница приближается второпях.       Повернув голову на звук, Ли легко улыбнулась одноклассницам, оценивая их образы. Юна одета, на удивление, просто, но со вкусом: в белый хлопчатый топ, облегающие чёрные джинсы и легкую тёмного цвета куртку. Одежда явно подчёркивает длину ее красивых ног, подтянутый торс и красивые формы. Слегка вьющиеся светлые волосы несколько растрёпаны, дополняя образ. Она излучала энергию, которая ощущалась даже на расстоянии.       На фоне Шин Ли не сразу заметила Джису. Она была одета скромно и непритязательно и решительно ничем не выделялась. Но это не было помехой. Напротив. Хва Ён невольно засматривается, признавая, что Лия и без всего прочего — девушка ослепительной красоты от природы. И почему она все ещё не самая популярная девушка Чондам? И все же скромность украшает… — Извини, что задержались, я не могла определиться с выбором прически, но в итоге решила, как ты видишь, немного уложить, не более, — пожала плечами Юна.       Хва Ён обменялась с Джису приветствием в виде короткого кивка и слабой улыбки и переключила внимание на Шин: — В любом случае, и сама ведь знаешь, что выглядишь прекрасно…       Девушки весело рассмеялись и наконец вошли в торговый центр. Разумеется, лидером в данной обстановке была Шин, под руку водя подруг из одного бутика в другой, попутно что-то неугомонно рассказывая. Да уж, с ней явно не соскучишься.       Резко возникшее желание Юны купить сногсшибательное одеяние для предстоящего рождественского бала вызвало у девушек удивление, ибо им ещё три месяца жить до столь важного торжества, в создании которого они, кстати, сыграют далеко не второстепенную роль. Лишь при одной мысли об этом, Хва Ён вновь тяжело выдыхает.       Поначалу девушки дурачились, примеряя так и этак различных размеров и цветов шляпы и шарфы. Молоденький сотрудник, явно обративший внимание на переизбыток энергии и веселья девушек, все не решался сделать им замечание. — Я ищу кое-что конкретное! — положив все ненужное на место, Юна с серьезной миной глядела на подруг, — Я должна выглядеть сногсшибательно, понимаете?       Хва Ён рассматривала вешалки с повседневной, простой одеждой, а Лия все не переставала предлагать Юне строгие брючки в сочетании с пиджачком, закрытые кофты и некороткой длины юбки, на что вторая брезгливо морщилась, отрицательно мотая головой. — Ску-ука! Это ведь совсем уныло… Хочу нечто термоядерное! — уверенно заявила Шин, разместив руки на боках.       Спустя некоторое время Шин все же удалось угодить своей душеньке. Хоть она не нашла подходящего платья для бала, зато блузка смелого стиля и элегантная кожанка поселились в ее сердце надолго. — Ну, ты довольна, а? — устала спросила Хва Ён, пихая в бок Юну, которую счастье распирает изнутри, словно она проглотила воздушный шарик, готовый вот-вот лопнуть. — Ну, не нуди, — Шин состроила сердитую гримасу, ответно толкнув подругу. — Как насчёт небольшого перекуса? — долгое время молчавшая Лия наконец озвучила свои мысли, вопросительно глядя на девушек в ожидании согласия на предложение. — Неплохая идея, мне необходим легкий перекус, — погладила живот Юна, — Я знаю очень хорошее кафе, где готовят безумно вкусно! — она ярко улыбнулась и повела подруг в противоположном направлении.        Небольшого размера удобно располагающееся кафе, главное преимущество которого — возможность уединиться. Днём народа почти нет, но сейчас, под вечер, заведение бурлит бесконечными посетителями и их громкими разговорами. Помещение для посетителей состоит из двух частей: довольно затемнённый зал с уютными диванчиками и витрина — длинное, узкое пространство, где столы стоят друг за другом как вагончики.       Оглядевшись, девушки вдруг поняли, что мест свободных нет. Потянув Шин за рукав, Лия попыталась сказать, что им, вероятно, стоит найти другое место, однако упёртая бестия потопала глубже, выискивая хоть один свободный столик. Развернувшись к подругам, она невольно замирает, едва не столкнувшись с парнем, нёсшим поднос с напитками. — Прошу прощения. Я вас вовсе не заметила, — важно проговорила Юна, продолжая взглядом сканировать кафе. — Тебе простительно, куколка, — усмехнулся парень, в отличие от Юны, узнав ее. Дрогнув, Шин наконец переводит взгляд на парня и узнаёт в нем любимого одноклассника. — И снова ты… — Ищете свободный столик? — пропустив мимо ушей язвительную реплику девушки, Чонин взглянул на рядом стоящих одноклассниц. — Мы уже уходим, — вежливо улыбнулась Лия, обхватывая руку Юны. — В этом нет необходимости. Думаю, вы вполне можете присоединиться к нашему столику, — ответно улыбнулся Ян, наблюдая за реакцией Шин, что на мгновение задумалась, — Обещаю не приставать, — он шуточно поднял одну руку вверх, выгибая брови в немом вопросе. — Вот же ж… — нахмурилась Юна и тут же развернулась, направляясь в сторону столика парней.       Джису и Хва Ён неловко переглянулись, но за Юной последовали. — Хёны, вы ведь не против, если к нам присоединятся милые дамы? — с наигранной джентльменской интонацией спросил Чонин, расслабленно глядя на двоих парней, что, кажется, до этого момента были очень заняты игрой в телефоне.       Подняв головы, они оглядели пришедших с Яном девушек и спокойно поприветствовали их. Юна тут же плюхнулась рядом с Феликсом, наконец избавляясь от тяжести в виде пакетов с одеждой. Лия неловко присела рядом, смотря вверх, вниз, по сторонам, но только не перед собой. И снова он весь такой прекрасный и до боли холодный, равнодушный, отдаленный.       Одурманенная нахлынувшими эмоциями, Лия даже не заметила, что все внимание Сынмина направлено на одну единственную особу, остолбенело стоящую у стола. Вот так неловко вышло. — Думаю, я вынуждена… Покинуть вас и отправиться домой, — глядя в пол, тихо промолвила Хва Ён, отнюдь не желая встречаться взглядами с Кимом.       Совсем недавно ее покинули мысли о том, насколько сильно она провинилась перед парнем, только недавно отвлеклась от всего, только недавно тяжелый груз спал с ее спины, однако сейчас все в один миг словно вернулось. — Не глупи. Ли Хва Ён, снова нудить удумала? Ты ведь сама нас позвала, что снова не так? — Юна буквально взрывалась. Странные выходки подруги изрядно надоели, до жути раздражали.       Тем временем Сынмин чуть заметно усмехнулся и натянул доброе выражение, не показывая всего своего разочарования. Зачем? — Я в уборную.       Убегая, куда глаза глядят, Ли попутно корила себя за столь глупую ситуацию. Щеки мгновенно налились бурой краской — кровь подступила, и Хва Ён приложила прохладную от волнения ладонь к разгоряченному лицу, пытаясь умерить свой пыл. Глупо.       Облизнув пересохшие губы, она смахнула подступающие слезы. И почему они появились так внезапно? Казалось, веских причин нет. Хва Ён почти ничего не видела из-за выступающей жидкости и, завернув за угол, со всего маха врезалась во что-то. Вернее, в кого-то. — Прошу прощения… — поклонившись в девяносто градусов, девушка потёрла лоб и было продолжила путь так же рьяно, как и прежде, однако крепкая рука схватила ее за воротник и потянула назад, располагая туловище перед собой. — Куда несёшься? — уловив знакомый, развязный тон, Ли тут же подняла голову и вдруг нахмурилась. — И кто ещё кому жизнь портит? — ни с того, ни с сего начала Хва Ён, вызывая удивление на лице парня, — Прекрати попадаться мне на глаза, самовлюбленный кретин! — она буквально кричала на все здание, невольно приковывая к себе внимание любопытных прохожих. — Во-первых… — было начал сердиться Хван, однако, взглянув куда-то за спину девушки, мгновенно умолк и жестом приказал однокласснице замолчать.       Его лицо приобрело испуганный вид, что не могло оставить без внимания не менее удивлённую Хва Ён. Тряхнув головой, она вновь нахмурилась и уже собиралась открыть рот, дабы продолжить выговаривать Хвану всю свою неприязнь и накопившуюся обиду. Не медля ни секунды более, Хёнджин схватил ее за руку и потащил в неизвестном направлении. — Ты что творишь, ненормальный? — она недоумевала, глядя на странное поведение одноклассника. А тот, спокойно показывающий знак «тихо», вдруг остановился у незнакомого девушке бутика и зашёл в него, по-прежнему держа ее за руку. Магазин явно женской одежды. — Вам помочь? Желаете выбрать что-нибудь для своей девушки? — наигранно вежливо поинтересовалась консультантка. — Нет-нет, благодарю, не стоит, — с такой же фальшивой интонацией ответил Хван.       Встав на носочки, он вдруг резко сел, заставляя недоуменную Ли сделать то же самое. — Может, ты прекратишь весь этот цирк? Что происходит? — не в силах больше сдерживаться, очень громко выдаёт Хва Ён, после чего Хёнджин резко закрывает ее рот ладонью, взволнованно глядя через стекольные стены за пределы бутика. Проследив за взглядом парня, Хва Ён наконец поняла, от кого так усердно прячется этот змей. Прямо напротив магазина, в котором они, собственно, и находятся, разгуливала одна прекрасная дама с рыжей шевелюрой, точно выискивая кого-то.       Сидя за стойкой с вещами, Хва Ён вдруг нарочно, словно случайно, толкнула Хвана вперёд, а затем громко ойкнула. Он грозно взглянул на довольное лицо Ли и сильно надавил на запястье, на что она несдержанно пискнула, приковывая к себе внимание. — Тише будь, — Хёнджин приблизился к девушке непозволительно близко, уже дыша в ее щеку, — пожалуйста…       Ошеломлённая внезапно изменившимся тоном, Хва Ён часто заморгала, не в силах отодвинуться от мужского лика. Между ними возникло замешательство, позже сменившееся тишиной...