ПоКРОВЬительство

      Да где же он! Ищу, пока нескончаемые вопросы терзают мой мозг. Этот Никифор говорит мне, что не понимает, о чём я! Что за фигня? Какой нафиг 1921? Он смотрит, как я копаюсь в земле и даже не моргает. Я что похож на идиота? Ищу… В этом нескончаемом тумане дальше вытянутой руки не видно! Поэтому я не могу найти свою тачку, а этот чувак просто больной на голову! Живет в чёртовом лесу и даже не в курсе, какой сейчас год! 2021! — Ну что, отыскал? — он наклоняется и нависает надо мной, сцепив руки в замок. Чё ты на меня так пыришься? — Не стой над душой пожалуйста! — дрожащим голосом прошу я. Фонарика, как назло, нигде нет. Ну что же я! Как же, он ведь был со мной! — А как выглядит твой этот… свето… све…фонарик?  — Маленький такой, черненький, пластмассовый. — Какой —какой? — спрашивает меня он и ещё ниже наклоняется. Я молчу. Говорить мне вообще не хочется. Если он ещё ближе подойдет, я… — Да не мешай ты мне! — злюсь. — Пожалуйста… — слышу в своем голосе плаксивые нотки. Фу! Но я очень волнуюсь!       Руки все в болоте. Фонарика нигде нет. Ну, всё! — Его нет… — шепчу себе под нос и утыкаюсь лбом в колени.       А Никифор этот наблюдает и ничего не говорит. Только сунься ко мне и я на тебя кинусь! Молчим так минуты три. А Потом и все пять. Меня словно парализовало. — Что мне делать… Мне надо домой… — не выдерживаю молчания я. — Я не знаю… — отвечает он мне. — Может, получше поищешь? — Его здесь нет. — Значит, ты плохо стараешься. Ищи лучше. И найдешь. — А если ты его нашёл и забрал? И притворяешься, чтобы я почувствовал себя сумасшедшим. — Нет. — его взгляд вдруг поострел. — Ищи. Я возвращаюсь.       Никифор развернулся и направился к дому. *** Как он сказал, связь? Спутниковая связь… Связь. Спутниковая… Трудно представить, о чём этот человек говорит. Анфиса была моим спутником. Галилей открыл спутник Земли — Луну. Связь… Соитие. Скрепление. Он смотрел на нас с Анной глазами-копейками и вопрошал с таким искренним непониманием! Милейший парень. Жалко, что дурной. Подумать только, как он тут оказался? Бедный, бедный юноша, представьте, машину он в лесу потерял и спрашивает, ловит ли здесь сеть!       Закрываю глаза, глубоко вдыхаю, звуки вокруг исчезают, и перед глазами всплывает сидящий на земле и шмыгающий носом размытый и ароматный силуэт. Значит, всё ещё сидит на том самом месте? И что же он собирается делать дальше? Выдыхаю, открываю глаза и вижу нахмуренный сосредоточенный лоб Тихона и его седые брови. — Да бражничал он до беспамятства, а потом по пьяни пошёл дрова рубить, да и очухался в лесу, как пить дать! — Тихон Иванович приглаживал ладонями дубовый столик, за которым пил чай с баранками. — Я по молодости тоже однажды у черта на куличках глаза продрал. — От него тогда должно было за версту нести. — откликаюсь и снова перевожу глаза на иванов больничный лист, который я составил незадолго до этого. Помимо вывиха запястья, у него были небольшие кровоподтеки на некоторых участках кожи, гематомы и разбитое лицо. — Юродивый он, боже милостивый, боже! А вдруг он заплутал, а там на медведя вышел? Оттого и сбрендил! — снова донеслось со стороны столика. — Нет. Не похоже.       Как он там говорил? Навигатор? — Парень возомнил, что живет в 2021 году, Анна Николаевна. Возомнил, что поблизости есть дорога с линией электропередачи. — Вот- те нате! — ухнул Тихон, и Анна жалостливо перевела на него взгляд. — Еженощно молиться буду! — она в привычном жесте прижала руки к сердцу и закачала головой! — Хоп-ля! — со спины подкрался Георгий и вцепился в меня своими загребущими ручонками. — Ты решил те задачи, которые я тебе дал? — Решил. — А стих выучил?. — отцепляю его, наклоняюсь и с ехидной ухмылкой щелкаю клыками. — Конечно! — и он принялся читать «У Лукоморья дуб зеленый». Прочитал без единой запинки. Я погладил его по голове. — А когда можно с Ваней познакомиться? — спросил Гоша, довольно ластясь к моей ладони.       Я опешил. Взял его за руку и посмотрел ему в глаза. — Я подсматривал! — разулыбался он, каков хитрец! Ну, хоть не врун. — Жаль, я хотел ему всё показать, рассказать. Он ведь теперь с нами жить будет?       Вполуха слушаю вопрос Гоши и вдруг осознаю, что Ивана на том месте больше нет. Немедленно встаю, подхожу к окну и отодвигаю пальцем портьеру. Ивана нет. Но через несколько мгновений слышу трепещущее, как заячий хвостик, ванино сердце.       «Он в парадной» — делаю я вывод и направляюсь туда. Конечно, куда этому мальчишке деваться, ворота затворены. — Никифор…? — доносится довольно неуверенно внизу, под лестницей. — Нашёл что-нибудь? — появляюсь у него за спиной. Он снова вздрагивает. — Нет.       Он осыпается на пол, как поникший в зной цвет. Его руки дрожат. — Хочешь сыграть со мной в шахматы?       Он поднимает на меня свои полные растерянности и страха глаза, выпячивает нижнюю губу, выгибает брови, пожимает плечами и усмехается. — Конечно. Конечно, давай. Почему нет!       Подаю ему руку, но он поднимается сам, расправляет свои штаны, и, опустив голову, идёт за мной.       Крик ворон проникает сквозь окна. Мы становимся у двери моего кабинета. Открываю ключом дверь в два поворота. Петли бесшумно вздохнули. Я вхожу первый и пропускаю Ивана. Он заходит и сразу оглядывается по сторонам. — У тебя и тут тоже так много книг! — выдает он, подходя к книжным полкам. — В основном по медицине. — Поднимаю глаза и вижу, как он дотрагивается кончиками пальцев до корешка «О ядах». Затем его пальцы перебираются на корешок потрёпанного издания фармакологии. — Хорошо играешь в шахматы? — Зависит от того, как играешь в них ты. — Ваня оставляет книжную полку в покое, обнимет себя за плечи и поворачивается ко мне. — Я с дедушкой очень любил играть в детстве. — Ох, минуту.       Я взял из угла охапку дров и закинул в камин. Поджёг спичку, подпалил кусок бумаги и поднес к торчащему ближе всех бревну. Огонь перекинулся на него и скромно затрескал. — Сейчас будет тепло.        Ставлю его стул спинкой к огню, пододвигаю стол и сажусь напротив. Расставляю шахматы. Иван внимательно наблюдает, а затем тоже опускается на стул. Ёжится. Слышу, как по ступенькам сюда шагает Анна. Вероятно, несёт мне «вино», а Ивану чай. Поднимаюсь, Иван снова внимательно смотрит за моими движениями. Беру с полки Егошину накидку, возвращаюсь к столу и одним махом накрываю ванины плечи, плотно закутываю на груди и шее. — с…спасибо. — неловко комкает шаль в том месте, где были мои пальцы. — А тебе не холодно? — поднимает на меня глаза и ждёт ответа. Я смотрю на свою одежду, на свои поднятые до локтя рукава и думаю над ответом. — Холодно. — лгу. Он тут же поднимается с места, стягивает с плеч накидку, вылезает из-за стола, подходит и надевает её на плечи мне. Садится обратно. Анна стоит под дверью. Опускаю глаза на игральное поле. Жестом предлагаю ходить первым. Ваня неуверенно дотрагивается до ближайшей к нему пешки и делает ход.  — Так выходит, что ты из 2021 года, да?       Иван подбирается весь, и его глаза точно фитильки загораются от злости. — Мы оба живём в 2021 году, но ты почему-то не в теме. Чего ж ты так туго въезжаешь? — яростно передвигает пешкой, не сводя с меня глаз. Надо же, опять говорит какие-то непонятные глупости. Куда въезжаю? Что за чудные аллегории? — Повтори. — плавно смахиваю с поля его ладью. — Что? — то ли огорошен потерей важной фигуры, то ли мне адресовано. — Повтори пожалуйста. Я не совсем понимаю твою речь.       Он снова глядит на меня исподлобья. Губы его скрываются во рту, что рот его становится полоской. — Мне с трудом верится, что ты живёшь в прошлом. — говорит и досадно трясет головой. — А мне с трудом верится, что ты из будущего. — ложу слона ферзём. — Придётся поверить. — его игра идёт прахом. Он не может сосредоточится на игре. Уже горстка белых. — Потому что я говорю правду.       Играем молча. До тех пор, пока в комнату наконец не заходит Анна с круглыми глазами. — Анна Николавна, вы с чаем запоздали. Наш гость ужасно замёрз. Будет весьма скверно, если он заболеет к утру. Принесите ещё, пожалуйста, Иванушке что-нибудь надеть. — Ох, конечно! — хлопнула она в ладоши тут же засуетилась, захлопотала. — Вы токма не серчайте, милсдарь!       Чаю она принесла — пей не хочу. Посмотрела на меня, укутанного в накидку, захлопала ресницами, поставила поднос слева от меня и вышла. Пока Иван думал над игрой, я налил ему чай, поставил на блюдце с салфеткой и пододвинул к нему поближе. — Шах, — надпил я и скривился. Уже остыла. Но ничего не поделаешь, времени на охоту с этим мальчонкой у меня как кот наплакал. Даст бог ночью время будет. — Получается, вы живёте здесь вчетвером?       Я кивнул. — А Егоша твой брат? — Нет. Но я его опекаю.       Иван кивнул. Поджал губы. Неуверенно двинул ладьей. — Скажи мне Иван… — я сделал ответный ход. — Как изменился мир через сто лет? — Ох, ну… — Ваня взволнованно стрельнул в меня взглядом, помедлил несколько секунд, а потом низверг невероятно интереснейшие по содержанию вещи: — Ну… Ты наверное мне не поверишь. — он усмехнулся как-то издевательски. — Но Советский Союз развалился. Это во-первых. — Что? — Да. Ну это ещё давно было, 30 лет назад. Из свеженьких новостей… ну… Весь мир сейчас охватила пандемия. Ковид 19, дельта. Все вынуждены ходить в масках и перчатках. Только с кью-ар кодами в заведения пускают.        Я молчал. Мне нечего было сказать, ведь вопросов было так много, что я решил просто продолжать слушать. — К счастью, я уже привился спутником. Некоторые люди не хотят прививаться, конечно. Думают, что их чипируют. — Ваня усмехнулся. — Их уже всех давно чипировали. Смартфоны — чем не чипы? Завел аккаунт -вся поднаготная человека уже собрана: кто он, где он, какую порнушку смотрит, что ест, куда ездит, а уж если фитнес-трекер на руку прицепишь, так и вовсе — сколько спишь и сколько шагов за день делаешь. Знаешь, у тебя сейчас такое лицо, словно тебя торкнуло.       Поразительный мальчишка. Я улыбнулся. Мне стало ещё пуще любопытно. Чего он мне ещё расскажет? — Смартфон? — А, это мобильный телефон. — Внезапно, он раскрыл ладонь и стал что-то на ней чертить. — Такой, ну… Размером с ладонь. Плоский. Водишь по экрану пальцем. Там и клавиатура, переписываться можно, звонить куда хочешь, фильмы можно смотреть. И фоткаться, и читать, и в игры играть. Короче, полезная штука. Жаль, что я не могу тебе показать. *** — Смартфон? — Никикфор дернул головой. Он выглядел крайне озадаченным. — А, это мобильный телефон. — я стал ему объяснять. Он так внимательно слушал, что я не мог остановиться. Он выглядел таким заинтересованным. — Прям как волшебное блюдечко? — Что? А, ну… не совсем. Но похоже. — Ну ты! Ванюша! Вот это чудеса. — я не уверен, но мне кажется, что в этот момент его глаза выражали восторг. Раз так, я могу ещё рассказать. — И музыку слушать, и компас там есть и калькулятор, и gps! — я стал вспоминать все функции своего xiaomi. Мне хотелось вспомнить как можно больше. — Надо же! А как же это возможно — то? — Как же это возможно, что ты не знаешь об этом! Я читал на реддите истории людей, которые встречались с отшельниками, но чтоб столкнуться с подобным самому! Даже и представить себе не мог. — Может, ты и правда из будущего. — этот парень продолжал улыбаться. Чему же ты радуешься? Ты ведь ни сном ни духом о том, в каком веке живёшь, бедняга! — А что такое — джипиес? — Ник сложил пальцы в замок, склонил на них голову и выжидающие стал на меня глядеть. Какие странные у него глаза! Какие-то… не такие. — Это спутниковая система навигации. В любой точке мира благодаря спутникам можно определить своё местонахождение. — Лоб Никифора сморщился в сосредоточении. — Объясни мне про спутник, пожалуйста. — Конечно. Это космический летательный аппарат, который вращается на орбите земли. Он передаёт информацию. Кстати, первый такое спутник запустил Совок 4 октября 1957 в 19:28. — Совок? — Никифор засмеялся во всю, откинувшись назад и прикрыв рот рукавом. — Прям 4 октября? Прям в 19:28? — Советский Союз. Да, именно так. — я важно закивал головой. — Совок… Чёрт тебя дери…Я поражён.       Я совсем забыл про шахматы. Никифор, похоже тоже. — Ты случаем не писатель? — Никифор вспомнил про шахматы и поставил мне мат. Я взглянул на своего падшего короля, который взирал на меня с немым укором, потом снова посмотрел на Никифора и с гордостью ответил: — Не, я битбоксер. —… Что? — Ну, я… Делаю музыку. Ртом. Показать? — Конечно, покажи.       Я прокашлялся и стал битбоксить «Animals». Взгляд Ника невозможно было описать в этот момент. Похоже, он сейчас был самым удивлённым человеком на свете. Ник, что с тобой? С тобой все в порядке?