Темнота раздевает желания

Йоги нужно было остаться в медбашне еще на пару дней. Так хотел доктор Акари. Без его присмотра принц и минуты спокойно не просидит, а сейчас единственное, что ему нужно, это отдых. И разумеется, все эти дни где-то поблизости находился Хирато. Чувство вины не давало ему покоя, и казалось, что постоянное нахождение рядом может как-то загладить его невнимательность. Все уже привыкли к присутствию капитана. Странным показалось только то, что между Хирато и Акари-сенсеем больше не было той зловещей ауры, когда они стояли рядом и наблюдали, как Цукитачи любезничает с медсестрами. «Подружились» - не совсем верное слово, но это первое, что приходит на ум. Хотя Акари по большей части старался избегать брюнета, он все время ощущал его присутствие. После того раза он немного смягчился, но оставаться с этим извращенцем наедине - нет уж, увольте. Доктор стал чаще заходить к Йоги: уж здесь-то похотливые руки капитана (и не только руки!) до него не доберутся. Да и общество блондина оказалось довольно приятным, если учесть, что за время своей "спячки" принц, кажется, повзрослел: он перестал впадать в истерику при виде доктора. Вместо этого он как-то смущенно улыбался. Пожалуй, Акари это даже нравилось. Насторожила только внезапная смена настроения, когда доктор зашел к нему в очередной раз: Йоги сидел на кровати в обнимку с игрушкой Нянпероны, размером не меньше Ная. Не было привычной смущенной улыбки, горящих глаз, не умолкающего щебета. Принц просто понуро смотрел в одну точку. - Йоги, что-то случилось? - поинтересовался доктор, пытаясь быть предельно осторожным, чтобы не расстроить блондина еще больше. - Акари-сенсей, скажите, я что-то не так сделал? - С чего ты взял? О чем ты вообще?- Акари немного напрягся, ведь слухи о его времяпрепровождении с Хирато могли дойти до Йоги. Хоть это было всего один раз, принц может подумать, что доктор теперь со всеми так... Нет, быть этого не может. Сам он не болтает о таких вещах, да и у Хирато ума хватает. Гад, конечно, но не болтун. - Хирато-сан бывает в медбашне каждый день, а ко мне за все время ни разу не зашел... Неужели я его чем-то обидел? - в глазах принца стояли настоящие слезы. Он действительно переживал. - Так вот в чем дело, - облегченно выдохнул доктор, - у него просто много дел, не волнуйся. Он каждый день спрашивает о твоем здоровье. Похоже, что на Йоги это не подействовало: слезы уже тихонько капали на Нянперону. Акари только цокнул языком и быстро вышел. И тут принц перестал сдерживаться. Он жалобно всхлипывал, а слезы лились ручьем. Бездушный доктор, как он мог так поступить? Добил бедного принца, так вылетев за дверь. У любого нормально человека сердце бы кровью обливалось при виде плачущего Йоги. Блондину было горько и обидно. Честно говоря, он надеялся, что Акари-сан его поддержит, ведь в последние несколько дней он будто бы подобрел... Уткнувшись лицом в Нянперону, принц не услышал, как открылась дверь в его палату. - Прекрати, - резко прозвучал знакомый голос. Йоги поднял заплаканные глаза и к своему огромному удивлению увидел доктора Акари. Тот держал в руке тарелку с красивым пирожным. - Держи. Вообще-то такие вещи пациентам не положены, так что ешь быстрее. И не вздумай проболтаться, что это я тебе принес. Принц был в полнейшем недоумении. Только что он рыдал как школьница, которую бросил парень, а теперь большими глазами смотрел то на доктора, то на пирожное. - Акари...сенсей... - только и смог выговорить Йоги, прежде чем в очередной раз разразиться рыданиями. Сидя на кровати, он потянулся к доктору и крепко прижался к нему, обхватив обеими руками за талию. От неожиданности Акари чуть не выронил драгоценную тарелку. А еще его удивила собственная реакция. С каких пор его умиляют такие вещи? Йоги все плакал и что-то бормотал в его халат. Что-то похожее на благодарности и радостный щебет одновременно. Доктор понятия не имел, что делать в таких ситуациях, поэтому как-то неумело погладил золотистые волосы. Но принцу большего и не нужно. Он только крепче прижался к Акари, а тот лишь продолжал гладить мягкие светлые волосы. «Единение» - не совсем верное слово, но это первое, что приходит на ум. Йоги смотрел на пирожное словно на сокровище. Само по себе это было до ужаса мило, так еще и вся эта прелесть исходила от самого Акари-сана... Это было слишком непостижимо и не поддавалось никаким объяснениям. Акари вышел из кабинета и поймал себя на мысли, что с его лицом происходит что-то странное. Он улыбался. Он всего лишь принес расстроенному Йоги пирожное, тот всего лишь прижался к нему, всего лишь плакал от радости. Что вообще творится в последнее время? Все будто с ума сошли. Кстати, с одним сумасшедшим нужно поговорить. Пускай даже наедине. Какого черта он себе позволяет? То от двери не отходил, а теперь, когда можно, зайти не может, хотя проводит здесь достаточно времени. Искать виновника сегодняшних слез не пришлось: он всегда крутился где-то поблизости. Акари, проходя мимо, резко бросил: - Вечером зайдешь в мой кабинет. Есть разговор. Хирато появился в кабинете доктора с довольной ухмылкой. - Очаровательный доктор Акари, Вы ведь поговорить о чем-то хотели? - сладко пропел капитан, подходя ближе к доктору. - Да, хотел. Только не о том, о чем ты подумал, - отрезал доктор и сложил руки на груди, чтобы хоть как-то обозначить свое личное пространство. Хирато подошел вплотную, не переставая обжигать доктора взглядом. - Ты можешь хоть пару минут подумать головой, а тем, чем обычно? - прошипел доктор, кивая головой на уже заметный бугорок на брюках. Хирато уже потянулся к губам доктора, но остановился, потому что ему стало жутко интересно, что было на уме у Акари. - Что ты сделал с Йоги? - выпалил Акари, все больше раздражаясь. Хирато опешил. Как доктор узнал об этом? Неужели принц рассказал? - Ты хоть понимаешь, что он из-за тебя сегодня плакал?! Почему ты ни разу не зашел к нему? Ты точно что-то с ним сделал, - доктор сжал зубы. Совесть и так ни на минуту не прекращала грызть капитана. Но теперь, когда об этом заговорил Акари, стало еще хуже. Он ведь поэтому ни разу и не зашел к Йоги после того вечера с доктором. Он просто не мог смотреть принцу в глаза. Все дело было в том, что Хирато не понимал, чего он хочет. Сначала ему казалось, что блондин - это все, что ему нужно. Ошибся. Цена такой "проверки" оказалась слишком дорогой. Однажды Хирато собирался поговорить с ним, но не сейчас. Слишком много неясного еще теснилось в его душе. Теперь была очередь доктора Акари. Капитан миллион раз корил себя за то, что избрал такой способ, но ничего лучшего придумать не получалось. С первого раза стало ясно, что и доктор не был тем, в ком нуждался Хирато, но отказываться от такого удовольствия было бы преступлением. Тем более ничего более интересного пока не предвиделось. Капитан знал, что ведет себя гадко. И ничего не мог с этим поделать. Возможно, он хотел насытиться всем, упасть в своих глазах настолько, чтобы стать самому себе отвратительным. Своего рода садомазохизм, только моральный. Испачкаться так, чтобы не отмыться, чтобы пришлось сдирать кожу. И такое бывает с людьми, когда разобраться в себе и своих желаниях не получается. И вот теперь капитан стоял перед доктором, по уши в своих страстях и их последствиях. - Акари-сан, не думаю, что сейчас подходящее время для таких разговоров. Мне есть, что ответить, но не только не сию секунду. Я обязательно поговорю с Йоги, - как-то сдавленно произнес Хирато. Груз всего, о чем он думал несколько недель, свалялся на него разом. Хотелось забыться. Еще рано "сдирать кожу". Нужно понять, ради чего это делать. И, к сожалению, на ум пришел лишь один способ уйти от тяжелых мыслей. Хирато резко прижался к Акари, обхватил его лицо руками и поцеловал так страстно, как только мог. На секунду отрывался от губ, чтобы глотнуть воздуха, а затем снова влажный язык проникал в рот доктора. Акари-сенсей запретил Йоги выходить за пределы своей палаты без его присмотра. Боялся, что блондин сбежит. И принц ни разу не ослушался. Но сегодня выйти было необходимо. Пирожное оказалось не просто красивым, но и невероятно вкусным. Пока сладость таяла во рту, блондин пришел в себя. Вспомнил, как прижимался к доктору, как его халат впитывал его слезы. Неловко как-то. Даже поблагодарить толком не получилось. С этими мыслями Йоги выглянул в коридор, убедился, что в такой поздний час там никого нет, и отправился на поиски кабинета Акари-сана. Не каждый же день доктор такое внимание уделяет! Акари уперся руками в грудь Хирато, пытаясь его оттолкнуть. Его силы оказались явно слабее желания капитана. Он жадно впивался поцелуем, иногда покусывая губы доктора. Брюнет был так увлечен этим приятным процессом, а Акари - попытками отстраниться от Хирато, что не заметили, как дверь в кабинет открылась. Оба дернулись, лишь когда услышали грохот. На пороге без движения лежал Йоги. Доктор резко отпихнул Хирато, который моментально ослабил хватку, и кинулся к принцу. Проверил на шее пульс, убедился, что Йоги дышит и на весь коридор прокричал:"Быстро носилки!" Акари умел быть громким. Двое сотрудников помогли доктору положить принца на носилки и понесли его в палату. Доктор последовал за ними, успев сказать Хирато:"На глаза мне не попадайся." В палате Акари-сенсей внимательно осмотрел принца: нервный срыв, сильное потрясение. Доктор не мог припомнить, когда прежде так волновался. Сначала он приносит принцу пирожное, а потом целуется с его командиром... Хорошо, что Йоги зашел так рано. На душе было мерзко. Он чувствовал, что предал того, кто ему доверился. Йоги спал. Ему снилась темнота и крики. Возможно, именно так выглядело то, что сейчас происходило в его душе. «Боль» - не совсем верное слово, но это первое, что приходит на ум.