Demon inside

— Что в этот раз? Кухня полностью сгорела? Отравил еду? Сковородка раскололась на двое? - быстро затараторил Чон, подскакивая с места и присаживаясь рядом с младшим, заливисто хохоча от одного представления этой картины. — Брат! Хахах, ты просто нечто! Как ты вообще дожил до этого времени? Намджун молчал. А что собственно он мог ответить? "— Хоби, прикинь, я говорил с Джин-хеном, и тут как ударило в голову! А я хвать его и сожрать пытался... Слава Богу, Юнги с Чонгуком помогли... " Грустно улыбнувшись уголками губ, лидер откинул голову назад, закрывая лицом ладони. Мерзко. Ужасно. Он просто животное. Легкий смешок пробился сквозь тяжелое дыхание Намджуна. Смеяться очень хотелось со своей жалости и безответственности. Парень еще день назад говорил про защиту хена и что он просто хочет тепла и заботы. Ни одной пошлой или злой мысли. Намджун боится. Боится, что Джин оставит все как есть или настолько его испугался что, теперь будет держаться подальше от него. Он просил отпустить... Он отталкивал его... Сука, он не хотел! — Хахаха!! - громкий смех младшего разнесся по пустому помещению. Опираясь на колени и прикрывая улыбку Джун хотел, чтобы он просто сдох. Зачем такой человек рождался на свет. Он попросту не заслуживает этого. В ушах сильно стучит сердце, а нос конкретно заложило, то ли из-за смеха то ли из-за боли, младший плакал. Чистыми и огромными слезами, что просто размывали перед глазами очертания комнаты. Ладно. Еще немного потерпеть. — Ты чего? Джун, с тобой все в порядке? Эй... - медленно положив руку на плечо, что сотрясалось в мелкой дрожжи, Хосок попытался заглянуть в лицо младшего. — Все... - тихий вздох, - Да... Все в порядке... - откашлявшись и вернув в норму слегка сиплый голос, парень немного отсел, вытирая руками следы слез. Глаза покраснели и лицо немного опухло. Скулы болели от улыбки, что застыла на лице и Намджун был уверен, что именно в этот момент пошел по швам. —Надеюсь, что Хен меня не прибьет... Если суп будет пересолен, то не говори. Просто молчи ладно? В любом случае все можно списать на его неуклюжесть. Правда будет от этого легче только окружающим. —Чш… Парень, все в порядке. Если ты так разревелся из-за того, что соль с сахаром перепутал, то я должен это делать каждую секунду, - Хосок улыбнулся. — Эй! Я просто смеялся. Серьезно, лицо Джина было такое удивленное и еще это молчание. Ты же видел, меня с руками и ногами выносили, лишь бы хен из меня котлету не сделал. Наверное лучше уйти. Уйти и покончить с этим всем. Ему все равно, что будут делать парни. Он сделает им только одолжение. В принципе, всё когда-нибудь заканчивается, в его случае это надо было сделать с самого начала. — Везунчик, – хмыкнул Чон и полностью упал на белый диван, закрывая глаза. —Хоби, - позвал Джун, кидая мимолетный взгляд в сторону острова алкоголя, что зеленой зоной расположился на белоснежно поверхности, пока что, стола. — Как думаешь нужен ли я этому миру? - продолжил лидер, - ну, в смысле по какому принципу рождаются люди, обмен, реинкарнация... А если Ад и Рай, то откуда берутся новые? Что я сделал для мира? Какая будет польза от настолько ужасного человека, скрытое за яркими вспышками камер и глаз миллионы людей. У себя в мыслях. Можем ли мы сказать, что то, что мы делаем – действительно наша цель? Почему именно я? - неуверенно прозвучало хриплой вибрацией в воздухе. Зарываясь руками в белые пряди, он словно разводил руками. Намджун не надеялся, что на это что-то ответят, ведь по состоянию Чона – он мог быстро вырубится. Он не надеялся услышать ответ. — Если ты про то, что неплохо было бы если бы тебя не существовало, и будет люди толк от твоей смерти что-то, то забудь. Слышишь? Забудь, - тихо ответил парень, немного потягиваясь, - нас так просто никто не отпустит. Тут семья, дом, ребята... Компания, и, в конце концов, Арми. Это уже больше чем просто люди. Мы многое сделали, многое отдали для счастья других людей. Именно счастья. И если ты в миг исчезнешь, то будет это... Сравнимо с похоронами супермена. Но ты же помнишь, что его потом воскресили? Дерьмовенькое, наверное, чувство. — Это просто... Все сложно. До скрежета в зубах уже надоело просто улыбаться. Веселиться и смеяться на камеру, когда в жизни дерьма вагон и маленькая тележка. На концертах – мы дарим положительную энергию людям, в ответ на их улыбки. Но что за кулисами? Мы падаем, Хосок. Мы не можем толком стоять и дышать. И мне больно смотреть, как Чонгуку делают искусственное дыхание, как Чимин с Юнги просто падают в обморок. Это тяжело терпеть и тешить себя мыслями о следующем дне, когда ни в чем уже не уверен. Мы многое отдаём, получая в ответ по идее тоже много. Выкладываем на листке бумаги мысли и чувства, но почему – в последнее время я чувствую неудовлетворённость? Будто все делаю зря. Я же не ради денег пошел в эту степь... Это просто сложно, - Намджун завел руки в замок за голову и просто смотрел в потолок, не зная, как еще объяснить все что он чувствует. Конечно это не только связано с работой. — Разве ты не говоришь только про себя? - просто сказал Хоби не открывая глаз, – из всех твоих слов я лишь слышу – «мне больно», «мне сложно», «спасите», «я так больше не могу». Парень, я тебе так скажу – в каждом человек полно подобного: неуверенность, страхи. Без них бы мы не были человечными. Без них мы не были бы людьми. Чимин, Юнги, Тэхен, Джин, Чонгук и я. Мы все имеем страхи внутри. Но как видишь, никто еще не сдался. Мы все в одной лодке, ты должен понимать, что если ты станешь той самой брешью в дереве – пойдем ко дну мы все. Думаешь, что все слишком сложно? А ты не пытался спросить у других каково им? Почему они до сих пор здесь!? Ты зовешь о помощи, но не принимаешь ее. Но иногда бывает поздно. С каждым словом становилось все тяжелее дышать. Лидера больше утаскивало в темноту. — Посмотри в мои глаза. Просто взгляни в них, - попросил Чон, немного подняв голову, - в них столько грусти и усталости, что скоро из бликов света будет составляться слово либо «спасите», либо «суицид». Сам вообще удивляюсь как компания меня с таким ебалом в психушку не отвозит. Ты же видел интервью? Или, к примеру, когда мы пьем? – парень неловко почесал затылок рыжих волос, – я понимаю, что ты хочешь сказать и поверь, такая херня не только с тобой. Мы просто держимся. Держимся друг за друга. Вдали от дома. Я иногда забываю, как выглядит лицо моей матери, или сестры. Это просто ужасно. Чувствую себя таким мудаком в такие моменты. Но когда ты живёшь среди людей... Вы ребят мне многим помогли. Просто представь, ты бы умер – тебе было бы приятно смотреть на их слезы? Эти дебилы бы за нами пошли сто пудово! - хлопнув по своим коленям, он встал с дивана и обернувшись улыбнулся по-доброму, не ярко или весело. Просто по-дружески. – Знай, на нас всегда можно положится. Мы от тебя так просто не отстанем. — Почему я? - без эмоционально, тихо повторил Намджун, - почему человек, который сам не верен в себе, должен вести группу?! Я неуравновешенный, агрессивный и часто ставлю приоритет группы выше ваших сил! Я неуклюжий, забывчивый… Какой толк во мне, если тот же Юнги лучше меня?! - выкрикнул младший, подрываясь с дивана, смотря гневным взглядом на Хосока, что немного втянулся в плечи, от резкой смены в лице лидера. — Успокойся, Намджун! – резко поддавшись вперед, Чон схватился руками за серую футболку лидера, приближая к себе. - Соберись! Прекрати свой стиль ходьбы вразвалочку и наконец-то оглянись. Мы все тут, блять, на иголках. Тебе не одному хуево! Почему ты нужен живым? Потому что ты наш друг! Ты основа нашей жизни! Тебе не плевать на нас и ты часто ставишь нас выше своих проблем! Пусть ты и эмоциональный и бываешь тем еще мудаком – мы все люди! Все из нас совершают ошибки! И просто покончить со своей жизнью, - Хоби, что все это время смотрел прямо на младшего, отвел взгляд, так чтобы на глаза спадала челка. Руки дрожжали, а ткань собиралась вот-вот разъехаться по шву, — будет самым безответственным поступком в твоей жизни! - резко опустив ослабшее тело Кима, Хос резко вздохнул. Как он может еще сказать? Нет! Нельзя! Придурок про что ты вообще думаешь о подобном?! Он всю жизнь… Пытается забыть то время, когда был беззащитным. Когда страхи и мнение других было на первом месте. Тот момент, когда на нож и веревку он смотрел чаще, чем нужно. Когда сердце сводило спазмами, а тело мелко дрожало. Когда в глазах была пустота. Надежда - это то, что пришло вместе с группой, с ребятами. Яркие, веселые, мечтающие они волной нахлынули в черный мир Чона, не подозревая о своей значимости для парня. Много лет прошло. Он вырос, но мелкий червь неуверенности все грызет его. И только весельем, только тем что он делает для людей всего мира и группы Хосок может жить. Глаза Хоупа были на мокром месте, но злости, бури эмоций, там было больше. Лицо было уставшим. Тот оскал, при котором на шее напрягались вены, а челюсть становилась более острой, просто упал. Парень разбит, а все благодаря все тому же лидеру. — Хватит. Не надо…Пожалуйста, выкинь эти мысли из головы, - сбивчиво зашептал танцор, сильнее стискивая руку в кулак, - ты слишком дорог нам всем... Если тебе плохо, то просто скажи. Не тяни это бремя в одиночку, - по телу Джуна прошлась легкая дрожь, -позови, когда они наконец-то накроют на стол! Медленными шаркающими шагами, без тени улыбки, Хосок просто скрылся в дверном проеме. Он ушел. И Намджун опять остался один. Как старуха у разбитого корыта. Слова Хосока выпотрошили лидер. Намджун жуткий эгоист - думает, как плохо только одному, думает, зацикливается на боли и не видит за всеми своими эмоциями остальных. Словно завязав глаза, и закрыв уши. Словно маленький ребенок, что сбежал из дома. Парень доставляет много хлопот окружающим. «Жизнь или смерть - ты сам решай. Просто это последний твой шанс. Хоть твоя и разбита душа. Жизнь в руинах… Нам выбор был дан. Ружья свои бросить к ногам. И прекратить бой, Неба рукой. Коснуться бы нам. Нам с тобой.» Тихая гитара на фоне и слова, что напевал словно мимо проходящий человек, раздались в голове Джуна. Парень сел на пол, а потом и вовсе лег на холодную поверхность паркета, со всей силы ударившись головой. Намджун запутался. Он не знает, что делать и единственным решением за этот день видится выпивка. Просто зальет мозг алкоголем. Будет немного странным. Но все ведь такие, когда напьются? Просто закрывая глаза Намджун молил о том, чтобы он забыл кто он. Ночь предстоит долгая ***