Мой мистер

— я, может, и не умею показывать свои чувства, но это не значит, что у меня их нет. я дажe больше скажу, у меня чувств большe, чем у тех, кто постоянно их показывает. такие люди больше похожи на актёров с заученными ролями, ну, а я так не умею. я всё переживаю глубокo, и так, что никто этого никогда не увидит. (С.) Д.Март

***

1997 Бог и был, то именно сейчас Кармен хотела в это поверить. Конечно, она бы солгала, сказав, что ни капельки не боится Тома. Не бояться Тома — значит быть смелой. Послушных овец забивают первыми, ну, а больно резвых, заставляют мучиться в бесконечной агонии. По этой причине девушка всегда (ну или почти!) старалась придерживаться золотой середины. К сожалению, выхода из данной ситуации она не видела. — Ты хочешь поиграть, да? — он хищно сверкнул глазами. Прошёл вдоль стены, увешанной огромным плакатом всего земного полушария. — Да, Кармен? — повторил юноша и, почти вплотную приблизившись к Поттер, коснулся её лица. — Я… я… — в горле образовался неприятный комок. Девушка сглотнула, судорожно соображая как выйти из сложившейся проблемы, при этом не теряя контроль над происходящим. Взгляд упал на статуэтку какого-то зверька, кажется, это была собака. Что ж, она вполне могла бы ударить этим Риддла. Палочкой всё равно нельзя воспользоваться. Если использовать заклинание из разряда защитных, тогда это может вызвать подозрения. Будут подозрения — её могут исключить из школы! Исключат из школы и Тео останется один. Совсем один. Кармен лишена порочного эгоизма, чтобы бросить младшего брата на произвол судьбы. — Что… ты? — словно дикое животное, он смотрел на неё как на добычу. Как на кусок мяса. Как на… охотник смотрит на жертву. Охотник-жертва. Жертва-охотник. Но кто из них кто — ещё вопрос…! — Наверное, ты зашла в комнату совершенно случайно, я прав? — гриффиндорка быстро закивала головой. — Ну, а дневник и вовсе… просто упал тебе в руки, не так ли? — в его голосе отчётливо слышалась издёвка и не скрытый сарказм. — Том, я… — заговорила было Кармен, но он стал опускать руки всё ниже, худые и вытянутые пальцы сомкнулись вокруг шеи. — Том… — Не стоит тратить силы понапрасну, — сказал юноша и лишь сильнее начал сдавливать у основания, — ты ужасная и порочная. Ты грязная, Поттер. В тебе нет ничего святого…! — будь у неё возможность, она бы рассмеялась ему в лицо. Потому что в Марволо не было ни капли христианской добродетели. Какая ирония! В детстве Мэри Риддл водила их по воскресным дням на службы. Но, видимо, они так прогнили, что уже никогда не смогут похвастаться чистотой своей души. Если та у них, конечно, вообще есть…! — Ты грязная… — повторил юноша и сдавил ещё сильнее. Дневник выпал из её рук с характерным звуком. Лицо Кармен покраснело до такой степени, что цветом скорее всего напоминало сочный и яркий томат. — И я с большим удовольствием избавлю мир от тебя… но не сейчас, — сказал Риддл, прежде чем отпустил. Кармен закашлялась, хватаясь за горло. Кожа в этой области почти горела от жёстких прикосновений. — Если продолжишь лезть в мои дела, — слизеринец, подняв тетрадь с пола, с силой хлестанул той по щеке жертвы, — этим только всё не закончится.

***

Кармен посмотрела в ровную гладь зеркала. Казалось, по ту сторону — не её, а кого-то чужого, отражение. Настолько далёкой казалась сама себе Поттер. И было ли в том вина Марволо. Поверила ли она в его слова? Может, уже и так всё прекрасно знала, просто верить не желала. Рука непроизвольно потянулась к порезу на левой стороне лица. Это больше походило на клеймо. Но только Кармен могла понять с какой целью Том это сделал. Злился — это одно, но тут была и другая причина. Скорее всего, его разозлило то, что Марк делал ей намёки романтического характера. Конечно, в случае, если у них что-то да и получится, у Кармен появится шанс уйти, а это значит, Марволо лишится своего козыря в рукаве. В любом случае, этого бы никогда не могло произойти в реальности. Кинги никогда не позволят сыну взять в жёны «бедную сиротку». В таком случае у девушки оставался лишь один выход — выбиться в люди своими силами, не рассчитывая на чью-либо помощь. Да, это будет нелегко. Но… делать-то всё равно нечего. — Ты сможешь… нужно только пережить это всё, — успокаивала саму себя гриффиндорка, — кошмар не может длиться вечно. Однажды всё будет иначе… обязательно будет. Обязательно…

***

— О, милая, что это у тебя с лицом? — охнула миссис Риддл, заметив царапину на щеке Кармен. — А, это… случайно вышло. Ничего такого… — в тот самый момент их с Марволо взгляды встретились. Он одобрительно кивнул. Вот так…! Хорошая девочка! — Хм… а ты… уверена, что ничего серьёзного? — подозрительно поглядела на гриффиндорку хозяйка особняка. На несколько мгновений девушка словно впала в ступор, но потом, усилием воли заставив себя преодолеть это чувство, темноволосая улыбнулась через силу, как бы давая понять, что всё определенно хорошо. Кармен до сих пор было не по себе от недавних событий. Прежде она и не думала, что бумагой можно причинить вред. Однако именно от неё на лице красовался теперь порез. Не такой глубокий, чтобы остался шрам, но тем не менее, довольно болезненный по ощущениям. — Ну, ладно, Мэри, давайте лучше приступим к трапезе! — пресёк все попытки супруги «сделать из мухи слона» мистер Риддл и уселся наконец на своё место. Ужин проходил в тишине, нарушаемой лишь звуком соприкосновения вилок с ножом. Всё то время Риддл с не спускал глаз с сидящей напротив него волшебницы. Гриффиндорское чутье подсказывало Кармен, что события сегодняшнего дня — только начало. Если она не найдёт способ переключить внимание Марволо с себя на что-нибудь другое, это может очень плохо закончиться. — Тётушка, Мелинда пригласила нас на прогулку. Я хотела спросить, можно ли пойти? — Ах, на прогулку… да-да-да, конечно, — удивление сменилось странной радостью, — и Том, обязательно составь компанию Кармен. Ты же составишь, милый? — Не уверен, — Поттер видела каких усилий стоит ему отнекиваться, а не дать немного грубый и окончательный ответ, — в конце концов, я ещё должен помочь дедушке! — Вообще-то, мне кажется, Мел будет очень расстроена, если ты не придёшь. Ты ведь не обидишь её чувства, правда, милый братец? — Кармен изо всех сил старалась, чтобы вопрос прозвучал со всей невинностью, на которую она теперь была способна. В глубинах голубых глаз вспыхнул недобрый огонёк. Ничего, если всё получится, жалеть об этом не придётся. Но получится ли?

***

Погода в здешних местах была более чем тёплая, поэтому Кармен уже несколько раз успела пожалеть, что взяла накидку. Впрочем, судя по довольному выражению лица, сие Тома лишь забавляло. — Что, сестрица, карма возвращается? — с издёвкой спросил Марволо. Стоило признать, юноша был очень хорош, а обычная магловская одежда шла ему не меньше, чем школьная форма. И Кармен всегда удивлялась, почему настолько красивый внешне человек — гнилой и ужасный внутри… разве это справедливо? Как-то Том сказал, что они в сути ничем и не отличаются. Они — две грани одного целого. Порочного. Греховного. «Нет, я никогда не буду похожа на него…» — одна только мысль о подобном была ей противна. Никогда-никогда-никогда… — Ты боишься, *богиня пророчества, не так ли? — он приблизился к её лицу и, обдав горячим дыханием, породил в душе темноволосой смуту и хаос. Кармен хмыкнула и посмотрела так, как смотрела всегда, дабы никто и никогда не узнал какие думы тревожат её на самом деле. — Мне нечего бояться, я лучше тебя! — с вызовом произнесла она. — Лучше? Тогда, может быть, расскажешь всем что сделала? — в горле образовался неприятный комок. На несколько секунд девушке показалось, что она позволит эмоциям взять главенство, благо, от падения в тёмные омуты глаз Тома Риддла её спасло появление Мелинды Кинг. — Вы уже здесь, — улыбнулась девушка, Поттер облегчённо выдохнула, — как хорошо! — Мелинда весело захлопала в ладоши. — Ты великолепно выглядишь, — Марволо, словно желая произвести впечатление на свою спутницу (во что Кармен верилось с трудом!), подцепил её руку и поцеловал. — О, Том, — щёки Линды заалели, — ты настоящий джентльмен. Жаль, что никто в этом месте больше не может этим похвастаться, — на выдохе произнесла девушка, белые длинные волосы развевались на ветру. Кармен всегда завидовал тем, кому шли подобные причёски, ибо её космы всегда очень быстро путались. Приходилось первым делом заплетать их, и так изо дня в день. Всегда одно и тоже. Всегда…

***

В кафе «У Мадам» было немноголюдно. И всё же, так Кармен чувствовала какое-то странное спокойствие. А если бы здесь не было Тома, она была бы почти счастлива… почти…! Почти… -…да уж, в тот день я отчётливо понял, что моя сестра всегда добивается чего хочет, — смеялся Марк, рассказывая попутно о событиях трёхнедельной давности, — а уж как она добивалась поставки новых инструментов на ферму…! — Но у них катастрофически не хватает рук из-за недостатка средств, так что… это меньшее, что я могу сделать, — Мелинда похлопала длинными ресницами. Том улыбнулся, выглядело это вполне искренне. Кармен удивилась такому его поведению. Он казался влюблённым. — Кстати, — обратилась она к Поттер, — а… ты могла бы составить мне компанию? — М? — Воскресная служба, я же говорила. — А… да, вспомнила, — лёгкая, едва заметная улыбка тронула губы Марволо. Кармен с ужасом осознала, что её руки предательски затряслись. — Ну так что? — Кинг выжидающе посмотрела на собеседницу. — Конечно, моя милая сестра очень религиозна, — с ехидством ответил за Поттер Риддл. «Чёрт… чёрт… чёрт…» — Кармен могла поклясться, что в глазах Марволо горит дьявольский огонь.

***

1992 В церкви пахло ладаном, вдыхая пряный аромат и слушая церковные песнопения, Кармен словно попадала в совершенно другой мир. Казалось, всё в этом месте живёт и трудится по абсолютно иному порядку. И такое спокойствие зарождалось в душе, в самом её тайнике, стоило священнику заговорить своим ровным и звонким голосом. — Дети Мои, будьте милосердны друг к другу. И да прибудут души ваших покойных близких в Раю… — Отче наш, сущий на небесах, да святится имя Твоё, да придет Царствие Твоё, да будет воля Твоя и на земле, как на небе. Хлеб наш насущный дай нам на сей день, и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим, и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Аминь… — повторяла девушка, возведя руки к верху в молитвенном жесте. В какой-то момент она вдруг осознала, что сидит за скамейкой не одна. — Дитя, ты тут одна? — спросил отец Андрий. — Да, но скоро придёт тётушка, она меня заберёт. — Это хорошо! Не пристало юным леди ходить одним. — Но я никого не боюсь! — упрямо воскликнула Поттер, за что получила неодобрение со стороны служителя церкви. — Это похвально, что ты такая смелая, Кармен, но во всём необходимо знать меру. Твои глаза подобны тёмным омутам для отлова людских душ. Некоторые могут принять это за вызов. Понимаешь, о чём я? — девочка кивнула, хотя не то чтобы она и правда вникала в смысл сказанного. — Поэтому… молись! Слушайся старших! Избегай греховных мыслей и дел…! — И как же… мне это сделать? — Я укажу путь! — сказав это, мужчина погладил Поттер по волосам. — Бог выбрал тебя для благой цели…! Моя обязанность — помочь тебе, — добавил отец Андрий. И хотя его действия должны были насторожить Кармен, в силу возраста она и подумать не могла, что за добродушной улыбкой может скрываться нечто такое, отчего кровь в жилах стынет. Да, её выбрали. Но не для благой цели. И уж точно не Господь Бог!

***

1997 Кармен лежала на кровати, уставившись в потолок. Такой же белый, как в Больничном Крыле. Удивительно, но там она чувствовала себя в разы безопаснее. Но когда? Когда именно родной дом стал для неё чем-то вроде темницы, из которой нельзя вырваться? Возможно, дело в том, что дома-то никогда и не было. Дни, проведённые с родителями казались ей волшебным сном. Она едва могла вспомнить образ своей матери целиком, так, чтобы не упустить ни одну деталь. Это было больше похоже на тщетные попытки собрать пазл, когда несколько его частей были навсегда утеряны. — Ты сильная, ты всё сможешь! — повторяла словно молитву девушка. В Бога она не верила. Если тот и был, то давным-давно позабыл о ней. А почему — да кто ж знает?! Она ведь не была плохой по изначальной сути своей. В этот мир все приходят чистыми, а уже потом, в силу обстоятельств или воспитания, становятся теми, кого видят окружающие. Кармен грешила не больше других. Лгала, но лишь из-за желания выжить. Да и какой уж тут грех, когда на кону жизнь близкого человека?! Посмотрела бы она на всех этих проповедников, если бы у них хотели отобрать то единственное, что было любо и дорого…! А им то чего, они всё Господом черноту души своей скрывают, а как судьбы чужие ломают — сами и знают! — Ненавижу… — она могла бы заплакать, разрыдаться как малое дитё, но не стала этого делать. Кармен никогда не позволяла эмоциям взять шефство, потому что… иначе можно голову потерять. Гриффиндорка может и не умеет показывать свои чувства, но это не значит, что у неё их нет. Возможно, даже, наоборот, там много этих самых чувств, что словами и действиями не показать. Это видеть надо. Душу видеть. А кому и для чего что-то доказывать? Есть ли смысл? Если и есть, то к чему всё это в конечном итоге приведёт? Приведёт ли? — Ка-р-м-е-н… Кар-мен… — услышала она вдруг. Медленно повернув голову, девушка заметила, что рядом с ней лежит какой-то человек. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы узнать это лицо… лицо Тома Риддла-старшего. Сердце девушки пропустило несколько ударов. — Ка-р-м-е-н… — повторилось в ночи и у губ невольного собеседника девушка увидела капли крови. С каждым мгновением её, крови, становилось всё больше и больше. — Ка-р-м-е-н… — Нет-нет-нет…! В-вы… м-мертвы… — Да! Ты убила меня, Ка-р-м-е-н, — зловещий хохот прошёлся по комнате, — и скоро все об этом узнают. Ты не сможешь скрыть это… — Н-н-е-е-е-т… — темноволосая вскочила с кровати. Включив светильник, девушка огляделась. Но в спальне уже никого не оказалось. Трясущимися руками Поттер отыскала в тумбочке волшебную палочку. — Всё хорошо. Всё будет хорошо…! Будет же?