Мой мистер

— если бы была возможность, ты бы исправила то, что разрушила? (С.)Эли Фрей «Мой лучший враг»

***

1997 Филч держал на руках домашнюю любимицу. Кошка не подавала признаков жизни, пока слезы горечи стекали с лица старика. — Миссис Норрис… — ученики боязливо переглянулись. Питомец завхоза не просто умер, миссис Норрис убили, при этом довольно жестоким способом. Пушистое тельце было в крови, а ещё, если верить тем, кто был в тот момент ближе всего к жертве, кошке даже выдрали хвост. — Ужас… — на выдохе прошептала Моргана. Даже для неё это было слишком. — Кто мог такое сделать? — негодовала Молли. И лишь Кармен заметила тень улыбки на лице Тома Марволо Риддла. Их взгляды встретились. И то, что она увидела в омутах его глаз — было злом в чистом виде.

***

И хотя все боялись, что после смерти любимицы Филч станет ещё более хмурым и строгим, произошло всё как раз наоборот. Мужчина будто и вовсе потерял смысл своего существования. В какой-то степени так оно и было. В конце концов, именно представительница породы *мейн-кун стала для мужчины самым лучшим другом, единственным помощником и товарищем. Кармен было искренне жаль завхоза. Она знала какого это… терять близких. Кровный родственник или животное… иногда не имеет значение, кто именно, важнее… какие при этом чувства посещают человека. Боль. Злость. Отчаяние. — Да уж, то ещё зрелище было, когда этот идиот пришёл сюда со своей чёртовой кошкой, — пренебрежительно отозвался Драко Малфой. — Конечно. Ещё бы… вот только, кто это сделал? — огонь интереса вспыхнул в глазах Панси Паркинсон. Должно быть, она слишком долго смотрела на Кармен, ибо теперь на неё обратил внимания и Малфой. — О, кто тут у нас?! Слышал, вернулась в команду. У гриффиндора, как я погляжу, стало совсем плохо со вкусом, да? — ехидно спросил юноша. По какой-то необъяснимой причине слизеринец так и норовил спровоцировать сокурсницу. Видимо, очень уж ему хотелось увидеть, как Кармен окажется в непростой ситуации. Впрочем, и без слизеринского хорька в её жизни было достаточно проблем. — Ты не думал закрывать рот, прежде чем начать говорить? Тогда бы твои речи не были бы так бессмысленны, — истинный смысл сказанного дошёл до Малфоя почти сразу же. И слова Кармен ему, естественно, не понравились. — Смотри, Поттер, ты ведь так и из школы вылететь можешь, — прошипел он сквозь зубы. — Если такое и произойдёт, я заберу тебя с собой, — голос понизился до угрожающего шёпота. Кармен, конечно, терпеливая, но всему рано или поздно приходит конец. Всему…

***

— Что это с ним? — спросил Теодор, поглядев на пса. Арчи, некогда бездомная собака светлого окраса, которую Тео взял с собой в Хогвартс, жалобно скулила. Должно быть, он почувствовал, что в школе творится что-то страшное, потому так сильно нервничал. — Наверное, просто соскучился по тебе, — Кармен решила не нагружать брата лишней информацией. Ему сейчас и без того было нелегко. — Кстати, как твои успехи? Уже нравится какой-нибудь предмет? — Да, — мальчик активно закивал головой, — зельеварение. Это так здорово! — З-зельеварение? — будь у Поттер во рту еда, она бы обязательно поперхнулась. — П-правда? — Ну, да. Это и правда очень интересная наука. Том сказал, что если я буду стараться, то смогу стать великим зельеваром. — Конечно, теперь ведь мы слушаем всё, что говорит Риддл, — процедила сквозь зубы темноволосая. Благо, Теодор этого не заметил. В таком случае у него возникло бы слишком много вопросов, ответить на которые Кармен не могла (по крайней мере… пока что). — Знаешь, это просто прекрасно. Всегда знала, что моего милого братика ждет великое будущее. — А Том говорит, что ты меня жалеешь. Что ты слишком сильно боишься. Всего… — Кармен хотела было что-то ответить, однако в гостиную начали спускаться остальные гриффиндорцы. А одну истину девушка знала очень хорошо — лучше умолчать, чем взболтнуть лишнего. Тем не менее, у ребят, казалось, уже была тема для разговора. — И всё же, это очень странно. Я искренне полагал, что Филч захочет выяснить, кто же так жестоко поступил с его питомцем. — Возможно, ему просто больно вспоминать об этом, — разумно добавила Гермиона. Друзья согласно кивнули. — Он даже почти не патрулирует школу. Староста когтеврана уже который раз жалуется на то, что никак не может угомонить слизеринцев. — Разве их вообще можно угомонить? — Мориарти вопросительно изогнул бровь. — Дело в том, что они постоянно куда-то ходят по ночам. Но… никто не следит за ними. А… Мелани, — Мела — Можно подумать, они специально избавились от кошки завхоза, только бы он не цеплялся к ним, — мимолётно брошенная Джинни фраза заставила Кармен напрячься. И пока остальные смеялись над этим предположением, девушка знала одно наверняка — если потомки Салазара Слизерина и пошли на подобное, то возглавить их мог лишь один человек — Том Марволо Риддл. — Завтра я буду делать обход школы, — выдохнула Гермиона, — надеюсь, будет без происшествий. — Я могу пойти с тобой, — предложил Рон. Будь близнецы здесь, точно бы пошутили на тему «голубков», но теперь они были далеко. Кажется, уже собирались открывать своё дело в штатах. Что ж, в успехе их затеи Поттер и не сомневалась. Ребята они были способные. — Не думаю, что это хорошая идея, — как можно мягче ответила Грейнджер. Повисло неловкое молчание, прервать которое первой решилась Кармен. — Могу и я пойти с тобой, — как ни странно, однако в этот раз противиться подруга не стала. На самом деле, ей, кажется, эта идея даже понравилась.

***

Вечер четверга подкрался незаметно. Кармен, хоть и надеялась подловить слизеринцев, сделать этого так и не смогла. Они, будто бы зная обо всём, притаились. — Настоящие гадюки, — Поттер нервно поглядывала на подругу, которая, к слову, была только рада тому, что не придётся встречаться с представителями змеиного факультета. И уже когда девушка было потеряла надежду добиться своего, она уловила боковым зрением какое-то движение. Обернувшись, темноволосая отчётливо разглядела чью-то тень, которая уж очень кого-то ей напомнила. — Ми, что-то я плохо себя чувствую. Пойду схожу в Больничное крыло, возьму лекарство. — Проводить тебя? — Грейнджер обеспокоенно оглядела подругу. Странно, но она совсем ничего не заметила. Должно быть, мысли Гермионы были заняты Роном. Что ж, Кармен была бы совсем не против, если бы друзья наконец-то признались друг другу в своих чувствах. Но… это всё потом. А пока… надо кое-что проверить… — Да… не надо. Я сама. Тебе может попасть за это, так что… — И всё же… — Я не маленькая девочка, Герми, — волшебница кивнула, не желая показаться слишком настойчивой. Конечно, она догадывалась, что у Кармен не всё так гладко, однако сама подруга упорно не хотела делиться с кем бы то ни было своими проблемами. — Да и тут недалеко. Что может произойти? И пока Гермиона на совесть отрабатывала звание старосты факультета, Кармен решила узнать, что же всё-таки скрывается за всеми этими странными событиями. А то, что гибель миссис Норрис и похождения слизеринцев как-то связаны, у девушки даже сомнений не возникало. Но вот с какой именно целью — оставалось только гадать. Однако же человека, тень которого попалась Кармен на глаза, нигде не было видно. — Словно сквозь землю провалился, — раздражённо заметила Поттер, но отступать не собиралась. То ли в ней говорила жажда справедливости, то ли безрассудство. В любом случае, она хотела докопаться до истины. — Была бы у меня та карта, — устало вздохнула гриффиндорка, вспоминая о ценном подарке близнецов Уизли. Они дали ей карту мародёров ещё на третьем курсе, однако ту изъял профессор Снейп, пообещав пойти к директору. Правда, до этого так в итоге и не дошло. То ли профессору Дамблдору было всё равно, то ли Снейп решил заняться чем-то более полезным. — Должно быть, она где-то в кабинете, — мысль родилась в голове со скоростью света. Мысль, которая могла стоить чересчур отважной гриффиндорке столь нужного балла по зельеварению. Но это, если её поймают, а так… попытка — не пытка, не так ли? Добраться до кабинета не составило особого труда, обычно в ночное время суток в этой части замка никого нет. — Всё будет хорошо! — конечно, Кармен сильно рисковала, но… не могла же она всю жизнь трястись от страха?! Рано или поздно… Риддл приведет все свои угрозы в действие. И будет лучше, если Кармен удастся к тому времени найти хоть какой-то способ защититься. Самое лучшее — раздобыть необходимую информацию, которой можно впоследствии распоряжаться. А карта мародеров довольно неплохой способ добиться своей цели. — Алохомора! — в несколько секунд дверь поддалась. Открыв ту, девушка тенью прошмыгнула внутрь, обуреваемая одновременно страхом и желанием. Благо, большую часть изъятых у учеников вещей профессор хранил прямо в кабинете. Должно быть, никто прежде не пробовал вернуть потерянное назад. — Или просто не преуспел в этом, — голос Риддла раздался подобно грому посреди ясного неба. И хотя был он тих и спокоен снаружи, этот человек был способен на многое. Прежде Кармен не раз приходилось сталкиваться с жестокостью этих сапфировых глаз, что смотрели с особой холодностью на потуги своих жертв. Их тщетное сопротивление рождало в этом звере небывалое наслаждение, которое он всегда старался растянуть. И дело в том, что это не обязательно должна была быть боль физическая. Напротив, ментальные атаки и психологическое давление — вот ключ к рабскому повиновению. Человек может вынести многое, но вот парадокс — раны душевные заживают уж очень долго. Если вообще заживают… — Ты… — пролепетала Кармен, не выпуская из рук боевую подругу. Если Риддл подойдёт ближе и захочет причинить ей вред, у гриффиндорки просто не останется иного выбора. — В мои планы это не входит, — ответил он, будто бы прочитав мысли (Поттер была уверена, что так оно и есть. — По крайней мере… пока. А ты, как я вижу, ничему не учишься, да, сестрёнка? Сестрёнка… это звучало как угроза. Том Риддл был настоящей змеёй, которая готовится напасть на свою жертву, перед этим вдоволь насладившись зрелищем из страха, разочарования и боли. И так уж совпало, что все эти чувства были очень хорошо знакомы темноволосой. — Тебя оказалось так легко поймать в ловушку. Ловушка… Ловушка? Ловушка… Значит ли это, что всё произошедшее — плод творения слизеринца? Должно быть, он вдоволь хочет насладиться всем этим. — Ты такая глупая. Такая глупая… моя маленькая сестричка, — он говорил с ней, как с ребёнком. Будто бы ему было уже сотни лет. — Ничему ты не учишься. И никогда не училась. Ожидать от тебя верных решений — всё равно, что стать нормальным. Да? Ты ведь так думаешь? Что я… ненормальный. Что у меня не все дома. — С чего ты так решил? Читаешь мысли? — Ну, милая моя, не надо так. Ты поставила ментальный блок, что, конечно, довольно хитро, только… я всегда на шаг впереди тебя. Понимаешь? — Нет… — Ложь, — безапелляционно выдал волшебник, сделав несколько шагов вперёд. Но загнать Кармен в угол — не было целью Риддл. Ведь он прекрасно знал — двери её клетки уже захлопнулись. — Но я правда ничего не понимаю, — это ведь как посмотреть. Она может и пыталась скрыть свои мысли, но… это получалось как-то само по себе. И разве же это тогда ложь? Нет. Но Марволо всё равно. — И… как ты понял, что я буду здесь? — Я не знал. Однако всё получилось именно так. Стоило тебе увидеть тень в коридоре, как ты сразу же последовала… за мной. — Выходит, ты прав и я очень глупая, но… что тебе даёт это знание? Ты ведь не ради этого всё сделал, правда? — Глупая, но весьма догадливая. Правда? — он чуть склонил голову. И взгляд сапфировых глаз казался теперь ещё более холодным. …я уничтожу тебя… …я ничего не забыл… …ты будешь страдать… Вот что значил этот взгляд. И это самый взгляд преследовал её на протяжении стольких лет. И это было самым ужасным из возможных наказаний — жить в постоянном страхе, не зная, когда тебе в спину бросят непростительным. — Эксперимент. Кажется, Кинг так любит говорить?! — казалось, всё вокруг — всего лишь игра. По крайней мере, так считал Том Риддл. — Выходит, я лишь эксперимент?! Что ж, пусть будет так! — Разве я нуждался в твоём положительном ответе? — Поттер замотала головой. Даже самое безобидное слово из её уст могло привести слизеринца в бешенство. Только вот была у него одна особенность — он не рвал и метал, а мстил. Тихо, исподтишка. Так, чтобы никто не догадался что и к чему. — И, кстати, карты здесь нет. — Как… — Ты поставила блоки, но слишком поздно. Слишком поздно… как бы это не стало её девизом по жизни. — Надеюсь, у Тео всё хорошо? — спросил вдруг парень. Словно бы он хотел перевести тему. Словно они были друзьями, а не врагами. Наверное, когда-то так оно и было. А было ли вообще? — Да. А что может быть не так? — Кармен сразу же почуяла неладное. С Риддлом вообще всегда стоило быть начеку. — Мало ли. Возможно, смерть миссис Норрис должна была повлиять на него. Разве нет? — Возможно. Но… он не видел… всего. Так что… всё не так плохо. — Правда? Ты правда думаешь, что он не видел всего? — К чему ты клонишь? — страх перед сокурсником уступил место страху перед неизвестностью. — Спроси у Тео. Думаю, ему будет… что поведать тебе. Ты ведь помнишь кролика Билли Стаббса? — Нет… нет… нет… это не может быть правдой, — страшная догадка молнией пронеслась в голове. Однако темноволосый ничего не ответил. Он ушёл, коварно улыбаясь.

***

1992 Лето того года выдалось на удивление жарким. Август подкрался незаметно, принеся с собой тень столь долгожданной прохлады. По улице бегали дети, но Кармен даже смотреть в их сторону не хотелось. — Что случилось? — Том легко опустился на скамейку. Ему совсем не нравилось, что его лучшая подруга сидит вот так, ничего не говоря. — Милли Финс сказала, что это мальчишки во главе с Билли Стаббсом закидали камнями моего бедного-бедного Мио, — с грустью изрекла Кармен. Ей было так обидно осознавать, что она так и не сумела помочь любимому питомцу. От этого сильно болело в области сердца. Но в глазах было на удивление сухо. Девочка вообще редко плакала. В последний раз она позволила рыданиям и скорби заглушить голос разума в день смерти бабушки. Но это, казалось, было так давно… — Билли Стаббс… мальчик из приюта? — гриффиндорка кивнула. — Что ж, тогда мы вполне можем преподать ему урок хороших манер, — непонимание отчётливо виднелось на лице темноволосой. — Кажется, у него тоже есть любимое животное?! — Да, но… в чём виноват кролик? — А в чём был виноват Мио? — с этим трудно было поспорить. Стаббс ненавидел Кармен. Отчасти… потому что в приюте Вула, куда их с Тео поместили после гибели бабушки (тогда Дурсли категорически отказывались взять нерадивых родственников к себе, лишь потом тётя Петунья решила-таки «проявить благородство»), дети пробыли совсем недолго. Но даже этого хватило, чтобы разжечь огонь вражды между сиротами. Частенько Билли унижал Кармен, закрывал в подсобке, оговаривал, выставлял крайней за дела, которых она и не совершала. Но на всё девочка отвечала лишь смехом, обиды не показывала. И вот до чего дошло — Мио нет. И что же теперь делать… позволить Билли Стаббсу и дальше ходить безнаказанно… или же… сделать то, на что прежде у неё никогда не хватало смелости? — Решайся, сестричка. Решайся… — И ты… ты не перестанешь любить меня после этого? — Нет. Моя любовь к тебе будет вечной. И мы будем вместе. Всегда…

***

1997 …мы будем вместе… …всегда… …вместе… Будь у Кармен возможность, она бы никогда не пошла на поводу у Риддла. Но на пути ей часто попадались люди-манипуляторы. Они сперва дарили надежду на что-то хорошее, но всё разбивалось о жестокость их поступков и мыслей. — Ну, знаешь ли, я не хочу быть феей! — воскликнула Моргана. Она устало плюхнулась рядом с Молли, которая, судя по всему, уже успела пожалеть о том, что вообще что-то предложила. — Какая из меня фея? — И правда, — Пендрагон-старший согласно кивнул, — тебе даже и наряжаться не надо. Черти и без того примут тебя за свою. — Да иди ты! — недовольно выплюнула Моргана. — Кстати, — продолжила она, чуть успокоившись, — а кем ты будешь? — Как это кем? Ещё спрашиваешь? Конечно же, королём Артуром, — ответил юноша так, словно бы это была неписанная истина. — Ха… если король Артур был хоть капельку похож на тебя, то я очень соболезную его рыцарям, — издевательски пропела ведьма, не желая оставаться в долгу. Брат и сестра могли бы и дальше продолжать перекидываться обидными словечками, не появись в дверях Большого Зала Северус Снейп. — Опять злой как чёрт, — процедил сквозь зубы Мориарти, — и вновь будет доставать нас со своими зельями. Поттер опустила свою голову так низко, как только могла. Ей казалось, что мужчина мог узнать о том, что она вскрыла его кабинет. Конечно, вряд ли Риддл рассказал ему об этом, ведь тогда и ему самому пришлось бы не так-то легко. — Эй, ты чего, прячешься? — догадалась о намерении подруги Гермиона. Естественно, признаваться в этом Кармен не собиралась. В конце концов, она и без того вчера наплела ей о болях в животе. И если рассказать обо всём, придётся выдать себя с головой. — Прячусь… с чего ты решила? — Поттер, вы должны зайти ко мне сегодня, — не нужно было быть учёным, чтобы понять, кому именно принадлежит этот голос. Девушка медленно повернула голову, нервно сглотнув комок в горле. — Конечно, профессор… — пролепетала темноволосая, понимая, что всё это может быть как-то связано с произошедшим накануне.

***

Кабинет зельеварения совсем не изменился за те пятнадцать часов, которые прошли с разговора Риддла и Поттер. И всё-таки это совсем не успокаивало волшебницу. Возможно, Марволо всё же выдал её. Вряд ли ему за это что-то будет. Он староста, любимец учителей. Его-то точно не накажут. — Мисс Поттер, — как и всегда, Северус Снейп был холоден с учениками. В особенности, гриффиндоркой, которая вновь стала соперницей змеиного факультета на поле для квиддича. Конечно, девушке хотелось бы узнать, с какой такой стати кто-то из членов совета попечителей вдруг решил замолвить за неё словечко. Но это сейчас было явно не самым важным вопросом. — Профессор Снейп, — колдунья коротко кивнула, подавляя панику и внутреннее желание оказаться как можно подальше отсюда. — Я плохо написала какую-то работу? — сделала она предположение. Впрочем, это был бы не самый худший из возможных исходов. — К большому удивлению, нет, — в словах отчётливо слышались нотки издевки. «Ничего, это ещё можно потерпеть…» — спокойно рассудила Кармен, решив не ломать дров. — Тогда… — Ваш младший брат Теодор хочет дополнительно заниматься зельеварением. — Простите… что? — вырвалось из уст юной ведьмы. Уж такого поворота событий она явно не ожидала. Конечно, Тео упоминал, что ему нравится данная наука, но чтобы вот так… да это же бред какой-то! — То есть, на первом курсе это невозможно. Только с третьего. — Теодор кажется мне очень способным. И в таком случае необходимо согласие законного опекуна и кровного родственника, — именно сейчас мужчина посмотрел на волшебницу так, словно всё зависело лишь от неё. В какой-то степени… так оно и было. Едва ли тётя Мэри будет против, а Томасу Риддлу всё равно, лишь бы воспитанник был жив и здоров. Выходит, всё и правда в руках одной только Кармен. — Подумайте, Поттер, ваш брат может сделать себе блестящую карьеру.

***

— Почему ты не сказал мне? — О чём? — Тео, не надо лгать мне! — Кармен строго посмотрела на младшего брата. Она была очень расстроена тем фактом, что Теодор не захотел делиться с ней всем. — Профессор Снейп рассказал, что именно ты попросил у него. — Ааа… ты про это, — виноватым мальчик себя отнюдь не чувствовал, что, конечно, приводило девушку в бешенство. На неё столько всего навалилось в последнее время, теперь ещё и все эти секреты. Неужели так сложно просто войти в её положение? — Про это… представь себе. — Просто Том сказал, что ты будешь злиться, если я… — Кто тебе сказал? Том? И что с этого? Я твоя старшая сестра! И ты меня должен слушать… в первую очередь! А твой Том… эй! — мальчик ушёл, насупившись. Кармен было перешла на крик, как заметила приближающегося Драко. Уж он-то не собирался упускать момент поиздеваться над гриффиндоркой. — Кого я вижу. Воспитываешь своего братишку, Поттер? — Тебя здесь только не хватало, — раздражённо пробубнила темноволосая, — что, Малфой, хозяин ещё не сказал тебе «к ноге»? — должно быть, пытаться воспитывать Тео в коридоре школы — самая ужасная из возможных затей, однако Кармен была слишком зла, чтобы попытаться вникнуть в суть ситуации. — Смотри, как бы Том не разочаровался в тебе. — Лучше за себя переживай, Поттер. Думаешь, он всегда будет защищать тебя? Думаешь, всю жизнь сможешь избегать его гнева? — Хотела задать тебе тот же вопрос. — Мы с Томом друзья, а ты… его враг. — У Тома Риддла нет друзей, лишь слуги, — она сказала лишнее, но… Малфой должен знать. Должен ведь?

***

Хэллоуин подкрался незаметно. Весь день для Кармен не задался с самого начала. Во-первых, окружающие, словно сойдя с ума, готовились к празднику, который решено было провести с разрешения директора. Во-вторых, девушка так и не помирилась с младшим братом, что, конечно, не могло не расстраивать. И хотя волшебница не желала идти на вечеринку, друзья просто не оставили ей выбора. — Как это «не хочу», надо! Ты обещала помочь сделать то… ну, ты знаешь, — должно быть, речь шла о ритуале, — без тебя никак нельзя! — Ты правда так хочешь вызвать владычицу озера? — Моргана активно закивала головой. — А ничего, что она — языческий дух. Мы не знаем, на что именно она способна. Возможно, даже захочет отомстить тем, кто призвал её. — Брось! Это же просто сказки! — вставила своё зерно логики Хупер. — Если и так, это не отменяет того факта, что за подобное нас могут очень сильно наказать, — добавила Гермиона со знанием дела. — И что? Все кого-то вызывают на Самайн. В этом нет ничего такого! К тому же, мы ведьмы. Это заложено в нашей природе, творить чудеса. — Чудеса, а не то, что может нас угробить, — резонно заметила Уизли. — Джинни, я, конечно, понимаю, что ты всегда и везде поддерживаешь Кармен, но это… уже чересчур. По итогу взяла своё именно Пендрагон, ибо её рыданий не выносил никто. Девушки пошли в туалет Плаксы Миртл ещё до того, как окончательно стемнело. Пендрагон нарисовала пентаграмму, которую окружила свечами у каждого конца. — Нужно, чтобы каждая пожертвовала своей кровью, — по итогу, все так и сделали. Гермионе, конечно, всё это казалось дикостью, однако говорить напрямую она не стала. Никто не может остановить Моргану, если она чего-то хочет. — Нимуэй, великая Владычица Озера, мы призываем тебя. Мы, твои потомки… — Разве мы не потомки Лилит? — шёпотом поинтересовалась Хупер. — Почему? Говорят же «Мерлин милостивый», значит… — начала было Джинни. — Да помолчите уже! — огрызнулась Пендрагон. Но даже когда подруги наконец перестали разговаривать, а черноволосая гриффиндорка закончила проводить ритуал, не произошло ровным счётом ничего. — Ну, не расстраивайся. Может быть, оно и к лучшему… — К лучшему? Издеваешься? Владычица не услышала мой зов, мою молитву, выходит… никудышная я ведьма. — Ну, если тебя это немного успокоит, то она и на наш зов не явилась, — попыталась поддержать Пендрагон Молли. — Ну, успокоила, — съязвила Моргана, но продолжать не стала. — Что ж, тогда нужно всё убрать и подготовиться, — напомнила Гермиона. — Зачем? Потом уберём. Всё равно в этот туалет никто не заходит. Нормальные люди точно. — Только ты можешь оскорбить всех разом, Моргана, — градус веселья заметно прибавился. И лишь Кармен заметила какое-то странное движение в самом углу комнаты. А одна из давно погасших свечей, казалось, вновь свой огненно-опасный оттенок. Правда, всё это девушка списала на игру воображения. Если Владычица Озера и существует, то она явно не прибудет на зов малолетних школьниц.

***

Подруги весело проводили время. Теперь, казалось, и Кармен уже позабыла обо всех невзгодах. — Всё-таки херес хорошая вещь, — не уставала повторять Моргана, покачиваясь из стороны в сторону. — Да, мы заметили, — издевательски пропел Пендрагон-старший, появившись будто бы из ниоткуда. На самом, они с парнями уже давно уже следовали за подругами, только вот выйти из тени решили только сейчас. — О-о-о, — протянула темноволосая, — братик, и ты здесь! — Представь себе. — Не будь таким букой. Лучше пошли туда, — девушка указала на вход в танцевальный зал. — Вам-то там точно появляться больше не стоит. Вас же преподаватели увидят, — пояснил Мерлин. — А тебя вообще никто не спрашивал, — Моргана зло посмотрела на парня. Будь у неё возможность, она бы влепила тому звонкую пощечину. — Что с тобой? — Я видела тебя со своей кузиной-стервой, вот что… — выдала волшебница. Она, впрочем, поэтому и позволила себе лишний бокал слишком уж крепкого алкоголя. — И какое тебе дело до того? — встал на защиту лучшего друга Артур. — И правда, какое? — смерив презрительным взором обоих, ведьма круто развернулась и, влекомая обидой, куда-то направилась. Казалось, весь алкоголь куда-то улетучился, настолько боевой была походка темноволосой. Впрочем, это совсем не означало, что веселье закончилось. Наоборот, его-то впереди было как раз достаточно (ну, для кого как, конечно). — Кажется, кто-то кого-то ревнует, — издевательски пропел Мориарти, — что, друг, ты попал. — Блэк просто спросила, на какую тему нужно написать эссе по зельеварению, — объяснился Мерлин. — Что тут такого? — Конечно, Блэк ведь не могла спросить об этом своего декана или, если на то пошло, старосту. — Короче говоря, — решила расставить все точки над «i» Кармен, — Моргана любит тебя, ты любишь её, так что… будет куда проще, если вы наконец-то во всём признаетесь друг другу. Вот честно… — Думаю, Мора не оценит твоих стараний, — добавила резонно Хупер. И спорить с этим было довольно глупо. — Но, если подумать, ты права. Вопрос о том, чем бы ещё заняться, так и не сорвался с уст Уизли, ребята услышали чей-то крик. Едва они дошли до поворота, как стали различать два вполне знакомых голоса. — Послушай сюда, не лезь к нему. Слышишь? — Моргана была похожа на фурию, готовую в любую секунду вцепиться в своего противника. И этим самым противником была её родная кузина по матери. — Он мой! Не твой! Слышишь? — Да я… — Не смей! С самого детства строишь из себя святую невинность, а на деле… хуже меня в тысячу раз. — Но я не… — Закрой рот! Ты не получишь его. Никогда! Вокруг столпилось уже достаточно учеников, кто был за Моргану, а кто за Друэллу. И лишь один человеку было всё равно, убьют ли эти двое друг друга… или просто окончательно опозорятся. Том Марволо Риддл смотрел на всё это зрелище с холодом и безразличием, а временами во взгляде отчётливо проскальзывала снисходительность. Словно бы всё было лишь цирковым представлением, а он был хозяином и господином всего этого хаоса. В какой-то степени, так оно и было. А в том, что слизеринец приложил свою руку к происходящему, Кармен даже и не сомневалась. Отец Андрий любил повторять, что дерево не упадёт без воли Господа. Вот и в Хогвартсе многое происходило с молчаливого согласия Марволо. — Ты слишком много думаешь, кузина, — Друэлла могла казаться доброй и милой, но… было в ней что-то такое… притворное. Так думалось Кармен, которая долгое время не видела истинного лица Риддла. — Поверь, я желаю для тебя… всего самого лучшего. А твои обвинения вызваны… слепой злостью. Твою маму это до добра не довело, — Пендрагон никогда не отличалась сдержанностью, когда речь шла о матери. Особенно, о ней. Моргана с силой дала нерадивой родственнице хлёсткую пощёчину. В этот же момент Блэк заплакала, слезы скатывались по лицу. Но даже тогда Поттер чувствовала в этом какое-то притворство. — За что ты так со мной? — Не смей говорить о моей матери. Ты не имеешь на это пр… — однако договорить девушка не успела, брат схватил её за локоть и буквально силком утащил в другую часть замка.

***

Уже в комнате Джинни вспомнила, что накануне стащила у Рона бутылку сливочного пива. — Наверное, я полная дура, да? — спросила Моргана тише прежнего. — Столько всего натворила. — Ну, мы все немного такие, будем честны, — не стала спорить Кармен, — но… мы ведь есть друг у друга. Значит, сможем справиться со всем, — подруги крепко обнялись. — И я считаю, что ты правильно поступила. Свою семью нужно защищать. — Жаль, что отец так не считает, — с грустью изрекла Пендрагон, — с самого детства он всегда выделял Друэллу. Словно это она его родная дочь. Она, а не я… разве это честно? Вот и сейчас, наверное, только узнает о произошедшем, как сразу же захочет разобраться со мной. Но она не такая хорошая, как все думают. Она коварная, она любит манипулировать, — пыталась объяснить черноволосая. Голос у неё дрожал. — Однако… даже брат на её стороне. Не на моей… — Но мы с тобой, — сказала вдруг Гермиона. — Всегда с тобой. Счастливая улыбка расцвела на бледном лице виновницы торжества. Хоть кто-то в этом мире был за неё. Разве этого мало?

***

Тем временем по коридорам замка шла молодая женщина, перед красотой которой меркло всё вокруг. На правом плече её сидел ворон. Его чёрные глаза-бусинки внимательно вглядывались в окружающую обстановку. Заметив впереди одинокого юношу, женщина остановилась. — О, какая красотка, и почему я тебя прежде не видел? — но тут же синие глаза красавицы вспыхнули золотым оттенком. Возможно, несчастный смог убежать, только был он очень уж пьян. Тело гриффиндорца упало замертво. А птица-ворон опустилась вниз, чтобы и самой через несколько мгновений остаться без чувств. И когда, казалось бы, смерть была на лицо, парень вдруг встал со своего места. Немного неуклюже, словно бы давным-давно уже не стоял на ногах. — Ну, друг мой, ты скучал по мне? — сладко пропела ведьма. — Да, госпожа моя. — И как, я всё также прекрасна? — Нет и не было девы прекраснее вас, моя Владычица, — чуть пухлые губы растянулись в довольной улыбке, — но… госпожа, как вам удалось… — Тюрьма, в которую меня заключил Мерлин, была такой прочной, что, казалось, больше никогда я белый свет не увижу. Видимо… родился тот, кто оказался сильнее Мерлина. И очень интересно узнать, чей зов освободил меня. Правда ведь, милый мой Пеллас? — женщина коснулась пальцами лица лже-гриффиндорца. Затаив дыхание, тот и пошевелиться не смел. Так любо было ему прикосновение единственной и столь горячо любимой госпожи. Она — Нимуэй, Владычица Озера. Она выжила. Она вернулась. И теперь ничто её не остановит.