Цена мира

Иккинг проснулся с волнением, которого не испытывал давно. Его первый день в качестве правителя Теневых островов. Сегодня ему предстояло присутствовать на собрании старейшин. Эта встреча могла принести и новых союзников, и врагов. Судя по тому как о совете отзывался Вигго — парень мог предположить, что они не будут в восторге от всадника и дракона. Да кто был в восторге на Когте от Иккинга за исключением Плутарха, Елены и, может быть, Вильяма и его детского сада под названием Школа всадников? Главная проблема была в том, что Иккинг фактически никогда не присутствовал на формальных собраниях викингов. Наверное, церемония подписания перемирия была крупнейшим событием, на котором он был. Всегда отец занимался делами племени. Было поздно жалеть об упущенных возможностях. Летать на Беззубике, без сомнения, удовольствие, но в своё время нужно было задуматься и о других вещах. Иккинг задумчиво посмотрел на приготовленную одежду. На его вкус она была слишком вычурной и дорогой если судить по материалу. Роспись золотыми нитями и бархат — всё вряд ли назовешь повседневной одеждой. Кто бы не приготовил наряд, возможно, хотел, чтобы парень выглядел соответствующе статусу вождя. Иккинг хотел бы поспорить в необходимости данного одеяния, но идти в костюме для полетов или самой обыкновенной одежде могло обернуться ещё худшей идеей. Всадник никогда не придавал значения внешнему виду, но это не означало, что это правильно. Например, судя по одеяниям главного советника, внешний вид подчеркивает твой статус. Жена Райкера всегда ходила в прекрасных нарядах. Не вычурных и броских, а в достаточно будничных, но тем не менее изящных, в которых простые жители не ходят. Переодевшись, Иккинг с сомнением оглядел себя. Всё прекрасно подходило ему, даже слишком хорошо. Он выглядел непривычно и необычно привлекательным в роскошном одеянии, но невольно возникло ощущение наряженной симпатичной куклы. Беззбуик не без удивления рассматривал своего всадника. В его зеленых глазах можно было легко прочитать вопрос: «Куда ты так вырядился?» Иккинг обреченно вздохнул. Через некоторое время к нему заглянул Плутарх. — Вы выглядите по-королевски, — довольно заметил главный советник, но Иккинг не разделял его восхищения. — Пора отправляться, — произнес Плутарх, и Иккинг послушно кивнул. Беззубик по настоянию мужчины остался в комнате, чтобы не пугать советников. Сердце бешено колотилось, а руки похолодели. Важно произвести правильное впечатление на совет, иначе новых проблем не избежать. Не грубить и не молчать, не показывать слабостей, но и не рваться вперед, честность, но не прямолинейность, — мысленно размышлял всадник, но на деле не мог собраться с мыслями. Иккинг не имел малейших идей, что его ждет. Плутарх шел рядом молча, и по его лицу нельзя было сказать, что он хоть немного переживает как всадник. Мужчина не испытывал внутренних мучений или никак не выдавал себя, и Иккинг позавидовал ему. Придет ли к нему с возрастом подобное спокойствие? Они прошли длинный коридор, оказавшись перед массивной дверью. Плутарх пропустил его вперед. Глубоко вздохнув и собираясь с духом, Иккинг толкнул массивную деревянную дверь. Перед ними открылся вход в огромный зал. На стенах горели многочисленные факелы. Повсюду имелась атрибутика и флаги охотников на драконов. В центре стоял прямоугольный стол с резными деревянными стульями. Не так уж сильно и отличается от зала совета на Олухе. Все уже были в сборе. Одиннадцать членов совета, не считая Плутарха. До этого велась оживленная беседа, но по мере приближения главного советника и всадника все одновременно затихли. Иккинг безошибочно определил своё место: украшенный и самый большой стул был явно предназначен для вождя. — Всем добрый день, — произнес Иккинг, неуверенный, что нужно делать, когда все в ожидании уставились на него. Первое оцепенение прошло, и советники встали, почтительно поклонившись. — Сегодня с нами на собрании будет Иккинг Хэддок, как вы знаете — будущий супруг нашего вождя, уважаемые члены совета, — твердо выделил Плутарх и резко добавил, — Вигго Гримборн на время своего отсутствия передал все права в управлении Иккингу Хэддоку. Никто не возразил, но всадник почувствовал направленные на себя многочисленные взгляды. Его рассматривали как диковинную вещицу. Плутарх по очереди представлял Иккингу советников, но он едва ли запомнил и половину имен и титулов. В основном все были старше его отца, и только несколько молодых людей. Волнение медленно проходило, но на его место приходила неловкость. Всадник не представлял, что должен говорить и делать в своей роли. Инструкция была бы как нельзя кстати. Как хорошо, что обсуждения быстро начались без него. — Что с запасами зерна в северо-восточной части? — недовольно спросил один из советников, и Иккинг не понял ему ли адресован вопрос. — Заготовлены и укрыты для зимы, — ответил ему один из советников. — Что насчет крыс? Какие меры будут приняты? — Что вы у меня спрашиваете? Ингар отвечает за это, — ответил мужчина, видимо, кивнув в сторону Ингара, как понял Иккинг. — Я не могу заставить Мерингов прислать быстрее отраву, — проворчал тот, сцепив руки в замок. — Конечно, вы слишком в хороших отношениях с нашими соседями, чтобы заставлять их выполнять свою часть сделки, — ядовито возразили ему. — Мне напомнить где Ваша светлость была на прошлой неделе? Постоянные нападки не прекращались ни на минуту. Иккингу оставалось только наблюдать. Плутарх редко вмешивался — только добавлял несколько слов или поправлял говорящих. — Что с портом на скале? — спросил один из советников, посмотрев на Иккинга. Всадник запоздало понял, что вопрос адресован непосредственно ему. — Что за порт? — переспросил парень, сразу поняв, что допустил крупную ошибку. Никто не высказал неудовольствие о его неосведомленности, но больше ему не задавали вопросов. Иккингу показалось, что все тщательно скрыли свои усмешки. Всадник не взял собой пергамента, но совсем не хотелось кого-либо перебивать. Поэтому он попытался всё так запомнить, что оказалось невозможным после часа обсуждений. Когда собрание закончилось парень вздохнул свободно. У него болела голова. Как можно три часа обсуждать проблемы и не найти к ним решения? Тем более всадник не мог понять и половину вещей, которые они обсуждали: названия всех мест вводили в заблуждение. Вигго мог бы и ввести его в курс дела! Не то чтобы Иккингу приходило в голову попросить об этом вождя охотников. Ему предоставили кабинет для работы, куда только и успевали приносить бесконечные свитки с указами, поручениями и сведениями. Иккинг со вздохом посмотрел на новую стопку. Наверное, если бы в половине бумаг он понимал о чем идет речь — процесс шел бы быстрее, но пока он пытался вникнуть в одно — появлялась следующая проблема. Беззубик лежал рядом и не без сожаления глядел на замученного всадника. Первый день прошел настолько загружено, что всадник едва успевал перекусывать. Второй день оказался ненамного лучшего первого. Ясности в текущих делах не хватало. Плутарх по возможности заглядывал к нему и пытался объяснить что к чему. Иккинг тяжело вздохнул, оглядывая новую стопку бумаг. Глаза и голова болели от количества информации. Как всё было решаемо в планах и мыслях. В реальности оказалось, что он не имеет представления как управлять племенем, как вести дела и руководить. Весь его опыт складывался из управления группой всадников-подростков из пяти человек, и то с переменным успехом. Может, никто не мог с ним сравниться с приручением драконов и в полете на них, но в остальном — он едва ли мудрее Плеваки, а тем более отца. Нехватка опыта или даже его отсутствие сыграло отвратительную шутку. В планах всё было прекрасно и выполнимо, но возникло столько непредвиденных сложностей, что Иккинг терялся с чем разбираться в первую очередь. Кроме бумажных отчетов и ответов на письма с других островов — ему было необходимо проводить изменения в укладе жизни охотников. И на Драконьем крае был поток нескончаемых проблем, не говоря про архипелаг Теневых островов! На тренировки в Драконью школу Иккинг приползал уставший. Ему не хватало всадников с Драконьего края. Как был велик соблазн кого-либо вызвать.

***

После нескольких дней Плутарх, наблюдая за мучениями всадника, приставил ему помощника. Молодой парень по имени Лейв сначала с опаской смотрел на всадника и дракона, и, видимо, ожидал, что станет угощением для ночной фурии. Когда его страшные ожидания не оправдались — в чем он позже признался Иккингу, он перестал пугаться каждому приказанию всадника. Иккинг быстро сумел убедиться, что молодой слуга не имел ни малейшего опыта в управлении, но искренне пытался помочь всаднику и выполнял поручения с точностью и рвением, которому можно было позавидовать.

***

Вильям тихо заглянул в приоткрытую дверь. Беззубик сразу насторожился, заметив мальчика. — Можешь зайти, — произнес Иккинг, разбирая чертежи нового амбара для хранения хлеба, если бы он ещё хоть что-то в этом понимал. Он никогда не проектировал склад для хранения припасов, черт побери! Вильям прошел в комнату. У него в руках всадник заметил рыбу. С удивлением он отметил, что это тунец. Значит не только Вигго хочет разбаловать его дракона. — Дракон, я принес тебе поесть, — с важностью сказал он, обращаясь к Беззубику. Ночная фурия с подозрением следила за мальчиком. Вильям кинул тунца под нос дракона, но тот не сдвинулся с места, не сводя зеленых глаз с вошедшего. Кому-то этот взгляд мог показаться опасным и грозным, но всадник видел долю любопытства. Иккинг про себя улыбнулся. — Почему он не ест? Я видел, как дядя кормил его тунцом. Он неголодный? — спросил племянник Вигго, но всадник просто ответил: — Тунец — его любимая рыба. Он всегда рад её съесть. — Так почему же? — спросил Вильям, и Иккинг решил, что можно оторваться от своих занятий на пару минут. — Может, потому что он не доверяет тебе? — спросил Иккинг, и лицо Вильяма изменилось как будто ему в голову не могло и прийти подобное предположение. — Драконы те же разумные существа, как ты и я. Если ты хочешь подружиться с ним, то придется приложить усилия, — разъяснил наездник. Вильям старался показаться равнодушным. — Нет, я не собирался с ним подружиться. «Да, заметно», — Иккингу хотелось подшутить, но не стал. — Его зовут Беззубик, — вслух добавил всадник. Дракон тем временем внимательно следил за говорящими. — Скажи своему дракону, что я не собираюсь его отравить, — проговорил Вильям, но Иккинг отмахнулся, — сам и скажи. Вильям сделал пару шагов по направлении к Беззубику. Дракон недовольно следил за ним, но не рычал и не оскалился. — Драко…то есть Беззубик, еда не отравлена, и ты можешь съесть тунца, — торжественно произнес мальчик, но дракон наградил его взглядом «сам и ешь» и отвернулся, накрываясь черным крылом. Вильям беспомощно посмотрел на Иккинга, но всадник пожал плечами, снова погружаясь в работу. Тем временем Вильям взял тунца в руки. Склизкая рыба не вызывала аппетита. Беззубик приподнял крыло и с нарастающим интересом посмотрел на мальчика. — Она не ядовитая, — пробурчал Вильям на взгляд дракона. Ночная фурия ждала. Мальчик тоже. Дракон перевел взгляд с рыбы на мальчика. Вильям удивленно посмотрел на выжидающего дракона. Беззубик облизнулся, но продолжал переводить взгляд зеленых глаз с тунца на мальчика. Вильям тяжело вздохнул, сдаваясь. Поднеся ко рту рыбу, парень откусил. Дракон довольно посмотрел на мальчика. Вильям попытался выдавить из себя улыбку, на что Беззубик беззлобно фыркнул, облизываясь. Иккинг, наблюдая за сценой, невольно улыбнулся. Вильям и Беззубик явно поладят.

***

В один из вечеров Иккинг привычно ужинал с Еленой и Вильямом. После еды они разговорились как обычно. — Скажу честно Иккинг, мне не нравится, что затеял Вигго — чем бы это не было, — произнесла Елена. — Ты не в курсе? — поинтересовался всадник, и она искренне засмеялась. — Поверь мне, Вигго не из тех, кто будет делиться планами даже со своей собственной семьей. — Что-то мне подсказывает, что в конце все получат результат, который не порадует ни тебя, ни Вигго, и как в следствии нас с Райкером.

***

Всадник работал в кабинете, когда дверь внезапно распахнулась. Лейв подбежал к Иккингу. — Корабли нарушали границу наших островов! — в панике произнес парень, пытаясь совладать с голосом, его волосы были в полном беспорядке от быстрого бега. Иккинг выругался, отбрасывая свитки на стол. Что за черт! — Беззубик! — крикнул всадник, и дракон в миг оказался перед ним. Он вскочил на дракона и готов был лететь, когда невольно вспомнил слова Плутарха. Он неохотно слез со своего дракона, стараясь взять себя в руки. Показывать соседям что они не только не ловят драконов, но и летают на них — не самая лучшая идея. Иккинг прекрасно помнит реакцию Дагура. Не хватало спровоцировать боевые действия. Он один не защитит остров. Ему нужно срочно связаться с Вигго. — Я отдал распоряжение двум патрульным кораблям отправиться на место, — ответил Лейв, и Иккинг благодарно кивнул. — Может, это ненамеренно, — предположил парень, но его слова звучали неубедительно. — Третий раз за неделю? — устало спросил всадник, бессильно упав обратно в кресло и прикрывая глаза рукой. Что ему делать? — Можно отправить официальное письмо, высказав предупреждение? — предложил Лейв, наблюдая за подавленным всадником. — Спасибо, — устало вздохнул Иккинг, протирая глаза. Что он может написать королевству Мерингов? Имеет ли он право писать от имени Вигго или от своего? Так много вопросов и мало ответов. Придется дергать Плутарха в очередной раз. Интересно, мужчина ещё в тайне не потешается над ним как весь совет? После очередного указания Иккинг услышал уже ставшими привычными слова. — Да, вождь, будет исполнено, — проговорил Лейв и поспешно покинул комнату. Иккинг невольно задумался, глядя в окно. Раз он действительно вождь это ведь что-то значит, не так ли? На следующей встрече с Плутархом Иккинг попытался довести эту мысль до него. — На собраниях каждый выступающий член совета будет представлять свою речь в краткой письменной форме, — сказал Иккинг, не отрываясь от свитка. — Чтобы я мог ознакомиться заранее или после собрания. Плутарх не без шока поглядел на всадника. — Вы понимаете… Очень сложно заставить их выполнять что-то новое… Иккинг не смутился, его решение было непоколебимо в этот раз. — Я исполняю роль вождя, поэтому это моё требование. Всадник не заметил, как главный советник слегка улыбнулся — мальчик не разочаровывает его.

***

Собрание началось в привычной манере: споры не утихали. Иккинг тяжело вздохнул, обводя всех взглядом. — Послушайте… — попытался вставить всадник, но его никто не слышал. Только Плутарх с сожалением посмотрел на обреченного парня. Иккинг теперь понимал о чем ведется спор, но какая разница если он не может и вставить и слова. Его просто игнорируют. Но теперь Иккинг мог рассмотреть каждого из советников. На его удивление не все участвовали в споре. Только сейчас он заметил, что молодые люди держались обособленно. Складывалось впечатление, что они даже не слушают. Самый молодой на вид парень пытался скрыть скучающий вид, но тщетно. Иккинг внимательнее присмотрелся к нему. До этого он ни разу не видел его на собраниях. Светлые волосы, спадающие на лицо, яркие голубые глаза — несомненно невольно напоминали Астрид, но тонкие черты лица и мягкая полуулыбка разительно отличали его от подруги всадника. Иккинг мог поспорить, что молодой человек скорее напоминал девушку чем парня. На нем была светлая рубашка и белоснежный плащ. Золотые пуговицы блестели в свете многочисленных факелов. Его одеяние было роскошнее чем у главного советника. У молодого человека была идеальная осанка, и его изящная фигура выделялась на фоне всех советников. Он сложил руки в замок и лениво осматривал присутствующих как будто всё происходящее — занимательное развлечение. Иккинг точно не видел его на прошлых собраниях. Собрание закончилось, но всадника ждала новая порция работы поэтому он так и забыл узнать, кто этот незнакомый парень.

***

— Иккинг, нужно отправляться на собрание, — напомнил Плутарх, но парень отмахнулся: — Отправляйтесь без меня. Я присоединюсь чуть позже. Главный советник хотел возразить, но послушно кивнул. Он не удивлялся, что мальчишка не хочет идти туда, где его никто не слушает и не признает. Но, с другой стороны, кто может обвинить советников? Иккинг смотрел на спину уходящего мужчины и уже знал как поступит. Советнику не понравится. Никому не понравится. Но лучше просить прощения чем разрешения. На лице всадника появилась невольная улыбка при этих мыслях. Его определенно заметят. Всадник без малейших сожалений отбросил приготовленную одежду для собрания — у него есть собственная, нечего ему ходить как наряженная кукла, он же всё-таки викинг. В будущем Иккинг планировал забросить посещение этих бессмысленных собраний, пусть Вигго развлекается, а у всадника есть реальные дела. Но перед этим ему нужно расставить все точки. Собрание шло в самом разгаре, и казалось, все отнеслись спокойно к отсутствию мальчишки. Прихоть Вигго им была не понраву с самого начала, и советники обрадовались, что небольшая проблема в виде мальчишки с Олуха исчезла быстрее чем они ожидали. Только мог бы для приличия появиться несколько раз, хотя и так сойдет, главное не путается под ногами. Достаточно своевольного вождя и его своеволия — ещё разбираться с его игрушкой. Один только молодой человек в белом одеянии тяжело вздохнул, обводя глазами пустое место вождя. Он явно ожидал чего-то более — ведь начиналось всё так многообещающе. Поэтому неожиданно открывшаяся дверь зала, заставила всех обернуться, чтобы посмотреть на вошедшего. Им был никто иной как Иккинг. Но не надетая броня с мечом поразили присутствующих и не его опоздание. А следовавшая за ним — сама ночная фурия! Невольные вздохи послышались за столом. Мальчик и дракон неспешно приблизились к своему месту. Иккинг занял своё положенное место. Плутарх с ужасом посмотрел на всадника, но тот, не смущаясь и обращаясь ко всем, ответил: — Спасибо за ожидание. Продолжайте. Всадник повелительно махнул рукой, позволяя всем продолжать. Какое-то время все не могли отвести взгляда от черного зверя, устроившегося рядом со стулом Иккинга. Два зеленых глаза дракона сверкали и следили за каждым в зале. Первое оцепенение прошло, и начались привычные обсуждения. Споры не заставили себя долго ждать даже несмотря на присутствие дракона. Иккинг попытался перебить говорящих, но всё было без толку. Его негромкий голос легко терялся в общем шуме. Устало вздохнув, он кивнул своему другу. Ночная фурия поднялась, уперевшись передними лапами об стол и расправив черные крылья, грозно зарычала. Наступила полная тишина. Иккинг поднялся со своего места, упираясь руками на стол и наклоняясь чуть вперед. Его глаза сверкали как и у его зверя. — У меня отсутствует желание кричать в голос, чтобы быть услышанным. С этих пор я запрещаю перебивать говорящего. Спрашивать и отвечать можно после того как я позволю, — твердо сказал он, поразившись своей решительности. Беззубик обнажил зубы, подтверждая слова своего всадника. Советники уставились на него пораженные, как будто первый раз по-настоящему замечая его присутствие. По правде говоря, советники скорее ужаснулись, чем поразились. Мгновенья прошли в тишине, и всадник, не дожидаясь ответа, плавно опустился обратно в кресло. Он ни на секунду не отводил взгляд от советников. Его агрессивная поза и угрожающий взгляд не поменялся. Дракон последовал примеру своего всадника, сложив крылья и устраиваясь рядом. Зверь внимательно и настороженно наблюдал за каждым. Парень со светлыми волосами, не скрывая своего интереса, смотрел то на дракона, то на всадника. Его глаза оживленно блестели, казалось, он был готов аплодировать всаднику. Советники постарше пытались взять себя в руки, но по мнению Иккинга выходило неубедительно. Казалось, замкнутый круг был безвозвратно прерван. Если советники решили, что могут использовать против него его неопытность и возраст, то всадник покажет, что у него имеются свои козыри — например, ночная фурия, и он не боится этим пользоваться. Собрание прошло достаточно вяло, потому что все не решались много говорить, но Иккинга такой расклад устраивал как нельзя лучше. Их нескончаемая бессмысленная болтовня раздражала его. К тому же он сегодня не выспался из-за торговых отчетов — в очередной раз! После непривычно короткого собрания все старались поспешно покинуть зал кроме светловолосого парня, который как будто мешкался: сначала задвинул стул, а потом наклонился поправить обувь. Иккингу хотелось улыбнуться, но он сдержался от явных проявлений эмоций и не без внутреннего любопытства сам приблизился к молодому человеку. Тот как будто только и ждал этой возможности. — Меня зовут Кристиан Ларсен, девятый лорд, рад служить, — проговорил молодой парень, протягивая тонкую изящную руку. Он откинул светлые волосы с лица, и его неестественно голубые глаза неотрывно смотрели на всадника, в них не было ни страха, ни раздражения. Он оказался ещё моложе чем сначала показалось всаднику. Они должно быть ровесники. Иккинг улыбнулся, пожимая руку, — Иккинг Хэддок, но можно просто Иккинг. — Я тебя представлял совсем другим! — невольно воскликнул Кристиан, но сразу смутился своими словами. На его щеках выступил румянец. «Было странно найти человеческое существо более милое», — невольно подумал Иккинг, немного озадаченно наблюдая за новым знакомым. Парень не объяснил своих странных слов, но продолжил: — Никогда не видел ночных фурий. Твой дракон прекрасен. — Не часто услышишь подобное на Теневых островах, — невольно пробормотал Иккинг, и юноша с интересом посмотрел на всадника. — Не всегда ожидания оправдываются, а предположения верны, — вдруг заявил лорд с улыбкой. Всаднику было любопытно, что этим хотел сказать лорд? Может, этот вопрос отразился на лице всадника, потому что последовало объяснение. — Мой отец ненавидел драконов, я — нет, — произнес Кристиан и как будто эта мысль была давно обдумана им. — Почему? — спросил Иккинг, — Мне казалось все ненавидят драконов в племени охотников. Кристиан улыбнулся. — Априори, племя охотников должно ненавидеть драконов, и может показаться, что все люди испытывают подобные чувства. Но это не так. Да, именно на Когте достаточно закостеневшие порядки, но не все готовы слепо следовать навязанной ненависти к драконам. Им нужно только указать на другую сторону, а не только то что показывает Вигго Гримборн и старейший совет. Иккинг размышлял над неожиданными словами нового знакомого. — Когда ты летаешь на драконе — это поистине великолепное зрелище, — признался Кристиан, и Иккинг удивленно уставился на лорда. — Ты правда не знаешь, что часть острова ходит смотреть на твои утренние полеты? И я — в их числе, — рассмеялся парень, и Иккинг смутился. — Не подозревал, что это известно кому-то. Я замечал наблюдателей, но не относился к этому серьезно. — Конечно, не все в восторге от твоих полетов на «демоне», но ты определенно завладел всем вниманием острова. Честно, не люблю Коготь. Как можно собрать такое количество баранов в одном месте. Не знаю почему Вигго Гримборн не хочет отучить народ от веры в демонов, магию и прочую чушь. Когда-нибудь это сыграет с ним плохую шутку. Иккинг поразился прямотой Кристиана. Казалось, парня не заботила резкость его высказываний, особенно если учитывать, что он говорил о вожде племени. Всадник непременно хотел расспросить лорда больше, но в дверях показался Плутарх. — Лорд Кристиан, с вами желает говорить советник Эрен, — произнес мужчина, и Кристиан повернулся к Иккингу. — С Вашего позволения, я должен сейчас покинуть Вас, — сказал лорд, слегка поклонившись всаднику. Иккинг кивнул, потому что не знал, что ответить, да и нуждался ли лорд в его ответе? Иккинг подозревал, что Кристиан всё равно поступил бы по-своему не зависимо от его слов. Новый знакомый бесшумно и плавно направился к дверям. В его походке было что-то неуловимое и грациозное. Либо его необычная утонченная внешность, либо роскошь белоснежной одежды создавало впечатление, что он — создание не из этого мира, слишком легкое и эфемерное. Всадник какое-то время смотрел вслед ушедшему лорду, пытаясь разгадать новую загадку. Иккинг вернулся в рабочий кабинет. Работа никуда не исчезла, но всадник не мог не возвращаться мыслями к новому знакомому. Кто такие лорды в племени охотников? Он никогда не слышал о них. Вечером привычно явился Плутарх. Не так давно Иккинг попросил научить его латыни и языку охотников. С первым советник согласился быстро, но со вторым было сложнее. После настойчивых просьб всадника мужчина согласился, хотя не видел смысла в изучении хоть и древнего, но сейчас по его мнению ненужного языка. Перед занятием Иккинг решил задать интересующие его вопросы. — Кто такие лорды? В чем их значение? — поинтересовался Иккинг у мужчины. Если он и удивился вопросам, то не подал виду. — Лорды неприкосновенны. Они обязаны подчиняться вождю, но в свою очередь, правитель не может назначать сам лордов или лишать их титула. Если хотите знать моё мнение — проще договориться с советом чем с лордами. Они своевольны и самолюбивы со своими прихотями, и обладают властью. Изначально было десять лордов, но постепенно несколько родов угасло и из десяти осталось шесть. Они редко вмешиваются в правление, что неудивительно при правлении Вигго Гримборна! Вы уже встретили Кристиана Ларсена, он присутствовал на последних собраниях — он — девятый лорд, лорд Южного острова. Он относительно недавно стал лордом после смерти своего отца. После паузы советник продолжил. — Драккар относится к владениям вождя, как и Коготь, — произнес Плутарх. — Остальные острова делят в управлении другие лорды, кроме Южного острова. Им целиком правит девятый лорд. — Не беспокойтесь, лорды, как правило, напрямую не вмешиваются в управление племенем, — произнес советник, и Иккинг понял, что невольно нахмурился. — Уверен — девятый лорд в скором времени покинет Коготь, — поспешно добавил Плутарх, и Иккинг невольно подумал, что не хотел бы этого. Во всяком случае Кристиан Ларсен внес разнообразие в общество советников, и всадник не против узнать необычного парня поближе. И такая возможность была представлена ему на следующий день. Плутарх объявил, что девятый лорд желает с ним побеседовать во время обеда, если вождь не возражает. Иккинг, не раздумывая, сразу согласился. Было слишком любопытно, что понадобилось девятому лорду от всадника. Кристиан пришел не менее нарядный чем на совет или, возможно, это была его повседневная одежда — всадник едва ли мог судить об этом. Только вместо белоснежного плаща на нем был лазурный плащ из легкой ткани, прекрасно гармонирующей с его кристально голубыми глазами. Под низом была белоснежная рубашка. Лорд почтительно наклонился Иккингу в знак приветствия. Его светлые волосы закрывали часть лица. Иккинг быстро убедился, что Кристиан обладал безупречными манерами. Все его движения были легки и естественны. Он резко отличался от охотников на драконов. Сначала Беззубик настороженно наблюдал за новым знакомым, но когда стало понятно, что прямо сейчас лорд не представляет опасности — дракон заметно успокоился. Кристиан не скрывал заинтересованного взгляда с дракона. — Когда я услышал, что Вигго Гримборн временно передал своё управление — мне стало любопытно и я поспешил приехать. Я ожидал совсем другое. Оказалось, всё намного интереснее, — признался Кристиан, оглядывая всадника с ног до головы. — Сначала я не мог поверить, что нашелся человек, посмевший бросить вызов самому Вигго Гримборну и не проиграть ему. — Не проиграть ещё не значит выиграть, — невзначай заметил Иккинг, и Кристиан улыбнулся. — Твоё присутствие на Теневых островах — прямое доказательство того, что твоё противостояние охотникам более чем успешно. — Кто знает, — уклончиво произнес всадник, — время покажет. — Раньше не участвовал в обсуждениях, все говорили — я слишком молод, чтобы высказывать свои мысли. А сейчас не вижу в этом смысла, — недовольно проговорил он, откидывая волосы назад. Иккинг начинал привыкать к этой его привычке. Они сидели на крыше центральной башни и смотрели вдаль. Рядом устроился Беззубик. Кристиан оказался разговорчивым собеседником. — Если Вы желаете, вождь, я могу задержаться. Мои дела на острове в полном порядке, — произнес он с улыбкой, но не понятно то ли в шутку, то ли в серьез. Иккинг пытался разгадать правду, скрывающуюся за ярко-голубыми глазами, но они хранили свои секреты как и их необычный обладатель. — Так вы с Вигго.? — осторожно спросил Кристиан, и Иккинг поспешил ответить, — Нет! Парень показался смущенным. — Прости меня за такое предположение. До меня доходили слухи из достаточно достоверных источников, поэтому я решил, что вы с ним… Иккинг нахмурился. Ситуация выходила из-под контроля. Не похоже что Кристиан обманывает его. Всаднику придется объявить во всеуслышание, что он — не игрушка-жених Вигго, и плевать, что думает вождь по этому поводу. — Я, наверное, обидел тебя? — негромко спросил Кристиан, заметивший затянувшееся молчание собеседника, но Иккинг покачал головой, прерывая свои бушующие неспокойные мысли. — Я удивлен откуда могли взяться подобные предположения. Была одна нелепая ситуация на моем острове, но это не слишком серьезно. Хотя в первый же день Вигго заявил, что я — часть семьи Гримборнов. — Ты не Гримборн, — вдруг серьезно ответил Кристиан, его глаза неотрывно смотрели на всадника. — Спасибо? — проговорил всадник, и парень в ответ мягко улыбнулся. Кристиан и Иккинг стали проводить достаточно много времени вместе, когда лорд присоединился к нему за работой. Всадник находил удобным задавать ему вопросы касаемы Теневых островов. Наконец-то можно было не бегать каждую минуту к Плутарху с просьбой пояснить тот или иной момент. Советник заметил частые визиты девятого лорда, но никак не прокомментировал данный факт. Иккинг с Кристианом направлялись в обеденный зал, когда им навстречу попался Вильям. — Малыш Вильям! — воскликнул Кристиан, дружелюбно помахав рукой подходившему мальчику. Иккинг с удивлением отметил, что они знакомы. Хотя Кристиан — правящий лорд, естественно он связан с правителем. Вот что не ожидал всадник, так это моментально покрасневшего наследника Когтя и сжатых зубов. В его глазах появился убийственный огонек, когда с лица Кристиана не пропадала лукавая улыбка. Вильям что-то пробормотал и поспешил скрыться от двух парней. Иккинг был поражен, но Кристиан ничего не сказал и продолжил их разговор как ни в чем не бывало.

***

На одной из тренировок в школе всадников Иккинг попытался прояснить ситуацию. — Вильям, что вы не поделили с Кристианом? — поинтересовался Иккинг, но мальчика надуто произнес и как будто обиделся на всадника: — Тебя не касаются наши отношения с Девятым Лордом. Всадник спросил себя кого Вильям подразумевают под словом «наши». Иккинг оставил попытки узнать это у племянника Вигго. Может, стоит попытаться сделать это в другом месте. Когда Райкер покинул остров, Елена стала часто звать Иккинга на ужин. Всадник был рад провести время не в одиночестве, и Вильям с Еленой стали для него ближе чем он мог предполагать. В отсутствии вождя и его брата он невольно чувствовал ответственность за оставленных членов семьи. Может, сказывалось его желание вжиться в роль настоящего вождя племени охотников. После совместного ужина с Еленой и Вильямом Иккинг решил задержаться. Пока мальчик покинул комнату, он задал вопрос, который не давал ему покоя. — Почему Вильям так не любит девятого лорда? Елена сжала губы в тонкую линию и произнесла: — Это не имеет значения. Её слова прозвучали как конец разговора. Явно у части семьи Гримборнов не ладились отношения с лордом, поэтому Иккинг не мог не спросить. — Моё общение с ним не навредит вам? Елена поспешила его заверить. — Не волнуйся. Наши разногласия не касаются тебя. Он —влиятельный лорд … по праву рождения. Что могли значить её слова? — задумался Иккинг, направляясь к себе. Она не хотела развивать эту тему и очевидно не всё так просто.

***

В один из вечеров Иккинг неожиданно прервал болтовню Кристиана прямым вопросом. — Почему Вильям так злится или обижается на тебя? Голубые глаза озорно сверкнули. — У нас с мальчиком не может быть личных счетов. А вот с его старшими родственниками — другое дело. Наездник с нескрываемым любопытством посмотрел на лорда. — Не переживайте, вождь, это не стоит вашего внимания, — проговорил с хитрой улыбкой парень, и Иккинг не мог не улыбнуться на слова Кристиана. Иногда Иккинг не мог сказать, где начинается серьезный тон и усмешка у этого парня. Одно всадник знал точно: никто не хотел посвящать его в разногласия племени охотников, и едва ли он мог требовать ответы на свои вопросы.

***

Кристиан предупреждал Иккинга, что мало разбирается в изобретениях или технических вещах, особенно когда всадник начинал с энтузиазмом рассказывать о своих задумках. Зато в формальностях и в правилах поведения в высших кругах Кристиану не было равных. Он мог без конца рассказывать о том кто и сколько потратил золота на ту или иную вещь. Иккинг привык к его щебетанию и мог слушать, не отрываясь от бумажной работы. Беззубик тоже предпочитал дремать под лепет молодого парня. Вильям испытывал явную неприязнь к молодому человеку и не скрывал этого. При этом мальчик часто молча или тайно заглядывал в комнату, когда Кристиан задерживался в кабинете у Иккинга. Казалось, Вильям проверяет сохранность всадника, что представлялось забавным — с всадником на страже всегда ночная фурия. — Эх, было бы здорово оторваться от дел и поспаринговаться со своими друзьями на Драконьем крае, — с сожалением произнес Иккинг, потягиваясь. Кристиан с интересом спросил: — Вы часто это делали? — Бывало каждый день, — вспоминая, не без сожаления ответил всадник, и парень нерешительно произнес: — Я, конечно, не воин, но довольно неплохо обращаюсь с оружием. Можем попробовать если хочешь? Иккинг знал, что сегодня он не может больше смотреть и читать свитки, и предложения молодого лорда показалось вполне интересным. — Хорошо. Кристиан с горящими глазами вскочил с места, — Я за оружием. Иккинг поразился внезапному энтузиазму парня и отложил бумаги, поднимаясь и потягивая затекшее тело. Всадник и лорд решили привычно отправиться на крышу замка, где можно было спокойно и в одиночестве провести время. Это место было идеальным — сюда не заглядывали ни слуги, ни воины. Беззубик довольно устроился в стороне, наблюдая как два парня готовятся к поединку. Кристиан обнажил тончайший меч. Его лицо стало серьезным, а вся поза замерла в решительном ожидании. После нескольких выпадов Кристиан откинул прочь белоснежный плащ, оставаясь рубашке с высоким воротом и штанах. Теперь ничто не стесняло его быстрых и легких движений. С первых секунд Иккинг поразился его владением мечом… Эта легкость, изящество и мастерство не шло не в какое сравнение ни с кем из Олуха. Черт, он не уверен, что Вигго так владел мечом! Они обменялись ударами, и, казалось, Кристиан пытается уловить малейшие движения всадника. Он, как будто играясь, пробовал чем ответит всадник на каждый свой выпад. Ни одна из атак Иккинга не представляла серьезной угрозы для лорда. Для него это был танец, в котором он определенно вел. Хрупкое на вид телосложение лорда оказалось обманчивым. Всадник невольно начинал раздражаться, что не одна из привычных стратегий не приносила результата. Резкий выпад встречался с не менее резкой защитой, а обманные маневры сразу становились очевидны для Кристиана. Сам же лорд Южного острова нападал на всадника, но достаточно пассивно. В один момент Иккингу показалось, что его нападение имеет успех, так как оппонент ответил не так быстро и ловко. Кристиан сделал несколько шагов в сторону, отступая, и Иккинг в запальчивости последовал за противником. Яркий свет солнца резанули по глазам, и всадник на мгновенье потерял ориентацию, и в тут же секунду последовал удар ногой в живот, и он оказался на холодном каменном полу, а над ним сразу навис улыбающийся парень. — Ты потрясающе дерешься, Иккинг, — произнес мягко парень, протягивая руку. Всадник охотно принял помощь и поднялся. — Едва ли это можно назвать хорошим боем с моей стороны, я проиграл, — устало сказал он, но Кристиан покачал головой, его голубые глаза с уверенностью смотрели на всадника. — Ты не умеешь пользоваться моментом и рисковать, но это придет со временем. Я не отказываюсь от своих слов, что у тебя есть огромный потенциал. — Если ты сможешь уделять мне время для спарингов, то в один день я смогу отыграться, — проговорил Иккинг с улыбкой, и Кристиан в ответ улыбнулся. — С удовольствием.

***

Чем чаще Иккинг сходился с Кристианом в поединке, то больше убеждался, что лорд ему умышленно или невольно поддается. Он терпеливо указывал на ошибки и промахи всадника, а их было достаточно много. Невозможно было на него злиться. Ярко-голубые глаза всегда смотрели на Иккинга так открыто и прямо, когда не были скрыты за прядями светлых волос, что поражало наездника. — Ты же не возишься со мной из-за того, что я исполняю обязанности вождя? — вдруг после одной из тренировок произнес Иккинг, сам не ожидавший, что озвучит вслух этот неудобный, но мучивший его вопрос. Кристиан перестал точить свой меч и удивленно посмотрел на всадника, его глаза сверкнули, а губы сжались в тонкую линию. Иккинг поразился реакцией вечно спокойного и мягкого парня. — Хочешь сказать, что я пытаюсь получить больше власти? — гневно спросил Кристиан, поднимаясь на ноги. Белый плащ развивался за его спиной как крылья дракона. — Я сам выбираю на кого тратить время! И даже если все против этого и это принесет мне проблемы! Иккинг без слов уставился на молодого парня. Жители Теневых островов не успевали потрясать его своим скрытым характером. Казалось, в один момент тлеющие угли разгорались в пламя. Иккинг даже не задумывался, что сам нес в себе черты тех кем так поражался. — Ты же не проводишь время со мной, потому что больше никто кроме королевской малявки и меня хотят быть рядом с чужеземным «трофеем» Вигго? — успокаиваясь, но всё равно переходя в нападение спросил Кристиан. Иккинг невольно улыбнулся от странного чувства тепла внутри. Его совсем не смутили нападки друга. — Надеюсь, ты готов к ещё одному поединку? — весело спросил всадник, поднимаясь на ноги и обнажая меч. Кристиан лукаво улыбнулся, обнажая ровные белые зубы и принимая вызов. После перерыва Иккинг обратился к Кристиану. — Сразись со мной в полную силу. Кристиан с вопросом взглянул на всадника как будто тот произнес что-то невероятное. — Что ты имеешь в виду, Иккинг? Парень прямо ответил: — Не поддавайся мне. Как если бы это был поединок на смерть. Лорд странно улыбнулся. — Чего ты добиваешься? — Мне интересно. — Если ты настаиваешь, — сдаваясь, пожал плечами Кристиан и обнажил свой меч. Иккинг последовал примеру. Им овладело предвкушение непростого боя, всадник отчаянно хотел знать насколько он приблизился к тому, чтобы победить лорда в поединке. Они привычно скрестили мечи. Иккинг ждал активных и необычных атак, но Кристиан невозмутимо парировал удары. Ничего не поменялось в стиле его боя. — Иккинг, тебя кто-то зовет, — вдруг сказал Кристиан, указывая за спину всадника. Иккинг сразу обернулся и в этот момент у него из руки выбили меч, а он сразу же оказался на каменном полу, к его шее был прижат меч. Он в шоке уставился на лорда. Кристиан убрал меч и засмеялся. Иккинг не мог отойти от произошедшего, потеряв дар речи. Кристиан протянул руку всаднику. — Ты же не этого ждал, да? — улыбнулся парень, помогая ему подняться. — Ты попросил меня драться как если бы это был поединок на смерть. В данной ситуации хороши все средства. — Вот чему это может научить меня? — пробормотал обиженно Иккинг, и Кристиан ответил с легкой улыбкой: — Возможно, когда-нибудь это сохранит тебе жизнь. Потом лорд продолжил не без смешка, — Хотя возможно в своих благородных порывах ты безнадежен! Возмущенный всадник шутливо толкнул Кристиана в плечо, и они оба засмеялись. Кристиан не был похож ни на одного из всадников — ни манерами, ни поведением, ни происхождением. Он казался пришедшим из другого мира, и Иккинга несомненно привлекало это. Всадник интуитивно чувствовал, что ему было чему научиться у лорда. Иккинг не мог не испытывать смутное чувство вины, когда думал о том, что, проводя время с Кристианом, забывает своих друзей. Ему несомненно было интересно с лордом. Кристиан превосходил его во владении мечом и в знаниях политики Теневых островов, и Иккингу было непривычно проводить время с человеком, который в чем-то превосходил его. Всадник не умалял талантов и способностей своих друзей-наездников, но едва ли кто-то из них был лучше Иккинга хоть в чем-то. В знании и приручении драконов, в полете на драконе, в составлении планов и изобретательности, в лидерских качествах и даже во владении мечом — во всем он был лучше всех. Как бы не звучало странно, его друзья не бросали вызов ни его способностям, ни умениям. Может, поэтому он был так зациклен на своем недавнем поражении Вигго при их первой встрече. Иккинг как будто и желал вызова, и при этом не привык справляться с некоторыми поражениями. Он сам не знал свой характер, и встреча с Кристианом предоставила новую возможность испытать себя. Вероятно, весь приезд всадника в племя охотников был своеобразным вызовом себе. Насколько он готов справится с ним — совершенно другой вопрос. Время шло, но заметно ничего не менялось. Иккинг не мог сомкнуть глаз. Перед взором всплывали бесконечные числа и слова. Он определенно двигался в неверном направлении, раз с каждым днем проблем прибавлялось. Всадник при всем желании не мог работать без перерывов. Как совмещать управление племенем и драконьей школы? В племени охотников должны быть люди, на которых можно положиться, но Иккинг едва ли мог найти их. Всадник разбирал письма. Ни одного не было от Вигго Гримборна! Иккинг начинал не на шутку злиться. Вождь либо пренебрегал им, либо совсем несерьезно относился к идеям всадника об переустройстве жизни племени охотников. Второе было вероятнее — ведь несколько его писем остались без ответа.

***

Соседние племена не были настроены на дружелюбный лад, а объединение с племенем Хулиганов не только не помогло, а наоборот ухудшило отношение между ними. Иккинг успел не раз пожалеть, что в своих посланиях упомянул этот факт. Но как он мог обращаться к другим племенам, не представившись? Что ему делать теперь? До этого они уважали племя охотников за их профессиональную ловлю драконов, теперь же — они нежелательные гости! Иккинг в задумчивости смотрел на карту. Хотя вокруг и имелись небольшие племена, главным соседом Теневых островов оставалось Королевство Мерингов. Всадник подозревал, что мнение соседних племен напрямую зависит от мнения соседнего Королевства и очевидно они их не уважали и не считали за равных. Но прежде чем разбираться со соседями нужно разобраться со своим племенем. Люди не были преданны ему и не последуют за ним. И чем дольше ситуация остается без изменений, тем больше вероятность, что соседи решатся на нападение. Как следуя традициям воинственных народов установить мир, не проливая капли крови и не идя на против собственных принципов? Иккинг почувствовал подкатывающую панику. Он действительно не знал, что делать. На него навалилось столько всего, а Вигго не то что не помогал, даже не пытался. Как будто он и не рассчитывал на его успех… Неожиданно в голове всадника что-то щелкнуло. Всё встало на свои места — с самого начала это и был план Вигго. Разве согласился бы вождь охотников предоставить своему врагу столько власти в собственном племени? Он знал, что Иккинг будет бессилен, и его попытки ни к чему не приведут. Всаднику не останется ничего иного как принять поражение и согласиться следовать привычными путями охотников. Ну уж нет! — Хороший ход, Вигго, — прошептал парень, но что вождь охотников не знал наверняка, что Иккинг Хэддок Третий не отступает от своих принципов и будет бороться до конца.

***

С самого начала, когда Елена знала Иккинга только по многочисленным рассказам и противоречивым слухам — она имела серьезные предубеждения насчет него — глупый мальчишка с далекого острова с группой подростков, которые не перестают вмешиваться в дела племени и наносят значительный ущерб торговле. Приезд всадника вызвал в ней только раздражение и недовольство. Всё новые возникающие сплетни и разговоры о всаднике на острове только добавляли её неприязнь. Когда она узнала Иккинга поближе — как он спас её сына, она присмотрелась к всаднику внимательнее. С каждым днем она убеждалась — его принципы и стремления были настолько искренними и честными, что не могли не поразить. Вигго Гримборн был способен управлять людьми с точным расчетом и хладнокровно. На своем пути он мог непоколебимо убирать препятствия любой ценой. Иккинг был ему полной противоположностью — его поступки были продиктованы той честностью и прямотой, которая приведет только к печальному концу здесь. Елена была уверена, что из-за отсутствия опыта Иккинг в полной мере не осознает ситуацию, в которую попал, и она не была уверена, что даже если скажет всё как есть — всадник поймет и отступит. Вигго вел настолько грязную и бесчестную игру, что поразило женщину — его желание склонить Иккинга на свою сторону явно граничило с навязчивой идеей, если вождь решился на такие шаги. Вигго уже определенно действовал не исключительно из интересов своего племени. В любом случае она сделает всё возможное от неё, чтобы убедить всадника если не покинуть остров, то быть осмотрительнее. — Если человек властвует один, он считает, что его место решать, что лучше для всех. А Вигго — один. Совет — всего лишь прикрытие, чтобы единолично принимать решения, но маскировать под совместное управление, — резко заявила она после обеда, когда Плутарх забрал Вильяма на уроки. — Я не понимаю… — задумчиво проговорил Иккинг. — Ты ещё молод и далек от политики. Я не хотела бы, чтобы вовлекался в эти захватывающие игры за власть. Я давно наблюдаю за тобой, Иккинг Хэддок. Если бы ты остался на своём острове — я уверена, что смог бы создать идеальный уголок мира и процветания вдалеке от чужих глаз. Но здесь ставки выше и это невозможно. Ты всегда должен быть хитрее, решительнее и на шаг впереди. Все привязанности и дружба становятся помехой на этом тернистом пути. Иккинг хотел возразить, когда Елена непоколебимо продолжила. — Тебе не всё понятно как устроено в племени охотников, но я и не уверена, что тебе нужно понимать. Это место для тебя губительно. Не говоря уже про наших врагов. Ты не представляешь на что способно королевство Мерингов. Став одним из нас, ты станешь их врагом. Этого я не могу пожелать никому. Иккинг невольно задумался. — Королевство Мерингов поистине огромное, и его влияние простирается далеко. Моё племя стало неугодно королевству поэтому его полностью убили. Меня отобрали как единственную, чья внешность обещала принести крупную сумму на невольническом рынке. После нескольких лет, в течении которых меня передавали как вещь от владельца владельцу, я встретила своего мужа, то есть Райкера. Он купил меня и сказал, что я свободна. Я знаю, что в это сложно поверить — но в каждом человеке есть хорошее и плохое. Я была благодарна ему. Мне нужно было спокойствие и покой, и я его нашла. От рассказа у Иккинга скопился ком в горле — он представил на её месте своих близких. — Но ты не очень высокого мнения о Вигго, — пробормотал Иккинг, вспоминая отношение женщины к вождю. — Только дурак не поймет насколько может быть опасен Вигго, — медленно произнесла Елена, — он заставит тебя сомневаться в себе. Найдет всё самое лучшее в тебе и опустит в твоих глазах всё самое тебе дорогое — твои принципы и ценности. Тебе покажется, что ты до этого был никем и бессилен противостоять. Я смотрю на твою невинную и чистую душу, на твои мечты и стремления, и не желаю подобной судьбы тебе. Вигго так или иначе, рано или поздно, погубит тебя. Её слова точно были предупреждением, но Иккинг неплохо знал натуру Вигго и не терзался сомнениями. Что ему может грозить, если он так хорошо изучил своего врага? В той или иной степени игры вождя охотников известны всаднику, особенно сейчас. Скоро всё решится — Иккинг был уверен в этом. — Я готов рискнуть.

***

Несколько недель спустя. — Я попросил начать достраивать порт, но вместо этого они разобрали его! — с нескрываемым раздражением произнес Иккинг. Голова трещала. Плутарх сочувственно посмотрел на парня. — Иногда мне кажется, что племя выполняет мои поручения с точностью наоборот! Даже если они это делают умышленно — я не могу всех наказывать за это, — обреченно произнес всадник, бессильно упершись в стол лбом. — Люди не хотят попытаться менять вещи. — Иккинг, народ тоже можно понять — ты приехал из чужого края со своими обычаями и порядками. Ещё и с каким драконом — с самой ночной фурией. Дай им время. Парень задумался. Не то же ли самое ему говорил отец. — Я — им не чужак. Это мой народ теперь тоже, и я — часть их. Всё, что я пытаюсь сделать для блага всего острова, всего племени! — с отчаянием и бессильно произнес Иккинг, сжимая край стола. Бессильная злость и отчаяние завладели им. — Понимаешь, … не всё так просто. Просто или непросто он не мог тянуть больше. Королевство Мерингов не то, что не хотело сотрудничать, оно перестало соблюдать элементарные приличии и знаки уважения. Их корабли беспрерывно нарушали границы, словно они проверяли какой будет ответ и реакция. Как будто Теневые острова потеряли всякий авторитет после прекращения ловли драконов. Если жители племени так и будут сопротивляться его решениям и новым внедрениям — они недалеко сдвинуться, а времени было катастрофически мало. «Где был Вигго, когда он так нужен?» — с горечью задал себе вопрос Иккинг. Ему фактически не с кем было посоветоваться. Сообщения из Олуха доходили медленно. Друзей на Драконьем Краю он не хотел загружать проблемами племени охотников, да и чем они могли помочь. Ни Кристиан, ни Елена, ни Плутарх не могли ему сказать как переустроить жизнь племени охотников. Ему придется самому разгребать всю эту кашу. Но что он может сделать за такое короткое время? Беззубик заурчал с волнением, глядя на переживающего всадника. — Всё хорошо, дружище, — мягко проговорил Иккинг, и Плутарх не отрывал от них взгляда. — Вы очень близки с ночной фурии, — задумчиво проговорил он. — Все драконы обожают вас. — Что не скажешь про племя охотников, — грустно улыбнувшись, произнес Иккинг, поглаживая Беззубика. — Ваша связь уникальна, — не без восхищения произнес советник, и Иккинг, прислоняя голову к ночной фурии, закрыл глаза и улыбнулся. — Мы через многое вместе прошли. Мы — семья. — Хотелось бы мне завоевать доверие племени, — устало добавил всадник, — Как бы мне не хотелось признавать — для меня теперь это моё племя, как бы странно это не звучало. — Может, стоит попробовать это сделать в соответствии с традициям нашего племени, — неуверенно предложил Плутрах, погруженный в своим мысли и глядя на стеллажи вдоль стены. Иккинг гладил Беззубика, но смотрел в полыхающий огонь в камине. — Я не буду убивать дракона, чтобы заслужить признание, — твердо сказал Иккинг, переводя взгляд на мужчину. Плутарх переминался с ноги на ногу, и Иккинг уловил на его лице еле незаметное колебание, когда он решил снова заговорить. — Есть обряд посвящения в племя, если вы действительно этого хотите. — Обряд посвящения? — с удивлением переспросил Иккинг, не представляя, что это может означать. Советник нерешительно проговорил: — Да. Любой из Гримборнов проходит этот обряд. Это значит влиться в племя, стать его частью. Формальность, совершающаяся из покон веков. Признание народом. Обряд принятия традиций, культуры, дань предкам, — торжественно произнес он, наслаждаясь эффектом. — И что хорошего для нашего случая — обряд не включает убийство дракона. У всадника появилась маленькая надежда, но он старался не спешить с выводами и радоваться раньше времени. — Вигго тоже через это прошел? — Можно и так сказать, — резко и быстро ответил советник, и Иккинг решил, что зря задал этот вопрос, раз получил такой ответ, наверное, слишком очевидно. — Странно. Вигго мне ничего не говорил. В чем заключается обряд? — спросил Иккинг, невольно подперев рукой подборок и полностью переводя своё внимание на советника. — У нас его называют — Ахтер Берн. В переводе на Ваш язык: пир крови. — Звучит жутко, — с улыбкой ответил парень, и мужчина продолжил, но без тени улыбки: — Вам не обязательно его проходить, народ со временем привыкнет и смириться и без этих устаревших формальностей. Всадник ночной фурии резко оборвал слова советника. — Мне не нужно смирение народа. Я должен стать частью его. Чем раньше, тем лучше. Я им — не враг. Плутарх улыбнулся на слова всадника — как будто ожидал подобную реакцию у Иккинга. — Не стоит ли дождаться возвращения вашего супруга? — спросили парня, и тот нахмурился от последних слов. Никогда не сможет привыкнуть к подобному обращению. Ещё одна хорошая причина решиться на этот шаг — он докажет всем, что он — равный вождю, а не заморская зверюшка, привезенная по прихоти вождя. И чем быстрее он установит свой авторитет на островах — тем быстрее покончит с ложью насчет свадьбы. — На это нет времени, — решительно сказал всадник, в его взгляде появилась решительность и готовность к новому вызову. Разве не этого шанса он ждал столько времени и имеет ли он право не воспользоваться им? — Я тогда принесу Вам свиток, — проговорил мужчина и проворно покинул комнату. Иккинг смотрел на огонь в камине и почувствовал, что его покидает привычное чувство бессилия и отчаяния. Плутарх вернулся через минут десять, принеся свиток. Чем больше Иккинг читал тем мрачнее становился. И правда убийства дракона не было, но тем не менее посвящение скорее походило на кошмарное испытание чем на обряд. Не каждый человек выдержит подобное, и всё это больше напоминает обряд у Берсерков, чем у Гримборнов. Такое ощущение, что они одолжили этот свиток у Дагура. Иккинг ожидал от племени охотников менее жуткие вещи. Тем более если они даже передавали управление племенем не старшему и самому сильному из наследников, а обладающему умом и стратегическим мышлением. Кто бы мог подумать, что они использует такой примитивный и, на взгляд Иккинг «дикий» обряд посвящения? Хотя он ничего не знает о племени Охотников на драконов — ему об этом твердили все. Большая часть жителей до сих пор считает, что он одержим драконами или сам является перевоплощенным драконом. О чем тут говорить? — Неужели все невесты вождей проходили через это? — с сомнением спросил парень, откладывая свиток. — Вовсе, нет. Вот именно, что их статус супруг передавал им право на правление. Но вы ни раз акцентировали внимание, что ваш брак — это церемония объединения племен, а не брачная церемония как таковая. — Я не отступаю от своих слов. Поэтому готов пройти обряд посвящения, — произнес Иккинг, решаясь. Или это решение было неизбежным? Все сомнения остались позади. Он не приехал на Теневые острова прятаться, он знал все риски и опасности. — Должен предупредить, что это посвящение опасно и в каких-то случаях ставка будет ваша жизнь. Я, конечно, со своей стороны сделаю всё, чтобы вы были в максимальной безопасности, — поспешно добавил мужчина, но, казалось, он не на шутку взволнован. Может, в первый раз Иккинг почувствовал, что они с Плутархом испытывают равное по силе волнение. — Я предполагаю, что может случиться в случае неудачи, — грустно произнес советник и поспешно добавил, собираясь забрать свиток: — Не хотелось бы так рисковать. Всё-таки не стоит затевать всё… Но все возражения только укрепляли решимость всадника. Иккинг был непоколебим. — Мой отец будет в бешенстве и объявит войну, если что-то случится со мной, поэтому больше поводов быть осторожным и сделать всё, чтобы выйти победителем, — не без странного веселья сказал всадник. — Дополнительная мотивация. — Только не это, — пробормотал Плутарх, не разделяя иронии всадника, видимо, просчитывая в уме все возможные исходы и последствия. — Мне нужно некоторое время, возможно, пару дней, чтобы понять насколько возможно осуществить задуманное. Пока некому об этом не сообщайте, — произнес советник, забирая свиток, и Иккинг кивнул. После месяца бессмысленного ожидания он готов подождать ещё несколько дней.

***

— Всё готово для посвящения, вождь. Ваше решение, Иккинг Хэддок, — не без торжества обратился к нему советник. Зеленые глаза парня излучали решимость и готовность. Ночная фурия посмотрела на всадника и поднялась с пола, расправляя крылья. — Завтра начинаем, — произнес Иккинг, таким образом, определяя не только свою судьбу, но и судьбу Теневых островов.