Глава тринадцатая
10 мая 2020 г., 21:08
***
Завтрак в Большом Зале Катерина провела не на своём привычном месте. Она знала, что Гарри не будет рад её присутствию и, возможно, даже Рон, но в этом она не была уверена, ведь он дружелюбно ей улыбнулся утром. Она видела, что Гермиона с сожалением поглядывала на неё, на что Катрин ей лишь улыбалась. Матич решила сесть сегодня рядом с Джинни и Невиллом. Здесь хотя бы была уверенность, что ей рады. Ведь даже сейчас она иногда ловила злобные взгляды Поттера. Сегодня у них должна быть игра в квиддич, и Кэт видела, как нервничает Рон, а Гермиона пытается его успокоить. И это заставило Катрин тепло улыбнуться. — Почему Кэт сидит не с нами? — спросил недоуменно Уизли, кидая взгляд на подругу, которая что-то обсуждала с его сестрой и Невиллом. — Вы так и не помирились? — Она не сильно этим опечалена, — грубо отчеканил Гарри, водя вилкой по яичнице. — Джинни говорит, что увидела вчера Катрин всю заплаканную и пьющую огневиски… — Явно не из-за меня, — прошипел Мальчик-Который-Выжил, сверля Матич взглядом. — Она предала нас! — О чём ты? — нахмурилась Грейнджер. — Это же ты обвинил её не пойми в чём перед профессорами! — Я видел её с Малфоем вчера на Астрономической башне! — громче положенного произнёс он, замечая, как несколько человек на него оглядываются и следующие добавил тише: — Целующимися. — Не может быть… — Может, Рон, — ухмыльнулся горько Гарри. — Она встречается с нашим врагом у нас за спинами! И она даже не спросила у него, является ли он Пожирателем Смерти, хотя у неё и была такая возможность… — Они не встречаются, — решила вступиться за подругу Гермиона, ловя вопросительные взгляды друзей. — Так ты знала?! — Она запуталась, Гарри, — пролепетала Грейнджер, пытаясь доказать другу невиновность Кат. — Ты только представь, что чувствует она! Ты обвинил её в предательстве и покушении на Дамблдора, который ей не менее дорог, чем тебе! Её мучает совесть за то, что она испытывает чувства к врагу и не может ничего с этим сделать! — Как будто она пыталась с этим что-то сделать… — Ты ничего не знаешь об этом и обвиняешь её, Гарри! — разозлилась гриффиндорка, испепеляя взглядом юношу. — Мы её друзья и должны поддерживать её… — Поэтому он ей помогал, да? — поджав губы, спросил он. — Тогда с Амбридж… — Он помогал ей слишком много раз, — перебила друга отличница. — Мы не можем осуждать её за то, что она чувствует. Думаете, ей самой это нравится? — Это не отменяет того факта, что она столько времени врала нам, Гермиона! Сблизиться с Малфоем и молчать… — Какой же ты всё-таки болван, — разозлилась Грейнджер на друга, вставая с места и покидая Большой зал.***
Катрин шла рядом с Полумной к месту, где сидела Гермиона. Игра уже началась, а людей было так много, что Матич чувствовала себя неловко. Гриффиндор был против Слизерина, но Кат знала, что в этом году Драко не состоит в команде. В который раз наступив кому-то на ногу и при этом извинившись, Катрин наконец дошла до Грейнджер. — Рон — просто чудо, — усмехнулась Катрин, наблюдая, как он отбивает квоффл, при этом громко радуясь. Матич не была особым фанатом этой игры, но не прийти просто не могла. Взгляд непроизвольно метнулся к летающему Поттеру. — Он ненавидит меня? — Гарри? — переспросила шатенка, поджимая губы. — Он любит тебя, Кат, как и все мы, просто он немного зол… — Он видел меня вчера с Драко? Ей хватило всего лишь лёгкого кивка от подруги, чтобы разочарованно выдохнуть. Поттер не простит ей этого. Тем более, после того как в его голове закрались мысли о том, что Малфой может быть Пожирателем.***
— Гермиона? — позвала подругу Катерина, выходя в коридор, после того как Грейнджер выбежала из гостиной, когда Лаванда поцеловала Рона. — Гермиона! — Я здесь, — послышался дрожащий от слёз голос подруги. Катрин прошла немного дальше, замечая шатенку за углом на ступеньках, которые спускались в подземелье. Девушка сидела на холодном бетоне, сгорбившись и обхватив свои колени, вытирая изредка слёзы. Черноволосая подошла к ней аккуратно и села рядом, приобняв её за плечи в попытке успокоить. Кэт не знала как себя вести в подобных ситуациях, ведь бывала в них крайне редко. Тем более, увидеть плачущую Грейнджер мало кому удавалось. Её плечи содрогались, и всё это наводило лёгкую панику на Матич. Она и сама почти никогда не плакала, лишь, когда эмоции зашкаливали, и предпочитала это делать так, что бы никто не видел и не начал её успокаивать. Или просто брала бутылку огневиски, что и сделала недавно. Поэтому у неё не было никакого опыта в успокаивании людей. — Ну, — прошептала она, поглаживая подругу по спине, — он слепой придурок и не достоин, чтобы ты плакала из-за него… — Что ты чувствуешь, когда видишь Драко с Пэнси? — дрогнувшим голосом спросила она, введя Кэт в лёгкий ступор. — Не знаю, — выдохнула она. — Иногда мне хочется придушить её, но я вспоминаю о том, что он мне говорил о том, что его интересую только я, — тихо выговорила Катрин, упуская некоторые моменты с юбкой, о которой, собственно, и говорил Малфой. Но ведь смысла это не меняет? — думаю, Рон и сам не разобрался. Он не замечает ничего, иногда мне кажется, что он слепой… Поэтому мне кажется, что Лаванда на самом деле не сильно его интересует… В этот момент рядом послышался отвратительный девичий смех, а спустя секунду появился и сам Уизли, держащий за руки Браун. Это заставило Катрин поджать губы. У неё в голове не укладывалось: у него чуйка на то, что бы появиться там, где ему сейчас уж точно не рады?! Рон остановился, смотря во все глаза на подруг, а Лаванда повисла у него на руке. — Ой, — пропищала блондинка, — кажется, здесь занято! — Конечно занято, прилипалка, — саркастично сказала Катрин, получая удивлённый взгляд Рона. — Кэт, ты чего? — Ничего, Уизли. Забирай свою липучку и проваливайте. Рон пожал плечами, проговаривая что-то вроде: «странные вы все какие-то» и покидая вместе с блондинкой помещение. Гермиона расплакалась ещё сильнее, хватаясь за подругу как за спасательный круг. Тонкая рубашка Катрин тут же намокла на плече от слёз Грейнджер, а внутри боролись два чувства: пойти набить лицо Уизли или разрыдаться вместе с шатенкой.***
Катрин не пошла на Рождественский приём у Слизнорта, хоть её и пригласили. Настроения выряжаться и делать вид, что безмерно счастлива там находиться, вовсе не было. Она знала, что должна была идти туда с Гарри. Но он пригласил её ещё до того, как они поругались. Кэт сидела в кабинете ЗОТИ. Ей нравилось здесь находиться, ведь никто из учеников больше не имел права здесь быть вне урока. Она была в растерянности. Не знала, как поступить дальше в отношении Гарри. Он ведь её друг! Они не могут прекратить общаться по такой дурацкой причине. Дурацкой ли? Катрин уже сомневалась. — Почему ты не пьёшь пунш и не танцуешь на приёме у Слизнорта, как это делают все нормальные дети? — вошёл в кабинет Дин, замечая, как вздрагивает от неожиданности дочь, слегка улыбаясь отцу. — А почему ты не контролируешь пьющих пунш и танцующих на приёме у Слизнорта нормальных детей, как это делают все нормальные профессора? — перекривляла она его. Дин усмехнулся, садясь рядом с Кэт на диване. — Так и не помирилась со своим Избранным? Я думал, что после вправления мозгов от Снейпа он сразу пойдёт извиняться. — Снейп сказал ему что-то? — Что-то о том, что с девушками так не положено разговаривать, и если он хочет завоевать её внимание, то не нужно обвинять её в том, что она подсунула проклятое ожерелье девочке, чтобы замочить директора на пару с Малфоем, — промолвил Дин. — Дословно не помню. — Очень мило с его стороны. — И не говори. — Пап, — спустя несколько секунд тишины вымолвила Катерина серьёзным голосом, — это Драко дал ожерелье Кэти? Матич-старший замер. Он вглядывался в грустное лицо дочери, которая была в ожидании ответа. Она и сама всё понимала. Но ей нужно было подтверждение своим догадкам. Ей было больно это осознавать. И мужчина пожалел, что не запретил ей общаться с Малфоем ещё в тот день, когда застал их вместе в кабинете зельеварения. Она бы не стала к нему привязываться. — Я не знаю, — сглотнув, соврал он, наблюдая, как Кэт недоверчиво кивает, но принимает ответ.***
В этом году Катерину всё-таки заставили на Рождество отправиться к семье Уизли. Рядом с отцом Катрин не могла провести праздники, ведь у него вновь были срочные дела с Орденом Феникса, в какие он её не захотел посвящать. Впрочем, ничего нового. Это было первое Рождество, которое она праздновала не с Дином. Было немного непривычно, но от этого атмосфера в доме Уизли была не менее тёплой и родной. Молли заставила черноволосую надеть платье, оправдывая тем, что сейчас же праздники и выглядеть они должны все по-праздничному. Кэт отдёрнула край короткого красного платья, которое ей когда-то подарил отец. Все вокруг суетились, пребывая в шикарном настроении. Дом был украшен всякими рождественскими безделушками, а на столе уже красовался большой торт, который Молли сделала вместе с Катрин. Девушка решила не быть нахлебницей и поэтому много помогала миссис Уизли, за что та была безмерно ей благодарна. Матич бросила взгляд на воркующих Гарри и Джинни, которые тихо смеялись и ели печенье сидя на диванчике. Поттер так и не захотел поговорить с Катрин. И от этого ей было ужасно грустно. — Очень жаль, что у твоего отца не получилось приехать, — проговорил мужской голос прямо на ухо девушки, которая не заметила, что уже минуту смотрит в одну точку. — Испугалась? — с задорной улыбкой спросил Фред. — Ничего я не испугалась, — расплылась в широкой улыбке Катерина, оборачиваясь к парню, что до этого так и стоял за её спиной. — О, нет, ты испугалась, — хохотнул он, мимолётно касаясь волос Кат. — Я видел, как ты вздрогнула! — Ладно, ты прав, — протянула она, упираясь спиной о стену. Фред встал совсем рядом, упираясь одной рукой рядом с её головой. — Что между вами произошло? — спросил он, кивая в сторону наблюдающего за ними Гарри. — Я спрашивал у Рона и Джинни, но они молчат как рыбы! — Ничего. — Не ври мне, Катерина. — Что за манера называть полным именем? — смешно скривилась девушка, умилив парня. — Ты как мой отец… — Желаешь называть меня папочкой? — поиграл бровями он, получив лёгкий удар по плечу от девушки. — Ауч, рукоприкладство! — Переигрываешь, Уизли, — пригрозила пальцем Матич строго, но не сдержалась и рассмеялась. Фред готов был поклясться, что готов слушать её смех вечность. — Пойдём, покажу тебе что-то. Не дожидаясь её ответа, рыжеволосый схватил её за ладонь, переплетая пальцы, и потащил куда-то по лестнице наверх. Катрин знала, что неправильно поступает. Она позволяет ему быть влюблённым в неё, но она понимает, что ей нравится совсем другой. Фред вывел её на балкон в своей комнате, где она ещё ни разу не была. Вид, что открывался и вправду был завораживающий. Звёзды отсюда казались по-особенному яркими, а виднеющийся впереди лес ещё более могущественным и великолепным. Но почему-то это не произвело на неё должного впечатления. Ей было стыдно. Фред ведь такой милый, добрый, заботливый, он бы мог сделать любую девушку счастливой! Но не Кэт. — Омела, — сказал неожиданно Фред. Катрин недоуменно посмотрела на него, а затем перевела взгляд наверх, куда смотрел и он. Омела пускала веточки, не без магии, конечно. Белые бутончики раскрывались, давая созерцать волшебникам замечательную картину. — Теперь ты всё-таки обязана меня поцеловать, — ухмыльнулся Уизли, нависая над девушкой. Его руки обвили тонкую талию Кат. Он не видел сопротивления с её стороны, и это не могло не радовать. Парень не медлил, и уже через секунду притянул её к себе и поцеловал. Трепетно, невесомо, передавая ей всю нежность, на которую только способен. Совсем не как… Драко. Матич сильно ругала себя за эти мысли сейчас, но ничего не могла сделать. Этот грёбаный сероглазый павлин засел в ней так глубоко, что она едва могла отделаться от мыслей о нём. От этого становилось только хуже. Почему мы всегда выбираем тех, кто нам не подходит? Почему не выбираем к кому что чувствовать? Всегда влюбляемся в тех, кто был полной противоположностью всех твоих ожиданий, разрушая в крах все иллюзии. Выбираем самого неподходящего для нас человека, но того, на фоне которого меркнут все остальные. И даже самые нежные и милые не заменят того, что уже запало тебе в душу. И ты ничего не сможешь сделать с этим. Ты будешь просто продолжать тонуть в этом. — Фред, — отстранилась Катрин, с сожалением смотря парню в глаза, — прости. Я не могу. — Почему? — в его голосе послышалось такое разочарование и боль, что она невольно закрыла глаза, чтобы собраться с мыслями. Она впервые слышит такого Фреда. — Что не так? — Проблема не в тебе, правда, — Матич коснулась лица юноши. Уизли немного дёрнулся, но руку её не убрал. Он хотел чувствовать каждое её движение, но это делало ему больно. — Поверь, я бы выбрала тебя, если бы могла… — Тебе нравится кто-то другой? — догадался он. — Это Гарри? — Что? — не поверила Катрин. — Нет! Фред, не имеет значения кто это! Я даже не уверена, что он мне нравится… Я не знаю, что я чувствую, — последние слова она уже проговорила намного тише. Уизли всё понял. Парень лишь коротко кивнул, притягивая Катерину к себе для объятий. Теперь эти объятия были больше похожи на дружеские. Матич уткнулась носом в ключицу Фреда, выдыхая. Она знала, что он поймёт её. Он всегда понимал её, как никто другой. Потому что он всегда уважал мнение Кэт. Даже если это делало ему больно.
