Глава двадцать вторая
8 августа 2020 г., 10:59
***
Морской солёный воздух заполнял лёгкие, давая возможность чувствовать себя бодрее и комфортнее. Солнце уже опускалось за горизонт, окрашивая небо в тёмно-оранжевый свет. Крики чаек и удары маленьких волн разбавляли звенящую тишину. Катрин сидела на том самом камне, поджимая ноги к себе и вглядываясь в морскую гладь, утопая глубоко в своих мыслях. С тех пор, как он ушёл, прошло уже больше трёх дней. Чувство опустошённости внутри остро ощущалось, и это вгоняло девушку в лёгкую форму депрессии. Последние три дня она ходит сама не своя, постоянно в размышлениях и не может сконцентрироваться на чём-то определённом. Из рук всё валится, нежелание поддерживать с кем-то разговор. Катрин будто стала тенью себя прежней, и сама этого не заметила. Она раньше плевалась на тех девчонок, которые «теряют» себя после расставания с парнем, но сейчас осознаёт, что она та самая девчонка. Ситуация у неё, конечно, серьёзнее, ведь от этого зависит безопасность и жизнь дорогого ей человека, но осознавать то, что рядом его нет и что быть они вместе не могут ужасно больно. Иногда у неё мелькает в мыслях то, что мама не одобрила бы её такое поведение. Ей сейчас слишком сильно не хватает Елены и Дина. Старший Матич так и не смог приехать, ведь знал, что это слишком рискованно. Пожиратели смерти могут выйти на неё таким образом, этого нельзя допустить. Матич пыталась вспомнить тот момент, когда её жизнь начала превращаться в дерьмо. Когда поступила в Хогвартс? Или когда познакомилась с Драко? Скорее всего, это было в день смерти Елены. А, может, и в день её рождения. — Дай мне посмотреть в последний раз в твои глаза, Лучше умереть, если с тобою быть нельзя… — тихо пропела под нос Катрин слова давно забытой песни. Конечно умирать она не собиралась, но почему-то именно эта дурацкая строчка засела в голове. Она не знала, какие следующие действия предпринимать. Она не может остаться навсегда у Билла и Флёр, стоит думать, что делать дальше. Вернуться в школу? Довольно странно и самоубийственно, ведь Пожиратели там на каждом шагу. Может, в Россию? Идея кажется неплохой до тех пор, пока она не вспоминает о своих близких, которым приходится сражаться против Тёмного Лорда. Катрин вдруг вспоминает о лучших друзьях, от которых она до сих пор не получала никаких вестей. Жалеет, что не пошла тогда с ними. Не поддержала их, оставила одних. Да, она дала обещание отцу, но просто так оставить Гарри, Гермиону и Рона… Матич становится стыдно от того, насколько она ужасный друг. Катрин едва сдержалась, чтобы не закатить глаза, когда рядом с ней встала Флёр. Знала, что девушка просто пытается ей помочь, и она не должна злиться на неё. Но Кат не нужна ничья помощь. Она вполне может и сама со всем справиться. Ненавидела жалость по отношению к себе. Не знает почему, возможно, от воспитания родителей, но даже в раннем детстве терпеть не могла, когда её жалеют. Её это только больше расстраивало и угнетало. — За несколько дней до твоего прибытия с… — блондинка так и не решилась произнести его имя вслух, слегка запнулась, наблюдая за тем, как с интересом в глазах подняла голову волшебница, — я не хотела тебе говорить, ведь ты и так была слишком загруженная… — Что такое? — не выдержала Катерина, слегка хмурясь и настораживаясь. — Рон был у нас. Эти слова выбили почву из-под ног черноволосой. Все звуки вокруг будто затихли, и она не слышала ничего, кроме своих мыслей. Не видела ничего, кроме голубых глаз Делакур, которая неловко улыбалась. Теперь в голове Матич билось в сотни раз больше вопросов, вроде: «почему только Рон?!», «куда он пошёл потом?!», «в порядке ли он?!». Но ничего из этого она не смогла произнести вслух, ведь услышала недалеко знакомый до боли голос. Ещё совсем юношеский, но при этом наполненный серьёзностью и мужественностью. Вначале она подумала, что вовсе потеряла рассудок, но взгляд Флёр говорил об обратном. Катрин поднялась на ноги, медленно, так, будто до сих пор не верит. А затем прозвучал тонкий девичий голос, уставший, но от этого не менее приятный для Матич. — Почему… почему ты раньше мне не сказала? — запинаясь спросила кареглазая, переводя взгляд на Делакур. — Я не могла быть уверенной, что они вернутся сюда, Кэт. Я не хотела давать тебе напрасных надежд. Компания из четырёх человек стояла совсем недалеко и уже заметили остолбеневшую Матич. Девушка уже и вовсе забыла о чувстве вины, которое грызло её буквально минут десять назад. Она сделала несколько шагов к друзьям, а затем сорвалась на бег. — Господи… — тихо прошептала она на ухо Гарри, уже повиснув на нём, сжимая в своих крепких объятиях. — Ты жив… Девушка ощутила, как сильные руки парня прижимают её ближе к себе за талию. Гарри Поттер здесь, рядом. Живой. Он один из самых близких для Катрин людей. Не было ни дня, чтобы она не думала о том как же он там, жив ли. Но он снова здесь. Как же сильно она скучала по нему. — Ты немного изменилась, — заметил Мальчик-который-выжил, оглядывая подругу, отпуская её и давая возможность обнять остальных. — Сочту за комплимент, Избранный, — закатила она по-доброму глаза и, счастливо улыбнувшись, обняла Полумну, а затем и Рона с Гермионой. Катерина действительно изменилась с тех пор, как Гарри ушёл. Повзрослела, фигура теперь была полностью сформирована, хоть и была она сейчас заметно худее, чем при последней их встрече. Чёрные волосы теперь были едва ниже плеч, а с губ пропала та беззаботная улыбка. Нельзя сказать, что выглядела она сейчас хуже, но по-другому так точно. В данный момент Катрин забыла о том, что тревожило её эти несколько дней. Она была счастлива увидеть своих друзей целыми и невредимыми. — Может, пойдём в дом? — предложила Флёр, на что ребята тут же согласились. Катрин лишь обхватила локоть Гарри и пошагала рядом с ним в «Ракушку».***
Пока Рон и Гермиона беседовали за столом, Полумна оглядывала картины на стенах, а Матич с Поттером стояли на крыльце и вели разговор. Парень поведал подруге то, через что он прошёл за время его отсутствия. Через что проходили Рон и Гермиона, как они нашли крестражи. Даже по манере разговора Катерина понимала, что перед ней уже не прежний Гарри. Сейчас он был более осознанным и сильным, более сдержанным. — Мы были в Малфой-мэноре, — резко перескочил на эту тему волшебник, опуская взгляд на внимательно слушающую его подругу. — Они не смогли узнать меня из-за заклинания, но они пытали Гермиону. Катерина сделала глубокий вдох и выдох, а взгляд метнулся к сидящей за столом Грейнджер. — Я знаю, что тебе важно это услышать, — продолжил парень, — Драко узнал меня. Даже под действием заклинания он узнал меня. Но не сдал. Сделал вид, будто не понимает. А после помог сбежать. Аккуратно, так, чтобы его в этом не заподозрили. Но я знаю, что это был он. Отвлёк в нужный момент Беллатрису, открыл клетку. Я понимаю, что он сделал это не ради меня, Кэт. — Он был здесь, со мной, помог мне сбежать оттуда, когда меня хотели убить, — промолвила она. — Но в один момент он слишком резко собрался и сказал что уходит, ничего не объясняя, — нахмурилась кареглазая.— Он будто ведёт двойную жизнь, будто мечется между двух огней. Там его семья, которую он не хочет подставлять, но здесь я… мы, которым он помогает. — Это может означать, что с ним кто-то связался? Специально вызвали для того, чтобы он опознал меня? — Но он не выдал тебя… — Неизвестно какие у него были мотивы. На эти слова друга Катерина лишь закатила глаза, понимая, что другой реакции и слов от него и не ожидала. Драко — Пожиратель смерти, он никак не может быть хорошим. Но ведь все действия его, когда он помогал им, нельзя считать хорошими? — Мне нужно поговорить с Гоблином, — вмиг произнёс Поттер Биллу, который как раз стоял неподалеку. — Гоблином? — недоумевала Матич. — Вы ещё с собой кого-то притащили?***
Катерина стояла в комнате со своими друзьями, где Гарри вёл переговоры с тем самым гоблином. Он работал в банке, Поттер узнал его сразу. Кат не особо любила этих маленьких человечков, ведь они были до жути озлобленные и строгие, поэтому предпочла молча стоять в сторонке, вслушиваясь в разговор присутствующих всех в комнате. Собственно, разговор был о мече Гриффиндора, который беззаботно стоял у стены. Беллатрису выбесил тот факт, что он у Гарри, ведь она свято верила, что тот меч, что у неё в хранилище то не подделка. И когда прозвучало в разговоре знакомое имя, Катрин решила вклиниться в разговор: — Северус спрятал поддельный меч в сейф Беллатрисы? — с недоверием произнесла она. — Но зачем ему это? — В сейфе Гринготтс предостаточно удивительных вещей. Гоблин даже не повернул голову в сторону девушки, полностью сосредоточенный на Гарри. Его тон был до ужаса двусмысленным, и Поттер понял почему. Крюкохват всё это время намекал на то, что в сейфе Лестрейндж может быть крестраж. После того как Мальчик-который-выжил произнёс свои планы попасть в хранилище Беллатрисы, гоблин отказался помогать. Он искал свою выгоду, но не в деньгах. И Гарри согласился. Меч Гриффиндора в обмен на проникновение в сейф. Катрин лишь раздражённо взглянула на Крюкохвата и фыркнула, понимая, что не зря недолюбливает этих существ. Катрин решила не заходить к Олливандеру с друзьями, прекрасно понимая, что они даже не знакомы. Вряд ли старик будет откровенничать при незнакомцах.***
— Ну и жесть же! — громко прокричала Катерина, когда всё же удалось попасть в Гринготтс. Сейчас они с невероятной скоростью спускались в сейф Лестрейндж. Крюкохват предложил Гермионе выпить оборотное зелье, чтобы она приняла облик Беллатрисы. Играла роль сумасшедшей она просто ужасно, и Рон даже сказал, что пожалел, что на эту роль не взяли Катрин, ведь «безумную» ей играть намного проще. За свои слова он немедленно отхватил оплеуху. Когда на них вылилось огромное ведро воды, а стоп-кран отказывался работать, Катрин начинала немного паниковать. Гермиона уже приняла свой облик и смотрелась нелепо в дурацкой одежде, так ещё и вымокшей насквозь. А спустя секунду подростки почувствовали, как почва под ногами испаряется, а сами они летят вниз. Крик вырвался из их груди, но это было недолго. Они затормозили в нескольких сантиметрах от земли, а затем аккуратно опустились. Ощущение было не из приятных. Мокрая насквозь одежда липла, вокруг сыро и грязно. Было достаточно темно, ничего не видно дальше пятнадцати метров. Рядом послышалось гоблинское кряхтение. — Какого лешего здесь…? — не успел незнакомый гоблин договорить, как Матич, закатывая глаза, промолвила тихое: «Империо». — Пойдём, — кивнул Гарри, потащив друзей за собой. Катерина коротко переглянулась с Грейнджер, когда послышался чей-то рык. Знакомый, так делают только драконы. Напряжение возрастало, а когда перед ними появился и сам дракон, то дышать стало намного тяжелее. Огромное существо какого-то серого цвета, с красными глазами и большими клыками. — Украинский железнобрюх? Будто в ответ на слова Рона дракон поднялся на лапы и громко зарычал. Огонь вырвался из его пасти, но цепи продолжали его сдерживать. Крюкохват начал шуметь, стучать по металлу, объясняя это тем, что дракон привык к тому, что за шумом следует боль. Существо тут же сжалось и заскулило, как бы сдаваясь. Катрин на пару секунд стало его даже жалко. Когда они попали в сейф, там оказалось ещё темнее, так что пришлось применить люмос. Внутри было слишком много золота, украшений, различных безделушек и непонятных вещей. Лестрейндж не стала бы сносить сюда всякий хлам, но было похоже на это. — Акцио Крестраж! — выговорила Матич, а затем пожала плечами, когда ничего не произошло. Рон лишь приподнял брови и посмотрел на неё как на идиотку. — Что? Попробовать стоило. — Эта магия здесь не действует. — Он здесь, Гарри? Ты что-нибудь чувствуешь? Поттер лишь судорожно закивал и продолжил оглядывать комнату. Катерина и понятия не имела, как выглядят крестражи, поэтому просто стала делать вид, что подозревает каждую вещицу в сейфе. И когда по нелепой случайности она задела стоящую дурацкую статуэтку и та упала на пол, то буквально почувствовала, как гоблин сзади закатывает глаза. Но всё оказалось не так просто. Эта статуэтка тут же начала множиться, то есть, вместо одной теперь было целых десять, которые продолжали множиться. Грейнджер и Уизли округлив глаза наблюдали за этим, а Рон ещё и умудрился также уронить какую-то вазу, которая начала проделывать те же действия, что и статуэтка. И пока Гарри кричал что-то о том, что нашёл крестраж, Катрин пыталась отойти от обезумевшей статуэтки. — Они добавили заклятия умножения! — крикнул Крюкохват. — Всё чего вы коснётесь — умножится! Катрин осознаёт, что переставлять ноги всё тяжелее, ведь вещи только продолжают умножаться и уже достигли колена. Гарри схватил меч и попытался пробраться к крестражу, но выходило у него это плохо. Грейнджер крикнула, чтобы никто не двигался, но это не касалось Поттера. В конечном итоге ему удалось схватить кубок, который и был крестражем. Дышать в этой груде металла становилось всё тяжелее. Крюкохват начал кричать что-то о том, что в уговоре было только то, что он должен провести их внутрь и свою часть договора он выполнил. Теперь он требовал меч Гриффиндора. И когда он его получил, то промолвил что-то о том, что не обещал, что выведет их обратно. В этот момент Катерина осознала, что их знатно так надули. — Крюкохват, маленький ты идиот! — прокричала Катрин, выбежав на небольшой «балкон», наблюдая как гоблин хохоча убегает, крича при этом «воры», чтобы на них обратила внимание охрана. Та самая «охрана» тут же принялась обстреливать тот самый балкон. Подростки спрятались за колонами и пытались придумать план действий. — Знаете, а мне вас не хватало, давно мы все вместе не попадали в подобную задницу, — умудрилась пошутить Матич, но улыбка сползла с её лица, когда совсем рядом что-то стрельнуло. — Редукто! Балкон взорвался. У Катрин возникла одна безумная мысль, которая может их или погубить, или же наоборот спасти. Искренне надеясь на второй вариант, девушка пробежала и запрыгнула на спину тому самому дракону, слыша лишь от Рона что-то о том, что она сумасшедшая. — Чего вы ждёте?! Прыгайте! Когда все успешно забрались на железнобрюха, Гермиона взорвала цепи, которые его сдерживали, освобождая. Дракон довольно прорычал и стал взбираться вверх. Гоблины никак не хотели отставать, поэтому Матич решилась на отчаянные меры, запустив в них парочкой заклинаний. И наконец дракон вырвался на свободу, жалобно заскулив. Ему было больно от большого количества ран, от цепей, сжимающих его горло. Но при этом он наконец почувствовал запах свежего воздуха и свободы. Железнобрюх взлетел, но и это ему было тяжело. Крыльями и хвостом он разрушал высокие здания, но спустя некоторое время привык и взлетел в небо, при этом издавая радостный вопль. — Это было просто гениально! — уже воскликнул Уизли, прижимаясь ближе к дракону.***
После «удачного» приземления в воду, Гарри рассказал друзьям о том, что у него вновь было видение. Волан-де-Морт знает о том, что подростки ищут крестражи. Он зол и напуган, стал ещё опасней. От этого уверенности не прибавилось. Так же Гарри узнал о том, что один из крестражей находится в Хогвартсе, что заставило их трансгрессировать в Хогсмид. Как только компания оказалась в деревушке, то раздался сигнал тревоги. Недоуменно переглянувшись, они быстро сориентировались и спрятались за домом, прекрасно понимая, что их ищут Пожиратели смерти. — Нужно что-то делать, — шёпотом проговорила Катрин, но резко замолчала, когда совсем рядом пробежали мужские ноги. Сам Пожиратель не заметил подростков. Поднявшись на ноги, они попытались максимально тихо пробежать вперед, чтобы найти укрытие. Сигнал тревоги теперь звучал совсем рядом, и они уткнулись в тупик. — Чёрт! Нервы Матич знатно сдавали, ведь калитка не давала пройти дальше. Она была заблокирована, и было ясно, что совсем скоро их догонят. — Эй, Поттер, сюда! — с приоткрытых в хижину дверей послышался старческий голос. Подростки лишь напряженно переглянулись, но по очереди вошли в деревянные открытые двери. Когда они спустились по ступенькам вниз, то Катрин лишь одна озвучила мысли о том, что ей показалось, будто Дамблдор воскрес из мёртвых. Этот незнакомец был слишком явной его копией, но Гарри попытался заткнуть девушку, когда старик стал спускаться к ним. — Наивные глупцы, зачем вас сюда принесло? — начал говорить мужчина, оглядывая друзей. — Вы хоть представляете, насколько это опасно?! — Вы Аберфорт? — спросила Матич, с интересом оглядывая старика. — Брат Дамблдора? — Это Вас я видел в осколке! Пока Гарри и Аберфорт обсуждали зеркало, что висело на стене, Катрин краем глаза разглядывала девушку на картине. — Вы что-нибудь слышали о других из Ордена? — Ордена больше нет, — грустно произнёс Дамблдор. — Сами-знаете-кто победил. Кто думает иначе, лишь обманывает себя. Катрин вздрогнула на этих словах. На что она надеялась? Что они до сих пор сплоченно работают и спасают людей? После того как погиб Грюм, всё пошло наперекосяк. Как там отец? Она даже этого не знала. Тёмный Лорд мог убить его или же подчинить себе, как сделал это со Снейпом. Сейчас не осталось никого, кто смог бы помочь им. И сейчас, едва улавливая разговор Гарри с Аберфортом, она понимает, что даже в Хогвартс им тяжело попасть. Ни у кого не осталось надежды на спасение, на освобождение. Спустя некоторое время после того как Ариана, девочка с картины, куда-то отправилась, на полотне стало появляться две приближающиеся фигуры. А затем тайный ход отворился. — Невилл! — радостно воскликнула Матич, едва не подпрыгивая на месте от счастья. — Привет, славянка, — также улыбаясь, произнёс он, слегка обнимая её. — Выгляжу я «не фонтан», но это вы ещё Симуса не видели!
