Nos vemos

Один день сменял другой, солнце становилось луной, а лазурные небеса — звездными. Время шло не оставляя ничего, кроме подчинения своим законам и так в их распоряжении осталось всего два дня. Если посмотреть на первые три все определенно отличалось, вне камер точно или так показалось стаффу. Четвертый и пятый совместные дни точно не были похожи на все предыдущие, они были неловкими, атмосфера между ними поменялась. Юнги и Сабрина у них было много недосказанности и давящее напоминание завязывающегося спора, который, как оказалось, был не нужен обеим сторонам, но из-за принципа и гордости никто не решался отступить. Тэхен и Элизабет, если первый старался обойти неловкость и всячески шел на контакт, ведь попросил не замечать, а она не могла, после ее жизненного опыта, который она бы хотела забыть, как страшный кошмар, она не могла позволить себе данную роскошь. Ее болезнь бы не позволила зажить красивой жизнью, она играла любовь на объективы камер, страстно целовала, но не могла позволить себе любить и привязываться, ведь за это была высокая ставка, и переживать это снова выше ее сил. Их совместные дни постепенно уменьшались, но недосказанности увеличивались. — Встаньте ближе к друг другу, — стафф продолжал командовать и говорить, куда им встать и что делать. Им показалось, что что-то тут не так, как должно было быть, но решили списать на усталость и немного на то, что познакомились друг с другом совсем недавно. Совместная фотография на фоне переливающихся лунным светом волн, стала своеобразным завершение их четвертого дня пребывания в прекрасном жарком Сиднее. Спустя три часа в доме стояла полнейшая тишина, после того, как они вернулись, еще немного поиграв на камеру, выключили их и разбрелись по территории дома. Арджент молча взяв гитару, побрела на пляж, почему-то сейчас у нее постоянная муза и написанные одной лишь и гитарой мотивы песен. Рейнхарт решила ни с кем не пересекаться, поэтому взяв плеер с песнями и книгу, девушка решила сначала понаблюдать за звездами, ведь они были как на ладони, и грех было не воспользоваться подкинутой возможностью. Мин Юнги. У него были смешанные чувства, хотелось пойти к Сабрине и поговорить с ней, как вчера, но как хен он чувствовал, что прямо сейчас нужен своему тонсену и было бы глупостью отдать предпочтение малознакомой, но занимающей практически все мысли девушке, поэтому прихватив две банки пива, он последовал за Кимом, хмуро скрывшимся за дверью своей комнаты. Мин не застал младшего в комнате и решил, выйти на балкон. Облокотившись на перила, стоял Тэхен, с поднятой головой и смотрел на небо. — Рассказывай, — брюнет не любит церемониться — это не отберут ни время, ни обстоятельства. Он всегда выслушивал их, к нему часто приходили за советом, хотя так было с каждым из них, не считая, конечно, макнэ и Тэхена, один был ребенком, другой вел себя, как ребенок. — Кажется, — Ким сделал глубокий вдох и опустошил свои легкие одним тяжелым выдохом, — мне уже можно писать песни про разбитые вдребезги сердца. Она сказала, что я полюбил не того человека и попросила оставить ее, — молодой человек до сих пор отчетливо помнит, как тени собственных рук стиснулись в плотный круг вокруг его шеи, как сердце вырвали и оставили пустоту. Все не так плохо, если не вглядываться. Он был долго влюблен в селебрити и вот ответ. — Слишком рано для таких изменений, — Шуга улыбнулся уголками губ и отпил из банки, — не ломай концепт нашей группы. — Хен, — Ви хоть по большей части любитель вина, а точнее, белого вина, но пиво он как-нибудь тоже сможет пережить, — думаешь, успею все исправить? — он не смотрит в сторону Мина, но почему-то знает, что тот согласно кивает головой, со стороны пляжа слышится игра гитары и красивый глубокий женский голос. — Скорее не исправишь, а сможешь добиться ее, — у брюнета есть много переживаний насчет грядущего. Невозможно знать наперед, как отнесутся их фанаты ко всему этому, но по всем итогам они тоже просто люди, умеющие чувствовать, он не сомневается в том, что у их фанатов есть личная жизнь, поэтому надеется, что они смогут понять и встать на их сторону. Музыка утихла, пока двое решили поговорить более или менее по душам, однако, кое-что заставило их замолчать и прислушаться. Саби устала сидеть в одиночестве и играть на гитаре, девушка думала, что, как и в прошлый раз, сейчас ожидаемо неожиданно рядом опуститься мужское тело, сядет, как ни в чем не бывало и усмехнувшись протянет бутылку сока, а себе оставив пиво. Последние два дня точно были такими, в первый раз она сильно удивилась и хотела сбежать, но осталась, второй раз н подсознательном уровне она ждала его, а сегодня, она хотела, чтобы он пришел, но его не было. Девушка сразу же поняла, что сюжет повторяется, ведь когда она ждет, что нужный человек сейчас подойдет, его никогда не бывает рядом, поэтому она и боится пускать людей в своей сердце. Поднявшись назад в дом, она прошла мимо комнат Лизи, Шуги и, остановившись между своей и Ви, ответила на телефонный звонок. — Привет. Тяжелый вдох и выдох, она не знала, как реагировать на информацию, которая так резко обрушилась на нее. Нет. Никто не умер, все живо, если не морально, то физически точно. Но прошлое подруги заставило усомниться и в себе и в своей адекватности и злиться на себя, потому что именно она настояла, на ее участие в этом проекте. — Прости меня. Я… я не знала, что тебе пришлось пройти через это. Но мне больше начинает казаться, что это шоу большая ошибка. Я надеюсь, ты сможешь пройти через это. Да, давай поговорим после. Девушка прислонилась к стене и прикусила губу. — Интересно, еще не поздно от всего отказаться, я не хочу больше в этом участвовать. Блондинка улыбнулась, почему-то в таких ситуациях она все чаще начинала улыбаться, чем терять самоконтроль. Их пребывание здесь постепенно заканчивается и стоит оставить хорошие воспоминания здесь, в Сиднее. А плохие мысли зарыть глубоко в себе и поставить на них замок, чтобы не выходили дальше своих четырех стен и оставались на привязи. Девушка уверена, что Лизи не оценила бы то, что она только что произнесла вслух. Просто ей, как и всем остальным нужно пережить этот месяц. Несмотря ни на что. Отцепив себя от прохладной хватки стены, которая стала немного теплее и идет в свою комнату, нужно переодеться и лечь спать. Закрывающаяся дверь спальней скрывает за собой тень девушки, уходящей вглубь комнаты. — Хен… — взгляд младшего немного потерян, но он явно отражает его отрицательное настроение по поводу слов девушки. Она успела стать для него нуной. Хорошей нуной, которая давала советы темной звездной ночью, так запомнившейся Ким Тэхену, — … она ведь не уйдет? — Не переживай, — брюнет усмехается, будто он позволит так легко исчезнуть девушке, которая смогла сильно заинтересовать его персону, такую как она хотелось держать рядом с собой и никуда не отпускать, — я поговорю с ней. — Ког… — не успевает Ким закончиться свой вопрос, как его останавливают действия старшего, который вернувшись к столику, ставит на него, и возвращается к Киму. — Прямо сейчас, — Мин настроен решительно и тихие слова Кима, что уже не то время, чтобы говорить с Арджент в столь позднее время, он попросту его не слышит и выйдя из комнаты, в два шага и стучится в дверь, но не дожидаясь, просто сам открывает ее и заходит в комнату. Девушка успевшая натянуть пижамные штаны и топ, смотрит в сторону Юнги с укором в глазах, ее можно понять, каждый хочет побыть в одиночестве, такое нормально и нe желание отрывать дверь и избежать разговора, будь этот человек, хоть кем угодно, тоже является ее выбором, но Юнги лишил ее этого выбора. — Кто позволил тебе переступать порог этой комнаты? — она злиться, ей сложно и на разговоры по душам она не настроена больше, ждала на пляже, когда он придет, но момент исчез во времени и просто потерял свой смысл, кажется в этом мире нельзя ни к чему привыкать, ведь чаще всего именно привычка бьет больнее всего, как странно, что она смогла привыкнуть к этому человеку так быстро. — Думаю, нам стоит поговорить, — Шуга подходит ближе к девушке, что стояла около стеклянной двери и бездумно смотрела куда-то вдаль, она даже не обернулась, но его смутило то, что девушка сразу же поняла, кто именно стоит за ее спиной, возможно, ей подсказало зеркало, что в легком мраке комнаты отражало его темную фигуру, а может голос, хотя он заговорил после того, как его практически выгнали назад за дверь. — Не хочу, — она повернулась лицом к человеку, который встал рядом, буквально протяни руку и дотронешься до его плеча, но ей это сейчас не нужно, нужна тишина и одиночество. — Я не спрашивал, — от Юнги слышен запах пиво хоть он пил не много, но шлейф все же сильный, у Саби нет проблем с запахам алкоголя, но сейчас он ей не нравиться, — я утверждал, — он хватает девушку за руку, возвращая в изначальное положение, ведь после своих слов она просто уходит, но комната все еще ее и вряд ли блондинка ушла бы далеко, но Мину не нравиться, что его в принципе не хотят слушать. Их нынешнее положение заставляет в памяти вспыхнуть картинку похожую на эту, та же щекотливая ситуация и множество недосказанностей, повисшей в воздухе, что хоть шпагой руби все равно ничего не поменяется. Контраст от холодной поверхности и теплого дыхания заставляет тело покрыться мурашками и прикрыть глаза. Она не хочет разговора, а тело не хочет противиться ему, Мин Юнги. Почему-то в последнее время именно у него есть определенные способы давление на нее и она уверена, что в следующий раз точно так же отреагирует. Прижав ее, он думал, как начать разговор, но в мыслях усмехался сам себе, опять не сдержался. Мин не знал, как они выглядят со стороны, но был уверен, что хрупкая фигура девушка очень гармонично смотрелась в его руках и должна была оставаться только в его руках, назад пути уже не было, возможно, точка невозврата наступила в тот день, когда они поспорили. Он знает, Сабрина Арджент останется в его жизни и после шоу и станет одной из важнейших людей, по правде говоря уже стала. — Я не хочу, чтобы ты бросила это шоу, — хриплый голос заставляет немного вздрогнуть, а руки сжать. Она медленно поднимает свои сжатые в кулачки ладошки, но не дотрагивается до его спины, оставляет воздух между, несмотря на то, что греется в его объятьях. — Откуда? — узнать собственный голос в этом хрипе становиться тяжело, даже обладательнице, она и не заметила, что соленые капли падали со щек на его толстовку, заставляя ее мокреть, — это было на эмоциях, я не собираюсь уходить Юнги, — она все же обнимает его, беря в плен клочок ткани. — Вот и хорошо, — выдох, будто все сложное ждущее их где-то впереди никогда не случиться. — Отпустишь? — слезы сменились улыбкой, но ему не видно. — Нет. И она больше не сопротивляется, у них все сложно, но и одновременно с этим слишком легко, трудно определить какие отношения, но точно, что-то не чисто. Утро предпоследнего дня начинается совсем не к месту, ни для Тэхена, ни для Элизабет и не для двух неспящих людей, которые провели вместе все это время. Для них это значило больше громких слов, которые когда-либо могли быть произнесены вслух. — Ты же приготовишь завтрак? — вроде, и просит, но в то же время уверен, что ответ точно не будет отрицательным. — Я думала, что это сделаешь ты, — девушка поворачивает голову, точнее поворачивается на бок и улыбается, — ты же у нас повар данной компании. — Не наглей мелкая, — недовольство искусственное это видно даже по его выражению лица, он не хочет готовить, но и отпускать девушку тоже. Надеяться на Тэхена нет смысла, ведь в таком случае они точно останутся голодными, а насчет Рейнхарт он не уверен, кажется, ситуация сложная и в последний день она очень хорошо играла, скрывая свои настоящие чувство, он прекрасно это знает, ведь каждый из них отыгрывает свою роль на камеру со времен их общего дебюта. — Вредный, — девушка выпутывается из рук молодого человека и садиться на кровати, — я надеялась, что прокатит. — Обещаю присутствовать во время готовки, — все так же лежа, отозвался Мин, еще сильнее раздувая недовольство. — Ты сначала доберись до своей комнаты. Встав с теплого места, девушка идет к гардеробу, вытягивает оттуда рваные джинсы больше похожие спереди на шорты и длинную футболку черного цвета, после держит путь к ванной комнате. Совершенно не обращая внимание на недовольное бурчание за спиной, закрывает дверь, не забыв про замок, мало ли может еще и туда ворвется, слыша смех по ту сторону двери. Кажется, у них все хорошо. Усмешка медленно тянется по губам Тэхена, когда он замечает девушку в дверях своей комнаты с утра пораньше. На ней красивое платье в пол, легкое и воздушное, цвета пыльной розы. Она стоит, подперев левым плечом косяк двери, и нервно смотрит сквозь него, но не отводит взгляд пытливо смотря на развернувшийся позади парня пейзаж, будто у него будут ответы на все ее вопросы, на которые уже третью ночь не может ответить потолок в собственной комнате, что же попытка была провальной. Приподняв руку, украшенную различными дорогими браслетами из розового и белого золота, стала теребить мочку уха, которое обрамляли сережки с капельками и постепенно с каждой новым пирсингом становились меньше. Она все же делает последний шаг, заходит в комнату, закрывая дверь и сразу же прислонившись к ней спиной, делает тяжелый вздох. — Я считаю, — девушка с цветом волос жемчуга долго пыталась собраться для этого разговора, как минимум сорок восемь часов и в итоге так и не смогла этого сделать, самая обидная часть того, что ждет ее, она не имеет не малейшего понятия, что делать с сложившейся ситуацией, если по итогу все пойдет коту под хвост, — что нам нужно поговорить. — Да ты что? — скептицизм и сарказм в голосе Тэхена — это отдельный вид искусства. Скрестив руки на груди, Ким недовольным лицом разглядывал девушку, стоящую перед ним. Прошло гребаных сорок восемь часов, прежде чем это особо решила начать с ним разговор, зная о том, кем для него является и все же она мастерски избегала разговоров с ним на протяжении этого времени вне камер, — а я думал, ты будешь вечно бегать от меня, нуна. — Я не избегала тебя, — блондинке стало не удобно, не могло все быть настолько очевидно, она же актриса, в конце-то концов. Хотя… чего уж думать, когда человек постоянно по-тихому уходит куда-то, избегает и предпочитает одиночество, вперемешку с музыкой и книгой. Черт. Насколько сильно же она прокололась. — Нуна, если не хочешь со мной говорить можем закончить на этом, — никому не известно насколько больно сейчас шатену, который с каменным выражением лица говорит все это девушке, которую успел полюбить, даже не зная ее лично и обосновываясь на словах людей, с которыми она дружит или успела поработать. — Я хочу, — она улыбается и мягким взглядом смотрит на младшего, — я не могу обещать, — она нервно играет с кольцами на руке, то с одним, то с другим, вертит, снимает вновь возвращает, но делает шаг к нему, — но у нас еще есть время, — она останавливается в пяти шагах от него и улыбка становиться нервной, — я постараюсь полюбить тебя. — Ощущение, будто ты делаешь одолжение, — Ким отводит взгляд и горько усмехается, смотрит на заправленную кровать, а после на зеркало, что так выгодно отражало фигуру полюбившейся особы, — мне это не нужно. — Это не одолжение, а если дальше будешь так думать, — она замолкает, следит взглядом за Кимом и смотрит в ту же сторону, натыкаясь на зеркало, — то тебе следует знать, что я делаю это для себя, — она задерживает дыхание и виновато смотрит на молодого человека, — если ты, конечно же, позволишь. И она улыбается, как только замечает слегка неуверенный положительный кивок головой. Они пожимают руки и девушка исчезает, все это было сном, Ким просыпается. Сабрина беситься уже около полчаса, потому что Мин Юнги, известный повар вся из BTS, один из них, во всяком случае, только и делает, что мешает ей уж лучше в таком случае пусть себе дальше лежал в ее комнате, она ему бы принесла завтрак в постель. — Мин Шуга, — девушка снова недовольно посмотрела на Юнги и ударила по руке, которая типа не заметно тянулась в сторону вафель, так аппетитно смотрящих из тарелки прямо на Мина, маня его к действиям, — еще один раз такое действие с вашей сладкой стороны и ты, — гневно прищуренные глаза из-за чего разрез ее больших глаз стал больше походить на азиатский и пухлые губы принявшие форму плоской нитки, — останешься без завтрака даю заранюю гарантию. — Ты не можешь оставить меня без завтрака, — смотрит в ответ так же недовольно, но с нескрываемой улыбкой на губах, — потому что любишь меня. — С чего такая уверенность? — ложа последнюю тарелку с вкусными вафлями, она кидает беглый взгляд в сторону молодого человека и закатывает свои нефритовые глаза. Пожимающие плечи и улыбка становятся ответом на ее вопрос и даже возражения не встречают, лишь тяжелый вздох, Юнги думает, что слишком странное влечение у него к этой даме и становиться немного не по себе, когда он думает: «А что будет после, когда все закончиться?» Кухня встречает в своих стенах еще одну особу, на ней шорты скалисто-коричного цвета и длинная футболка, заправленная спереди в шорты оттенка голубого топаза. Она кивает в знак приветствия и, не обращая никакого внимания, садиться за стол, для нее их отношения всегда выглядели, как парочка женатиков, у всего свои последствия. Тэхен появляется сразу за ней и поджав губы садится прямо перед девушкой, которая его отшила, кажется, его популярность в этом вопросе не смогла помочь. Как? Она ведь не фанатка. — Кстати, как вам голубые горы? — девушка начинает разговор, дабы разбавить повисшую тишину во время трапезы, последние пару дней ей максимально неловко принимать приемы пищи и она часто отказывалась от этого, оставляя трио одних. — Ощущение, будто побывал на съемках Аватара, — брюнет отзывается сразу же, поглядывая в сторону своей вроде как девушки, временной, конечно же, и тычется языком внутреннюю сторону щеки, Тэхен допивает свой апельсиновый сок, и смотрит прямо за спину на против сидящего хена, взгляд зацепился за такой прекрасный вид, который ему порядком наскучил. — Да, в тот день была прекрасная погода, — ожидание их общение совершенно изменилось, если постоянные ссоры и стычки двух старших представителей закончились, то началось полное игнорирование со стороны двух младших и это более затруднительно, чем кажется на первый взгляд. Разговоры не вяжутся, потому что в их компании в последнее время говорят двое, а для диалогов не обязательно присутствие еще двух персонажей. После того, как старшие ушли, оставив уборку на младшее поколение, которое отреагировало максимально отрицательно в два голоса соединенных в унисон твердя, что вполне справятся в одиночку у Мина и Арджент завязался диалог в гостиной, где они устроились на диване, а по ТВ показывали какой-то матч. — Ты в курсе? — девушка глянула на парня, который так удобно использовал ее колени вместо подушек. Молчаливый кивок стал ответом, либо Мин исчерпал свой словарный запас, что в принципе невозможно, ведь он пишет такие песни, что разинув рот, останешься на долгое время, либо ему лень и что-то подсказывает, что здесь более актуален второй вариант, — расскажешь? — отриацательный кивок головой и закрытые глаза. — Почему? — Потому что они не маленькие и сейчас не время для этого. Со стороны кухни слышится разве что могильная тишина и иногда соответствующие звуки уборки и мытья посуды. Двое окончательно расслабляются, принимая выражения лица нас здесь нет, вам кажется, перекреститесь на всякий случай, так мало ли. Спустя некоторое время к ним присоединяется крайне недовольный сложившейся ситуацией Ким, который пришел лишь бы сказать, чтобы они начали собираться, ведь сегодня последний день и после съемок им нужно будет ехать в аэропорт, ведь в этот раз рейс запланирован в двенадцать часов ночи. Сегодня они должны покинуть вроде как немного изменивший их город для одних эти изменения были в лучшую сторону для других не очень, но у них еще есть время для того, чтобы исправить возникшую ситуацию. У одних сейчас постепенно наступает идиллия, а у других сложный период непонимания, но все ведь возможно в этой жизни и стоит не забегать вперед. — Итак кто мы друг другу? — Пара, точнее ты моя девушка. Вопрос надолго ли все это продлиться застревает где-то на выдохе, она не может произнести вслух, не может озвучить, потому что оба знают, что длится отношения, будут не особо и долго две недели максимум три. Когда закончится шоу каждый из них продолжит путь по одиночке, но они молчат принимая как данность, интрижка длиною в две или три недели не больше. У Кима же совершено другие проблемы, он любит девушку по настоящему, не может обещать до последнего вздоха вперемешку с гробом, но то, что он полюбил ее заочно до самой встречи это точно и тут уже ничего не поможет, ему стоит лишь надеется на «взаимно» когда-нибудь, пока сердце не разлюбит. — Тэхен Он поворачивается, удивленно вглядываясь в силуэт. — Да? — Я хочу оставить все здесь в этом городе, всю неловкость и наши обиды, поэтому когда мы сядем в самолет давай забудем. — Я не хочу. — А я хочу попытаться довериться тебе не как к обычному пассажиру моего поезда под названием жизнь, если я попытаюсь, ты задержишься в ней дольше, чем на две недели, которые у нас остались. — Если ты доверишься мне и откроешь сердце, я обещаю, что сделаю все, чтобы ты не пожалела об этом. — Тогда давай начнем сначала в следующем городе? — Ты собрала вещи? Он быстро меняет тему, чтобы не оставить неловкость летать между ними в воздухе и вернуться к более спокойной обстановке. Сразу после его вопроса атмосфера вокруг них меняется, это видно по расслабленным плечам девушки, которые были напряжены, что было видно невооруженным взглядом. — Еще вчера, мне не спалось. Она неловко отводит взгляд, стараясь не смотреть на улыбающегося молодого человека, почему-то именно здесь и сейчас она чувствует себя спокойной и уверенной в словах человека напротив, будто он точно не предаст возложенные на него надежды. Что же посмотрим, что грядет к ними маленькими шагами. — А ты? — А я вот только хотел начать. — Тогда я пойду, не хочу мешать твоим сборам. Он останавливает, когда та поворачивается и собирается уходить, на самом деле парень не хотел ничего делать, но тело двинулось само. — Обещаешь, что в следующем городе будет по другому? — Даю слово. — Тогда я надеюсь на развитие наших отношений. — Договорились.