Чёртовый красный

Утро понедельника начинается с того, что я замираю перед шкафом дольше обычного, неожиданно для себя вытаскиваю красную блузку. Опять. Но на этот раз я добавляю красный шарф. Двойной, сука, удар. Совсем недавно я считала этот цвет слишком вызывающим, почти вульгарным, но теперь… он кажется дерзким и даже правильным. К тому же после субботнего вечера в Метлах я решила, что иногда можно позволить себе выглядеть так, будто ты сама себе праздник. Волосы собраны в пучок, лёгкий макияж, красные губы (тройной удар!), и я уже иду по коридору Аврората, чувствуя на себе несколько взглядов. Минди, проходя мимо, останавливается и произносит: — Ого, сколько красного. Это у тебя атака или оборона? — Настроение, — отвечаю я и, усмехнувшись, направляюсь к столу. Я только успеваю открыть блокнот, как у стола появляется Джаспер. Давно не виделись. Лучше бы так и оставалось. Чёрная рубашка, серый галстук, лёгкая улыбка. Он опирается ладонью о край моего стола, заполняя собой мое личное пространство. — Доброе утро, — говорит он, оглядывая меня с головы до ног. — Красный тебе идёт. — Спасибо, — киваю я, делая вид, что это просто вежливый обмен любезностями, хотя в голосе у него явно был оттенок, который не спутаешь. — Давно не виделись, — неловко начинает он. — На прошлой неделе загрузили работой настолько, что времени едва на обед оставалось. Но теперь стало полегче, ну, когда всех животных отправили в зоопарк. — Шутки, которые мы заслужили. Я натягиваю вымученную улыбку. — Надеюсь, они вернутся не скоро. Кстати, завтра в одном хорошем ресторане вечер живой музыки. Это приглашение или он просто пытается поддержать диалог? Даже думать об этом не хочу. — Классно, — отвечаю я нейтрально. — Ну ладно, мне нужно уже идти. А то пикси сгрызут все отчеты, — шутит он, бросает отчего-то грустный взгляд и наконец уходит. День тянется медленно, хотя работы хватает с головой. Один выезд с Минди, пара допросов, ворох отчётов — и всё это под лёгким раздражением от утренней встречи с Джаспером. Начальства не видно весь день, и от этого становится легче. К концу смены я уже мечтаю забаррикадироваться дома и ни с кем не разговаривать. Возвращаюсь к столу, чтобы забрать сумку, и замечаю, что нижний ящик чуть приоткрыт. Я точно помню, что закрывала его утром. Заглядываю внутрь: поверх папок лежит красная роза. Лепестки бархатные, стебель свежий, на бумажной салфетке под ней маленькая записка.

«Тебе очень идёт красный. Составишь мне компанию завтра на ужине?»

Я замираю, перечитывая. Красный… Конечно от Джаспера. Утром он сказал то же самое, а теперь вот — роза и приглашение. Побоялся предложить прямо, поэтому подложил в стол. Очень в его стиле. Кручу розу в руках, чувствуя, как колючки цепляются за пальцы. Цветок пахнет сладко, терпко, слишком правильно, как из цветочной лавки, где всё упаковывают в целлофан и перевязывают лентами. Минди, как назло, появляется именно в этот момент и останавливается возле моего стола. — О-о-о, что это у нас? — Она склоняется ближе, смешно щурится, глядя на розу. — У кого-то явно есть поклонник. — Ну… понятно, кто это, — шепчу я не слишком счастливо. Еще бы, это мне не Поттер. — Джаспер, конечно. — Кто? — раздаётся удивленный голос Минди, и я чуть не роняю цветок. — Ну… этот… Джаспер. В чёрной рубашке. Утром заходил. Он из отдела по контролю за магическими существами. Минди моргает, потом начинает медленно улыбаться: — Ты про Джеймса? — Про кого? — Я поднимаю на неё глаза. — Джеймс. Его зовут Джеймс, Паркинсон. Я замираю на пару секунд, а потом меня прорывает на смех. Настоящий, громкий, с тем самым некрасивым всхлипыванием, которое невозможно сдержать. — Подожди… — выдыхаю я, держась за край стола. — Ты хочешь сказать, что я всё время в голове звала его Джаспером? — Похоже на то, — фыркает Минди. — И, судя по розе, его это вообще не смущает. — Мерлин… — Я снова смеюсь, вытирая слезы с глаз. — Отлично. Просто прекрасно. Я только собираюсь закрыть ящик, как из коридора вылетает Элла — быстрая, как сквозняк, и вечно с кипой бумаг в руках. — Паркинсон! — Она кидает на мой стол папку, от которой тянет ледяным воздухом, будто она только что пришла с улицы. — Срочно нужно, чтобы кто-то поехал в Ледяные склады. — В какие склады? — Я поднимаю бровь. — Те, что под запретом для необученных. Но у тебя ведь есть стажёрская лицензия на работу с низкотемпературными артефактами, верно? — Есть… — тяну я, уже чувствуя, как внутри всё сжимается. — Отлично. Проверишь, что с кристаллами хранения. Говорят, температура упала ниже нормы и это может быть опасно. Поттер на выезде, Минди с допросом, а ты у нас свободна. Так что вперёд. Я открываю рот, чтобы возразить, но Элла уже вручает мне разрешение на вход и схему склада. Через полчаса камин выбрасывает меня в маленькое промерзшее помещение у входа в Ледяные склады. Холод ударяет в лицо — такой сухой, что даже глаза слегка щиплет. Под ногами хрустит иней, воздух звенит от тишины и мороза. — Чёрт, палочку забыла в столе из-за спешки, — раздраженно шепчу я, поплотнее запахивая пальто. Никаких согревающих чар. Шарф и перчатки спасают только отчасти. Пальцы всё равно начинают неметь, пока я иду по длинным рядам металлических стеллажей. Кристаллы хранения испускают голубое свечение, но некоторые мерцают неровно — именно их я должна проверить. Процедура простая, но в холоде всё тянется дольше. Один кристалл заперт в боковой секции, и, пока я разбираюсь с заевшим замком, пальцы окончательно немеют. Через сорок минут выхожу к камину с ощущением, что у меня всё тело пропитано морозом. В каминном холле становится легче, но внутри остаётся странная дрожь — как будто холод вцепляется в кости и не спешит уходить. В отдел возвращаюсь уже под вечер, забираю розу. Голос чуть сиплый, но я списываю это на сухой воздух. Просто хочу домой и горячий чай. Камин выбрасывает меня в гостиную, и первое, что я слышу, — ленивый голос Блейза: — Гляди-ка, кто вернулся с полей сражений за статистику. Тео, не поднимая глаз от карты, добавляет: — И судя по лицу, там была не победа. — Как всегда, очень смешно, — ядовито бросаю я, стаскивая шарф и чувствуя, как щеки всё ещё горят от холода. — Я до сих пор не чувствую пальцев. — Значит, день удался, — ухмыляется Блейз. — Ну выкладывай, как там твой этот… Джаспер? — Джеймс, — поправляю я, хотя и сама чуть ли не смеюсь. — И он не «мой». — Ага, — Тео наконец поднимает взгляд, — тогда что эта за роза, выглядывающая из сумки? — Совпадение, — отвечаю я, проходя на кухню и ставя чайник. — Кстати, я не пойду. — Да ладно, — Блейз вытягивается на диване, — красный тебе идёт, Джаспер тебе пишет, зовёт на ужин… это же классика. — Может, это вообще не Джеймс, а Поттер? — с самым серьёзным видом бросает Блейз. Я фыркаю так, что чуть не расплёскиваю кипяток. — Конечно, Блейз. Поттер в свободное время бегает по отделу с розами, потому что у него хобби такое. — Ну а что? — невинно пожимает он плечами. — Больно уж совпало. «Красный тебе идёт»… — Хватит, — отрезаю я, но улыбка всё-таки прорывается. — Ладно-ладно, — смеётся Тео. — Всё равно ты на ужин не пойдёшь. — Вот именно, — подтверждаю я, наливаю чай и иду к себе. Сразу аккуратно складываю шарф, быстро сбрасываю остальную одежду и падаю на кровать. И полчаса лежу, глядя в потолок и прокручивая день в голове. Этот нелепый Джаспер-Джеймс с его улыбочкой, дурацкая роза и Блейз с Тео, которые, конечно, не могли не вставить шутку про Поттера. Хотя, признаться честно, я все еще не могу выбросить его из головы. Поттер. Я пыталась забыть, спрятать за шутками и раздражением, но чем больше думаю, тем сильнее ощущаю, что всё между нами вообще не однозначно. Он мой начальник — официально, по всем правилам. Он даёт мне задания, разбирает ошибки, смотрит так, что я не могу понять, то ли он злится, то ли… что-то ещё. И каждый раз, когда мы оказываемся рядом, это «что-то» начинает тихо гудеть под кожей. Я помню, как он стоял в переулке с сигаретой, как щёлкнул пальцами, зажигая огонёк без слов. Как пахло дымом и чем-то тёплым. И как в Метлах он просто появился из тумана — без объяснений, без лишних слов. Может, Блейз и шутил про розу, но ведь… могло же быть. Теоретически. И всё равно я уверена — не он. Не может быть он. Я натягиваю одеяло выше, прячу подбородок в мягкой ткани. На прикроватной тумбочке рядом с чашкой чая лежит пачка сигарет. Его пачка. Не знаю, почему я до сих пор её не выкинула. Может, потому, что этот маленький прямоугольник картона слишком легко держать в руках и слишком сложно выбросить. Закрываю глаза, и в полумраке комнаты всё снова перемешивается: холод Ледяных складов, смех из бара, терпкий запах розы и тихий, ровный голос Поттера. И чем больше это прокручиваю, тем сильнее понимаю, что запуталась. И страшно даже начинать разбираться.