Свобода Идиан (временно)

      Очень надеюсь на то, что вы оставите мне отзывы. Без них мне будет грустно, так как в большинстве своем я вдохновляюсь именно ими. Также очень надеюсь, что вам понравится эта часть, хотя я и не могу сказать, какой именно по размеру она будет.       Приятного чтения)))

***

— Мама, я скучаю по тебе. — грустно тянет Суйи, тяжело вздыхая. Чуя не менее грустно улыбается, подозревая, что у дочери глаза на мокром месте. Все-таки, она так внезапно уехала по работе, что они даже не смогли вместе отпраздновать день рождения Им. Нет, та пригласила к себе друзей и провела с ними достаточно весело время, но без мамы тут совершенно не то. Да и ее друзья были весьма подавлены, ведь уже привыкли к тому, что Накахара всегда присутствует на любом празднике, организовывая его. А тут… — Ну когда ты вернешься? — На следующей неделе, солнышко. — девушка качает головой и недовольно косится в компьютер, где висит анкета очередной цели, которую она должна будет в скором времени устранить. Даже жаль, что заказчик поставил ей очень четкие рамки, а то бы она пораньше разделалась с этим мудаком и уже вернулась к семье. — Прости, что я…       Фиолетоволосая не нашла в себе силы договорить, потому что и правда чувствовала себя крайне виноватой. — Ничего, ма. — Суйи прикрывает глаза, вслушиваясь в родной голос, который так часто пел ей колыбельные, когда ей было страшно ложится спать. — Я ведь понимаю, что у тебя работа. Просто… постарайся побыстрее, ладно? Я скучаю. — Конечно, малышка. — улыбается Накахара, спокойно чистя пистолет. Конечно, она могла бы разделаться с целью собственной способностью, но это бы привлекло к делу куда больше нежелательного внимания, чем ей нужно было. Так что выбор оружия был очевиден, да и данная модель пистолета в США была очень популярна, так что здесь чуть ли не каждый второй с ней разгуливал. Ее не найдут. — Я тоже скучаю. Очень-очень. Знаешь, когда я приеду, мы можем сходить в любое место, которое ты выберешь. Так что подумай над этим, хорошо? — Прямо любое-любое? — в голосе Им зазвучало явное веселье, и девушка закатила глаза, думая, что своим воспитанием все-таки плохо повлияла на нее. — Даже если это будет глупый мультик для детей трех лет? — Правда-правда. Даже если это будет глупый мультик для детей трех лет. — фыркнула со смехом фиолетоволосая, тепло улыбаясь. Она обожала разговоры с дочерью. А еще очень не любила надолго уезжать от нее. Вот только как жаль, что в этот раз она была вынуждена уехать почти на три месяца. Радовало только то, что за этими бедовыми детишками во время ее отсутствия присматривал Виктор, который милостиво согласился на это. — Кстати, передай остальным, что они уже могут начать гадать, какой именно цвет волос у меня будет по возвращению. — Передам. — активно закивала Суйи, даже если этого не было видно. — Готова поспорить, что Шинву опять не угадает. — Он всегда загадывает, что у меня будут рыжие волосы. — закатывает глаза Чуя, качая головой. — Причем, на протяжении уже нескольких лет. И каждый раз искренне обижается, что опять не угадал. — Иногда я думаю, что он просто придуривается. — вздохнула Им, улыбнувшись. — Он точно придуривается. — фыркнула Накахара, откладывая пистолет в сторону и начиная щелкать кнопками рабочего ноутбука. — Не тебе ли не знать, что он далеко не так глуп, как изображает из себя. — Просто он не любит лишний раз напрягаться, вот и отлынивает всеми возможными способами… — согласно покивала та, хихикнув. — Он занимается прокрастинацией. — укоризненно покачала головой девушка, вставая из-за рабочего стола и направляясь к холодильнику, чтобы проверить, повесилась там мышь или все-таки пронесло. Там нашлась только баночка апельсинового сока, полусгнивший помидор да пара яиц, в остальном холодильник радовал непревзойденной чистотой. Фиолетоволосая вздохнула и закрыла холодильник. У нее явно намечался поход в продуктовый магазин. — Ма, почему ты всегда обозначаешь такие вещи каким-то заковыристым термином? — удивляется Суйи, хмыкнув. — Разве не проще сказать, что он банально лениться? — Но-но! — поцокала языком Чуя. — Лень — это очень плохо. А прокрастинация… Обозначает тоже самое, но звучит гораздо лучше. Можно сказать, что он просто все откладывает на потом. — Очень сильно на потом. — широко улыбнулась Им, вслушиваясь в еле слышное ворчание своей мамы о том, что ничего они не понимают в красивых названиях некрасивых вещей. — И порой не делает ничего. — И на уроках спит? — И на уроках спит… — Тогда передай Шинву, что когда я вернусь, и он не подтянет учебу, я ему уши надеру. — пригрозила фиолетовлосая, грустно думая о том, что за этим рыжим паршивцем нужен глаз да глаз. Совсем ведь недавно ему втык делала. Даже жаль, что его не хватает больше, чем на несколько дней. А потом Хан принимается за тоже самое. И ведь даже по попе не надоешь — все-таки, восемнадцать лет, взрослый парень…       Может, рано она его сознательным посчитала?       Иногда она думала, что в родне у того наверняка были бараны. Ну, или коты. И даже неизвестно, кого больше. — Передам. — кивнула брюнетка, ехидно ухмыльнувшись. Ее мать Шинву очень уважал и опасался, как огня. Наверное, не последнюю роль в этом сыграло то, что именно Чуя учила его драться в свое время. А еще то, что та не стеснялась хвататься за ремень, когда понимала, что донести правильные и умные мысли до него можно только через задний ум. Наверное, только благодаря этому Хан в свое время не связался с плохими компашками, которые были так популярны у подростков в их возрасте. А ведь учитывая его силу, было очень много группировок, которые ну очень сильно хотели заполучить к себе такого талантливого бойца.       Никто из них до сих пор не знал, как Накахара в итоге сделала так, что в сторону рыжего все группировки от мала до велика даже дышать боялись.       Впрочем, та всегда была очень неординарной и талантливой личностью, так что, наверное, этому можно было не удивляться. — Спасибо. Кстати, как у вас дела в школе? — Учимся потихоньку. Как и всегда. — То есть стабильно-дебильно? — вскинула брови девушка, прекрасно зная, как могут учиться эти детишки, если за ними не присматривать и не направлять их энергию в мирное русло. — Скорее стабильно-нейтрально. — фыркнула Суйи, но потом вынуждена была признать. — Хотя стабильно-дебильно все-таки тоже бывает. — Постарайтесь не опаздывать. Ведь вы знаете, как от этого бесится мистер Парк… — улыбнулась фиолетоволосая, вспоминая их огромного и очень мощного учителя математики, который больше, если честно, напоминал то ли шестерку мафии, то ли громилу у входа в ночной клуб. Вот только ее отлично научили не судить по внешности, поэтому она почти не удивилась, когда выяснилась его настоящая профессия. — Мы стараемся, но это не всегда получается… — смущенно протянула та. Чуя тяжело вздохнула, прекрасно зная, что эти чуды-юды смотрят по ночам мелодрамы и сериалы, но ругаться не стала. В конце-то концов, когда она была в таком возрасте, она тоже бунтовала. Правда, ее бунт был гораздо более ужасным, чем у них. Так что ей еще повезло. — Кстати, мы недавно опоздали, и Шинву за всех нас пробежал лишние шесть кругов. — И как? — Для него это не проблема, но он очень правдоподобно делал вид, что устал и задыхается. — пожала плечами брюнетка. — Я же говорю, что он делает все, чтобы его не беспокоили больше минимально необходимого. Кстати, еще к нам недавно перевели новенького. Он иностранец. А еще он действительно очень редкий красавчик. — Даже красивее директора Ли? — вскинула брови Накахара, прекрасно зная, что очень сложно найти кого-то красивее Франкенштейна. Это признавала даже она, а ведь ее в последнюю очередь интересовала мужская красота и привлекательность. Нет, с эстетический точки зрения он был действительно прекрасен, но ее это действительно не волновало. У нее были проблемы поважнее.       Например, внезапно активировавшийся Арахабаки, который непонятно что хочет. Ну, хоть свою шарманку про ненависть и уничтожение всего сущего пока не заводит. — Ну, по крайней мере, не хуже. — хмыкнула та, вздохнув. — Юна послала мне его фото, и он действительно очень красив. Его с руками оторвут все модельные агентства, если узнают о нем. — Ого. Высокая оценка от тебя. — присвистнула девушка, потому что знала, что ее дочь весьма сложно впечатлить красотой. Все-таки, она очень долгое время вращалась среди манекенщиков и манекенщиц. — Сама удивлена. — вздохнула та. — Даже жаль, что в ближайшее время не смогу приехать в школу, чтобы убедиться, действительно ли он так красив, как на фото. — Кстати, солнышко мое, помнишь ты мне рассказывала, что к тебе на съемках пристает какой-то популярный тип. Как там его… — Юнг Хансу? — подсказала та, не совсем понимая, почему ее мама стала расспрашивать ее об этом крайне неприятном типе. Тот ей буквально прохода не давал, и она его терпела только потому, что обещала показать друзьям. Правда, она подозревала, что им они в итоге останутся разочарованы. Все-таки, они знают людей и покрасивее. — Да-да, он. — рассеянно покивала фиолетоволосая. — Помни, что если он к тебе пристанет, ты всегда можешь сломать ему руку или ударить между ног. А еще лучше будет, если ты брызнешь в него из первого баллончика. — Мам… — Не перебивай, малыш. Все-таки, по своему опыту говорю, что сломанная рука будет гораздо эффективнее. — та задумалась ненадолго и добавила. — И нагляднее. — Не надо мне напоминать это. — закатила глаза Им. — Я умею за себя постоять. — Я это знаю, солнце. Просто напоминаю на всякий случай. Я ведь знаю, что ты не любишь применять грубую силу. — Если он попутает берега, то я ее применю. И он пожалеет, что на свет родился. — качнула головой брюнетка. Некоторое время в трубке царило молчание, а потом Чуя всхлипнула, промакивая несуществующие слезы таким же несуществующим платочком: — Ками-сама, я на тебя плохо влияю. — Ты на меня отлично влияешь, ма. — хмыкнула Суий. — Кстати, ты знаешь, что ребята чуть под машину не попали? — Как?! — Да хрен знает. Наверняка увлеклись чем-то и не заметили ее. Но Шинву их вытолкнул. С ними, кстати, все хорошо. Отделались легкими синяками и ссадинами. — Нет, я точно им уши надеру! — недовольно нахмурилась Накахара, потирая виски. Кажется, у нее от этих новостей скоро случится мигрень. Вот уж точно бедовые… — Почему мне не сказали? — Не хотели волновать. К тому же, к ним пришел директор Ли и проверил, чтобы с ними все было действительно хорошо, так что волноваться не стоит. — Я куплю ему успокаивающего чая и торт в благодарность. — решила девушка, ставя напоминалку об этом, чтобы не забыть. — Кстати, солнышко, не звони им в ближайшее время, потому что им позвоню я и буду очень долго и нудно ругаться. — Хорошо. — хихикнула та. — Я люблю тебя, ма. До встречи. — Я тоже тебя, солнце. — та положила трубку, и начала набирать уже знакомый номер Шинву. Фиолетоволосая в очередной раз с грустью подумала о том, что очень не вовремя ее сдернули так надолго. Все-таки, она не может отслеживать их перемещения из другой страны и следить за их безопасностью.       Прошло несколько долгих гудков, прежде чем трубку взяли. — Хан Шинву, ты мне ничего не хочешь объяснить? — со вселенским спокойствием спросила она, думая о том, что ей прямо сейчас не помешали бы любимые вишневые сигареты.