Свобода Идиан (временно)

      Как бы Чуя не любила проводить время с детьми и людьми, которые стали ей семьей, но работу, к сожалению, никто не отменял. Разумеется, она в любой момент могла послать работодателя на три веселых буквы, благо что денег ей, которые она уже заработала, вполне хватило бы на ближайшие лет десять, если не особенно экономить, но если ей не хотелось растерять всех клиентов, лучше было бы так не делать.       Да и, что говорить, путешествовать ей нравилось, хотя она и скучала по малышне, которая оставалась в Корее. Но у них учеба, и отрывать их от нее, учитывая, что время медленно, но верно и неумолимо двигалось к экзаменам, просто жестоко. Да и как бы она им объяснила, если бы те вдруг поехали с ней, почему она по ночам с пистолетом на перевес разгуливает?       Конечно, они бы просто не узнали об этом — Накахара прекрасно умела быть скрытной, но сам факт!       Так вот, как бы ей не было жалко расставаться с детьми, девушка была вынуждена поехать в Португалию. Все же, за это задание платили невероятно щедро даже несмотря на то, что оно не было таким уж сложным. Для кого-то, кто не обладал ее данными и способностями, оно вполне могло бы стать смертельным с почти стопроцентной гарантией, но вот для нее… К тому же, она клятвенно пообещала привезти всем сувениры, подарки и любое, что она могла бы счесть довольно-таки интересным для них, так что отпустили ее с чистым сердцем.       Правда, перед этим Виктор предложил голубоволосой работу прямо в его школе, что было довольно-таки заманчивым предложением. Во-первых, учителя в Южной Корее получают невероятно много, хотя высокая зарплата идет рука об руку с высокой нагрузкой. Но самым важным фактом, пожалуй, было то, что та владелица Смутной печали могла спокойно отслеживать, как там поживают ее детишки, и все ли с ними хорошо. Если она станет работать в их школе, то они будут видится практически круглые сутки!       Так что их единственной проблемой, пожалуй, станет то, что они могут устать от ее лица.       Впрочем, учитывая, насколько они дружные, подобное произойдет с очень маленькой вероятностью.       В общем, Чуя расспросила Франкенштейна про то, не повлияет ли ее внешность на возможное трудоустройство, так как менять ее она не хотела совершенно, получила ответ, что все в порядке (и вообще, я тут директор, поэтому делаю все, что хочу), подумала немного (минут десять для вида) и клятвенно пообещала согласиться, если в ближайшее время на нее не наваляться заказы, потому что дизайнером ей все равно нравилось работать.       А какую должность ей предложил Ли? О, это было совсем просто. Он предложил ей должность преподавателя иностранных языков, потому что Накахара практически идеально знала не только японский и французский (все же, прошлая жизнь обязывает), но и также английский, немецкий и португальский. Да и как Благородная, выучить еще один язык ей особого труда уж точно не составило бы.       Так что хлебное местечко рядом с детьми ей точно было обеспечено.       Но это не значило, что Чуя собиралась заниматься исключительно своей учительской должностью. Кто сказал, что она откажется от заказов? Разумеется, убирать абсолютно все из них не будет, но вот некоторые…. А вот некоторыми она очень разбавит скучную жизнь, так что почему бы и нет, собственно?       На этот раз с заданием ей удалось справиться очень быстро, потому что цель оказался даже большим дебилом, чем она могла себе представить. А его неуемной желание трахать любую девушку, встретившуюся ему в ресторане, где он обедал, да еще при том, что он полностью распускал свою охрану, зная о киллерах (просто рисковый чувак или трахаться без адреналина не мог?). Нет, разумеется, Накахара не изобразила из себя девушку по вызову — вот еще, слишком много чести будущему трупу.       Но вот убить его, когда он вдоволь наразвлекается со своей очередной красоткой (судя по штампованной внешности, кукла барби, не иначе), было довольно легко.       Да и порно девушка тоже бесплатно посмотрела, хотя подобное вызывало исключительно брезгливость — за просмотр его обнаженного тела должны платить большие деньги, а еще предупреждать, что это может окончиться психологическими травмами. А еще мужик скорострелом оказался — не продержался и минуты, хотя до этого честно пыхтел-пыхтел-пыхтел, пристраиваясь. Будто кобель над сучкой.       В общем, зрелище и правда было такое себе.       Голубоволосая даже заскучать успела, как и задуматься над тем, за что ей вообще подобное наказание досталось. В голову так ничего и не пришло, зато потом во время его убийства она за подобное отыгралась. Ведь нет хуже смерти для мафиози, чем смерть во время любовных игрищ, верно? Такую и врагу не пожелаешь, потому что конкуренты ославят так, что…       Впрочем, мертвому, кажется, уже все равно будет, а вот его родственникам.       Она даже подумала, не заняться ли шантажом, но денег у нее и так очень много, чтобы заниматься чем-то столь неподабающим, так что она просто сфотографировала выполненный заказ и отослала клиенту через зашифрованный канал. На ее счет тут же упала круглая сумма, и владелица Смутной печали неспешно направилась прочь, в одном из пустых переулков полностью меняя внешность. Деньги она получила, а что с этим фото будет делать заказчик…       Ну, это не ее дело, в конце концов.       Она свое задание в любом случае выполнила, так что все остальное ее не интересует.       До ближайшего самолета, на который у нее уже был заранее куплен билет (не то чтобы Чуя нуждалась в самолете, учитывая, что у нее было столько приятелей и должников с огромными деньжищами, так что те по первому ее требованию с удовольствием предоставили ей любой транспорт; и да, в своем успехе Накахара даже не сомневалась), оставалось еще около двух дней.       Так что девушка могла вдоволь побродить по узким улочкам небольшого старого городка Ильяву (ну, то есть как небольшой…. По сравнению с Йокогамой или Сеулом, очень даже небольшой), посетить несколько музеев, попробовать парочку местных экзотических блюд, купить интересных сувениров, отдохнуть и даже сходить на свидание с одним из местных жителей, с которым она столкнулась в библиотеке.       Почему бы и нет, собственно? Тем более, что дальше довольно приятного разговора и ужина в кафе она с Жанейро все равно не зашла, так как он не интересовал ее в подобном ключе. Зато вот попрактиковаться в местных языках…. Впрочем, в них она практиковалась все то время, как находилась в Португалии.       Голубоволосая просто обожала узнавать что-то новое и путешествовать, поэтому она весьма жалела, что не смогла взять детей с собой. Все же, и им бы наверняка было бы очень интересно увидеть все это, но опять-таки, учеба, учеба и еще раз учеба. Впрочем, ничего, она еще сможет показать им весь этот прекрасный и удивительный мир, так что пока можно сделать много красивых фотографий, чтобы показать им, где была и что видела.       А еще стоит купить несколько интересных вещиц на блошином рынке для Суйи; пару мягких игрушек, которые собирала Юна; журналы по роботехнике и компьютерной инженерии для Ик-Хана; и еще что-нибудь для Шинву. Да и Виктору с Рейзелом и М-21 тоже что-то стоит привести.       Интересно, что можно для них придумать?       С Франкенштейном попроще, потому что обладательница Смутной печали собиралась снова подарить ему какой-нибудь успокаивающий сбор (или несколько сборов), учитывая, с кем он общается. Что-то упрямо подсказывало ей, что это еще определенно понадобится. Очень сильно понадобится.       Ох уж эти предчувствия….       Ей определенно уже интересно, чем в итоге все это закончится.       Что-то ей подсказывает, что это все будет ОЧЕНЬ забавно.       Очень.

***

      Как бы Чуя не любила проводить время с детьми и людьми, которые стали ей семьей, но работу, к сожалению, никто не отменял. К счастью, заказы она всегда выполняла очень быстро, поэтому задерживаться в другой стране ей не нужно было. Все же переоформлять визу было бы муторно, хотя для нее в этом все равно не было особенной проблемы…. Просто не хотелось лишний раз с бумагами возиться.       Вот и в этот раз в Южную Корею Накахара возвращалась абсолютно довольная и с чувством полностью выполненного долга.       Да и по детям она успела сильно соскучиться, даже несмотря на то, что отсутствовала меньше недели. Суйи знала, что она возвращается, но вот остальным Накахара решила сделать сюрприз. Именно поэтому и привычно заявилась во время обеденного перерыва, не забыв прихватить с собой еду для детей. Причем, еду в увеличенном размере, так как Им уже сообщила ей, что к их тесной и дружной компании присоединились еще два подростка необычайной красоты.       После того, как дочь ей их описала, Накахара с трудом удержалась от пораженного присвистывания. Ну надо же! А ведь девушка никогда не думала, что Благородные действительно могут отправить в Сеул почти что детей. Одни — Регис К. Ландегре, который являлся единственным наследником своего деда — главы клана К. Ландергре — Геджутеля К. Ландегре. Второй была Сейра Дж. Роярд, которая — вот чудо, а! — внезапно оказалась главой клана Дж. Роярд.       Оба были сиротами, родители которых полегли в одной из ловушек кого-то из СОЮЗа (очень уж довольно про это Лагус Традио болтал). И воспитывал их как раз Геджутель, хотя учитывая, насколько строгим тот был, стандартным воспитанием это определенно не было. Ну, зато ребята умные, сильные и…. и такие Благородные получились. Не то что Игнесс, а это уже неплохо.       Так вот, если обладательница Смутной печали правильно помнила (и память Идиан ее не подводила), Сейра и Регис действительно были для большинства Благородных всего лишь детьми. Так называемое совершеннолетие у Благородных наступает с наступления двухсотлетнего возраста, поэтому Регис, в отличии от Сейры, который двести десять с хвостиком, совершеннолетним не был. Однако, их все-таки отправили в Сеул.       И Чуя имела полное право подозревать, что остальные Благородные сделали это потому, что не посчитали, что в Сеуле может быть действительно опасно, а иначе бы отправили кого-то повзрослее и посильнее. А еще Накахаре было до ужаса любопытно, проявятся в них черты их родителей или все же нет. Все-таки, Идиан исчезла задолго до того, как эти двое даже были запланированы, хотя и имела честь встречаться с их родителями. И сочетание от их внешностей должно было получиться убойное.       Итак….       Так, Идиан вспоминала родителей Сейры, как безумно добрых и красивых лю… кхм, Благородных, которые невероятно сильно любили друг друга, хотя и не демонстрировали это очень уж открыто. Они принадлежали к так называемому «молодому» поколению Благородных, так как не ушли в вечный сон вместе с предыдущим Лордом и его последователями. Звали их… Отца звали Рогеллек, а мать — Селена. О том, как именно они умерли, Идиан ничего не знала, хотя знала, что к этому руку приложили ученые и некоторые Благородные-Предатели из СОЮЗа. На момент смерти им было чуть меньше тысячи лет, что считается вполне нормальным возрастом.       Кстати, предыдущим главой клана Дж. Роярд был Рогеллек, хотя он занимал это место всего около двухсот лет после того, как его отец, Сигер, отошел от дел и ушел в вечный сон. На момент их смерти Сейре не было даже ста пятидесяти.       Что же до родителей Региса… Хм… Его отцом был Рафаэль, а матерью — Юлианна К. Ландегре (именно она, кстати, и должна была стать следующей Главой клана после отца). Они тоже очень сильно любили друг друга. Кажется, Юлианна погибла от родов (такое с Благородными вообще может случиться? Но раз уж Игнесс что-то такое болтала в свое время…), а Рафаэль довольно быстро сгорел от горя, оставив маленького внука на деда.       Впрочем, на этом все воспоминания Идиан о них и заканчиваются. Ну, разве что внешность у них была крайне интересная, вот Чуе сейчас и любопытно, что в итоге должно получиться. Впрочем, ничего, до начала обеденного перерыва совсем немного времени, вот тогда она и сможет удовлетворить свое любопытство в полной мере.       Ну, это определенно будет интересно.       А пока она как раз сможет зайти к Виктору, чтобы отдать ему его честно заслуженные сувениры и поговорить немного о том, успели ли ее проказники что-нибудь натворить. А то зная их, Накахара совершенно была не удивлена. Только хорошо, что те были обычными детьми, поэтому их шалости по определению не могли никому причинить серьезного вреда (про швыряние тяжелых предметов Шинву и боевой подготовке остальных скромно умолчим), а то девушке даже страшно было бы подумать, что еще умудрятся натворить ее деятельные подопечные.       Впрочем, хорошо, что Франкенштейн — директор очень умный и понимающий, а то ведь их могли и турнуть из школы за периодические дисциплинарные нарушения и прочие выбрыки подростковых возраста и фантазии. — Виктор, могу я войти? — голубоволосая даже в кои-то веки постучала в дверь, прежде чем зайти внутрь. Разумеется, она могла распахнуть дверь способностью или даже с ноги, но что-то ей подсказывало, что мужчина этого определенно не оценил. Он и так периодически косо поглядывает на нее из-за того, что она материться и курит, а привлекать внимание еще и хамским поведением не хотелось. Владелица Смутной печали крайне не любила, когда ей читали лекции, потому что в такие моменты она чувствовала себя всего лишь провинившимся ребенком.       Как говорится, нет уж!       Чуя уже достаточно взрослая и самостоятельная, чтобы никому не нужно было ей напоминать, как именно себя вести. — Конечно, проходи, И… Чуя. — мгновенно исправился блондин, когда получил недовольный взгляд красных глаз. Вообще, из-за этого имени у них возникали определенные трудности. Особенно с Рейзелом, который знал Идиан исключительно под этим именем. Вот и продолжал обращаться к ней также, даже если Накахара давно уже просила называть ее просто Чуей. Разумеется, для девушки не было особенной разницы, как именно ее зовут. Просто Чуей было быть привычнее, даже если фактически имя это ей не принадлежало.       Ну, то есть, как ни принадлежало….       Свое настоящее имя голубоволосая никогда не знала — все же, после лабораторий у нее не осталось никаких своих воспоминаний. А даже если у нее когда-то и было собственное имя (при условии, что ее бренное тельце не создали в этих самых лабораториях специально под Арахабаки), то оно уже очень и очень давно перестало иметь для кого бы то ни было какое-либо значение. В лаборатории к ней обращались исключительно по номеру, к чему тогда еще ребенок привык довольно-таки быстро. Да и атмосфера и деяния, которые царили внутри этого жуткого места, никогда не способствовали излишнему любопытству, даже если детям хотелось спросить, почему ученых не зовут по номерам, как их.       Впрочем, владелица Смутной печали, в которой на тот момент еще не было Арахабаки, слишком смутно помнила время, проведенное в стенах лабораторий, поэтому и сказать что-то со стопроцентной гарантией она не могла. Но зато помнила, что своего имени у нее никогда не было. А появилось оно…. Хм…. Когда же появилось?       А впрочем, это не особенно-то и важно.       Важно то, что имя Чуя было привычным, а вот Идиан… Тоже неплохое, очень красивое и изящное, но пока еще слишком непривычное, даром что она с ним уже лет двенадцать как минимум отходила. Впрочем, даже в мыслях она себя так называла очень редко, так что было совершенно неудивительно, почему имя Чуя ее устраивало больше. — Вот, это тебе. — сказала голубоволосая, сгружая на стол несколько пакетиков с самыми разными чаями. Она ведь знал, что Виктор, как и Рейзел, очень их любят, так почему бы и не порадовать эксклюзивом, так сказать? — О, спасибо! — улыбнулся Франкенштейн, и его взгляд немного потеплел. Владелица Смутной печали на это лишь покачала головой и хмыкнула, уловив эту перемену. А ведь обычно из себя очень злого и сурового корчит. — Кстати, могу порадовать, что детишки твои ничего не натворили. — Как? Совсем?! — поразилась Чуя, которая хоть и строго следила за детьми, но те все равно умудрялись что-то вытворять. А тут…. Даже удивительно. — Как ни странно, но да. — кивнул Ли, улыбнувшись уголками губ. — Кажется, Рейзел хорошо на них влияет… — задумчиво протянула Накахара, покачав головой.       Даже удивительно, насколько хорошо.