Презумпция невиновности

Pov Аня.       В отделе я просидела до вечера, разбирая фотографии предполагаемых преступников. Делали это, в основном, я и Леонидов, а Гнездилов пытался достать меня своими идиотскими шутками. Ну, пару раз получил по башке.       Выходя из отдела, я остановилась на ступеньках, так как услышала звонок телефона. Достав его из кармана, я посмотрела на экран. Мне звонила Вера Александровна, мама Вани. — Да, Вера Александровна, — ответила я на звонок. — Здравствуй, Анют, — поздоровалась женщина. — Что у вас там происходит? С Ваней всё в порядке? — Да убийство произошло, Вера Александрова, — ответила я и тут же рассказала. — Не переживайте, с вашим сыном всё в порядке. — Я слышала, что в тюрьме покончил с собой какой-то Олег Завьялов, — начала мама Вани. — Вера Александровна, я думаю, что это сделано для отвода глаз, — ответила я. — Не волнуйтесь, я не дам вашего сына в обиду. — Я рада, что именно ты решила помочь моему сыну, — улыбнулась женщина через телефон. — Всегда рада помочь, Вера Александровна, — ответила я и отключилась.       Открыв переднюю дверь машины, я запустила Норда. Захлопнув её и обойдя автомобиль, я села на водительское сидение и только хотела запустить двигатель, как снова зазвонил телефон. — Слушаю тебя, Лагин, — вздохнув, ответила я на звонок. — Слушай, Ань, я сидел у тебя дома, — начал офицер взволнованным голосом. — Вдруг входная дверь открылась, и в квартиру кто-то вошёл. Я, естественно, испугался и не помню, как, но вырубил его. — Ты где? — спросила я. — Я у тебя, — ответил капитан. — Я связал вошедшего, чтобы он не напал, когда очнётся. — Так, ничего не делай, я скоро буду, — заявила я и сбросила входящий вызов.       Положив телефон в карман, я запустила двигатель и, надавив на педаль газа, рванула в сторону дома. Кого там Лагин уже успел оприходовать? Если это кто-то из соседей, ему и мне точно несдобровать.       Повернув на перекрёстке направо, я проехала пару улиц и въехала во двор дома. Выключив двигатель, я схватила рюкзак и вышла из машины. Норд выскочил за мной через водительскую дверь. — Пошли, посмотрим, что устроил этот козёл в погонах, — произнесла я и, открыв дверь, вошла в подъезд и побежала по лестнице.       Пробежав несколько пролётов, я остановилась у двери своей квартиры. Повернув ключ в замочной скважине, я открыла дверь и зашла домой. Не снимая верхней одежды и обуви, я вбежала в гостиную, где увидела такую картину.       На стуле сидит связанный брюнет с заклеенным скотчем ртом. Мужчина в отключке, так как это видно по его поникшей голове. А на диване, держа в руках сковородку, сидел Лагин, который наблюдал за «гостем». Всё это мне напомнил мультик «Рапунцель: Запутанная история». Там девчонка тоже парня сковородкой вырубила. — Лагин, ты с ума сошёл? — зашипела я на горе-убийцу, чью презумпцию невиновности я доказываю. — А что я должен был делать в тот момент, когда ключ в замочной скважине стал поворачиваться? — тем же ответил Ваня. — Я думал, что только у меня есть ключи от твоей квартиры.       Послышался мучительный стон боли. Связанный начал приходить в себя. Когда он смог нормально видеть, мужчина начал мычать и дёргаться на стуле. — Чего ты там говоришь? — я подошла к «пленнику» и отклеила скотч. — Ну ты даёшь, систр, — произнёс парень. — Так ты встречаешь своего любимого старшего братика? — Саша, а ты мог позвонить и предупредить? — начала я свой наезд. — Ты сам увидел, какой у меня гость нервный. — Так это твой брат? — уставился на нас Ваня, когда я стала отвязывать гостя. — Двоюродный, — ответила я, откинув верёвку. — Саша, это Иван Лагин, капитан из Следственного Комитета. — А! Тот, которого в убийстве обвиняют? — встрепенулся брюнет. — Ага, — кивнула я. — Ваня, это Саша Огнев, мой старший двоюродный брат. — Рад знакомству, — сказал Саня, и мужчины пожали друг другу руки. — Взаимно, — ответил Ваня, но его тон мне не понравился. — Ладно, я пошёл. — Куда это ты собрался? — спросила я. — Домой, — донёсся ответ офицера уже из прихожей.       Я выскочила в прихожую. Увидев, как Ваня натягивает куртку, я сказала. — Ты разочарован, что брат приехал? — спросила я. — Ты могла мне сказать об этом? — посмотрел на меня Лагин. В его карих глазах читалась ревность. Теперь, ясно, почему он засобирался домой. — Я сама не знала, что Сашка приедет, — начала оправдываться я. — Если ревнуешь, то так и скажи. — Да я не ревную! — взревел кареглазый. — Просто, устал. — Пока вырубал моего брата? — усмехнулась я. — Если мне что-то понадобится, я позвоню, — заявил брюнет и, уходя, хлопнул дверью. Ребёнок… Ведёт себя как ребёнок.       Сняв куртку, кеды и вернувшись в гостиную, я извинилась перед братом. Ну, конечно, ещё завтра позвоню дяде и вставлю за то, что не предупредил, что его сын приедет ко мне, погостить. — Ну, что, братик, давай обустраиваться? — спросила я Сашку.       Я начала помогать Огневу младшему распаковывать вещи. Но стоило мне выйти из гостиной, как с кухни послышался жалобный скулёж. Метнувшись туда, я увидела, что Норд лежит рядом со своей миской и скулил. — Норд, прости, — я погладила пса по голове и, открыв корм, насыпала немного в его тарелку.       Войдя к себе в комнату, я упала на кровать, зарывшись лицом в подушку. Голова ужасно гудела, словно это был пчелиный улей. Мыслить нормально я не могла, так как из-за боли такой процесс был почти невозможен. — Так, надо принять душ и переодеться, — и схватив пижаму, направилась в ванную.       Тёплый душ мгновенно снял напряжение, принося на смену ему спокойствие и расслабон. Мысли о работе вылетели из головы, отчего стало немного легче.       Когда я вышла из ванной, одетая в свою любимую пижаму и с заплетённой косичкой, я наткнулась на Сашу, который выходил из кухни. — Есть будешь что-нибудь? — спросил меня брюнет. — Я есть чай буду, — заявила я, а брат заливисто рассмеялся. Шутки у семьи Огневых — это, своего рода, врождённое качество. У мужской части они, конечно, странные, но есть и нормальные.       Например, когда только я появилась в отделе и невзлюбила Гнездилова, я решила разыграть его старым детским приколом. Намазала его офисное кресло клеем, который почти не отдирается и не отстирывается. Ох, как на него орала Клавдия Олеговна — всё отделение слышало, когда он еле-еле вылез из входного дверного проёма с креслом на заднице.       Выпив чаю с печеньем, я убрала со стола и направилась в свою комнату. Придя туда, я снова рухнула на кровать. Укутавшись в плед, я закрыла глаза. Сон пришёл быстро, несмотря на то, что физической усталости не было.

***

      Летний денёк. Цветущий зелёный луг горел изумрудным огнём. Я, одетая в платье двух цветов с вырезов в виде латинской буквы «V», с открытым левым плечом и длинным шлейфом, сижу на траве, обняв колени руками. Приятная тёплая погода и звонкая трель птиц — одна из основных причин блаженной улыбки.       Я легла на траву, левую руку положив на затылок, а правой руку прикрыв живот. Закрыла глаза и просто наслаждалась спокойствием, которое царит вокруг меня.       С правой стороны я почувствовала некий ветерок. Открыв глаза, я увидела Ваню, который лёг рядом со мной. Его карие глаза неотрывно смотрели на меня. — Что ты так смотришь? — спросила я у брюнета. — Пытаюсь понять, каким придурком я был, что смог тебя потерять тогда, в Москве, — его бархатистый голос звучал громче пения птиц.       Парень сел, подобрав под себя левую ногу и вытянув правую. Он заметно погрустнел, вспоминая то время. Я тоже села и, положив руку на плечо Лагина, произнесла. — Ваня, не нужно останавливаться на прошлом, — начала я. — Забудь всё это, как страшный сон. — Не могу, — он тут же взял моё лицо в свои ладони. — Я не могу забыть. Я не могу и не хочу тебя потерять, потому что я очень люблю тебя.       И в следующую секунду его губы накрыли, сминая. Я уже и забыла, когда последний раз я позволяла Лагину поцеловать меня. От сильного напора, я вцепилась рубашку кареглазого, боясь потерять равновесие.       Я резко проснулась и села в постели. Проведя ладонями по лицу, я попыталась успокоиться. — Фух, присниться же, — выдохнула я, проведя ладонью по шее.       Снова упав на подушку, я попыталась выкинуть Лагина из головы. Это убийство девушки и его фотография как-то связано с ним. И фото — это точно послание, что на Лагина ведётся охота. Может быть, я сейчас скажу глупость для себя, но я не хочу потерять Ваню. По крайней мере, пока не докажу его невиновность в убийстве Леры.       Я в последнее время стала слишком много и часто думать про бывшего. Огнева, что с тобой? Опять решила на те же грабли наступить и получить черенком по затылку?

***

      Утром меня разбудил Норд, который запрыгнул ко мне на кровать и начал лизать моё лицо. — Пошёл отсюда! — согнала я пса, когда проснулась окончательно. — Я тебе сколько раз говорила, что кровать — место для людей.       Сев в кровати, я зевнула и потянулась. Почесав затылок, я потянулась за телефоном. Посмотрев на экран, я увидела время. Сорок пять минут шестого. Я могла ещё полчаса в кровати поваляться! — Норд, ты совсем оборзел? В такую рань меня разбудил, — начала я наезжать на пса.       Поднявшись с кровати, я поплелась на кухню, чтобы покормить Норда. Придя на камбуз, я достала из нижнего шкафчика пачку корма, которую я купила в зоомагазине вместе с Ваней, и насыпала немного в собачью миску. Услышав, как металлическая тарелка зазвенела, на кухню прибежал Норд и начал беспощадно уплетать свой завтрак.       Войдя в ванную, я умылась и привела в порядок вихрь на голове. Оставив волосы распущенными, я вернулась в спальню и переоделась. Сменив пижаму на джинсы, майку и клетчатую рубашку, я снова зашла на кухню.       Только я начала готовить завтрак, как в комнату вошёл взъерошенный от сна Саша, зевая и потирая заспанные глаза. — Проснулся, соня, — издевательски протянула я, заваривая кофе. — Завтракать будешь? — Конечно, буду! — воскликнул мужчина. — Потому что, я голодный, как Норд после очередной беготни за преступником. — В отличие от тебя, лохматый уже позавтракал, — и Норд три раза гавкнул, подтверждая мои слова.       Приготовив бутерброды и сделав два кофе, я подала всё это на стол, и мы начали завтракать. Первые минуты три сидели спокойно, а потом брат прервал молчание. — Кстати, Ань, а что это за Иван Лагин вчера меня огрел? — спросил Сашка, жуя бутерброд. — Помнишь, я тебе рассказывала, что меня, когда я была старлеем, отправили в Следственный Комитет Москвы по обмену опытом? — начала я. — Ну, да, — ответил братишка. — Ну вот. Там я встретила его, капитана Ивана Лагина. Почему-то из пяти девушек в той десятке, он выбрал именно меня, — предаваясь воспоминаниям, стала рассказывать я. — А я, будучи тогда молодым и наивным старлеем с псом, втюрилась в него по уши. Обаяние — самая страшная штука. Им можно очаровать, и в то же время и от него можно очень сильно пострадать. Именно я пострадала. — Неужели, он тебя избил, будучи в нетрезвом состоянии? — спросил Огнев. — Хуже. Я узнала, что у него есть ещё одна «подружка», — продолжила я. — Ею оказалась Полина Шестопалова. Моё доверие оказалось преданным, а сердце — разорванным на тысячи кусочков. И я едва сдержалась, чтобы не натравить на него Норда. И шрамы на моём теле из-за него. — А сейчас он чего хочет? — поинтересовался брюнет. — Хочет, чтобы я доказала его невиновность в убийстве, которого он не совершал, — ответила я. — Сразу говорю, что я — его единственная надежда на спасение его имени.       Тишину улицы разрезал звук визга тормозов. Подбежав к окну, я посмотрела во двор. У подъезда остановилась знакомая чёрная иномарка. Ближайшая ко входу пассажирская дверь открылась и из машины вышел мужчина, а за ним — Вера Александровна. Она ездила к Павлу Николаевичу, а я знаю только одного такого человека. — Я сейчас, — схватив ключи, которые лежали на столе, я выбежала в коридор. Запрыгнув в туфли, я выскочила за дверь и поспешила спуститься. Выйдя из подъезда, я тут же заулыбалась. — Дядя! — я подбежала к мужчине и бросилась к нему в объятия. — Ух, племяшка, — заохал дядя. — И я рад тебя видеть. — Здравствуйте, Вера Александровна, — поздоровалась я с мамой Вани. — Дядь, почему ты меня не предупредил, что Сашка приедет? Вчера ему хорошо досталось от Вани. — Мой Ваня напал на сына Павла Николаевича? — ужаснулась старушка. — Не волнуйтесь так, Вера Александровна. С Ваней всё хорошо, — попыталась я успокоить женщину. — Вера Алексан…       Но мама Лагина уже ничего не слышала. Она побежала в подъезд, а я с дядей за ней. Нужно срочно спасать Ваню от его мамы. Страшно представить, что с ним будет, когда Вера Александровна начнёт читать ему нотации на тему «Нельзя решать проблему кулаки, не разобравшись, что к чему».       Конечно, где-то у меня внутри ещё сидит обида на этого «ловеласа». Но он сейчас в беде, во всех смыслах этого слова. А я не привыкла оставлять людей в таком положении. С одной стороны, оставление в опасности карается УК РФ, а с другой я не могу пройти мимо того, у кого серьёзные проблемы. А Лагин — один из этих людей.